Некоторое время мы ехали молча, прежде чем она наконец заговорила.
«Когда я увидела твою штуку, в первый раз, то вспомнила, как он выглядел, когда мы вместе принимали ванну. Я поняла, что ты уже совсем взрослый, потому что твой ... Хм... Ты знаешь... Стал настолько большим.»
Она замолчала, и я попытался понять, закончила она или нет. Но она продолжала:
«Ты обещаешь не смеяться надо мной?»
Интересно, над чем бы я мог посмеяться? Я не мог вспомнить ничего смешного из того, что произошло с тех пор, как мы встретили Влада.
«Обещаю,» сказал я.
Была еще одна короткая пауза, и она сказала: «Я думаю, что он очень красивый.»
Я же парень. Я хотел, чтобы женщин привлекал мой член, но я не был уверен, что "красивый" - это именно то прилагательное, которое я искал. Тем не менее, у меня было достаточно мирского опыта, чтобы знать, что слово "красивый", когда его использует женщина, может быть равнозначно "мужественный", в разговоре с мужчиной.
«Думаю, это справедливо,» сказал я. «По-моему, ты очень красивая.»
«Я знаю!» Сказала она в спешке. «И я знаю, что ты действительно так думаешь. Ты не просто пытаешься залезть ко мне в трусики, как это делают другие парни. Ты на самом деле думаешь, что я красивая, и это просто ... Я не знаю... Я не могу передать тебе, что я чувствую от этого.»
«Значит, из-за того, что я сказал, что ты красивая, ты захотела потрогать мой пенис?»
«Пенис!» Она вздрогнула. «Я никак не смогу привыкнуть к этому слову.»
«Это то, чем он является,» сказал я. «Ты уже большая девочка. Просто говори это. Это не такое уж большое дело.»
«Я должна была прикоснуться к нему,» сказала она. «Я знала, что сойду с ума, если этого не сделаю. Я так возбудилась, когда увидела, как ты…»
«Мастурбировал,» сказал я, обрывая ее. «Слова большой девочки, Эдди,» напомнил я ей.
«Когда ты мастурбировал, я едва устояла, чтобы не сделать это самой, прямо перед тобой. Мне казалось, что мое тело вот-вот взорвется. И я продолжала думать, что это невозможно, что я чувствовала себя так, потому что ты мой брат, но я действительно чувствовала это. А ты все смотрел на меня, как на аппетитный стейк, и словно умирал с голоду, и я знала, что это значит. Это означало то же самое, что и всегда, когда мужчины смотрят на нас, пока мы болеем на стадионе. Они хотят трахнуть нас!»
Она становилась все громче и ерзала на своем месте, как будто у нее были муравьи в штанах.
«Успокойся,» сказал я. «Я не пытаюсь сделать с тобой... Это.»
«Трахнуть меня?» Она посмотрела прямо на меня. «Мы просто должны... Называть это так, как оно есть... Так ведь? Я знаю, что ты об этом думал, Бобби. Я это знаю!»
«Ладно, ладно,» сказал я. «Я признаю это, хорошо? Но это не значит, что я собираюсь делать что-то подобное.»
«Я тоже это знаю,» сказала она. «Влад был прав.»
«Что? О чем ты?»
«Что девушки хотят попробовать разные вещи. Но я ничего не могу сделать такого, с теми парнями, с которыми хожу на свидания. Это репутационное самоубийство. Ты позволяешь парню зайти дальше простого поцелуя, и вдруг он хвастается этим перед всеми. Поэтому мы не можем исследовать и... Ты знаешь... Попробовать что-нибудь. Только с тобой я точно знаю, что это не превратиться в безумие. Так что мне просто нужно было узнать, каково это.»
Ее рука легла прямо на мой член. И она сжала его.
«Вот почему мне пришлось прикоснуться к твоему... Пенису.»
«Ты боишься делать это с другими парнями, поэтому ты хочешь сделать это со мной.»
«Именно. Ты меня понимаешь?»
«Да,» ответил я, пораженный тем, что все правильно понял. «Когда ты положила мои руки себе на грудь ... Это было безумие. Обычно девушки дают тебе пощечину, если ты пробуешь что-то подобное.»
«Вот именно!» Сказала она. «Влад был прав. Мы можем пробовать разные вещи с друг другом, потому что никто из нас, не причинит вреда другому.»
«Хорошо,» сказал я. «Но как далеко это может зайти?»
«Я не знаю. Вот почему я не знаю, какое принять решения, о том, как он хочет нас фотографировать.»
Я задумался на несколько секунд.
«Так ... Ты хочешь попробовать это? Потому что, если ты этого не хочешь, я не буду возражать. Я не собираюсь давить на тебя, по этому поводу.»
«Вот видишь! Большинство парней были бы в восторге от того, чтобы раздеть меня догола, и заполучить в свои руки. Но тебе не все равно! И это заставляет меня, захотеть попробовать сделать это! Я имею в виду, что не хочу даже думать о том, чтобы сделать это с кем-то другим, но с тобой, я согласна на это.»
«Ты же знаешь, что это своего рода задница задом наперед,» сказал я.
«Конечно, знаю,» ответила она. «Но именно так я себя и чувствую. Так что же нам делать?»
«Ну что ж, ты хочешь попробовать, и я признаю, что тоже хочу попробовать. Так... Давай попробуем это сделать. Мы всегда можем сказать ему, что передумали, и вернуться к обычной работе, или еще к чему-нибудь.»
«Хорошо,» сказала она.
Ее ответом было только: «Хорошо.»
---------------------------------------------------------------------
Когда мы добрались туда, Влад передвигал стеллажи с одеждой, вероятно, выстраивая их для будущих съемок. Он улыбнулся нам, когда мы вошли.
«Вот мои звезды,» сказал он. «Я послал пару снимков своему клиенту в Барбадосе. Он просто сходит с ума из-за них. Он говорит, что заплатит за две или три фотосьемки с вами. Большие деньги.» Он снова ухмыльнулся.
«Мы не уверены,» ответила Эдди. «Я нервничаю из-за этого.»
«Ты нервничаешь, потому что боишься, что кто-нибудь их увидит, или потому что эти снимки, будут сделаны вместе с твоим братом?»
«Скорее первое,» сказала она. «Если бы наши родители, когда-нибудь увидели наши фотографии, на которых мы будем голыми, они бы взбесились.»
«Я как раз думал об этом,» сказал он. «У меня есть идея.»
Он подошел к одному из рядов декораций, висевших с потолка. Те, что мы всегда использовали, стояли довольно близко к стене. Тот, который он выбрал сейчас, находился в трех футах от стены, а то и больше.
Он протянул руку и потянул одну из них вниз. Когда он это сделал, я увидел, что она отличается от других. На ней была прозрачная краска, изображающая пальмы и океан на закате. Но краска была на обратной стороне, а не на лицевой. Передняя часть, была сделана из гладкого листа пластика.
«Мы сделаем это с задней подсветкой. Вы двое станете перед декорацией, и на фотографиях будут только ваши силуэты, хорошо? Ваши тела будут только очертаниями. Никаких лиц. Никто не сможет узнать, кто вы такие. Это даст вам шанс попробовать фотосессию и посмотреть, сможете ли вы продолжать. Если вам это понравится, мы сможем продолжить идти в этом направлении. У меня есть хитрости, которые позволят изменить вашу внешность. Но мы можем поговорить об этом позже. Так вы хотите попробовать?»
«А это действительно сработает?» Спросил я.
Он просиял. «А ты подожди. Я покажу.»
Он передвинул несколько прожекторов на треногах, затащив их за задний план. Он повернул их к центру, направляя на солнце, нарисованное на заднем плане. Когда он включил их, задник вспыхнул светом, как витражное окно. Это было потрясающе. Это не выглядело реальным - не как изображение настоящего заката, но был реальным в каком-то сюрреалистическом смысле, как будто его нарисовал один из тех художников, которые искажают реальность ровно настолько, чтобы она выглядела захватывающе. Он подошел и посмотрел на декорацию, а затем подошел к шкафу, и вытащил длинный тонкий набор ламп. Он поместил их в нижней части фона, направив вверх под углом 45 градусов, и включил их, и я с удивлением увидел, что полоса внизу скрывает свет от моего взгляда, но лампочки освещали потолок над тем местом, где мы стояли. Он встал и подошел к полоске огней.
«Выключи свет в комнате,» сказал он.
Когда я подошел к стене, то он выглядел, как обычно. Но когда я выключил свет, он вдруг превратился в черный силуэт, на заднем плане. Это было не так отчетливо, как я думал, но я знал, что камера может приспособиться к этому. Он был прав. Я не мог бы сказать, что это был он, если бы не знал наверняка. Я вернулся к Эддисон и наклонился, чтобы прошептать ей на ухо:
«Что ты думаешь?» Спросил я.
«Мы попробуем,» сказала она Владу.
http://erolate.org/book/3393/320043
Готово:
