Я продолжал поднимать маму за ее попку, и теперь она обхватила меня обеими ногами, прижимая мой член к своему пышному волосатому холмику, когда ее ноги скрестились за моей спиной, а пятки впились в мои ягодицы. В порыве движения, мама положилась на меня, чтобы я поддержал ее и сорвала ночную рубашку со своего тела, задыхаясь: «Мне нужно почувствовать твое тело рядом с моим, сынок.»
И вот так, впервые, мы обнимались полностью голые, мать и сын в любовных объятиях. Мы целовались там, у окна, не обращая внимания на тех, кто мог наблюдать за нами из другого окна или, может быть, пролетая мимо на своих санях. Мое рождественское желание, только что исполнилось. Наконец мама была в моих объятиях как женщина, а не просто мать, женщина которая страстно желает своего мужчину.
Мама неохотно прервала наш поцелуй и, прижавшись бедрами к моей промежности, и прошептала: «Отнеси меня в свою постель, сын. Займись любовью со своей матерью.»
«Моя честь и мое удовольствие, мама. Я люблю тебя.» Не отпуская ее пышную попку, и осторожно неся маму, я провел нас через широкую комнату к своей старой кровати. Пружины заскрипели, когда я опустился коленями на матрас, я аккуратно отпустил маму, пока она не оказалась на спине, а я стоял на коленях между ее бедрами. Мой член пульсировал, когда я смотрел вниз на самое божественное зрелище, которое только можно себе представить, мою мать, обнаженную и возбужденную в моей постели, широко расставив ноги, ожидая, когда я займусь с ней любовью.
Мама была зрелищем, которое заставило бы любого художника плакать от радости с ее длинными черными волосами, рассыпанными по подушкам, тяжелыми, мясистыми сиськами, ее твердые, длинные соски пульсировали, в то время как раздвинутые ноги открывали вид на ее черные лобковые волосы, сверкающие плотскими соками, мамины вагинальные губы расцвели широко, открывая ее блестящую розовую плоть, ручейки вагинального сока текли через складки ее влагалища. Мама тяжело дышала с открытым ртом, ее глаза были полны кровосмесительной любви, желания и потребности. Мамины руки были подняты, ее пальцы манили меня в жесте "иди сюда".
«Счастливого Рождества, Мам. Я люблю тебя,» прошептал я, опускаясь на нее сверху.
«Я люблю тебя, сынок,» выдохнула мама, теперь в ее голосе звучало волнение. «Счастливого Рождества, любимый.» Мама вскинула бедра вверх, встречая мой член. Головка моего члена скользнула между ее губами, и я застонал от сладкого тепла, окутавшего мою плоть. Когда сантиметр за сантиметром мой твердый член погружался в тугую киску мамы, ее тепло, ее влажность, ее шелковистость чувствовались так хорошо. Мама вздохнула: «Такой большой!» Когда я погрузился в нее по самую рукоятку, я был в восторге от того, как это правильно, как прекрасно. Мой член и киска моей матери, казалось, были созданы друг для друга.
Без остановки, наши инстинкты сработали, и мы с мамой начали двигаться вместе, как будто мы были любовниками в течение многих лет. Мамины ноги поднялись, когда она обхватила меня ногами, ее пятки уперлись в мои бока, направляя темп моих толчков. Я лежал на ее большой, похожей на подушки груди, наслаждаясь ощущениями ее твердых, толстых сосков, царапающих мою волосатую грудь. Я приблизил свой рот к ее губам, и мы дразняще поцеловались, высунув языки, чтобы облизать губы или потанцевать вместе, прежде чем, наконец, мы прижались друг к другу в страстном поцелуе родственных душ.
Старая медная кровать начала петь песню похотливого экстаза, старые металлические пружины и крипления скрипели, отмечая ритм нашего кровосмесительного любовного акта. Когда мы двигались вместе и целовались, мы смотрели друг другу в глаза, теряясь во взглядах. Мамина киска сжималась на моем члене, сопротивляясь каждому движению, которое мой член принимал, чтобы выйти из нее, а затем нежно ласкал мою плоть, когда я погружался обратно в ее влажную, сливочную плоть. Когда я проникал глубоко в утробу матери, все ее тело, казалось, пульсировало от желания, массируя плоть моего члена, прежде чем я снова начинал двигаться. С каждым глубоким толчком глаза мамы становились все шире и, казалось, умоляли о большем.
Мамины руки разомкнулись вокруг моей шеи, и она потянулась назад, ухватившись за медные перила изголовья кровати и использовала их как рычаг, чтобы еще яростнее двигаться на встречу моего погружающего пениса. Мама широко раздвинула ноги, а затем обернула их вокруг моей задницы, впиваясь пятками в нее. Мама внезапно прервала поцелуй, вскрикнув, когда оргазм начал взрываться внутри нее: «Еще, любовник! Еби мамууууу жестче, глубже, Джоннн!» На лице мамы появилось выражение радостного недоверия. «О боже! Заставляешь меня кончать, Джон! Ты заставляешь маму кончать!»
Слезы потекли по щекам мамы, и она прикусила губу, когда почти непреодолимые волны удовольствия прокатились по ней. Тело мамы начало спазмировать, ее киска сжалась вокруг моего члена, который глубоко погрузился в ее сливочную плоть. Я прикусил губу, сосредоточившись на незначительной боли, чтобы не дать своему невероятному удовольствию, перебросить меня через край. Мама выгнула спину, продолжая испытывать оргазм, ее лицо исказилось от экстатических рыданий.
Наконец мама обмякла, словно марионетка, у которой внезапно оборвались нити. Ее ноги соскользнули вниз, и она всхлипнула, задыхаясь: «Вооооу - я никогда раньше так не кончала, милый!» Ее слова заставили мой член пульсировать от гордости, и я думаю, что он раздулся еще больше, потому что мама издала счастливый стон и, потянувшись назад, чтобы снова схватиться за медные перила, сказала: «Заставь меня кончить снова, сынок!»
http://erolate.org/book/3395/320120
Готово:
