Готовый перевод Код Гиасс: Восстание судьбы: Глава 41 Новый день и старый путь

Первым, что увидел Лелуш, когда резко открыл глаза, был потолок его комнаты. Он вскочил, тяжело дыша, а пальцы слегка дрожали. Несколько глубоких вдохов помогли вернуть контроль над собой. Теперь он начал приводить мысли в порядок, пытаясь собрать воедино обрывки воспоминаний и понять был ли это просто сон или реальность.

— Это точно был не сон, — произнёс Лелуш, глядя на свою ладонь, где слабо мерцал символ «гиасса», подтверждая, что всё происходило в реальности.

Он резко встал и начал одеваться. Его движения заметила С.С., лежавшая на кровати, пока он до этого спал на раскладном диване у стены. От резкого шороха одежды она приоткрыла жёлтые глаза и сонно уставилась на него, явно недоумевая, зачем он поднимается так рано и мешает ей спать.

— Ты что, решил идти учиться в такую рань в Академию? — спросила она, потирая глаза.

— С.С., надо поговорить. Оденься, — сказал Лелуш, бросая ей свою рубашку.

С.С. не только жила в его комнате, отказываясь от отдельного помещения или хотя бы собственной кровати, чтобы Лелуш мог нормально отдыхать на своей, но и регулярно использовала его вещи, с явным намерением издевки. Хотя мужская одежда ей даже чем-то шла.

— Коснись меня и ты всё увидишь, — предложил Лелуш, протягивая ей руку.

— Хочешь впустить меня в свой разум? Зачем? Тебе приснился кошмар? Ищешь утешения? — спросила С.С., окинув его странным взглядом и усмешкой.

— Эх… тебе обязательно всё усложнять? Просто посмотри.

— Хорошо, — согласилась она, взяв его ладонь. На её лбу вспыхнул знак «гиасса», волосы мягко поднялись, будто подхваченные невидимым ветром.

Они оказались в чёрно-белом пространстве, лишённом времени и направления. Образы начали возникать один за другим. Лелуш сосредоточился и показал С.С. момент встречи с «Наблюдателем» в бесконечной пустоте зрелище, явно удивившее даже её.

— Почему неприятности так к тебе липнут? — спросила С.С., когда поток воспоминаний иссяк.

— Я бы назвал это скорее возможностью.

— Я бы назвала это лишней морокой и проблемами. Но даже я не знала, что сила «гиасса» исходит от чего-то подобного. Всегда считала его проклятием, наказанием для людей.

— Это многое мне даёт осознать, — сказал Лелуш, не отрывая взгляда от своей ладони, где всё ещё мерцал символ.

— На что смотришь?

— Ты не видишь? — спросил он, поднимая руку.

— Твою руку? Вижу.

— Значит, это вижу только я.

— Что именно?

— Символ «гиасса». Видимо, он напоминает о нашей сделке с той сущностью.

— Меня удивляет, что ты всё поставил на человечество. Честно говоря, ты идиот.

— Слышать это от бессмертной ведьмы забавно.

— Лелуш, это не шутки. Я закрою глаза на то, что ты заключил ещё один договор, несмотря на наш. Но то, что ты поставил на карту нечто такое…

— «Изначальная сущность». То, что она не сказала «душа», говорит либо о том, что душа менее ценна, чем это, либо её вообще нет, либо мы просто по-разному понимаем эти слова.

— Меня больше раздражает, что всё существование нашего мира теперь в твоих руках, — сказала С.С., массируя переносицу чего она не делала уже давно, полагая, что ничто не способно её удивить уже в такой жизни долгой.

— Тебя что-то может раздражать?

— Даже будучи бессмертной, приятно ли тебе будет, если тебя станут разрывать на части сотню раз, пока тело снова собирается? Больно и неприятно.

— Говорит опыт? — усмехнулся Лелуш.

В ответ С.С. схватила подушку и швырнула её ему в лицо.

— Перейдём к теме. Что ты теперь задумал?

— Продолжу свой изначальный план, но с корректировками. Теперь моя цель как никогда верна, — заявил Лелуш, теперь его взгляд стал твёрдым и решительным.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Боже… с кем я связалась.

— Теперь я хочу глубже понять «гиасс» и его природу. С.С., у нас нет пути назад.

— А был ли он хоть когда-нибудь? — спросила она, глядя на него так, будто он только что сказал очевидную глупость.

— Верно. Иллюзия выбора. Мне нужно подготовиться, — сказал Лелуш, открывая ноутбук.

— Что ты делаешь?

— То, на что раньше не решался из-за сомнений. Раз выбор сделан окончательно пойду до конца.

— О чём ты? Что хочешь сделать?

— С.С., пожалуйста, помоги мне с девушками, — заявил Лелуш обернувшись к ней.

— Что? Мне послышалось, или ты просишь меня помочь с женщинами? Я, конечно, не ревнивая девочка, которая будет указывать, в кого и когда совать свой росток, но в личной жизни не лезу. Ищи другую помощницу.

— Это необходимо. Учитывая чувства Каллен, Ширли, Юфемии, Нанналли и остальных, мне будет сложно контролировать их в одиночку в такое время когда мне надо сосредоточиться на других вещах. Я хочу, чтобы ты помогла на время с этим.

— Я для тебя сваха или мать, чтобы заниматься таким?

— С.С., иначе никак. Я просчитал возможные сценарии развитий событий на основе того, что знаю. Вы, женщины, действуете на эмоциях и можете игнорировать логику. Поэтому рядом с ними должен быть кто-то, кто…

— Кто не даст им наломать дров или упасть с крыши?

— Верно.

— Вот ведь… меня так ещё не унижали за всю мою долгую жизнь. Быть нянькой взрослых женщин, которые в тебя влюблены. Но даже так я не стану этим заниматься, ищи других.

— Они уже давно под тайной охраной, но даже они не остановят их в нужный момент. Если запру где-то, то всё равно попытаются сбежать или навлечь беду. Лучше направлять течение, чем пытаться его остановить.

— А как же Гиасс?

— Крайняя мера, но если потребуется, то сделаю.

— Мы всерьёз это обсуждаем? — спросила С.С., уже не понимая, как разговор дошёл до такого. Она помнила из его воспоминаний, скольких женщин он привлёк, и знала после всего, что он изменил, события могут пойти любым путём. Повторения сценариев со Ширли или Юфемией он явно хотел избежать.

— Нужно учитывать все переменные. Я готов забыть о стыде и формальностях ради счастья. Не хочу потом жалеть, что мог сделать, но не сделал из-за колебаний. Уже жалел, когда не использовал «гиасс» на тех, кто предал меня. Больше я такого не повторю.

— Всё равно не буду нянькой твоих женщин. Ищи кого-то другого. Например, Каллен она умеет действовать незаметно и решительно, чтобы остановить их в нужный момент.

— Вариант, но тогда придётся посвящать её в детали. А это ещё слишком рано для моих планов.

— Ты, видимо, плохо знаешь женщин. Хотя… да, ты их действительно плохо знаешь.

— Логика женщин может заставить усомниться в самом слове «логика».

— Помню одного знакомого, который так пошутил при женщине. Кончил он отнюдь не очень приятно.

— Буду иметь ввиду. Но если ты не поможешь мне, то тогда я буду вынужден использовать последнее средство.

— Какое?

Лелуш встал и подошел к С.С. прошептав ей на ушко свою угрозу.

— Ты чудовище!

— Говорит ведьма.

— Не зря тебя назвали Дьявольским Императором.

— Приму за комплимент. Так ты поможешь?

— Хорошо.

— Отлично. Но если задуматься, каким же мог быть мир если бы в нем не было гиасса? Ведь если гиасс был дарован людям через этих сущностей, то он не часть нашего мира.

— Уверена что таким же, гиасс лишь воплощает людские желания, а источник этих желаний люди. — ответила С.С., как так кто лучше всех знакома с людской натурой.

— Верно, но тогда гиасс вряд ли поможет противостоять этим сущностям.

— — — — —

— — — — —

На следующий день Лелуш в образе Зеро находился в главном передвижном штабе «Ордена чёрных рыцарей», где лично инструктировал своих ближайших соратников по новым указаниям.

— Хочу вас поздравить. Мы достигли необходимых этапов наших целей. Почти вся преступная инфраструктура Японии теперь под нашим контролем. Мы владеем ключевыми узлами, позволяющими оказывать давление на британскую власть. Но этого всё ещё недостаточно, чтобы сломить их и заставить уйти. Огги, как продвигается вербовка?

— Ну… я бы сказал хорошо, — ответил Огги, скрестив руки. — После освобождения из британской тюрьмы мы нашли несколько добровольцев с неплохими навыками, желающих отомстить Британии. Правда, сейчас сложно укрыть такое количество людей. Британские солдаты и шпионы повсюду рыщут, и…

— Достаточно. Это не проблема, — перебил Зеро. — Я уже подготовил новый план для минимизации рисков обнаружения. Скоро эти солдаты проявят себя в новой операции. Продолжайте пополнять наши ряды.

— Это становится всё труднее, — вздохнул Огги. — Люди слишком напуганы, чтобы ставить на кон свою жизнь. Конечно, большинство японцев на нашей стороне, но…

— Эта Юфемия! — вмешалась Каллен, её голос дрожал от раздражения.

— Да, так вышло, что «Специальный советник вице-короля по делам населения Зоны 11» Юфемия начала оказывать гуманитарную помощь японцам, предоставляя им еду, медикаменты, одежду и многое другое, — закончил Огги.

— Гуманитарная помощь? — уточнил Зеро, припоминая недавний отчёт о таком событии.

— Именно. Эта принцесса пытается обмануть японцев! — воскликнул Тамаки, сжимая кулаки.

— Подробнее.

— Тут нечего долго объяснять, — начал Огги. — Она помогает тем, кто живёт в разрушенных деревнях или в гетто для одиннадцатых. Из-за этого многие, стоявшие между отчаянием и смертью, начали верить, что могут жить под властью Британии и благодарят за это Юфемию.

— И не только это, — добавил Минами Ёситака. — Недавно по всем СМИ транслировали её заявление о желании покончить с дискриминацией и предоставить японцам возможность жить без страха, забыв ненависть и стремясь к будущему.

— А ещё она внедрила новые программы в академиях, школах и детских садах, — вставил Кенто Сугияма. — В трёх академиях отменили запрет на приём японцев, а во всех учебных заведениях ввели бесплатное зачисление.

— Это всё враньё! — возмутился Тамаки. — Слишком резкая перемена! Явно же они просто бояться! Нельзя им спускать с рук это!

— Но ведь… это может быть правдой, — тихо произнесла Наоми Иноуэ.

— Принцесса Юфемия Ли Британская, третья в очереди наследница престола Священной Британской Империи, — начал Зеро, привлекая внимание всех. — О ней публично известно мало. Её репутация нейтральна, а личность почти не раскрыта. Известно лишь, что она постоянно сопровождает вторую принцессу Корнеллию. Из этого можно сделать два вывода: либо Юфемия марионетка сложной пропагандистской операции по снижению напряжённости, либо она действительно хочет изменить положение дел в Японии.

— И что нам делать? — спросил Тору Ёсида. — Не хочу сомневаться, но, если так пойдёт дальше, люди могут забыть о своих корнях и принять рабство, считая его лучшей жизнью. Они устали от всего этого и хотят покоя. Но под властью Британии настоящего покоя быть не может. Это буквально отказаться от свободы.

— Верно замечено, — кивнул Зеро. — Поэтому мы дадим им выбор.

— Выбор? — не понял Огги.

— Британия никогда не давала людям выбора. Мы же дадим. Но сделать это в одиночку вы не сможете. Нам нужен один человек. Отправьте группу, чтобы схватить его и доставить в комнату для допроса, где я лично им займусь. Вот адрес и вся необходимая информация. Действуйте тихо, незаметно и аккуратно, — сказал Зеро, протягивая флэшку с информацией.

— Понял, — кивнул Огги, серьёзным видом. — Кстати, нам пришло сообщение из Китайской Федерации.

— Что там?

— Вот, — ответил он, передавая вторую флэшку.

— Наконец-то, — произнёс Зеро. Под маской Лелуш едва заметно улыбнулся, так как давно ждал этого момента. Благодаря воспоминаниям он знал, что это неизбежно произойдет.

— Китайская Федерация? — удивился Тамаки, почёсывая затылок. — Зачем им что-то от нас? Мы же убили немало их людей здесь.

— Ты дурак, Тамаки? — фыркнула Каллен.

— Че сказала?! — возмутился он.

— То, что сказала. Подумай головой.

— Да о чём вы?!

— Думать это не про тебя, Тамаки, — вздохнул Минами.

— Да в чём дело?! Я вас сейчас!

— Китайской Федерации нужен доступ в Японию, — вмешался Зеро. — Мы уничтожили их синдикаты и мафиозные структуры, лишив их не только доходов от контрабанды, но и каналов сбора информации. Без нашего разрешения им будет крайне сложно вести подпольную деятельность.

— А-а… — протянул Тамаки, наконец поняв.

— То-то же, — сказала Каллен, покачивая головой.

— Да сложно это понять! Я только стрелял и взрывал этих гадов работорговцев!

— Так мы же обсуждаем стратегию, и ты часто здесь сидишь с нами, — заметил Огги.

— Огги! Предатель! — закричал Тамаки, тыча в него пальцем.

— Как бы то ни было, — продолжил Зеро, игнорируя перепалку, — вот ваши задачи. Огги, Тамаки, Минами, Наоми готовьте людей к операции через две недели. Кенто займись оружием и найтмерами. Тору используй нашу шпионскую сеть, следи за действиями дворян.

— К чему мы готовимся? — спросил Огги.

— В зависимости от развития событий, мы можем столкнуться как с Британией, так и с «Японским освободительным фронтом».

— Что?! Почему? Зачем? — недоумевали все.

— Объясню позже. Будьте готовы к такому исходу. Если «Японский освободительный фронт» откажется сотрудничать, мы заставим их.

— Но ведь… они тоже сражаются за правое дело, — возразил Огги.

— Так же, как и те, кто продавал японцев в рабство. Или напомнить вам случай в отеле?

— …Хорошо, — после паузы согласился Огги.

(Нужно избавиться от «Японского освободительного фронта» или поглотить его, пока они не стали помехой. В этой организации есть ценные кадры в первую очередь Тодо и его люди. Остальные старые маразматики, живущие прошлым. Всё что они способны делать это использовать талантливых людей для сохранения своего положения)

Лелуш взял планшет и вставил флэшку, чтобы прочитать сообщение от Китайской Федерации.

(Отлично. Похоже, они решились. Скоро начнут подготовку к вторжению через марионетку министра, чтобы объявить о восстановлении старого японского правительства. Без нашего участия им не скрыть это от Британии. В другой реальности у нас не было такого влияния, но теперь всё иначе и они будут играть мне на руку. Этот шанс я использую чтобы получить в свою власть Китайскую федерацию)

— Каллен, готовься, — произнёс Зеро.

— К чему?

— Завтра вечером вылетаем в Китайскую Федерацию.

— Что?! — вскрикнул Огги вместо неё. — Зачем?

— Секретная миссия. Не волнуйся я оставлю все инструкции. Отсутствовать будем не более трёх–четырёх дней, — кратко ответил Зеро, прекрасно понимая, что Огги боится брать на себя полное руководство.

— Но вдруг… — начал тот.

— Поэтому я беру Каллен с собой, — сказал Зеро, поднимаясь и направляясь в свой личный кабинет на втором этаже штаба.

Каллен едва сдерживала улыбку. Она давно мечтала о возможности сопровождать Зеро лично, как доверенное лицо на которого он может положиться. Благодаря ему их цели становились реальностью, ведь теперь даже Британия начала меняться под натиском их действий. Она всё больше верила, что только с Зеро Япония обретёт свободу.

(Только с Зеро мы сможем вернуть Японию… и тогда, мама…) — подумала она, вспоминая мать, которую спасла от «Рифрена» во время одной из операций черных рыцарей. Тогда они напали на группировку что незаконно его продавала и среди этих людей была её мать, которая начала говорить о том, чего она хочет. Поэтому теперь Каллен хочет построить с Зеро Японию где не будет тирании Британии.

— — — — —

— — — — —

На следующий день в британской телекомпании «Hi-TV», расположенной в Новом Токио и отвечающей за основную пропаганду по всей Зоне 11, транслировали очередной выпуск новостей на сей раз с акцентом на гуманитарную деятельность принцессы Юфемии.

— Как же скучно заниматься этой бессмысленной рутиной, — произнёс Дитхард Рид, молодой статный мужчина со светлыми волосами, собранными в длинный конский хвост, и тёмно-голубыми глазами. На нём была облегающая водолазка тёмно-синего цвета. Он был продюсером компании, хотя считал эту должность ниже своего уровня.

— Ничего не поделаешь, приказ сверху, — ответила девушка, помогавшая ему с подготовкой сценария. По сути, они лишь перефразировали одни и те же фразы из выпуска в выпуск.

— Эта принцесса и вправду верит, что такая помощь обманет людей? Хотя если повторять ложь достаточно долго, она становится правдой, — сказал Дитхард с явным безразличием. Он окончил юридический факультет Центрального университета Британской Империи не для того, чтобы клепать однообразную пропаганду, а чтобы освещать настоящие события те, что меняют историю.

— Но, сэр, разве она не доказала свои слова делом?

— Значит, ты плохо понимаешь людей, — ответил он, поднимаясь с кресла и направляясь к выходу.

— А? Я сказала что-то не так? — растерялась девушка.

Дитхард вышел на балкон студии, откуда открывался вид почти на весь Новый Токио. Из кармана он достал коробочку с конфетами и начал жевать одну за другой. Он не курил и избегал алкоголя здоровье было для него приоритетом, особенно в условиях постоянного стресса работы.

(Эх… как же я хочу найти хоть какие-то вести об «Ордене чёрных рыцарей». Этот Зеро заставил Британию шевелиться, вынудил её реагировать. Один человек начал менять привычный порядок вещей. Но все эти жалкие перемены, лишь попытка обмануть наивных людей.)

Взгляд его упал на строительные площадки вдалеке, где закладывались новые кварталы для расширения города.

Внезапно зазвонил его телефон. На экране высветился незнакомый номер, что было не редкостью, ведь иногда клиенты всё ещё звонили ему по старым контактам, оставшимся с прошлой должности по приему.

— Алло?

— Дитхард Рид?

— Да. С кем имею честь говорить?

— Меня зовут сэр Дульвинор Марнистор. Я звоню, чтобы обсудить некоторые детали, касающиеся «Ордена чёрных рыцарей».

— Что именно? — заинтересовался Дитхард, не перенаправляя звонок кому-то другому. Такая информация могла стать поворотным моментом для его жизни.

— Это сложно обсуждать по телефону. Хотел бы встретиться в отеле на окраине Нового Токио, если вам не затруднит.

— Звучит не очень безопасно, будто ловушка для меня.

— Вы правы. Тогда как насчёт ресторана?

— Хорошо. Я знаю один «Вилка Короля». Знаете такой?

— Конечно.

— Когда будете готовы?

— Буквально через полчаса смогу быть там. Ждать вас или назначить другое время?

— Нет, я скоро приеду. Ждите, — сказал Дитхард и положил трубку.

Не теряя ни секунды, он схватил сумку из кабинета, быстро сообщил руководству, что отправляется «собирать материалы для срочного репортажа», причину, которую всегда принимали без вопросов, и помчался к своей машине.

Через пятнадцать минут он уже был у ресторана. «Вилка Короля» пользовался популярностью среди средней аристократии, так как здесь была хорошая кухня, надёжная охрана, минимальный риск нападений террористов. Именно поэтому Дитхард выбрал это место в Зоне 11 даже деловые встречи могли оказаться ловушкой.

Ещё через пятнадцать минут к его столику подошла официантка.

— Извините, сэр, к вам пришёл гость и просит встречи.

— А, да, приведите его, — ответил Дитхард с вежливой улыбкой.

К нему подошёл пожилой мужчина в дорогом пальто, с седыми волосами и пронзительными голубыми глазами. Он слегка хромал, опираясь на трость с серебряным набалдашником.

— Здравствуйте, вы Дитхард Рид? — спросил старик.

— Да. Вы сэр Дульвинор Марнистор?

— Именно. Рад уж вы уже здесь… — произнёс тот, усаживаясь напротив.

— И я этому рад. Официантка, принесите нам, пожалуйста, по две порции вот этого, — попросил Дитхард, указав на блюдо в меню.

— Конечно, — кивнула девушка и ушла.

— Так что у вас? — сразу перешёл к делу Дитхард, едва она скрылась из виду.

— У меня информация о том, где находятся «чёрные рыцари», — тихо произнёс старик.

— Интересно. И почему вы решили рассказать именно мне? Разве не логичнее было бы сообщить об этом властям?

— Чтобы упустить возможность? Стоит им узнать туда тут же отправят белых рыцарей и те уничтожат базу. А я хочу, чтобы вы показали миру настоящую природу этих террористов.

— Но я всего лишь журналист. К тому же работаю на власть.

— Знаю. Но я не просто так вас выбрал. Вот, — старик положил на стол небольшой жёсткий диск. — Здесь координаты и вся информация, включая что вас может там ждать. Надеюсь, вы поступите правильно.

