Готовый перевод Drip-Fed / Капельное Питание: Безопасный Лист #5

Вскоре после того, как взошло солнце, Аклизия, наконец, прекратила свое пение, призывая продолжить их путешествие дальше. Как бы Апексусу этого не хотелось, он был вынужден признать, что у него нет оправданий затягивать далее это чудесное состояние. Купаясь в тепле солнечного света, он вскоре почувствовал, как его телу возвращается была живость, пока он сидел на камне и о чем-то думал.

Но внезапно он отвлекся на нечто другое, на полупрозрачную каплю, выползшую из маленькой пещеры скалистого ландшафта. Пролетев над ней, Апексус сумел рассмотреть ее получше. А Аклизия с интересом следила за своим взволнованным пробужденцем и тем, что так привлекло его внимание.

Апексус уставился на крошечную, находящуюся перед ним, слизь. Она была так мала, что едва могла бы заполнить своим телом чайную чашку. Не беспокоясь о присутствии своих гигантских собратьев, обыкновенная слизь прямо сейчас устраивалась поудобнее на камне, чтобы погреться в солнечных лучах, прежде чем отправиться по своим делам в какое-нибудь озеро в поисках еды, мелкой рыбешки или водорослей.

– Ох, и то верно, это впервые, когда ты встречаешь кого-то из своего рода, – заметила Аклизия, стоя рядом с этой маленькой капелькой. – Это, должно быть, довольно молодое существо.

Даже металлическая фея казалась больше по сравнению с ней почти в два раза. Глядя на синюю полупрозрачную фигуру, Апексус испытывал смешанные чувства. Обожание, потому что она была такой маленькой и милой. Гложущее чувство голода, смешанное с любопытством. Отвращение к самому себе, из-за желания съесть кого-то, кто выглядел почти точно так же, как и он в самом начале. И ревность, потому что Аклизия стояла слишком близко к ней. Почти все глупые чувства, что Апексус смог дифференцировать, он задвинул в сторону. Слизь с любопытством наблюдал еще пару минут за слизью, собираясь предпринять что-либо, если та двинется ему навстречу. Но маленькая капля, казалось, была полна решимости просто существовать в этом мире, не прикладывая усилий для взаимодействия.

В конце концов Апексус почувствовал себя разочарованным и снова одиноким. Как только ее пробужденец расправил крылья, Аклизия вскочила ему на спину. Пролетая над землей, прекрасно видя все, мимо чего сейчас двигался, слизь разглядел, как вокруг ползают другие существа, самые крупные из которых достигали размеров свиней. И ни одна из них не была особенной, все они были просто каплями кислого желатина разного размера.

Это стало для Апексуса подтверждением того, насколько он действительно уникален. Учитывая обстоятельства его рождения и его способности, это всегда было основным предположением, но теперь, получив этому подтверждение, он оставил позади себя вкус раковин в своих вкусовых рецепторах. Он был такой единственный на всем свете.

Присутствие Аклизии в этот момент казалось вдвойне обнадеживающим, поскольку, возможно, она была одна в своем роде, но не в реальности. По крайней мере, это было прекрасное чувство. Оторвав взгляд от земли, Апексус сосредоточил свой взор впереди на горизонте, их цель находилась теперь гораздо ближе.

Рельеф местности стал выше. Не медленно, постепенно поднимаясь на протяжении многих километров, которые они оставляли позади себя, а резким скачком. Это выглядело так, будто некто бросил круглые каменные плиты на плоскую равнину из камней и воды, сложил их неровным образом, а затем оставил их на произвол природных стихий, обтесываться в течение многих тысячелетий.

Это было тогда, когда лист только создавался. Хашахин, желая создать ориентир, просто приподнял землю, а затем вылил на нее огромное количество воды. Чудесная работа, но по-настоящему ленивого мастера.

Что касается того, для чего предназначался этот ориентир, то ответ можно было найти на самом верху этих каменных стопок. Аклизия трижды похлопала Апексуса по спине. Это был условленный сигнал о том, что они прибыли на место. Где-то здесь они найдут источник живого металла, из которого была выкована физическая форма феи.

Размышляя о том, что шансы найти жидкий металл ничтожно малы, слизь все равно сделал вокруг этого места гигантский круг, чтобы получше оглядеться. Они проделали весь этот путь, чтобы просто получить то, что они хотели. Это было бы чрезвычайно скучно, если им не нужно будет проходить никаких испытаний. Слизь не чувствовал удовлетворения, если желаемое можно было легко достать. Закончив осмотр местности с воздуха, они спустились к вершине наклонной скалы.

В центре самого высокого и самого маленького из сегментов находился большой природный фонтан, окруженный колоннами. Это было похоже на древнее ритуальное место, водные брызги высоко поднимались в небо, словно нескончаемо извергающийся гейзер. Вместо того чтобы упасть обратно в источник, огромное количество жидкости выплескивалось наружу, стекая по шести каналам на следующие нижние платформы, продолжая свой путь, пока не достигали самых нижних уровней кораллового континента.

Между каналами были установлены колонны, окружавшие этот бесконечно изрыгающий потоки воды фонтан, соединяясь между собой шаткими мостами. Ранее колонны были мраморно-белого цвета, но теперь стали сероватого оттенка. Всего, на каждой платформе, высилось пять колонн, на самом верху три из них стояли прямо у фонтана, еще две – чуть поодаль. Между ними под верхней платформой с этажа на этаж вились спиралями лестницы, опускаясь под землю.

Это был вход в Подземелье Чистой воды, дружественное новичкам подземное сооружение, подобающее этому безопасному листу. Однако то, что он был предназначен только для начинающих, не означало, что это место было совершенно безопасно. К тому же из-за своего расположения на краю листа, подземелье не пользовалось особой популярностью. Ближе к городу Харалри, что был расположен к западу от этого места, имелись более доступные подземелья. Так что единственными людьми, которые когда-либо забредали сюда потренироваться, были довольно эксцентричные личности: те, кому было либо было что скрывать, либо требовалось что-то конкретное из этого места.

Апексус, технически, был и тем, и другим. Изменив форму своих крыльев на что-то более легко складывающееся, приняв форму импровизированного щита на спине, слизь был готов проникнуть внутрь и поглотить все, что попадется на его пути. За последние несколько дней он съел только немного растений, рыбы и несколько десятков муравьев. Последние повстречавшиеся довольно удачно подвернулись ему по пути, поскольку слизь отчаянно нуждался в функционирующем органе обоняния. Конечно, у муравьев как такового носа нет, но у них есть нечто, что работает по принципу носа. И теперь он имел нечто, что работало как орган обоняния для дегустации воздуха, пусть и в малых масштабах.

Парочка начала спуск по лестнице вниз. Чувствуя постоянную неприятную вибрацию и толчки извергающейся и бегущей неподалеку воды, слизь осторожно ступал шаг за шагом по каменным ступеням. Они были скользкими от высокой влажности воздуха, которая становилась все более сильной, чем ниже они спускались. Лестницы вились вокруг подземного источника фонтана, то уклоняясь друг от друга, то приближаясь, то идя параллельно. Независимо от того, какую из них выбрал бы Апексус, все они вели его и Аклизию в одно место.

Круглая по форме комната, звук несущейся воды, слышимый сквозь толстые стены центральной колонны, – они достигли входа в подземелье. Самая первая комната подобных сооружений была традиционно безопасной, позволяя авантюристам наметить дальнейший план действий. Только самый садистский бог расставил бы для авантюристов ловушку в самом начале их пути.

