Из хрипящих динамиков потрепанного такси надрывался вокалист, выплевывая в прокуренный салон слова тяжелого рок-гимна про последний бой. Гвен раздраженно сдула лезущую в глаза розовую прядь и продолжила сверлить сосредоточенным взглядом грязное боковое стекло. За окном смазанными тенями мелькали вечерние прохожие.
Девушка упрямо отворачивалась, намеренно игнорируя водителя, хотя ощущала волны чужой похоти. Таксист каждую свободную секунду пялился в салонное зеркало. Его взгляд жадно ощупывал беззащитную полоску бледной кожи на бедрах, а затем неизбежно полз выше, туда, где под мягкой пряжей безразмерного кремового свитера скрывались пышные тяжелые формы. Отсутствие белья делало картину предельно откровенной. Затвердевшие от трения соски дерзко выпирали сквозь ткань, подрагивая в такт движению машины и плавя нервы мужчины. От такого грязного, раздевающего внимания кожа ощутимо нагревалась. Именно этого эффекта Гвен и добивалась.
Массивная металлическая пробка все так же бескомпромиссно распирала нутро, но теперь эти ощущения воспринимались иначе. В форме Евы чужеродный предмет словно слился с организмом, став естественным анатомическим продолжением тела. Первоначальная острая резь и изматывающая тяжесть без следа растворились в пульсирующем тепле. Гвен могла бы напрочь забыть о спрятанной внутри игрушке и полностью сфокусировать разум на предстоящей охоте. Но дорожный трафик диктовал свои условия.
Тяжелый металл властно напоминал о себе при каждом неаккуратном маневре. Стоило водителю резко заложить крутой поворот или ударить по тормозам перед красным сигналом светофора, как увесистая игрушка смещалась по инерции. Гладкий ствол неожиданно глубоко проворачивался во влажной податливой тесноте, грубо и точно надавливая на самые чувствительные узлы нервных окончаний. От внезапных толчков Гвен приходилось судорожно смыкать бедра, чтобы не выдать себя случайным стоном. Каждая такая встряска щедро плескала в вены свежую порцию дурманящего огонька, делая нервное предвкушение стычки с маньяком чуть мягче.
Сразу после изматывающей тренировки с Еленой она отыскала глухой, пропахший сыростью переулок, нырнула в тень и трансформировалась. Следом пришлось заскочить в ближайший магазинчик и наспех собрать гардероб для ночной вылазки. Для роли идеальной, беззащитной и доступной добычи требовался особый наряд — уютный, инфантильный и одновременно кричаще провокационный.
Выбор пал на огромный вязаный свитер нежно-кремового цвета. Он небрежно сползал с одного плеча, открывая хрупкую ключицу, а под подолом прятались ультракороткие шорты, совершенно невидимые со стороны. Создавалась стойкая иллюзия, будто на девушке надет только этот безразмерный свитер на голое тело. На ногах красовались грубые ботинки и высокие гольфы крупной вязки до середины бедра.
И сейчас, судя по тяжелому сиплому сопению таксиста, этот продуманный контраст трогательной уязвимости и голого призыва работал безупречно. Мужчина за рулем то и дело судорожно сглатывал вязкую слюну, до побеления костяшек впиваясь в замызганную оплетку руля. Он явно не мог поверить в столь щедрый подарок судьбы. Конечно, на улицах полно ухоженных красоток, и он наверняка жадно провожает их взглядом каждую смену сквозь заляпанное стекло своей желтой колымаги. Вот только к нему на заднее сиденье такие роскошные девочки заглядывают крайне редко. Обычно они прячутся за глухой тонировкой дорогих внедорожников с личными водителями или сами уверенно крутят руль статусных авто. А тут живая, горячая, пахнущая сексом и сладким парфюмом фантазия оказалась заперта с ним в одной тесной прокуренной коробке.
