Готовый перевод Tokyo: All the Girls are Wicked, and They All Want to Keep Me As a Pet? / Кругом одни злодейки, и каждая хочет посадить меня в золотую клетку?: Глава 14

Он опустил голову: свисающий край ткани ещё едва заметно колыхался. А прямо сейчас в полумраке под партой, скрытом тёмно-синей тканью, сидела съёжившаяся Мако Сасаки. Массивные очки в чёрной оправе отражали струящийся из окна свет, словно два кошачьих глаза, притаившихся в темноте.

Две толстые косы свисали вдоль её плеч. Запрокинув голову, она снизу вверх глядела на Аки Ватанабэ, и на её губах играла та самая жуткая, голодная до безумия улыбка, в которой юноша не ошибся! При этом ладонь девушки уверенно лежала на его бедре!

Сквозь ткань форменных брюк Мако Сасаки отчётливо ощущала, как мышцы под её пальцами резко напряглись и задрожали! Это тепло сквозь тонкую ткань отдавалось в её ладони. Зрачки девушки по-кошачьи резко сузились, а улыбка стала ещё шире:

— Ватанабэ-кун... вы ведь только что... всё время смотрели на Мако?

Зрачки Аки Ватанабэ судорожно сжались:

— Я... я вовсе не...

— Смотрели, Ватанабэ-кун видел... чем занималась Мако...

Пальцы Мако Сасаки на его бедре начали медленно подниматься выше:

— Мако... Мако только что... думала о Ватанабэ-куне~

Девушка заявила об этом с обезоруживающей прямотой:

— И... Ватанабэ-кун ведь всё видел, правда?

Её пальцы замерли и сквозь слои ткани слегка надавили:

— А значит... — голос Мако Сасаки задрожал от предвкушения, — Ватанабэ-кун... обязан взять на себя ответственность~

Едва эти слова сорвались с её губ, девушка резко склонила голову и зубами вцепилась в замок-молнию на его брюках.

Аки Ватанабэ судорожно втянул воздух, едва не вскрикнув в голос! Он поспешно до боли прикусил нижнюю губу, заглушая крик острой вспышкой боли! Пальцы обеих рук намертво вцепились в край парты, побелев в суставах, а сам он застыл неподвижно, точно деревянный брус.

Под партой Мако Сасаки, зажав язычок молнии зубами, привычным движением резко потянула его вниз.

У доски привлекательная профессор как раз перевернула страницу книги, откашлялась и продолжила монотонно зачитывать следующий фрагмент. Сидевшая в первом ряду студентка лениво зевнула, а кто-то на задних рядах тайком листал ленту в телефоне. В этот момент никто не обращал внимания на происходящее под партой в углу аудитории. Ни единая живая душа, кроме Аки Ватанабэ и Мако Сасаки.

Аки Ватанабэ почувствовал, как внутрь проникло влажное тепло, а затем его сокровенное оказалось полностью открыто в душном полумраке под столом! При виде открывшейся картины Мако Сасаки издала восторженный вздох!

Не успел Аки Ватанабэ опомниться, как в следующую секунду...

— М-м-м!..

Аки Ватанабэ снова резко выгнул спину, обеими руками зажимая себе рот!

Это ощущение разительно отличалось от всего, что делали Аяка Отоха и Маюми Отоха! Ласки Аяки были робкими и невинными, заставляя терять голову. Прикосновения Маюми отличались отточенным мастерством, каждое движение было точным и элегантным, преисполненным властной невозмутимости. Но то, что сейчас вытворяла Мако Сасаки...

Это был чистый голод! Ненасытная жадность! Это была отчаянная, предсмертная жажда, готовая вырвать саму его душу!

Действия Мако Сасаки не знали ни прелюдий, ни плавных переходов! Она сразу пошла до самого конца!

Влажные звуки ласк эхом отдавались в ушах.

Бёдра Аки Ватанабэ затряслись крупной дрожью! При содействии баффа «Трогательная беззащитность» его глаза мгновенно покраснели, а в уголках скопились невольные слёзы. Эта мрачная соседка-сталкерша вела себя так, словно жаждала проглотить его целиком!

Её толстые косы взлетали в воздухе в такт резким движениям, а массивные очки в чёрной оправе сползли на самый кончик носа. Словно неутомимый механизм, созданный исключительно ради него одного, она самозабвенно отдавалась своему безумному занятию!

Хлюпающие звуки эхом разносились под партой, хотя ткань юбки и свисающая драпировка стола частично приглушали их, превращая в глухой, тягучий шум.

Никто в аудитории по-прежнему не замечал происходящего в углу.

Перед глазами Аки Ватанабэ начала сгущаться белая пелена. Он кусал нижнюю губу до тех пор, пока не выступила кровь, пытаясь металлическим привкусом перебить накатывающее цунами ощущений. Это выходило за рамки обычного: напор походил на настоящую ядерную атаку, нацеленную исключительно на то, чтобы прикончить его на месте!

— П-погоди... я... — Аки опустил голову и зашептал надтреснутым, полным слёз и мольбы голосом.

Но Мако Сасаки и не думала останавливаться — напротив, она лишь сильнее прибавила темп! Этот сокрушительный накал заставил поясницу Аки резко податься вперёд, так что он едва не подскочил на стуле!

Раздались частые звуки жадного сглатывания, и в голове Аки Ватанабэ наконец воцарилась абсолютная пустота! Слёзы покатились из глаз и закапали на полированную поверхность парты. Тело содрогалось в неудержимой конвульсии: дрожали бёдра, сводило низ живота, а все мышцы сковало судорогой от этого безумия. Ему казалось, что он вот-вот погибнет — действительно умрёт прямо за этой партой в углу аудитории, сражённый замкнутой толстушкой-социофобкой...

— Ах!..

На последнем движении Аки Ватанабэ снова резко выгнулся, намертво вцепившись пальцами в край парты! От стола донёсся глухой стук!

Сидевшая впереди девушка обернулась на шум, но лишь густо покраснела и тотчас отвернулась обратно.

Под партой Мако Сасаки не только не отстранилась, но сомкнула губы ещё крепче. Она не привыкла разбрасываться ценностями, особенно когда дело касалось её обожаемого Ватанабэ-куна, ради которого она готова была отдать жизнь!

Аки Ватанабэ бессильно обмяк на стуле. Он походил на человека, только что вытащенного из воды: весь взмок от пота, а по лицу размазались слёзы и слюна.

Мако Сасаки наконец завершила свой победоносный бой.

Раздался влажный щелчок. Девушка запрокинула голову, глядя на прекрасного юношу с остекленевшим взглядом. Её очки криво висели на переносице, волосы растрепались, губы опухли, а в уголке рта поблёскивал влажный след. На этом простоватом, полном и забитом лице сейчас сияла улыбка безграничного, почти отрешённого счастья!

— Вкус Ватанабэ-куна... оказался даже слаще... чем Мако себе представляла~

За окном всё так же мерно шелестели листья гинкго. Солнечные блики всё так же спокойно плясали на партах. Казалось, будто только что не произошло ровным счётом ничего.

И в этот момент...

У доски привлекательная профессор, на бейдже которой значилось «Сая Такахаси», перевернула страницу книги. Она подняла взгляд, опёрлась обеими руками о кафедру и слегка подалась корпусом вперёд. Её глаза с тонко подведёнными стрелками сквозь серебристую оправу очков пересекли аудиторию и безошибочно остановились на прекрасном юноше в третьем ряду у окна.

На её губах мелькнула едва уловимая улыбка:

— Ватанабэ-кун, полагаю, вы уже полностью усвоили мой анализ. Не соблаговолите ли подняться и рассказать о взаимоотношениях Сэнсэя и К? Как именно вы их понимаете?

Аки Ватанабэ оцепенел...

Встать и отвечать прямо сейчас? Перед всей аудиторией? В то время как под его партой всё ещё прячется человек?!

Юноша тяжело перевёл дух: мышцы на внутренней стороне бёдер всё ещё мелко вздрагивали.

— Ватанабэ-кун? — Сая Такахаси слегка склонила голову набок и правой рукой поправила спадающую на плечо короткую прядь волос. В этом жесте сквозило ненавязчивое обаяние зрелой женщины. Её взгляд с наслаждением скользил по раскрасневшемуся лицу юноши, словно она любовалась картиной, радовавшей взор. — Что-то... не так?

Аки Ватанабэ стиснул зубы и, держась за край парты, медленно поднялся на ноги.

В ту самую секунду, когда он оторвался от сиденья, он почувствовал, как в тесном пространстве под столом изменилось дыхание Мако Сасаки. Её плечи втиснулись между его бёдер, а лицо придвинулось ещё ближе.

Аки Ватанабэ сделал глубокий вдох и выпрямился. Единственной преградой, прикрывавшей его, оставался свисающий подол форменного пиджака. А лицо Мако Сасаки находилось прямо перед ним. Она отчётливо вдыхала его запах. В полумраке под столом зрачки девушки резко расширились, и она невольно провела языком по губам!

— В-взаимоотношения... Сэнсэя и К... Я считаю... что это зеркальные отношения...

Не успел Аки Ватанабэ договорить фразу, как под партой грянула новая внезапная атака!

Колени Аки резко подогнулись, и он едва не рухнул на пол! Он изо всех сил упёрся ладонью в столешницу, издав глухой стук!

— М? — Глаза Саи Такахаси блеснули живым интересом. — Ватанабэ-кун? Вам пришла в голову новая мысль? Вы так взволнованы?

— Н-нет... я просто... просто... кхм... считаю, что существование... К...

Голос Аки Ватанабэ стал прерывистым. Под пристальными взглядами более чем тридцати студенток он отчаянно таращился на кафедру, глядя в разгорающиеся азартом глаза Саи Такахаси:

— ...Было... было для Сэнсэя... ах... возможностью... духовного... искупления...

Каждая пауза в его словах была вызвана очередной дерзкой лаской под столом.

Взгляд Саи Такахаси становился всё глубже и пристальнее. Она смотрела на раскрасневшееся до корней ушей лицо Аки Ватанабэ, на его влажные глаза, полные слёз от «глубоких размышлений», на судорожно двигающийся от «волнения» кадык...

До чего же очаровательный ребёнок~

Дыхание Саи Такахаси слегка участилось, а пальцы принялись ритмично постукивать по краю кафедры. От простого ответа на вопрос он волнуется так сильно, что дрожит всем телом, а глаза покраснели от предельного напряжения... И всё равно изо всех сил старается держаться!

http://erolate.org/book/2120/235404