— Я люблю тебя... — сказал я, подходя к маме и обнимая ее, заставляя ее волнению еще больше расти в моих руках.
— Дорогой... я ... я тоже тебя люблю. — мама не могла придумать, что еще сказать, и вместо этого растаяла у меня в руках.
Я затащил ее обратно в свою кровать, толкнул на нее маму и забрался сверху. Мама посмотрела на меня нежно, ее лицо покраснело, но с ее опытом она была гораздо менее застенчивой, чем мои сестры, которые отворачивались или боролись. Мама уже приняла меня в своем сердце полностью. Она не сопротивлялась, когда мои губы встретились с ее губами.
Когда я поцеловал ее, мой член стал твердым, и с ощущением, что он прижимается к ней, мама начала возбуждаться. Она оттолкнула мои губы от своих, задыхаясь.
— Пожалуйста, дорогой, засунь его в меня. Я хочу, чтобы ты был внутри меня.
— Ты хочешь член своего сына? Ты хочешь, чтобы твой сын трахнул тебя? — спросил я ухмыляясь.
Лицо мамы покраснело в розовый цвет, и она сделала надутое выражение.
— Где ты выучил такие непристойные слова...? ...непослушный мальчик…
— Ты хочешь сказать это, Мама, скажи мне, чего ты хочешь. — я продолжал дразнить маму.
Она сделала мне минет этим утром, и после эмоциональных американских горок во время ужина и ощущения моего члена прижимающегося к ней сейчас, мама была исключительно возбужденной. Таким образом, несмотря на то, что я дразнил ее так, мама не смогла сопротивляться.
— Ты... — мама пыталась предостеречь меня, но ее собственное сексуальное возбуждение уже прошло точку приличия.
— Пожалуйста ... сынок, засунь свой большой член внутрь мамочки. Пожалуйста, трахни свою мамочку жестко, пока она не будет выкрикивать твое имя!
— Извращенка... — ответил я с усмешкой.
В конце концов, говорить такие вещи тринадцатилетнему мальчику, что еще это может быть. Мама только постыдно повернула голову.
— Д-да ... мама большая извращенка. Пожалуйста, преподайте урок этой извращенной матери. Пожалуйста, дай мне свой член. Пожалуйста…
Мамины глаза начали слезиться, явно начиная умолять, когда я открыл шлюзы ее похоти. Не в силах больше смотреть, как мама унижает себя, я протянул руку и отодвинул ее трусики в сторону, открыв ее розоватую щель, влажную от ее похоти. Толкая мой член в нее, он выскочил внутрь с легкостью. Секунду спустя я был внутри мамы, мои бедра заплывали в нее.
— Ах... да... детка ... Ах ... я чувствую это внутри себя. Детка, мне это было нужно.
— Я люблю тебя! — сказал я, тяжело дыша, когда входил в нее.
— Я тоже тебя люблю, детка, пожалуйста, продолжай. Продолжай давать мамочке свой член. Только мама может забрать тебя. Это маминый член. — мама стонала, когда я трахал ее, постоянно напоминая себе, что она трахает своего сына, похоже, чтобы улучшить ее сексуальное удовольствие, а не отнять его.
Честно говоря, она сделала это и для меня тоже. Несмотря на то, что я начал видеть маму как женщину сейчас, и любовника, заслуживающего моего времени и любви, она также была моей мамой. Было волнение от этого экстремального табу, которое заставило меня невероятно взволноваться. Я был так взволнован, на самом деле, что я взял темп, мои бедра входя быстро и влажно, в невероятно чувствительную мамину киску.
Я не какой-то сексуальный ученый, хотя, так что с ощущением здоровенной груди мамы, прижатой к моей, ее плотная киска зажимается вокруг моего члена, ее постоянные непристойные слова поощрения и ее руки, бегущие по моему телу, пока она иногда целовала меня... это быстро привело меня к моему оргазму.
— Я кончаю, мамочка. — застонал я.
— Да! Кончи в мамочку! Кончи в свою извращенную мать! — мама стонала, выгибая спину, как мой член ударил ее в нужном месте.
Ее руки сжали мои плечи, когда она подошла к моему члену, который брызгал горячим семенем в ее киску. После нескольких впрыскиваний, я, наконец, рухнул на маму. Мама все еще дышала подо мной, и моя голова нашла место, расположенное в ее горячих, потных сиськах. Когда мой член смягчился, я чувствовал, что ее киска все еще сжимается вокруг него, каждое сжатие медленно выталкивает мягкую вещь, пока, наконец, он не выпал из маминой киски. Вот так я и осталась на вершине мамы.
Мы остались голыми до конца ночи. В какой-то момент я восстановил выносливость и мы начали заново. Однако, имея уже диплом только до, я не был в состоянии держать его. Я был в состоянии кончить, мама кончила еще раз, но мой член продолжал расти мягко внутри мамы, держа меня от любого жесткого действия. Она даже использовала свою руку и погладила мой член, но в конце концов, нам пришлось остановиться.
Что я могу сказать, я не какой-то герой романа эро. У меня нет двенадцатидюймового члена, который может пройти пятнадцать раундов. Я устаю, и я иногда изо всех сил стараюсь оставаться в вертикальном положении, независимо от того, насколько эротична женщина. Это просто природа жизни. Мне всего тринадцать и я все еще расту, поэтому, естественно, мое тело не всегда работает так, как я хочу.
— Мой маленький мальчик был невероятен. — мурлыкала мама.
— Ты делаешь маму такой счастливой…
Целуя меня в лоб, мама гладила одной рукой мой мягкий член, а другой-волосы, говоря утешительные слова. Она нисколько не расстроилась, что я не могу сделать это снова. На самом деле, она была невероятно счастлива просто держа меня. Это была часть мамы, которая била любую другую женщину. Мама никогда бы не осудила меня и не ожидала от меня большего, чем я мог бы обеспечить. Мама приняла меня полностью. Мне не нужно было быть супер-жеребцом. Просто со мной было достаточно, чтобы сделать маму счастливой и удовлетворенной. Не было никакого давления, чтобы держаться дольше, чем я это мог. Воистину, трахать маму — лучшее!
http://erolate.org/book/2594/272590
Готово:
