«Сделал ли я тебя своей, девка?» он прошептал ей на ухо.
«О да, Милорд» она вздохнула и прижалась к нему, слегка виляя попкой. «Вы меня как следует сделали своей.» Она улыбнулась и положила голову ему на руку.
«Мне нравится твой постельный разговор, моя похотливая маленькая девка,» сказал он, уткнувшись носом в ее волосы. «Но, что ты имела в виду, когда говорила, «оплодотвори меня!»? Мне нравиться, то как ты меня просишь кончить в тебя, но это звучало немного странно.»
«Что ж, теперь, когда Милорд заканчивает среднюю школу, я думаю, вы можете узнать глубокую темную тайну того, что мы во взрослом мире называем "пестик и тычинка". Когда самец одного вида, это ты, любовь моя, как ты так умело продемонстрировал сейчас, и самка того же вида, это я, вступают в половую связь, и сперма самца откладывается во влагалище самки. Это ты, оттрахав меня, наполнив своей спермой до такой степени, что она стекает по моей ноге.
«Учитывая, что это происходит в правильное время в репродуктивном цикле самки, сперматозоид оплодотворит ее яйцеклетку. Эта оплодотворенная яйцеклетка, теперь эмбрион, прикрепится к стенке матки и начнет расти. Если все пойдет хорошо, примерно через девять месяцев рождается ребенок. Этот процесс самки иногда называют «оплодотворением», следовательно, отсюда мой счастливый разговор о том, чтобы вы: «оплодотвори меня, мой жеребец!»»
Отпустив ее грудь, Эван потянулся назад и мягко шлепнул мать по голой заднице.
«Умная задница!» он фыркнул, затем рассеянно потер небольшое красное пятнышко, оставленное от его шлепка, и продолжил более задумчиво: «Ты имеешь в виду, что ты можешь забеременеть?»
«Я не знаю,» она ответила правдиво. «Полагаю, что могла бы. Я не принимаю противозачаточные, никогда не принимала. Мы не нуждались в этом с твоим отцом. Я не могу сказать, что он действительно пытался, но он также не пытался предотвратить это. Конечно, у меня не было секса больше двух лет, так что я не беспокоилась об этом.» Она замолчала на минуту, очевидно, задумавшись, прежде чем продолжит.
«Ты хочешь, чтобы я забеременела?» Ее тон был несколько более настороженным и менее легкомысленным, чем раньше. «Если ты хочешь, чтобы я перешла на таблетки, я завтра же пойду к врачу.»
«Вау, крошка,» прошептал Эван почти про себя, рука, поглаживающая ее ягодицы, двинулась, чтобы нежно погладить низ живота, он, казалось, на минуту задумался. Неожиданно он поднял голову и сказал: «Что ты имеешь в виду, говоря, хочу ли я, чтобы ты забеременела? Боже мой, мама, это ты будешь беременна, а не я! Чего ты хочешь?»
«Сладкий,» сказала она нежно. «мое тело принадлежит тебе. Я уже говорила тебе об этом, и я была серьезна. Это твое тело, ты можешь делать с ним все что угодно. Можешь трахать его или не трахать, как тебе захочется, можешь заставить меня работать день и ночь, бей меня, если хочешь, все что угодно. Если ты хочешь, чтобы я была совершенно бесплодна, мы можем позаботиться об этом; если ты хочешь, чтобы я была беременна, ты можешь получить и это тоже. Ты мой хозяин; тебе решать.»
«Хмм,» сказал он, подумав с минуту, «Очень хорошо. Я принял решение. Я хочу, нет, требую, знать, что ты чествуешь сейчас. Я не обещаю, что мне будет не все равно на твои желания, но я хочу их выслушать. Отвечай мне: ты хочешь еще одного ребенка и хочешь, чтобы я был его отцом?»
«Да,» она прошептала почти неслышно, «я очень хочу ребенка, и ты единственный мужчина, которого я по доброй воле выберу на эту роль.» Он не видел ее лица, а значит, и слез, которые текли из уголков ее закрытых глаз.
«О, Шери, я люблю тебя так сильно!» его голос был хриплым от волнения. «До сих пор я не думала о ребенке, но одна мысль о том, что мой ребенок может быть внутри тебя, возбуждает меня больше всего на свете.»
Она могла сказать, что он не шутил, так как его член из вялого покоящегося состояния в щели ее задницы превратился в твердый, как камень, и торчал между ее сомкнутых ног почти мгновенно.
«Если бы ты родила моего ребенка, я бы знал, действительно знал, что ты моя женщина, а не мама, моя женщина, моя жена! Вместе с тобой участвовать в создании жизни, это, ну, я… Я не могу сказать, чтобы это значило для меня! Ты серьезно? Ты правда хочешь моего ребенка? Я знаю, что я должен быть главным и все такое, но это важно, действительно важно! Рождение ребенка- это то, что изменит нашу жизнь, изменит ее до конца нашей с тобой жизней! Ты действительно этого хочешь?»
Эмоции бушевали в ее голове. Она не хотела принимать решение, она не могла! Но в этом не было необходимости. Он спросил, чего она хочет, и она знала ответ. Она хотела еще одного ребенка с тех пор, как впервые взяла Эвана на руки. Может быть, у нее их и не будет! А может, причина была в Джеке! Она не знала, но точно знала, что хочет другого, и хотела, чтобы отцом был Эван. Теперь она знала, что он хочет быть отцом. Она любила этого человека, которого создала, и если сможет родить ему ребенка, то, клянется Богом, попытается!
http://erolate.org/book/3436/322773
Готово:
