Никакой жалости к Бренде!
Глава 1.
Они попросили меня вернуться к началу. Я думаю, это значит к моменту нашей первой встречи. В любом случае, именно с этого я и собираюсь начать.
Это был октябрь, мне исполнилось 23 года. Я была типичным примером снисходительности родителей при слишком большом числе денег. Я перепробовала много гламурных профессий: танцовщица, модель, актриса - все это было среди моих наиболее заметных неудач. Это не было недостатком талантов. Все говорили, что у меня их предостаточно, были и внешность, и фигура, чтобы подкрепить их. Мне не хватало концентрации, целеустремленности и амбиций. Конечно, в то время я отвергала эту критику как необоснованную и мотивированную ревностью и злобой. Как я могла представить невероятные обстоятельства, которые заставили бы меня пересмотреть свою незрелость?
Я приняла приглашение на вечеринку от старой подружки. Я не очень хорошо помню тот вечер, по крайней мере до того момента, как я встретила его. Я не собираюсь называть вам его имя. Это не ваше дело, и я очень хочу, чтобы вы перестали спрашивать. Я полагаю, вы могли бы сказать, что я искала сексуального партнера на вечер, ну, ничего необычного в этом нет. Я уже почти хотела уходить. Это была жалкая компания.
Там, в углу, он был совсем один. Заинтересовавшись, я подошла к нему поближе. То, что я увидела, было очень многообещающим. Короткие черные волосы, стройное и жилистое тело. Очень красивый. Это было очень похоже на то, что я что я пролистала список остроумных однодневок, которых я сохраняла на всякий случай, пока не появился подходящий кандидат. Прежде чем я успела что-то сказать, он поднял глаза. В одно мгновение я была ошеломлена и прикована к месту пронзительным, насыщенным взглядом. Кажется, мое сердце перестало биться. Я уверена, что перестала дышать.
Рука, похожая на тиски, схватила меня за бицепс, и я без волнения направилась в ближайшую спальню.
Я уверена, что хотела что-то сказать, но мой обычно болтливый язык отказывался работать. Под его стальным взглядом я была вынуждена молчать. Я опустилась на колени, и к тому времени, как его огромный твердый пенис выскользнул за пределы брюк, мои мягкие губы уже были широко открыты, чтобы принять его. Этот не был мой первый минет, но, несомненно, это был первый раз, когда мощный поршень, стучавший в горло, довел меня до грани оргазма. Я отчаянно пыталась держаться, эффективно использовать губы и язык и держать зубы подальше от пульсирующего оружия. Скользкий вал, наполнявший мой рот, был на важном задании, и время было очень важно. Прошло меньше минуты, прежде чем сильное извержение вогнало ведро спермы прямо в мою глотку. Я начала задыхаться.
В комнате стоял большой туалетный столик, и меня, все еще пытающуюся проглотить столько спермы, сколько смогу, подняли на ноги и склонили над ним. Моя юбка была задрана вверх, а трусики безапелляционно сорваны с моей поясницы. Одна рука схватила меня за шею, прижимая мое лицо к деревянной столешнице, в то время как другая расчищала путь для вторжения в мою слюнявую киску. В меня вошел нетерпеливый жезл, почти не пострадавший от недавнего выброса, и как только он вонзился в меня, освободившаяся рука собрала оба моих запястья в беспомощный комок посередине моей спины, а затем опустилась, разминая мою спелую грудь подо мной.
Меня безжалостно и энергично разоряли, и на этот раз я достигла самого славного оргазма в моей жизни. Я уверена, что кричала достаточно громко, чтобы разбудить мертвых. Еще одна обильная разрядка наполнила меня, решительно спровоцированная опытным практикующим в искусстве штамповки кисок. Он остановился только чтобы вытереть пенис о мои бедра, прежде чем оставить меня с сердечным шлепком по заднице, дабы отметить его уход. Я лежала, растянувшись на туалетном столике, в каком-то блаженном трансе. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем стук в дверь вернул меня в реальность. Я исправила ущерб как могла. Мои трусики были разорваны, поэтому они отправились в мусорное ведро, и я вышла с места своего чрезвычайного восхищения, отчаянно пытаясь найти его виновника, и попросить его повторять этот опыт так часто, как он бы хотел.
Увы, его нигде не было видно. Все более и более отчаиваясь, я бросилась расспрашивать всех, знают ли они его имя, знают ли они его номер телефона, знают ли они, где он работает или живет.
Наконец кто-то сказал его возможные имя и номер телефона. К этому времени на меня стали странно смотреть, и, конечно же, один быстрый взгляд в зеркало показал сумасшедшего фанатика с широко раскрытыми глазами. Я пыталась успокоиться, но это невозможно, когда вы только что встретили человека, которого, как вы понимаете, вы будете обожать всю оставшуюся жизнь, но даже не знаете, увидите ли вы его снова.
Каким-то образом после полуночи я таки поехала домой, но так и не могла уснуть. В моем воображении... Он был там, пожирал меня, и я наслаждалась каждым драгоценным мгновением. Что, если я не смогу с ним связаться? Что я тогда буду делать?
Ровно в 8 утра, с замиранием сердца, я позвонила по номеру, который мне дали. Ни ответа, ни автоответчика. Я звонила сотни раз, боясь даже подумать, что ошиблась номером. Дозвонилась я только в 16 часов. Это был он. Я спросила, или, скорее, начала умолять, могу ли я пригласить его на ужин. Он выслушал мою все более и более эмоциональную мольбу без комментариев, пока у меня не кончились слова, а затем спросил мой адрес и сказал, что заберет меня в 19 часов. Он повесил трубку прежде, чем я смогла поблагодарить его. Я сознательно решила игнорировать явное отсутствие энтузиазма в его голосе.
Ужин был катастрофой. Каким-то образом разговор перерос в обсуждение недостатков моего характера, которых, как он объяснил, заставляя меня честно отвечать на множество вопросов, было много. Конечно, все то, что он говорил, было правдой, что только усугубляло ситуацию. Чем правдивее критика, тем глубже она режет. В конце концов, я больше не смогла терпеть, и помню, как я начала скулить, что не хочу, чтобы меня критиковали, и начала плакать. Если я надеялась вызвать сочувствие своими слезами, то меня ждало крайнее разочарование.
“У меня не так много времени, чтобы тратить его на никчемных девушек!”
Онемевшая и ошарашенная, я не могла сопротивляться, когда он с силой схватил меня за локоть и вывел из ресторана на парковку, где я наконец пришла в себя.
“Что... что ты, по-твоему, делаешь?" Я плакала, отчаянно, испуганно и сердито.
“Отвезу тебя домой. Садись в машину!”
Он был так спокоен и уверен.
«Нет!» Я вызывающе вскрикнула.
”Заткнись! Садись в машину! Сейчас же!”
Я сделала то, что мне сказали. Его аура власти внезапно лишила меня воли.
Около 5 минут в машине стояла тишина. Внутри меня царила неразбериха. Что я собирался делать? Я была безнадежно влюблена в человека, которого не знала, и наши отношения были на грани разрыва еще до того, как они начались. Я могла думать только об одном, как просить прощения!
“Я..... Извините..."
“Тихо!"
“...но... но... я...”
Не отрывая глаз от дороги, он набросился на меня и схватил за подбородок. Удивленная, я завизжала, как цыпленок. Его хватка была похожа на тиски.
“Когда я захочу что-то от тебя услышать, я тебе скажу. Больше рот не открывай!”
Он немедленно освободил меня. Рациональная часть моего мозга хотела ударить его. По крайней мере, сказать ему, чтобы так со мной не обращался. Никогда не думала, что со мной будут так разговаривать.
Вопреки разуму, я сделала то, что мне сказали. Я сидела молча, подавленная, пока он вез меня домой.
Он выключил двигатель. Мое настроение немного поднялось.
“Я не потерплю сварливости. Тебе нужна жесткая порка.”
Я не могла поверить в то, что услышала. Моя меня челюсть отвисла, как у рыбы.
“Ты должна принять решение. Если ты пригласишь меня внутрь, то получишь порку. Если же нет, вылезай из моей машины.”
Это должно было быть простым решением. Что я делала? Почему я не открыла дверцу машины? Просто замерла, как безмозглый манекен. Я понятия не имею, как долго я сидела, рассеянно глядя в лобовое стекло.
Мягкий, очень женственный голос нарушил тишину. С волной почти ужасного экстаза я поняла, что голос принадлежит мне.
“... пожалуйста... пожалуйста, отшлепайте меня...”
Как зомби, я позволила провести себя внутрь. Он закрыл за нами дверь. Во что же я ввязалась! Что, черт возьми, я делаю?
“Взбодрись.” сказал он. Его дружелюбный тон вырвал меня из мрака ошеломления. “Это еще не конец света. Тебе будет лучше лучше после этого опыта.”
Мне удалось криво улыбнуться. Это было чувство юмора такое?
Он нашел самое удобное кресло в гостиной и быстро уселся в нем.
“Снимай одежду!"
Так просто, без каких-либо намеков!
На мгновение вспыхнула искра бунта, но я зашла слишком далеко, чтобы повернуть назад. Меня впервые пороли с тех пор, как умер отец, когда я была еще маленькой девочкой. Хотя я не могла набраться смелости посмотреть ему в глаза, я прекрасно знала, что его пронзительный взгляд был устремлен прямо на меня. Я раздела себя так быстро, как могла, но все еще сохраняла некоторое подобие скромности. Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз стеснялась быть обнаженной перед мужчиной. По всему телу прошли мурашки.