Хашахин, к счастью, не был такой злобной натурой, и поэтому Апексус мог спокойно оглядеться. Гладкие стены были покрыты повторяющимся узором из больших узлов и крестов. К потолку стены изгибались навстречу друг другу, сходясь в одном месте стрельчатого свода потолка. Через каждые несколько метров светящийся кристалл, закрепленный на потолке, испускал свет, освещая большую часть подземелья под ним.

Помимо лестницы, которая вела обратно наверх, здесь было несколько десятков коридоров, расположенных на равном расстоянии друг от друга, приглашая дуэт войти в лабиринт. Это считалось опасной частью подземелья для большинства искателей приключений. Заблудиться в этих коридорах было довольно легко. К счастью, Апексус мог оставлять за собой феромоновый след, чтобы найти дорогу назад.

Другие авантюристы решали эту проблему, покупая или делая свои карты. Это прекрасно работало для начинающих подземелий, подобных этому. Подземелья более высокого уровня, как правило, имели некоторые настройки изменять верное направление в случайных интервалах.

Апексус прополз три круга вокруг центральной комнаты, чтобы оставить особо сильный след на этом месте, прежде чем выбрать наугад один из коридоров. Их приключение начиналось. С нетерпением слизь пополз вперед. Это место имело вид потенциального биома, который должен быть завоеван им, что поднимало интересный вопрос. Было ли каждое соответствующее трудное подземелье способом приобрести постоянный рост? Если да, то Апексусу будет очень весело лазать, открывать и прокладывать себе путь через эти места.

Ему не потребовалось много времени, чтобы повстречаться с первым монстром этого места. Внутри подземелий монстры создавались из специальных комнат для размножения, магия самого мира рождала их и поддерживала даже в отсутствие искателей приключений.

Это был паук размером с колесо фургона. У него были пушистые лапки, толщиной со сжатый кулак взрослого человека, но удивительно маленькое брюшко и головогрудь. Он неподвижно сидел под потолком, в полумраке между двумя светящимися кристаллами. Его серое тело позволяло ему достаточно хорошо сливаться с основным фоном, но не до такой степени, чтобы его было трудно заметить или что-то еще. Особенно для чувствительных к темноте глаз, как у Апексуса.

Слизь и паук уставились друг на друга. Если паук и знал, что его обнаружили, то никак этого не показывал. В то же время Апексус задавался вопросом, может ли он просто пойти другим путем. Было совершенно ясно, что паук выжидает, чтобы упасть на того, кто пройдет под ним, приготовив свои двойные «клыки» (П/п: у пауков нет клыков. Есть хелицеры).

Обыкновенный Подземный Паук, как называлось это существо, был чудовищем, которое поражало только своими размерами. Он не мог очень хорошо прятаться, он не был ядовитым, и, кроме засады, его боевые способности были на самом деле ниже среднего уровня. Что делало его часто встречающимся на входе в подземелья. Это помогало авантюристам приобрести некоторые базовые навыки в столкновении с обычно страшным животным и осознать, что приключения не для слабонервных. Боги были достаточно милостивы, чтобы дать новичкам шанс передумать и уйти, прежде чем бросить в них действительно смертоносное существо.

Что же касается того, видел ли паук Апексуса или нет, то ответ был однозначным – нет. Эти существа были почти слепыми и реагировали в основном на то, что они могли чувствовать через свои волоски и паутины, прикрепленные к их лапкам. В то время как слизь не знал об этом, Аклизия была в курсе.

С легким беспокойством Апексус наблюдал, как металлическая фея подлетела к пауку. Она сделала это без дальнейших заявлений, но слизь доверял ей достаточно, чтобы позволить сделать подобное. Оказавшись рядом с пауком, металлическая фея нежно пощекотала один из волосков на лапке паука. Таким образом, среагировавший монстр с мозгом размером с грецкий орех бросился в этом направлении по диагонали вниз по стене. Где готовый к атаке слизь быстро небрежно набросился на него в ответ. Конечно, без ног или места для полета он мог просто растянуться как можно быстрее, но этой небрежности было достаточно хорошо, чтобы пленить обманутого металлической феей паука.

Как только Апексус вцепился в спину твари, победа оказалась у него в мешке. Как бы велико существо ни было, с учетом размаха его паучьих лап, для того, чтобы его убить, поглощать эти лапы было совсем необязательно, это слизь знал. Отяжелев и внезапно потянув слизь за собой, паук завалился на землю. Мстительный укус успешно вонзился в бок Апексуса, но тот принял этот выпад спокойно, заключив в себя полностью основное тело паука в течение следующей минуты.

Съев этого монстра, слизь теперь имел доступ к паре очень полезных инструментов, а именно к лапам и «клыкам» паука. Хитиновый панцирь и фильера тоже могли ему пригодиться, но первому требовалось время, чтобы вырасти, в то время как использование второго требовало мастерства, на освоение которого у Апексуса не было времени. (П/п: фильера – орган для прядения шелка паука)

Однако было одно, что слизь осознал, продолжая продвигаться по подземелью, – он должен идти вперед, очень тщательно исследуя это место. Когда он встретится с тем, кто здесь внутри является большим боссом, согласно полученным им знаниям, он получит что-либо достойное от поверженного босса. Апексус не хотел повторения ситуации с Лесным Драконом, где у него был ограниченный пул вариантов при выборе того, что он хотел бы сохранить. Поэтому будет лучше всего очистить подземелье только после того, как он съест все, что то могло ему предложить здесь съесть.

Таким образом, слизь начал свой путь, «знакомясь» с большинством различных обитателей подземелья. Сначала была большая улитка, которая была довольно вкусной и ее было довольно много. Но кроме этого не представляла никакого интереса. Апексус мог перебить этих улиток одним укусом своих новоприобретенных «клыков».

Затем был еще один главный «продукт» подземелий новичков – гигантские крысы. Эти, наконец, дали Апексусу доступ к новой паре ушей, и ему понравился нос этих существ больше, чем муравьиный орган обоняния, используемый им до этого. Убедившись, что новый нос действительно чует следы феромонов, слизь проигнорировал орган обоняния насекомых.

Он долго носился по подземелью, уклоняясь от встреч, которые казались ему слишком «шумными», путешествуят по потолку. Убить одну крысу было довольно легко. Как и тех трех крыс, собравшихся внизу под «пауком», что оставлял почему-то после себя скользкий след улиточной слизи. Да, Апексус мог справиться с ними и без этого. Помогло то, что в конце концов он стал выглядеть настолько чудовищно, что обитатели подземелья были смущены при встрече с ним, не зная, то ли они глядят на очередного монстра подземелья, то ли на незваного гостя. Они не хотели нападать на одного из своих.

Апексус в данный момент переваривал улитку, гадая, как долго он уже пробыл в подземелье. Отдыхая, повиснув под потолком, спрятав под собой кристалл, он попытался сделать обоснованное предположение. В подземелье слизь не нуждался в том, чтобы останавливаться и набираться сил, кристаллы были не только источниками света, но и тепла, а это означало, что Апексус мог всегда бодрствовать. Без солнца, которое должно было следовать за ним, слизь понятия не имел, сколько прошло времени, как они вступили в подземелье. Он находился здесь точно не менее суток, а может даже около трех суток. Примерно в этом диапазоне.

Находясь на том месте, где они сейчас были, Апексус с Аклизией нанесли на карту большую часть подземелья, отмечая феромонами, где уже побывали.

– Думаю, мы исследовали примерно четверть подземелья, – заметила Аклизия, словно прочитав мысли слизи. Она чинно расположилась на его животе, сидя на пятках и аккуратно сложив ручки на коленях. Хотя на самом деле Апексус не мог видеть ее позы, он знал, что та сидит на нем именно так. Она почти всегда так сидела.

В настоящее время, после нанесения на карту очередной исследованной части, они просто отдыхали. Аклизия явно нуждалась в восстановлении своей магической энергии, или чего-то в этом роде. А слизь все еще был сверхъестественно неграмотным.

Погрузившись в какие-то свои фантазии, связанные с Аклизией, запутавшейся в паучьем шелке, с ее телом, вынужденным принимать соблазнительные позы, слизь почувствовал нечто очень необычное для этого места, – шаги –ни еле заметное шуршание паука, ни размеренное ползание слизняка и ни бег крохотных крысиных лапок, нет-нет, именно шаги, такие же, как у Гизмо, только легче и быстрее.

Тот, кому они принадлежали, бежал от чего-то прямо навстречу к Апексусу. Внезапно под слизью появилась фигура, которой принадлежал создаваемый шум.

– Ну же, это какая-то чертова штука, – сказала запыхавшаяся фигура, быстро оглядываясь по сторонам в торопливой, скорее даже отчаянной манере. Растрепанные темно-рыжие волосы, развевающиеся из стороны в сторону совершенно беспорядочным каскадом алых, блестящих и объемных локонов, несмотря на явное отсутствие должного ухода за ними, и пара заостренных кошачьих ушей на макушке, что жили, казалось, своей жизнью.

У выбежавшей на него особи было атлетическое тело, такое привлекательное, что вполне вписывалось в фантазии Апексуса, которым он предавался буквально несколько минут назад. Ее одежда, возможно, когда-то и скрывала что-то, но обтягивающая кожа теперь висела черными лохмотьями, надежно укрывая от взглядов только грудь и промежность. С хорошей грудью, большей, чем у Аклизии, но в общих пропорциях не огромной, что идеальными изгибами переходила ниже в плоский живот, тренированный бедра и упругую задницу. Незнакомка выглядела мягкой во всех нужных местах с бонусом мышц, тонко перемещающихся под кожей.

Ее кожа имел светло-коричневый оттенок, на поверхности которой проглядывали черного цвета полосы, покрывая ее интересным узором. Это была девушка-кошка или, точнее, тигрица, притом очень сексуальная тигрица. Ее ботинки, единственная уцелевшая часть одежды, вызвали вибрации по стенам и потолку, когда она отпрыгнула назад, услышав позади себя громкий вой.

– Черт, – выругалась она, медленно пятясь от коридора, из которого выбежала. Оглянувшись через плечо, она заметила позади себя группу крыс. И тут девушка осознала, что оказалась загнана в угол между ними и тем существом, что преследовало ее. И почти в этот же миг в комнату ворвалось существо, напоминающее довольно больших габаритов собаку с красной шерстью.

Оно напоминало чем-то лису, только гораздо крупнее и мускулистее. На его передних лапах были выпущены длинные когти, служившими в основном для того, чтобы ранить и ослабить потенциальную добычу. Длинная черная пасть с рядом острых зубов – вот что было ее основным орудием убийства. Позади нее развевался длинный пушистый хвост, неприкрепленный, как обычно, к продолжению позвоночника, болтающимся в воздухе рядом с телом монстра, являясь его магическим продолжением. Судя по резким движениям хвоста, существо явно пребывало в волнении.

Такой хвост мог принадлежать только Лисице-Духу, правда, самого низкого уровня среди такого рода. Но все же это была довольно-таки редкая находка для подземелья подобного уровня. Редкое и крайне неудачное для девушки-тигра, у которой не было при себе ни соответствующего оружия, ни доспехов.

Тем не менее, она сама взревела не хуже, чем зверь, стоявший перед ней, и, растопырив пальцы, с когтями на концах, принялась угрожающе размахивать ими в воздухе. Это заставило Лисицу-Духа отступить на шаг, но почувствовав, что стоявшая перед ним добыча слаба, она снова сделала два шага по направлению к ней.

Вот тогда-то Апексус и свалился сверху на нее.

http://erolate.org/book/2265/245457