Готовый перевод A Wild Man Has Entered the Academy / Дикарь поступает в Академию: Глава 55 - Перед столкновением (2)

Если тебя забросило в глушь и сказали: выживай, — что важнее всего?

По-моему, вода.

Человеческое тело — штука странная. Хрупкое, слабое, чуть что — ломается, но при этом способно терпеть голод несколько дней подряд. А вот без воды человек умирает быстро. Не зря говорят: без воздуха — три минуты, без воды — три дня, без еды — три недели. Воля, конечно, важна, но если в горле сухо, как в старой кости, вся твоя воля рассыпается пылью.

У нас имелись зелья, которыми при нужде можно заменить воду, но зелья следовало беречь. До последнего.

— Хорошо, что мы взяли воду, — сказала Грейс. — Будем пить понемногу, и нам хватит.

К счастью, вода значилась среди подготовленных припасов, так что особенно волноваться не приходилось. Еду мы взять не успели, зато бутылки спокойно помещались в маленькой поясной сумке. К тому же Грейс была магом.

Она могла сделать питьевую воду магией. Просто сказала в пустоту: «Вода!» — и та закапала, как с невидимого камня.

Не знаю уж, как с остальным, но с водой мне обычно везло. Когда я жил в лесу, возле убежища тоже был ручей.

И всё-таки пить стоило экономно. Каждому выдали по бутылке. Я собирался поступить так же.

— С питьевой водой всё в порядке, но… — Ли Ёнчжу осторожно пригубила воду и подняла глаза. — Что нам делать с едой?

Прошло уже достаточно времени, чтобы желудок напомнил о себе. Близился обед.

Грейс на мгновение задумалась, потом медленно посмотрела на меня — так смотрят на человека, который, как им кажется, должен знать ответ.

На специалиста.

Если честно, несколько дней можно и поголодать.

Тело человека вообще неплохо приспособлено к тому, чтобы тянуть без еды. Это тоже выносливость, наверное. Когда я жил в лесу, я ел всё, что помогало держаться: насекомых, мелких зверьков, корешки. Но даже этого порой едва хватало, чтобы встать на ноги.

Позже, когда пробудилась магическая сила, я начал охотиться на крупную дичь. Правда, магическая сила жрёт выносливость без жалости, так что потом калории нужно возвращать — и желательно с избытком.

— …Сибар?

— Угу.

— Вы… не могли бы добыть нам что-нибудь съедобное?

Грейс попросила так аккуратно, словно боялась задеть меня самой просьбой.

Я подумал.

Если бы всё решал только я, можно было бы бросить им пару толстых сочных личинок — и дело с концом. Но они такое не ели.

Значит, придётся поймать зверя, освежевать, приготовить на огне. Экстренными пайками желудок не набьёшь.

Зверьё поблизости было.

Если судить по запахам и шорохам, вокруг бродило несколько животных. Мы уже находились внутри безопасной зоны, и здесь было спокойно. Чужих групп рядом я тоже не чувствовал. Значит, в округе — только мы.

— Угу.

— П-правда?

После короткой паузы я ответил, и лицо Грейс сразу посветлело.

Она маг. У таких расход магической силы серьёзный, а расход магической силы, как я уже говорил, — это расход тела. Ей нужна еда.

— Жуки. Много.

— … …

Стоило мне предложить заменить еду жуками, как улыбка Грейс застыла на лице, будто её прибили тонким гвоздём. Цвет лица Ёнчжу ушёл в синий.

Шутка.

Если подумать, жуки нормальны только для меня. Для цивилизованного человека насекомое — не пища, а чистое отвращение, с лапками.

Если прожарить на огне, ещё куда ни шло. Но будут ли они есть? Сомневаюсь. Впрочем, попробовать можно.

Я огляделся и начал собирать с земли сухие ветки.

В обычной ситуации сперва надо бы найти убежище вроде пещеры, но мы не собирались тут жить неделями. Сойдёт.

— …Что вы делаете?

— Огонь.

— Огонь? Хотите развести костёр?

— Угу.

Грейс поняла, что я собираюсь делать, и посмотрела с удивлением. Могла бы просто сидеть и смотреть, но, наверное, ей стало неловко. Она тоже принялась подбирать ветки и приносить мне.

А вот Ёнчжу стояла на месте и хлопала глазами, словно не понимала, за что взяться.

Конечно, это была игра. Ради собственной репутации она нарочно ничего не делала. Будь она самой собой, первой бы кинулась помогать.

Сейчас это можно было понять.

Интересно, какой она будет, когда наконец покажет настоящее лицо.

Скоро передо мной выросла аккуратная куча веток. Сверху я насыпал сухих листьев.

Оставалось только добыть огонь. Можно было попросить Грейс использовать магию, но магическую силу следовало беречь хотя бы по капле.

Щёлк.

Я просто щёлкнул пальцами.

От трения вспыхнула искра. Принцип тот же, что у огнива, только огнивом было моё тело. С моим телом такое возможно.

— …Самадхи истинного огня?

Когда ветки занялись, Ёнчжу пробормотала это так, будто увидела не костёр, а чудо. Название звучало знакомо — что-то из восточных боевых искусств.

Но никакого боевого искусства тут не было. Просто тупо сильное тело, которое способно высечь искру.

— Госпожа Ёнчжу? — Грейс обернулась к ней. — Что вы сейчас сказали? Кажется, это язык Востока.

— А, ничего. Просто… я удивилась, что господин Сибар смог высечь огонь одним щелчком.

— Хм. Действительно. Одним щелчком пальцев… Сколько людей вообще на такое способны?

Фух!

Пока они разговаривали, огонь в хворосте ожил и поднялся ярким языком. Костёр был готов. Осталось найти материал для еды.

Я порылся в кармане и достал запасной перекус. Личинку, которую пару часов назад вынул из гнилого дерева.

К счастью, она не раздавилась, не лопнула и даже не сдохла.

— Неужели вы собираетесь её жарить… У-у-у…

Хруст.

Грейс ещё говорила дрожащим голосом, когда позади неё послышался звук: кто-то наступил на ветку.

Треск костра мог бы его заглушить, но мои уши услышали ясно.

— ?

Ёнчжу, у которой слух тоже был чутким, повернула голову с вопросительным выражением. Реакция была слишком естественной: ни дыма, ни игры она уже не замечала. Тело сработало раньше головы.

Грейс тем временем продолжала смотреть на личинку у меня на ладони с таким видом, будто я держал маленькую катастрофу.

Я бы, конечно, с удовольствием её пожарил.

Похоже, не выйдет.

Шшшух!

— Квиииик!

Из кустов прямо на нас вылетел кабан.

Как и говорил Мальборо, вместе со змеями кабаны — одни из самых опасных животных в лесу.

— А-а-а!

— Ч-что…

И Ёнчжу, и Грейс растерялись от внезапного появления зверя. У Ёнчжу это хотя бы было похоже на игру, а у Грейс красивое лицо перекосилось так неожиданно и своеобразно, что я на миг даже удивился. Впрочем, острый разрез глаз остался прежним — оттого выражение стало ещё страннее.

— Квиик! Квиииик!

Кабан визжал своим резким голосом и нёсся на нас. Точнее, на меня.

Обычно кабаны первыми не нападают. Разве что их напугать или внезапно столкнуться нос к носу.

Из-за меня?

С давних времён говорят: звериное чутьё страшная вещь. Кабан, должно быть, счёл меня угрозой и решил ударить первым. Будь он мирным травоядным, просто убежал бы. Но кабан — зверь скверный, злой. В лесу даже хищники не трогали разъярённого кабана без нужды.

Хрясь!

Но сегодня он был моим обедом.

Я бросил Рагнарёк ему в голову, не дожидаясь, пока зверь добежит. Топор вошёл точно между глаз.

Между кабаном и мной пылал костёр, и его нужно было сохранить. Мне самому огонь не страшен, но лесной пожар — дело хлопотное.

Туд-д-д.

Кабан умер в тот миг, когда топор вошёл в череп, но тело ещё неслось по инерции. Он остановился только перед самым носом Грейс.

Грейс, побелев, смотрела на тушу. Потом медленно повернулась ко мне. Лицо у неё стало бескровным, глаза раскрылись так широко, что виднелись белки.

Она явно хотела что-то сказать, но рот не слушался.

Ну, впервые такое видит. Бывает.

Оставив Грейс в оцепенении, я поднялся.

Хр-ряк.

Я подошёл и вытащил Рагнарёк из кабаньей головы.

Силы я почти не вкладывал, но топор убил зверя сразу. Хорошая вещь. И дальше пригодится.

— Хм.

Я осмотрел кабана со всех сторон. Бывают кабаны почти с дом — ну, если чуть преувеличить. Этот был небольшим. Между поросёнком и взрослым зверем.

Может, академия специально подбирала животных помельче ради безопасности студентов.

— В-вы в порядке?

— Да? А… да… Я в порядке…

Грейс кое-как поднялась при поддержке Ёнчжу. Ноги у неё дрожали, значит, испугалась она по-настоящему.

Тем временем я закончил осмотр, обернулся к ним и указал на кабана.

— Обед.

— Что?

Грейс округлила глаза. Потом посмотрела на тушу за моей спиной. Похоже, она ещё не до конца поняла происходящее и только моргала.

Я повторил:

— Обед.

— …Этот кабан — наш обед?

— Угу.

Грейс снова посмотрела на кабана. Тот лежал мёртвый, с вывалившимся языком.

Через несколько секунд её фиолетовые глаза затряслись, словно под ними началось землетрясение. Конечно, это лучше, чем жуки. Намного лучше. Но всё же кабан.

Для цивилизованного человека — не совсем обычный продукт на столе. Понимаю, почему её мутит.

— К-кабана можно есть, — осторожно сказала Ёнчжу. Похоже, голод всё-таки говорил громче брезгливости. — Я слышала, что домашние свиньи произошли от кабанов.

Кабан такого размера мог не просто накормить их досыта, но и оставить мясо в запас. Если закоптить.

— …Хорошо. Но как мы будем его разделывать?

— Э-э… Разве господин Сибар не сделает это?

— Господин Сибар жил в дикой природе. Он ведь может не знать, что такое разделка.

Это предубеждение. Пусть и кое-как, а разделывать я умею. Жил же.

Услышав это, я тут же поднял кабана и отошёл в сторону. Здесь разделывать было нельзя.

Вообще, следовало бы сделать инструменты и устроиться удобнее, но этот лес не был моим лесом. Нам нужно продержаться только до семи вечера следующего дня.

Хрясь!

Так что сперва — отрубить голову.

Я опустил топор на толстую кабанью шею.

Если бы я использовал красную магическую силу, отрезал бы легко, но вспомнил совет Рода: по возможности не показывать её. Его объяснение показалось разумным. Лишние хлопоты мне ни к чему.

Хрясь! Хрусть!

Трёх ударов хватило, чтобы отделить голову от туловища. Тут же потекла тёплая кровь.

Теперь нужно подвесить тушу вниз головой и дать крови выйти. Как раз рядом было подходящее дерево.

Только вот привязать нечем.

Неприятно.

Я задумался, чем бы закрепить тушу, и обернулся к девчонкам — хотел спросить, нет ли у них верёвки или чего похожего.

И увидел весьма забавную картину.

— У-у-у-укх!

— В-вы в порядке?

Грейс, похоже, достигла предела брезгливости и отдавала земле всё, что осталось у неё в желудке. Ёнчжу гладила её по спине и тревожно заглядывала в лицо. Уже не до игры — состояние Грейс было серьёзным.

Я всего лишь отрубил кабану голову топором, а она уже так.

Почёсывая шею, я спросил, совершенно не понимая:

— Что делаешь?

А ведь впереди ещё праздник внутренностей.

Вот поэтому цивилизованные люди такие слабые.

* * *

Пока группа Сибара уверенно неслась к полному бедствию, остальные команды выживали каждая по-своему.

Если выбирать тех, у кого дела шли лучше всех, это была команда Кары. У неё состав оказался хорошо сбалансированным. Сама Кара, бывшая принцесса Татар, не особенно держалась за власть, а остальные участники в целом слушались её указаний.

— Ты это есть не будешь? Сил не хватит.

— Да как такое есть? Пусть оно хоть трижды на огне жареное — это же жуки!

Правда, проблема с едой от этого никуда не делась. В отличие от Кары, её товарищи наотрез отказывались от ужина.

Учитывая, что ужином были насекомые, реакция совершенно естественная. Но Кара их не понимала.

— Да говорю же, вкусно. На Востоке, слышала, куколок шелкопряда жарят и едят. Вам-то что не так?

— Это Восток! Другая культура, другая!

— Странные вы.

Под громкое возмущение товарища Кара закинула жука в рот. Внутренности она заранее убрала, потом прожарила на огне, так что никакой мерзости во вкусе не осталось — только тёплый ореховый привкус. Вполне по её вкусу.

Земли Татар — пустыня. Там нехватка пищи дело обычное, и потому кухня развивалась своеобразно. Насекомые, мыши, всякая живность — всё, что можно поджарить на огне, шло в пищу.

Сибар бы съел всё, что дали.

Кара, оставив за спиной товарищей, смотревших на неё с отвращением, пошла дальше.

Наверняка они считают её варваром. Теперь она могла пропустить это мимо ушей.

Пока они не произнесут это вслух. В тот миг, когда кто-нибудь скажет «варвар», она забудет и про практикум, и про оценки.

Шорох.

Впереди зашевелились кусты. Кара и её товарищи повернули головы туда.

Остальные сразу напряглись. Кара же осталась спокойной, будто заранее знала, что кто-то появится.

— О! Нашёл! Сюда, сюда!

Из кустов вышел другой выживший — Антонио.

Кара удивлённо приподняла бровь. Антонио был в команде Луны. Почему он не настороже? Почему радуется, будто встретил старых знакомых? На этом практикуме все, кроме твоей команды, — соперники.

— …Сестра.

Следом неловко появилась Луна. Вид у неё был такой, словно она заранее просила прощения глазами.

Кара успела подумать, не пришли ли они драться, но первым заговорил Антонио:

— Принцесса Кара, сразу скажу: мы пришли не сражаться.

— Тогда зачем?

— Предложить кое-что, что может показаться вам заманчивым.

— Хм?

Слово «предложить» заставило Кару прищуриться. Она перевела взгляд на Луну.

Что бы они ни задумали, если Луну уже убедили, дело явно не совсем простое.

Для начала можно послушать.

Кара закинула изогнутый меч на плечо и качнула подбородком: говори.

— Суть вот в чём…

Антонио изложил то же, что уже сказал Луне.

Сначала нужно вывести Сибара. Победить его в бою невозможно, а сам практикум с самого начала несправедлив. Поэтому надо объединить команды и вместе выбить Сибара из игры.

— …Звучит неплохо.

— Если этот человек останется, нам ведь всё равно нечего будет делать.

Товарищи Кары, похоже, уже поддались словам Антонио. Они кивали, соглашаясь.

Но выражение лица Кары не изменилось. Она оставалась равнодушной, будто предложение не вызвало в ней ни искры интереса.

— Забавная идея.

— Правда ведь?

— Угу.

Антонио, кажется, решил, что почти добился своего, и просиял. Луна, смотревшая с тревогой, тоже чуть расслабилась.

Если Кара будет с ними, это станет надёжной поддержкой…

— Говорят, существует много способов самоубийства. Но этот — особенно свежий.

— …Что?

— Сестра?

Ответ Кары был чуть длиннее, чем обычное «нет», но смысл оставался очень простым.

— Мне легче подружиться с тигром, чем согласиться на такое.

Она отказывала.

http://erolate.org/book/3321/309839