Интуитивно я знала, что должна сделать. Наполовину испуганная, наполовину взволнованная, я неуклюже споткнулась о ковер и повалилась ему на колени.
Я завизжала от боли. Его правая рука вонзилась в мою спелую попку с силой, которая поразила меня. Я упала на пол, беспомощно держась за свой горящий зад.
Он встал и оглядел комнату, затем целенаправленно подошел к окну и снял с карниза черный атласный шнур длиной в два фута (60 см.).
“... что... для чего это...” Я тихо пробормотала, все еще отчаянно хватаясь за пульсирующие ягодицы.
Он не ответил мне. Он вернулся на свое место. Я снова осторожно легла через его колени.
На этот раз мои запястья были связаны за спиной. Узлы были очень тугими. Мои руки стали абсолютно беспомощны.
Меня пронзил эротический заряд невероятной силы. Я неудержимо вздрогнула. Разнообразие и интенсивность эмоций, разрывающих меня, были больше, чем я могла себе представить. Я отказалась от борьбы и просто позволила им подавить себя.
Левой рукой он схватил меня за связанные запястья и сильно надавил на поясницу, неподвижно удерживая меня на месте.
Еще пять мучительных, чуть ли не смертельных ударов пришлись по моим беспомощно выпяченным ягодицам. Я кричала от боли, но это не имело значения. Каждый удар был идентичен.
Он освободил свою хватку, и я упала на пол, корчась, рыдая, извиваясь.
“У тебя будет минута, чтобы прийти в себя, а пока я схожу сделать чашку чая."
Он отсутствовал больше минуты. Изначальная агония моей порки сменилась тупой пульсацией, но мне все еще было очень неудобно. Мои руки начали болеть от затруднительного положения, в котором они были так крепко связаны. Мой мозг пытался восстановиться после калейдоскопических изображений последних пяти минут.
Когда он вернулся, я медленно поднялась на ноги. Он поставил чашку рядом со стулом и подозвал меня к себе. Я повиновалась. Его сильная рука потянулась и откинула длинные пряди черных волос, упавшие мне на глаза. Рукава его рубашки терлись о мои соски, электризуя их и меня! Я вздрогнула и застонала, отчаянно и бесстыдно.
“В постель. Я присоединюсь к тебе, как только выпью свой чай.”
“... вы... вы развяжите мои...”
“Нет!”
Меня еще никогда так чудесно не трахали. Несмотря на огромный дискомфорт от того, что мои связанные запястья приняли на себя весь наш вес, я достигла трех великолепных оргазмов за те двадцать пять минут, что он скакал на мне со всей тщательностью и мастерством.
Я проснулась первой. У меня пересохло в горле, мои бедные руки дьявольски болели, а все тело вдобавок и одеревенело. Так почему же я была так счастлива? Я нежно поцеловала его в плечо и тихонько, чтобы не разбудить, выскользнула из постели.
Тяжело ходить в туалет с руками, связанными за спиной. Трудно пытаться выпить воды. В конце концов я наполнила раковину и выпила из нее как собака. На кухне все было не так успешно, я ничего не могла сделать.
“Вот ты где. Доброе утро.” Он перевернулся на кровати, разминая свои мышцы.
“Доброе утро, любовь моя.” Вид его прекрасного обнаженного тела разжег огонь.
“Могу я оказать вам особое внимание?” Я спросила не думая.
Его брови недоуменно приподнялись.
Я широко раскрыла рот и призывно провела языком по губам.
Он улыбнулся.
“Не сейчас. Мне нужно быть в офисе через полчаса. Я тебя оставлю.”
“Я пыталась приготовить вам чашку чая, но... ”
Он развязал мне запястья. Мои руки ничего не чувствовали.
“Можешь сделать это прямо сейчас.”
Я открыла ящик и выбрала хрупкий розовый пеньюар. Он отрицательно покачал головой.
Я положила одежду обратно.
В итоге я подала ему чай полностью нагишом.
“Ты могла бы подойти."
Я ничего не сказала. Я усвоила этот урок на своем горьком опыте. Однако мое настроение поднялось. Это не было тем, что говорят девушке перед тем, как бросить ее.
“Я заберу тебя сегодня вечером. Пожалуйста, будь готова к девятнадцати часам.”
“Ох... Да... Спасибо...”
Он допил чашку чая и встал. Я пришла в себя прежде, чем он подошел к двери.
“Куда мы направляемся? Что мне следует надеть?” покорно поинтересовалась я. Он повернулся и нежно сжал мои обнаженные плечи.
“Оставляю это на твое усмотрение. Мне нравится, когда девушка выглядит женственно... беспомощно, эротично и некомфортно женственно.” Акцент на слове "некомфортно" был преднамеренным и безошибочным. Почему это заставило мою киску так пульсировать? Он ласково улыбнулся и поцеловал меня в лоб.
“До свидания, мой дорогой.” прошептала я.
http://erolate.org/book/3207/287672
Готово:
