Покончив с едой, слизь заново отрастил свою ранее потерянную конструкцию головы – голову стервятника, за исключением оленьих ушей, а затем добавил еще одну прямо рядом с первой. Эта вторая голова была просто шеей стервятника, заканчивающаяся безликой в остальном пастью змеи. Проверяя, слизь открыл свой новый придаток.
Безъязыкая пасть раскрылась, демонстрируя успешную конструкцию клыков, которые появлялись из мягкой верхней челюсти при их надобности. Здесь была лишь небольшая проблемка:
Шея стервятника x2
Голова стервятника
Глаза стервятника
Клюв стервятника
Ноги стервятника x2
Крылья стервятника x2
Хвост стервятника
Феромонные железы
Нос стервятника
Змеиная голова
В общей сложности насчитывалось четырнадцать частей, которые слизь в настоящее время поддерживал. Так уж вышло, что это был верхний предел на данный момент. Досадно было то, что ему все еще было нужно воссоздать мешочек с ядом для клыков, чтобы опробовать их в действии. Должно было произойти что-нибудь интересное.
Он не мог заставить феромонные железы просто исчезнуть. В то время как рост стал частью его собственного тела, он имел множество преимуществ, таких как более широкий и постоянно соответствующий спектр применений, он, ко всему прочему, был еще и постоянным. От этого никак не избавиться.
Перебрав остальные варианты, слизь в конце концов решил, что обоняние не так уж и важно, поэтому он избавился от носа стервятника и стал теперь гордым обладателем мешочка с ядом. Теперь ему нужно было только произвести этот самый яд.
– Хотела бы я знать, что же с ним сейчас происходит, – заметила металлическая фея, чей внешний вид был до блеска чистым после тщательного сеанса объятий. Она ткнула в слизь пальчиком. Раньше Аклизия издала бы звук удивления, когда слизь внезапно снова пришел в движение, но в этот момент внезапность решений ее пробудителя больше не беспокоила металлическую фею. Она довольно хорошо умела плыть по течению.
Скача галопом, насколько позволяли тонкие птичьи лапки, слизь набирал скорость. Через несколько метров он расправил крылья и взмахнул всеми крыльями одновременно, подняв себя над землей ровно настолько, чтобы дать себе время для второго взмаха. Задняя и передняя пара серых пернатых крыльев постепенно синхронизировались в тандеме, и слизь постепенно от просто поддержания высоты перешел к ее набору.
Пользуясь преимуществом естественных ветров, он вскоре легко скользил, наблюдая за ландшафтом сверху.
Ему требовался хороший обзор.
– Пробудитель! – он остался глухим к настойчивому тону, когда внезапно обнаружил, что ветер под его крыльями был сорван магическим порывом с противоположного направления. Весь его мир перевернулся, и Аклизия упала с его спины. С величественным визгом, щеголяя своими серповидными когтями темно-серого цвета на желтых лапах, на слизь пикировал орел.
Не какой-нибудь орел, а именно тот, с которым слизь хотел сразиться, судя по кислотным ожогам на желтом клюве с черным концом. Король воздуха достаточно долго терпел этого самозванца в своих владениях и теперь решил преподать тому урок. Не подозревая о том, что он столкнулся со своей бывшей добычей, горный орел Катании столкнулся с химерой, и затем оба они превратились в брыкающийся, царапающийся и кусающийся комок с конечностями, летящим в свободном падении.
Слизи это совсем не понравилось. Он планировал встретиться с орлом, но хотел сделать это на своих собственных условиях и с ядом в качестве козыря. Вместо этого именно он попал в засаду, и теперь орел напал на его беззащитную спину. И что еще хуже, с учетом всего того, что он сделал за последнее время, избавиться от бесполезного мешочка с ядом и заменить его чем-то более полезным было сейчас невозможно. Это только бы усугубило нынешнее положение, и он не должен рисковать потерей энергии посреди боя.
И скорость, с которой все это происходило, не позволяла ему даже помыслить об этом в середине боя. Это был не периодически бьющийся аксолотль, а орел в свободном полете, выклевывающий в данный момент своим изогнутым клювом слизь его глаза.
Он потерял свой глаз как раз в тот момент, когда когти рвали его слизистую оболочку на куски. Кислотная и искусственная кровь брызнула во все стороны. Единственным ответом со стороны слизи была попытка использовать свои недавно приобретенные клыки, чтобы нанести некоторый урон в ответ. Он ударил. Ударил и укусил, получив полную пасть густых перьев, едва достигая плоти кончиками клыков.
Без яда этого было недостаточно.