Машина замерла у причала. Таксист бросил последний тоскливый взгляд в салонное зеркало и тяжело вздохнул, разглядев то, чего никак не ожидал увидеть — шорты. В следующую секунду его глаза нелепо выпучились, а сердце тупо забыло, как качать кровь. Эти шорты оказались еще более абсурдными, чем если бы на ней были надеты откровенные стринги. Ультракороткие, они бескомпромиссно обтягивали то, что нужно обтянуть, и оставались провокационно свободными там, где ткань должна хоть что-то скрывать. А узкая полоса посередине с таким же успехом могла вообще не появляться сегодня в его жизни — настолько она была бесполезна как элемент одежды, лишь откровенно натирая и дразня самые чувствительные зоны девушки.
Но все хорошее имеет свойство стремительно заканчиваться. Стоило пассажирке пошевелиться, как объемный свитер свободно упал вниз, безжалостно перекрывая публике доступ к самому сокровенному. Гвен оплатила проезд и молча захлопнула скрипучую дверцу.
Оставшись в одиночестве, водитель судорожно выдохнул и вдруг перекрестился. Он тут же отметил про себя эту странность, ведь сроду не верил ни в какого бога. Но сейчас почему-то решил, что стоит — ему так невероятно повезло, что на этом лимит удачи мог запросто исчерпаться до конца дней. Мужчина горько вздохнул, скривившись от осознания всей ничтожности собственной жизни, в которой главным джекпотом считается возможность просто подвезти и поразглядывать красотку. Он медленно перевел взгляд на обочину, уткнулся в знак «Платная парковка — 5$ за 10 минут», еще раз истово перекрестился от явного грабежа и максимально осторожно тронулся с места.
Ждать цель долго не пришлось. Гвен просчитала всё до секунды, от времени в пути до точного момента появления. С пунктуальным человеком, у которого каждая минута жестко расписана, работать всегда проще. Она провела на причале всего несколько минут, как бы случайно приняв эффектную, но беззащитную позу у металлического ограждения. Прохладный гудзонский ветер с легкой колючей остринкой ласкал открытые участки кожи. Он трепал роскошные длинные волосы цвета вороньего крыла с яркой розовой прядью, унося ее естественный запах прямиком в сторону парковки. Это был аромат идеальной жертвы, без малейшей примеси угрозы. Даже погода сегодня играла на ее стороне. Ветер с реки приносил густой дух водорослей и сырой волны, смешивая его со сладковатым ароматом ее тела и стирая любые намеки на опасность для приближающегося хищника.
Предчувствуя скорое появление Фила, Гвен окончательно вжилась в придуманную роль. Сейчас она была просто обманутой, но пока ни о чем не подозревающей наивной дурочкой. Той самой девушкой, которая впервые красиво оделась ради парня и совершенно не осознает собственного очарования. Той, что привыкла считать себя серой мышкой, пряча роскошную фигуру под невзрачными мешковатыми худи, а необычные глаза — за толстыми стеклами очков.
Повидавший виды серый Infiniti G35 уверенно вкатился на свободное место, всем своим видом демонстрируя, что водитель прекрасно знает эту парковку. Дверь открылась, и на асфальт шагнул Фил. Одет он был буднично, но с иголочки — безупречно белая отглаженная рубашка с небрежно закатанными рукавами, темно-серые брюки, до блеска отполированные кожаные туфли. Глаза скрывались за темными стеклами солнцезащитных очков.
Выбор машины слегка удивил Гвен. По ее данным, на Фила числился только один автомобиль — роскошный Porsche 911 шестого поколения в кузове 997. Этот потрепанный Infiniti явно был записан на кого-то другого. Скорее всего, тачка ушла с рук через черных перекупов за наличные. Гвен бы ничуть не удивилась, окажись и водительские права в его кармане качественной липой на имя какого-нибудь условного Джона Смита.
К выбору транспорта для своих грязных дел он подошел серьезно. Infiniti G35 представлял собой идеальный баланс между абсолютной серостью и индивидуальностью. Эту машину с натяжкой можно было назвать обычной просто потому, что их выпустили слишком много. Да, это не штампованная бежевая Камри, но никто в здравом уме не запомнит водителя, промелькнувшего мимо на графитовом японском купе. Кому в противном случае понадобилось бы целенаправленно угонять тачку с таким солидным пробегом? Классический специальный заказ на лицо.
http://erolate.org/book/1972/225678
Готово:
