Глава 98
П.А: Дальнейшие события в следующих нескольких главах происходят в промежутке отсутствия Цунаде в Конохе. Они нелинейны и могут быть не связаны между собой.
- Тхах! – радостно крякнул Джирайя, выпив первую пиалу саке за этот вечер. – Хочешь попробовать? – спросил он у ученика и приёмного сына своего боевого товарища.
- Нет, спасибо, Джирайя-сан, - вежливо отказался Ранмару, поморщившись, когда гематомы на его теле, вступили в контакт с горячей водой онсена. Пусть, его тело после препарата стало значительно сильнее и выносливее, но это не значит, что ему приятно испытывать боль и дискомфорт. Он мог бы, конечно, остаться дома, но оставаться наедине со своими мыслями совершенно не хотелось. Была у него неприятная тенденция совершать очень глупые поступки под влиянием подобного рода размышлений.
- Сильно тебе досталось. Хьюга? – уточнил Жабий Отшельник, наблюдая за характерными травмами паренька. Небольшие гематомы, шириной с кончик пальца, что были расположены на теле особым образом. Любой шиноби, что не плевал в потолок и внимательно слушал наставников, легко мог определить в этих синяках расположение тенкецу. От чего уже сам сеннин повёл плечом, вспомнив как ему доставалось на занятиях в Академии Шиноби, когда учителя сводили его в спарринге с одним из представителей белоглазых.
- Угу, - поддакнул Ранмару, желая сейчас лишь одного, полностью расслабиться. – Ненавижу Джукенпо (яп. Мягкое боевое искусство), - продолжил юный Сенджу, мстительно отметив для себя, что в следующий раз он одержит более убедительную победу над Хьюга. Те пытки над его разумом, что почему-то зовутся «практика гендзюцу», дали свои плоды. Это было очень сложно, но ему удалось обмануть их хвалёный Белый Глаз и исказить его работу.
- Хотя, подарок под твоим глазом точно поставил не Хьюга… - продолжил Джирайя, спохватившись моментом позже. Его профессиональная деформация порой очень сильно усложняла обычную жизнь, не связанную с его работой по добыче информации.
- Это от сестры, - ответил Ранмару, давно став воспринимать Узумаки своей роднёй. – Ей очень не понравилось, что я смог одолеть её подружку и та вознамерилась восстановить её попранную честь. Чёртов монстр…
- Ох, Ранмару-кун, не надо так говорить… - начал говорить Джирайя, представляя куда может завести подобное отношение.
- А я никак иначе не могу её классифицировать, Джирайя-сан. Тсую в плане выносливости самый настоящий Акума. Сколько её не избивай, какой бы урон она не получила, та на счёт «Раз!» встаёт на ноги и прёт на тебя, как Акимичи, применивший технику Мясного Танка, - впервые увидев подобное дзюцу, Ранмару впал в сильный ступор, пытаясь понять, как работает эта техника. – Туда же, её восстановление. На ней любая травма заживает прямо на глазах. Даже после того, как Окаа-сама, подарила мне свой геном, разница в нашей выносливости и скорости восстановления практически не изменилась, мне даже кажется, что я наоборот стал слабее. Про её силу ударов я вообще молчу, если бы я не успел укрепить голову чакрой, она бы мне её буквально оторвала! - закончив жаловаться, Сенджу не мог не порадоваться тому, как Тсую распекала её ненаглядная «Химе», когда та, потеряв рамки, чуть не отправила его в Чистый Мир. Конечно, он мог бы бросить в ответ, что-нибудь едкое, чтобы ещё сильнее уязвить эту аловолосую бестию, но тогда целью совместного гнева стал бы он. Да и нет ничего постыдного в поражении. Пока он остаётся жив и может извлечь пользу из-за своего проигрыша, у него всё ещё есть шанс стать сильнее и впоследствии взять реванш. Как говорит его мать: «Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним».
- Хах, понятно, значит малышка Тсую решила овладеть Гокеном (яп. Сильный кулак)? – спросил Джирайя, вспомнив количество утяжелителей, что были на теле Узумаки. А также то, что сама Сенджу была мастером этого стиля. Его шрам, что был практически на всю грудь, тому явное доказательство. Если добавить к этому её контроль над чакрой… Обычный шиноби, попав под удар Цунаде, будет нанизан на её кулак, как кусок мяса на шампур.
- Да, Каа-сама, считает, что этот стиль тайдзюцу лучше всего раскроет потенциал тела Тсую.
- Ну а ты, Ранмару-кун?
- М-м-м? – непонимающе промычал Ранмару, чувствуя, как воды горячего источника начали делать своё дело.
- Какому стилю боя ты хочешь обучиться?
- Я… - Сенджу задумался над ответом. – Я хочу создать собственное тайдзюцу, Джирайя-сан.
- Даже так? – удивлённо спросил сеннин в ответ.
- Да. Я хочу совместить знания, полученные от Ирьениндзюцу, движения Джукенпо Хьюга и Гокена в один боевой стиль, - брови Джирайи взлетели вверх от такого ответа.
- Понятно, только, Ранмару-кун, я сразу тебя расстрою, - начал саннин. – Джукенпо эффективно в руках Хьюга именно из-за их доудзюцу. Без него эффективность срезается более чем полностью.
- Знаю, но у меня с этим проблем нет, - с этими словами, радужка Сенджу стала светиться алым светом. – Мои глаза позволяют видеть чужую кейракукей. Отличие от бьякугана в том, что я не могу смотреть на мир также, как они, и мой затылок так и остался моим слепым пятном. В остальном, мы более-менее похожи, - закончив отвечать, Ранмару отключил доудзюцу. Слишком много чакры он сегодня потратил.
- Так. Как друг твоей матери, дам тебе совет. Никогда не произноси в слух, что могут твои глаза, а также то, что ты пытаешься скопировать тайдзюцу Хьюга. Как минимум это пахнет огромным политическим скандалом между кланами Сенджу и Хьюга… - сеннин не стал говорить, что максимум будет заключаться в том, что с парнем может случится “несчастный случай” при обстоятельствах абсолютно не связанных с Хьюга.
- Я не собираюсь красть их техники, Джирайя-сан. Я лишь хочу понять общий принцип блокировки тенкецу и основные ката, которым может обучиться любой шиноби, просто наблюдая за исполнением тайдзюцу. В сочетании с Гокеном и ирьениндзюцу, у меня будет огромный простор для маневра, когда враг сумеет подобраться ко мне вплотную.
- Ну и задачку ты себе задал, - протянул Жабий Отшельник, представив тот объём работы, что взвалил на себя Сенджу.
- Я хочу принести пользу клану, частью которого я стал, - ответил Ранмару, вложив огромное количество эмоций в эти слова. – Мои будущие дети с большой вероятностью также пробудят моё доудзюцу и создать тайдзюцу, что поможет им остаться в живых – это самое малое, что я могу сделать.
- Какой… Зрелый взгляд на жизнь, - ответил Джирайя, сделав глоток саке, а также пытаясь представить конечный результат. – Ладно, сложные материи оставим будущим нам, а сейчас, Ранмару-кун, я хочу тебе кое-что показать.
- Джирайя-сан, - начал Ранмару, наблюдая за тем, как шиноби пытается втянуть его в подглядывание за женской половиной онсена. – Начнём с того, что, как минимум, две Узумаки могут чувствовать эмоции других людей, одна из которых, может очень сильно усложнить вашу семейную жизнь, - не только Ранмару с Тсую не сидели на месте, но и одна “четырёхглазая” зануда активно тренировалась, уделяя большую часть своего внимания фуиндзюцу и сенсорике. – “Неужели ощущать чужие эмоции – это клановая особенность всех Узумаки?” – подумал будущий шиноби. - Во-вторых, на той стороне есть куноичи, что прекрасно разбираются в ядах и в лучшем случае, могут просто заставить ваше мужское достоинство постоянно указывать на пол-шестого. В-третьих, там находится ваша женщина, что в порыве злости на вас, чуть не затрахала вас до смерти. В-четвёртых, если я возбужусь, то мне срочно придётся идти в ближайший бордель, а я хочу потратить оставшееся время на отдых. В-пятых, я могу видеть сквозь стены и мне не потребуется ковырять дырку в стене, чтобы увидеть, чем занимаются на той стороне, - последний аргумент юный Сенджу произнес с толикой ехидства в голосе.
- Маленький извращенец, - буркнул Джирайя, возвращаясь обратно на место, залпом допив бутылку саке. Аргументы сопляка, не считая двух последних, тот принял к сведению и пришёл к выводу, что овчинка выделки не стоит. – Знаешь, если бы я обладал подобным даром, - намекнул саннин на глаза Сенджу. – То я во всю рассматривал бы эти прекрасные цветки во всём их великолепии.
- Не вижу смысла, - Ранмару лениво отбрил попытку привить ему очередной фетиш. – Зачем мне подглядывать за этими “цветками”, если я могу просто устроить с ними горизонтальные танцы?
- Кха-кха-кха, - закашлялся Жабий Отшельник, невольно вспомнил те слухи, что витали вокруг Сенджу. – Я и забыл, что ты частый гость в кварталах Шукубо.
- Окаа-сама, сказала мне, чтобы я в совершенстве овладел Бочюдзюцу (яп. Искусство Соблазна), так как это может помочь мне в будущем, когда я стану выполнять миссии за пределами Конохи.
- И что, как успехи? – скабрезно усмехнулся Джирайя, невольно вспомнив как их учили раньше в Академии Шиноби. Сейчас же этому искусству обучаются либо считаные единицы.
- Не очень, - признался юный Сенджу. – Я пока не могу удовлетворить партнёра, что имеет такой же сексуальный аппетит, как у Окаа-сама. Да и вы сами столкнулись примерно с подобным, когда решили жить с Шизуку-нее-сан.
- Так. Стоп, - сказал Джирайя, когда его мозг обработал информацию.
- Карин долго ворчала на тему того, что, сбежав из дома одних извращенцев, она перебралась в дом к другим извращенцам. Вроде это продолжалось до тех пор, пока вы не додумались поставить барьер, что глушил бы звуки, исходящие из вашей комнаты.
- Ты шпионил за нами?! – воскликнул саннин, готовый прибить на месте этого мелкого вуйаериста.
- Случайно вышло. И потом, вы обвиняете меня в подглядывании, когда только, что сами были непрочь подсмотреть за чужими жёнами.
- К-какими жёнами? – просипел Джирайя, помня о том, что он забронировал на вечер весь онсен.
- Эм, - тут Ранмару понял, что ляпнул лишнего. – Давайте опустим эту тему?
- Кхм, да, давай, - ответил сеннин, осознав про кого говорил сопляк.
Двадцать минут спустя
- Так почему ты упомянул свою мать в качестве примера? – спросил Джирайя, когда более не смог удерживать своё любопытство в узде.
- Эм-м, она проверяет чего я достиг в этом направлении, - осторожно ответил Ранмару, опустив тот момент, что весь “экзамен” по итогу превращается в то, что его используют как живое дилдо.
- Ты… Спишь с Цунаде? – спросил Джирайя, чувствуя себя так, словно его ударили по голове чем-то тяжёлым.
- … Нет? – осторожно ответил Ранмару, чувствуя себя так, словно оказался на поле, что было напичкано кибакуфуда различной мощности. Видит, Ками-сама, он любит её и её то, что она способна творить своим ртом, но вот быть её учеником – это как играть в кости с Шинигами, в бедовой голове девушки регулярно возникали изощрённые способы убийства, что назывались почему-то тренировками. И он в жизни не поверит, что её обучали также! Какому человеку придёт в голову идея изучать воздействие ядов и их нейтрализацию на своём собственном теле?!
***
- А… АААААПЧХИ! АААААПЧХИ – громогласно чихнул Орочимару, от чего досадливо поморщился, когда понял, что своим чихом загубил ценный образец. – Ксо, целая неделя кропотливой работы Биджу под хвост, - прошипел змеиный саннин, вынужденный начать нынешний эксперимент с самого начала.
- Узнаю, кто вспоминал меня, выверну наизнанку и оставлю в таком виде жить! – в то, что в его дыхательные пути могли попасть частицы, что вызвали их раздражение, он не верил. А значит, кто-то намеренно пытается помешать его планам, стать бессмертным.
- “Нужно будет проверить, чем занимается Кабуто-кун. Слишком уж удачно онотправился на свою “миссию” …”
***
- Да расслабься, не собираюсь я тебя убивать, - сказал Джирайя, заметив, как этого Везучего Ублюдка пробила крупная дрожь по всему телу. Удовлетворившись подобной реакцией, саннин стал думать над открывшимся перед ним знанием. Конечно, он испытывал наичернейшую зависить, но после появления в его жизни Шизуку, ему стало намного проще реагировать на ухажёров, что вечно вились вокруг Сенджу. Даже с почившим суженым Цунаде у него состоялся очень серьёзный разговор, который быстро перерос в самый банальный мордобой… Который быстро разняла объект их страсти, отправив обоих в больницу.
- “Погодите-ка! Хотите сказать, что этот Везучий Ублюдок спит не только с Цунаде, но ещё и успел уложить в постель её ученицу и ученицу Орочимару?! Из чего сделаны его яйца, что ему хватило духу подкатить одновременно к трём куноичи и заставить тех согласиться на полигамные отношения?!” – данный вид отношений не столько порицался, сколько очень и очень редко использовался. В основном кланами шиноби, что пытались восстановить свою численность, либо чиновниками и зажиточными торговцами, что никогда не делали ставок на одну лошадь и всегда подстраховывали себя, чтобы дело их жизни внезапно не оборвалось. – “Хм, неужели Цунаде решила сделать из своего приёмного сына бычка-производителя, чтобы восстановить клан?” – было следующей мыслью сеннина, когда подсознание услужливо подсунуло ему информацию о тренировках Засранца в бочюдзюцу.
Посмотрев в глаза саннина, Ранмару совершенно не мог расшифровать взгляд, который на него бросал старый шиноби.
- “Нужно будет удвоить… Нет утроить нагрузку” – подумал парень, когда все его мысли вновь стали крутиться вокруг конкретной личности. Вздохнув, Ранмару принялся медитировать, чтобы успокоить внезапно нахлынувшие эмоции.
http://erolate.org/book/2738/282646