Он встал и, не дожидаясь заказа, медленно направился к выходу, опираясь на трость.

Дитхард проводил его взглядом, затем тоже поднялся, оплатил заказ и вышел из ресторана, а затем сел в машину, припаркованную неподалёку. Не заводя двигатель, он достал ноутбук и одновременно на всякий случай достал пистолет из сумки. Интуиция говорила, что это ловушка, поэтому он был готов. Заведя машину, он направился к месту.

Спустя примерно час он остановился у обочины на окраине Нового Токио, в районе, где асфальт сменялся пыльными тропами и ржавыми остовами брошенных автомобилей. Воздух здесь был слегка грязным от запаха гари и пыли, а по улицам бродили одиннадцатые, что были худые, измождённые, с потухшими глазами и мешками через плечо.

Неподалёку белые рыцари раздавали гуманитарную помощь из-под тента с имперским флагом, но делали это без малейшего рвения. Офицеры в безупречно выглаженной белой форме стояли за столами с холодными лицами, требуя ID-документы даже за бутылку воды или упаковку бинтов, чтобы отметить те, кто уже получил или не получил сегодня.

— Предоставьте ваш ID-документ, — потребовал солдат белый рыцарь за приёмным столом, не отрывая взгляда от планшета, и лишь мельком глянул на мужчину с ребёнком рядом, которому на вид было лет десять.

— У меня его нет, но моему сыну нужн… аггрх! — выдохнул мужчина, когда солдат резко ударил его прикладом в грудь, а второй дубинкой по спине, сбивая с ног и выталкивая из очереди.

— Нет ID-документа нет еды и лекарств, — проговорил солдат, поправляя перчатку. — Вы, одиннадцатые, даже собственные документы сохранить не можете. Паршивые овцы, тьфу, — добавил он, плюнув прямо в лицо поверженному одиннадцатому.

— Как вы можете так поступать? А как же обещания о помощи принцессы? — дрожащим голосом спросил мужчина, пытаясь прикрыть собой сына.

— Заткнись, одиннадцатый, — заявил солдат, направляя пистолет ему в лоб. — Мы белые рыцари обязаны по приказу помогать только тем, у кого есть ID-документ, где чётко указано, что ты одиннадцатый и числишься в базе данных. И если сейчас же не уйдёшь, я расценю это как терроризм и убью тебя на месте.

— Ублюдки… — тихо прошептал тот, поднимаясь с земли и уводя сына прочь, пока мальчик судорожно сжимал его руку.

— Какой глупый, этот одиннадцатый, — произнёс один из солдат, глядя им вслед.

— Ага, хуже зверья, — подхватил другой, скрестив руки на груди. — Без документов в обществе ты никто. Все знают эту истину.

— Но полные дебилы не знают. Хахахаха! — раздался смех среди белых рыцарей, не скрывавших презрения к тем, кто всё ещё стоял в очереди. Одиннадцатые молчали, опустив глаза, ведь каждый из них надеялся хотя бы на кусок хлеба и таблетку от лихорадки, и ни один не осмеливался возразить. Но некоторые сжимали кулаки.

— Слушайте сюда, животные! — крикнул старший офицер, выходя вперёд и оглядывая очередь с высокомерным видом. — Если у вас нет документов, убирайтесь вон! Её высочество принцесса и принц предоставляет всё это лишь тем, кто хотя бы является частью общества зоны 11 Британской Империи и внесён в базу данных, а не тем, кто всю жизнь прожил в мусорном ведре, как животное, и питался объедками!

Дитхард прошёл мимо всего этого и направился к полуразрушенному зданию, указанному в координатах. Раньше оно использовалось как склад, но теперь было заброшено насколько он мог судить по справкам из базы данных, которой располагал. Однако не успел он войти внутрь, как внезапно услышал странный звук сзади и в следующий миг резкая боль в шее погрузила его во тьму.

Очнулся он на железном стуле в тёмной комнате без окон. Запястья были стянуты верёвкой за спинкой, голова гудела от боли, а единственным источником света служила покачивающаяся лампа на потолке.

— Дерьмо, — произнёс Дитхард, понимая, что его поймали.

Не успел он даже представить, как его будут допрашивать считая шпионом и потом убьют, как в комнату вошёл человек в чёрном плаще и безликом чёрно-фиолетовом шлеме, принадлежащем одному-единственному человеку Зеро.

— Дитхард Рид, — произнёс тот, остановившись в паре шагов. — Продюсер «Hi-TV». Окончил юридический факультет Центрального университета Британской Империи. Имел хорошую репутацию и перспективы. Работал в новостях, потом перешёл на пропаганду. Удивительно, что такой человек, как ты, вообще смог поступить в Центральный университет Британской Империи, не имея за спиной громкого прошлого или покровителя. Обычно туда поступают лишь дети аристократов или избранные. Даже интересно как?

— Вряд ли вы мне поверите, сэр Зеро… Но вам, наверное, неинтересна моя история жизни? Зачем я вам нужен?

— Напротив, Дитхард, ты мне очень даже интересен. Думаешь, почему ты так близко смог запечатлеть моё триумфальное появление во время зачистки в гетто? Или почему именно ваша студия получала первые новости о наших действиях? Думаешь, кто посылал анонимных источников?

— Я знал, что это всё ловушка. Тот старик, хоть и пытался создать образ аристократа, показывал полное отсутствие манер, присущих настоящему дворянину. Советую вашим людям это учитывать хотя бы перед тем, как садиться попросить об этом. Но зачем всё это? Чем я мог привлечь ваше внимание?

— Твои способности. Тебе явно надоело то, чем ты занимаешься. Я ведь прав? Быть пропагандистом удел твоих мечтаний? Повторять ложь, которая должна обмануть необразованных людей? Или же… ты хочешь достичь чего-то большего?

— Верно. Я устал работать просто ради исполнения чужой воли. Я всегда хотел запечатлеть нечто по-настоящему великое, стать свидетелем событий, о которых в будущем будут говорить как об исторических. И когда я увидел вас там как вы бросили вызов власти Британии, как под вашими действиями непоколебимая империя начала серьёзно реагировать, я понял вы то, что я искал! Зеро! Я хочу следовать за вами. Можете не верить или сомневаться, считая, что я шпион, но я готов доказать свою верность! Дайте мне шанс! — кричал Дитхард, не желая упускать такую возможность.

— Вижу ты всё такой же, — произнёс Зеро более тихим голосом.

— Что?

— Не бери в голову. Но я дам тебе шанс. А для начала… — после этих слов в шлеме открылась щель, и Дитхард увидел глаз с символом в виде красной птицы. — Слушай мои команды!

(Ты станешь тем, кто построит новый образ Зеро, Дитхард. Не волнуйся твои способности я использую в полную мощь, чем тогда. Ведь теперь я знаю чем станет Зеро, не просто символом восстания, а образом, который поможет мне в будущем) — подумал Лелуш, глядя на пустой взгляд Дитхарда.

— — — — —

— — — — —

В это же время в Академии Эшфорд происходила обычная учебная практика. На первый взгляд всё выглядело, как всегда, студенты переходили из аудитории в аудиторию, обсуждали задания, смеялись в коридорах. Но если присмотреться, становилось заметно, насколько усилили безопасность у каждого входа в Академию стояли дополнительные охранники в униформе службы безопасности, камеры повсюду поворачивались вслед за прохожими, а всех входящих тщательно проверяли по базе данных и сканировали на металлические предметы. Причиной стали последствия недавнего нападения во время фестиваля «Короля Артура», когда террористы проникли на территорию академии и устроили перестрелку, в результате которой погибли несколько студентов и гостей.

Директор, стремясь успокоить разгневанных родителей большинство из которых были аристократами высшего ранга, выделил дополнительные средства на усиление мер защиты и даже нанял частную охранную компанию, подчинявшуюся напрямую семье Эшфорд.

И прямо сейчас в комнате студенческого совета собрались его члены для обсуждения текущих вопросов. За столом сидели Ширли Фенетт, Милли Эшфорд, Ривал Кардемонд и Нина Эйнштейн. Лелуша и Каллен среди них не было, первый якобы уехал на неделю к дальним родственникам на родину Британской Империи так он объяснил своё отсутствие перед отъездом, а вторая официально числится временно нетрудоспособной из-за «сильной простуды», хотя Ширли слышала от других студентов, что Каллен вообще не выходила из общежития последние два дня.

— Итак, — начала Милли, отложив в сторону чашку чая и выпрямившись за столом студенческого совета, — поскольку наш вице-президент временно отсутствует по семейным обстоятельствам, а Каллен прикована к постели из-за «сильной простуды» — она сделала паузу и бросила многозначительный взгляд на Ширли, будто проверяя, заметит ли та лёгкую иронию в её словах, — нам нужно определиться с темой нового фестиваля.

— Снова конкурс принцев? Или как в прошлом году ты устроила бал-маскарад в стиле ужасов? — усмехнулся Ривал. — Хотя… может, на этот раз что-то менее… театральное?

— Конечно, — кивнула Милли. — Я предлагаю провести «Фестиваль параллельных миров».

— Параллельных миров? — переспросила Ширли, слегка наклонив голову.

— Да! Представьте, каждый клуб оформляет свою зону как отдельную реальность научную лабораторию будущего, подводный город, пустыню марсианских колоний, даже абстрактное пространство снов.

— Звучит… необычно, — осторожно произнесла Ширли.

— И дорого, — добавила Нина, не отрываясь от экрана компьютера. — Наш бюджет не позволяет подобное.

— Не волнуйся, я смогу согласовать бюджет с Директором.

— Сомневаюсь. После повышения безопасности нам могут в этом году его урезать очень сильно. Всё-таки… — говорил Ривал.

— Так, проблемы с бюджетом мы решим.

— Может, лучше что-то более простое? Как насчёт просто… провести игровой фестиваль? Чтобы каждый из клубов предложил свои виды игр? Это вроде должно быть более экономично? — предложила Ширли.

— Хм… отличная идея! — согласилась Милли.

— А может, проведём фестиваль свиданий? — предложил Ривал, многозначительно глядя на Милли.

— Хм… звучит тоже как отличная идея! Вы сегодня подаёте отличные идеи! — заявила Милли, глядя на Нину.

— Может, не проводить никакой фестиваль? Дать студентам отдохнуть и просто учиться? — предложила Нина, не желая вообще заниматься всем этим.

— Да брось ты, Ниночка! Это ведь наоборот помогает студентам отдохнуть от проблем за пределами Академии. Сейчас все молоды и должны насладиться этим по полной.

Нина не ответила, не желая спорить с Милли по таким вещам, особенно когда она занималась поставленной задачей от Лелуша и должна была закончить формулу, которую ей помогал решить учёный по имени Ллойд.

— Так, мы…

— Президент, извините, что прерываю, но вас вызывает Директор, — внезапно в комнату вошёл член дисциплинарного комитета, прерывая Милли.

— Я приду к нему после занятий.

— Хорошо.

— Так… на чём я остановилась? А неважно, давайте лучше поговорим по душам. Ширли, как себя чувствуешь?

— Нормально, президент, — ответила Ширли, слабо покраснев от улыбки Милли, которая прямо говорила о том, что она что-то замышляет и её предчувствие говорила о проблемах.

— Да? А как у вас дела с Лелушем? Ты вроде неплохо развлеклась с ним во время Фестиваля.

— Президент! — воскликнули Ривал и Ширли хором.

— Да ладно вам! Будем притворяться, что ничего не было? Давайте не будем скрывать очевидное. Ривал, скажи честно, что ты чувствуешь? Тебе будет легче.

— Почему ты была с Лелушем? Тем более вы врёте мне, что он не тот, кем является? Я ведь хотел быть твоим кавалером на фестивале.

— Ривал, ну разве не очевидно? Мы все играли свои роли, и хотели, чтобы Лелуш был в роли принца. Это было нужно, чтобы погрузить всех в фестиваль. Ты представляешь, как мне было сложно убедить Лелуша в этом участвовать? — спросила Милли, глядя на Ривала с надутыми щеками, показывая, что она злится, но несерьёзно.

— Правда? Но почему Лелуша? Я тоже мог бы.

— Ривал, я не хочу быть грубой, но ты посмотри на себя и на то, каким получился Лелуш. Да он был рождён выглядеть как принц из сказок. Без обид, но так решила природа, — сказала Милли.

— Какая же несправедливость!

— И пойми, Ривал, мой отец и дедушка не допустят наших отношений.

— Я всё равно докажу! Моей любви нет никаких помех! — уверенно заявил Ривал.

— Эх… Ривал, ну попробуй.

— А?

— Я могу договориться с дедушкой и папой о встрече, но учти они будут строги к тебе.

— Я докажу! Но… они ведь меня не убьют?

— Нет, правда, будь готов к тому, что тебе будет тяжело, — сказала Милли, положив руку на плечо Ривала и сочувственно посмотрев на него.

Оставив Ривала обдумывать всё это, Милли подошла к сидящей Ширли и села рядом.

— Так, Ширли, говори каково это было? — шепотом спросила Милли, чтобы Ривал не услышал.

— А? О чём вы, президент?

— Не прикидывайся дурочкой. Я о том, что вы делали с Лелушем в медпункте. Я долго ждала момента поговорить об этом. Пока Лелуша нет, давай обсудим. Каково это было? Мне надо узнать.

Услышав, что Милли знает о том, что они с Лелушем занимались сексом, Ширли очень удивилась. После секса они с Лелушем договорились пока не афишировать свои отношения, но он дал обещание, что точно не бросит её после того, как она отдала ему самое ценное. Поэтому Ширли и Лелуш старались делать вид, что их отношения не изменились, иначе это могло помешать их повседневной жизни. Особенно когда Ширли знала, что Лелуш принц, и это могло создать ему лишние проблемы.

— Это… не ваше дело, президент, — сказала Ширли, покраснев и не желая раскрывать подробности подобного.

— Ух ты, значит, и вправду было.

— Что?! — удивилась Ширли, осознав, что её проверяли.

— Хи-хи-хи, не волнуйся, я просто дразню. Подробности расскажешь потом, — сказала Милли, вставая и направляясь к выходу из комнаты студенческого совета.

— Вы куда, президент? — спросил Ривал.

— К Директору. Не волнуйтесь, скоро буду, — сказала она, подмигнув.

После этого Милли шла по коридорам, встречая нескольких членов дисциплинарного комитета и охранников, которые во время занятий патрулировали коридоры и другие части академии. Подобное, конечно, вызывало у некоторых студентов и преподавателей недовольство, но все понимали причины таких мер.

Придя к двери Директора, Милли спокойно открыла её и вошла, чтобы увидеть внутри пожилого мужчину с жёлтыми волосами и бородкой, и голубыми глазами, одетого в жёлтый костюм с чёрным галстуком.

— Дедушка, ты меня звал? — спросила Милли, глядя на Директора Академии, который сидел за своим столом и держал у уха телефон.

— Милли? Ах! Да-да, потом поговорим. У меня дела, — сказал он, положив трубку. — Прости, обсуждал деловые вопросы.

— Понимаю. Зачем ты меня звал? Обычно ты либо звонишь, либо дома ведёшь разговоры. Редко тебя вообще встретишь в Академии.

— Это всё из-за проблем в новом Токио. Все эти события создают проблемы, которые я решаю: белые рыцари, чёрные рыцари, терроризм, рейды на коррупционных дворян. Если честно, Милли, дела у нашей семьи идут весьма сложно из-за всего этого.

— Разве? Но ведь никого из нас не брали за коррупцию или связи с терроризмом, — сказала Милли, отчасти понимая дела в семье.

— Верно, но… эх… пока. Понимаешь, ситуация сложилась так, что сейчас идёт серьёзная битва за внимание принца Кловиса среди дворян, которых не поймали.

— Битва за внимание? — переспросила Милли, нахмурившись. — Ты хочешь сказать, что кто-то из них пытается использовать нашу семью?

— Не только нас, — ответил дедушка, проводя рукой по лицу. — После чисток многие старые связи рухнули. Те, кто раньше держался за хвост у Харингтона или Фицджеральда, теперь ищут новых покровителей. А Кловис… он стал центром притяжения в зоне 11. Особенно после того, как начал действовать жёстко то ли сам, то ли под чьим-то влиянием. Но факт остаётся, он контролирует «Белых рыцарей», а значит, и доступ к информации, и силу, и будущие назначения. Без его одобрения никто не может среди дворян действовать свободно.

— И ты боишься, что если мы не проявим лояльность вовремя, то окажемся в числе тех, кого «уберут» при распределении влияния?

— И да, и нет. Хоть наша семья старается не участвовать в политических играх, избежать их крайне сложно. Тех, кто нейтрален, либо заставляют участвовать, либо избавляются путём подставных улик. То, что некоторых не тронули, лишь способ надавить. Кловис не будет избавляться от всех коррупционных дворян, так как это дестабилизирует порядок в Зоне 11. Поэтому сейчас все без вопросов следуют его приказам, ибо знают, что не чисты на руку, и достаточно просто желания Кловиса, чтобы их арестовали. Всё-таки больше всего любая власть не любит, когда из её кармана воруют.

— Но как это к нам относится?

— Мы тоже не чисты на руку, но Кловис, видимо, лишь ждёт от меня и других проявления лояльности.

— И ты хочешь предложить меня ему? Думаю, это плохо кончится, дедушка. Наша семья не дотягивает до королевской крови.

— Знаю, но нам нужна поддержка. И я хочу, чтобы ты помогла нашей семье. Есть одна семья…

— Дедушка! Ты же знаешь, что у меня уже есть выбранный отцом жених граф Ллойд Асплунд.

— Эх… я знаю, прости. Ты ведь в хороших отношениях с детьми Марианны?

— Дедушка, ты же знаешь, Лелуш он…

— Я понимаю твои чувства, и ты не хочешь заставлять его. Но мой сын и я хотим, чтобы у нашей семьи было светлое будущее, как и у тебя. И чтобы оно точно сбылось, у нас лишь два варианта. И, к сожалению, будущее семьи на твоих плечах.

— Я не хочу никого заставлять и не хочу, чтобы меня заставляли, — призналась Милли.

— Жизнь сложная штука, внученька. Ты любишь сына императрицы Марианны, но почему-то не пытаешься добиться его внимания. Почему?

— Не хочу чувствовать, будто я делаю это ради семьи и долга. Но в тоже время не хочу мешать другой любви.

— Эх… молодые вы и очень сентиментальные. В моём возрасте…

— Ох, дедушка, не начинай снова.

— Хахаха, а раньше ты так любила мои рассказы о прошлом. К примеру…

— Ну, дедушка! Не надо, я хочу к друзьям.

— Хахаха. Ах ты проказница, дедушку перебиваешь. Твой брак с Ллойдом мы можем отменить, если ты этого хочешь. Я могу убедить своего сына и Ллойда всё-таки я с его отцом в хороших отношениях, и сам он парень хороший и понимающий. Но я должен понимать, что ты нашла то, чего по-настоящему желаешь, а не то, что пытаешься себе навязать.

— Снова твои загадки, дедушка! — надулась Милли. — И я не хочу выходить замуж не по любви.

— В нашем мире, внучка, женщине без сильного мужчины сложно выжить. Только если ты не в армии. Я видел, как жизни женщин в аристократическом обществе и за его пределами рушились без помощи мужчины. Даже если женщины могут быть главой и лидером, это лишь ширма. Дворяне не позволят женщине быть самостоятельной. Ты должна найти того, на кого сможешь положиться в трудную минуту.

— Дедушка, ты преувеличиваешь.

— Я не буду снова читать тебе нотации, но лишь хочу, чтобы ты жила счастливо. Этот Ривал, который влюблён в тебя, не сможет защитить тебя в трудную минуту. Его семья едва ли способна защитить даже саму себя от любого дворянина.

— Дедушка, это всё? — спросила Милли, понимая, что убеждать дедушку будет крайне долго, и лучше отступить, чем снова начинать этот разговор.

— Да.

— Тогда я пошла.

— Эх… неужели придётся пойти на это? — пробормотал про себя Рубен К. Эшфорд, глядя на телефон в руках. Он отдал все свои силы, чтобы защитить семью, но теперь стоял перед дилеммой: сохранить благополучие рода или дать шанс на счастье внучке, которая могла повторить ошибки множества молодых девушек, выбиравших любовь вместо долга.

Он лично знал одну знакомую, которая тоже отказалась от политического брака, устроенного семьёй, ради человека, которого любила. В результате союз не состоялся, поддержка влиятельного рода исчезла, и семья постепенно скатилась в нищету. Сама девушка пропала вскоре после того, как её род потерял власть и влияние. По личному опыту Рубен знал, таких женщин часто похищали дворяне, превращая в наложниц или рабынь. Без покровителя красивая женщина становилась лёгкой добычей для любого бесстыжего аристократа.

Рубен всем сердцем не хотел, чтобы подобная участь постигла семью Эшфорд особенно после его ухода из жизни. Ведь у семьи хватало врагов. Но больше всего он боялся за судьбу своей внучки, если из-за наивности она покинет защиту семьи ради «самостоятельной жизни», её ждёт ужасная участь в этом жестоком мире. Особенно когда Британская империя закончит войну и станет господствовать в мире, ничто и нигде не остановит аристократию.

http://erolate.org/book/300/34338