Длинная шея стервятника, которую слизь поначалу принял за преимущество, оказалась и его огромной слабостью. Как только искусный хищник уклонился от атаки его первой головы, орел двинулся вперед. Как бы ни была гибка его длинная шея, она также была его самым слабым беззащитным местом. За свою жизнь орел убил не одного стервятника.
Хотя пожиратели трупов и были, как правило, крупнее его, орел был лучше почти во всех других аспектах. Его когти были острее, клюв опаснее, его острая форма позволяла быстрее и проворнее лавировать в воздухе, и эта особенная порода даже владела незначительной магией воздуха.
Потоки электричества вошли в тело слизи. Не вредное количество, но достаточное, чтобы парализовать его на несколько секунд. Это было все, что нужно орлу, когда он выпустил слизь из своих когтей. Их борьба должна была закончиться двойным самоубийством, земля была уже слишком близка. Позволить врагу разбиться вдребезги на каменистом дне горного склона было нормальным способом закончить длительное сражение, начавшееся в воздухе. Неважно как, либо отнять у них крылья, либо парализовать, а затем убить.
Бело-черная полоса пронеслась мимо орла. Проведя все время с момента падения со спины в погоне за слизью, Аклизия протянула к нему руки. Разъяренный орел устремился вслед за ней, чем бы ни было это маленькое существо, оно было союзником захватчика его территории. Это положит конец конфронтации между ним и слизью, и он снова станет неоспоримым хозяином в этих небесах.
У металлической феи не было особых причин сильно сочувствовать слизи. После того, как он случайно пробудил ее, он в основном игнорировал ее из-за недостатка знаний. Время, проведенное с ним, часто было скучным и слегка унизительным для божественного квеста.
И все же у слизи был потенциал. В последнее время он проявлял к ней теплоту. Непрерывный процесс, который он продемонстрировал, доказывал, что он способен учиться. И даже без этих причин Аклизия была обязана спасти своего пробудителя, как повелел ей 33-й бог, ее создатель и последний из великих.
Это все для тебя.
Подумала она, когда по всему ее телу начали проявляться трещины. Изнутри нее светилась магическая энергия, которая намного превосходила ее возможности. Успокаивающе белая энергия. Кончики ее пальцев коснулись слизи.
Это было заурядное исцеляющее заклинание, способное исцелить гуманоида от простой раны мечом. Для гораздо более мелкого и менее сложного, как слизь, это могло стать полным восстановления. Электрический шок, превративший его ядро в бездумный затвердевший шар, исчез. Эффект был рассеян. Он восстановился настолько, что глаз был снова на месте и мембрана восстановлена.
Взмахнув крыльями в последнюю секунду, слизь развернулся. Орел, не особо сведущий в целительной магии, был совершенно ошарашен этим эффектом. Отчаянно пытаясь ударить крыльями, используя лучший угол атаки, он был достаточно медленным, чтобы слизь смог настигнуть его снова змеиной пастью и клювом стервятника.
Клюв и клыки сомкнулись вокруг тонких орлиных ног. Слизь перестал бить крыльями, и, несмотря на все усилия орла, они снова падали вместе вниз. Падение с нескольких метров почти не причинило вреда ни одной из сторон, но теперь ареной их борьбы стала земля. Удерживая орлиные когти в своей хватке, слизь яростно тряс своими длинными шеями.
Легкое тело бросало из стороны в сторону. Теперь настала очередь орла быть дезориентированным. Он чувствовал, как его ударили о камни, его перья смягчили большую часть повреждений от этого падения.
Он быстро оправился от своего замешательства, но недостаточно быстро, чтобы слизь не успел добраться до него. С двумя головами и двумя парами когтей, он злобно рвал птицу меньших размеров, лежащую под ним. Без преимущества знакомого поля орел уже не являлся абсолютным победителем в этой схватке. Единственное, чего слизь все еще опасался, был еще один порыв ветра или электричества, поэтому он продолжал удерживать своими задними когтями когти орла в стальной хватке. В то время как передние когти рвали грудь орла.
Перья летели во все стороны. Сначала это были просто вырванные перья, затем в воздух полетели уже окровавленные перья. Орел не верил в свою скорую смерть, отвергая ее пришествие. Он был рожден как самое величественное существо, чтобы парить в небесах. Ничто, кроме старости не могло победить его, но неожиданно это случилось. Его победила мерзкая и маленькая черно-белая полоса, которая смогла сделать с ним это? Нелепо!
Хотя орел был недостаточно умен, чтобы думать о подобном, именно они подпитывали его инстинкты, когда он отчаянно пытался отразить повторные атаки двух голов стервятника. Теперь длинные шеи снова стали преимуществом слизи, поскольку они позволяли быстро атаковать и также быстро отступать.
Пропитанные кровью перья продолжали лететь по сторонам. Голая грудь орла была сейчас похожа на фарш. Раздались сердитые и яростные крики орла. Око за око было получено. Оно было проглочено змеиной пастью, опустившись вниз по пищеводу стервятника, чтобы оказаться наконец в теле слизи. В конце концов, тело орла дернулось еще несколько раз, отчаянно протестуя, а затем перестало двигаться.
Слизь понятия не имел, что в конце концов позволило ему победить, он просто знал, что это было связано с металлической феей. Измученный, но победивший, слизь огляделся. Он заметил крошечное существо, что лежало на камне, в позе, которую никто и ничто не сочтет удобной. Ее длинные белые волосы, руки и длинные, как у мотылька, крылья были опущены вниз. Зеленые глаза выглядели тусклыми, рот был слегка приоткрыт. Ее тело было покрыто уродливыми серыми трещинами, от черных гладких ступней до кончиков заостренных эльфийских ушей.
Совершенно забыв о своем новом пиршестве и откровении, что он получил сейчас второй скачок в росте, слизь подошел к металлической фее, осторожно ткнув ее кончиком клюва. Юбка Аклизии, что цеплялась за выступ камня сорвалась, и металлическая фея с тихим лязгом упала на землю.
Слизь продолжал тыкать в металлическую фею еще несколько минут. Он не мог поверить, что она ушла. Она была с ним уже вместе несколько недель, став его компаньонкой, а теперь она… умерла? Просто так? Она спасла его, и теперь просто лежала там внизу.
Впервые слизь почувствовал потерю. Не просто печаль из-за неоптимальных обстоятельств, а искреннее чувство, будто у него отняли что-то, чего он не мог понять и даже не знал, что он может такое испытать.
Он втянул все свои части и просто окутал тело феи собой. Это был единственный признак привязанности, который он знал. Больше никаких чувств, только то, что позволяло ему ощущать вибрации, только то, что было у него самого. Кругом была тьма и тишина. Мир был ничем иным, как местом, где кончалась его оболочка. Ничего, кроме случайных порывов ветра.
В этой темноте он увидел два огонька. Не оформившееся чувство, рожденное недавним увеличением его биомассы, неспособное работать вне собственного тела или конкурирующее за внимание слизи с другими, заимствованными чувствами. Просто шепот магии. Свет ядра металлической феи, магическое сердце из спрессованных минералов и свет тела Аклизии.
Он был слабым, но не угасал. Слизь ликовал. На самом деле она не умерла. Вместо этого казалось, что она просто спит. С такими хорошими новостями слизь продолжил уже спокойнее поедать орла.
Все еще находясь в теле слизи, в течение следующей недели состояние Аклизии оставалось неизменным. За это время слизь двигался как можно меньше. Страх быть пойманным металлическим существом был ничто, по сравнению с опасением слизи, что он может снова потерять металлическую фею. Однако ни ее тело, ни магия не подавали признаков выздоровления. Серые трещины оставались на месте, а ее аура была очень слабой.
В процессе его исцеления Аклизия сломала себя. Слизь понимал это, размышляя о бое, вызвавшим такое состояние. Если это так, то просто пребывание на месте не принесет им никакой пользы. Что он может сделать?
Тогда-то он и вспомнил, как впервые встретил фею. Лужа жидкого металла. Даже если изначальный источник исчез, может быть, если слизь найдет другой, Аклизия сможет использовать дополнительные материалы, чтобы исцелить себя?
Это было в теории. Не имея ничего другого, кроме импульса двигаться дальше и странное желание испробовать все возможное, чтобы спасти свою недолгую первую спутницу, слизь тем не менее решил попробовать. Может быть, по дороге у него появится идея получше, но просто сидеть и надеяться – это не то, что ему нравилось.
Он должен был рискнуть и надеяться, что тело феи крепкое настолько, чтобы выдержать долгое путешествие. Благодаря принятому решению он наконец-то израсходовал свой новообретенный потенциал роста, выбрав крылья орла в качестве своего второго постоянного эффекта.
Он развернул их по обе стороны от тела, демонстрируя длинные зеленые перья. Они были цвета изумрудов или свежей травы. Был ли этот цвет вызван хлоропластами, все еще окрашивающими основное тело слизи в полупрозрачный зеленый цвет, или желанием снова услышать голос зеленоглазой феи, до конца не было ясно даже ему.
Слизь поднял себя в небеса.
http://erolate.org/book/2265/245447
Готово:
