«Ты правда хочешь ребенка, любовь моя?» спросил он через некоторое время. Она просто кивнула ему уткнувшись в его плечо, и он сжал ее чуть крепче. «Хорошо! Ты была лучшей матерью для меня; было бы стыдно лишить другого ребенка этой привилегии. Но, возможно, нам стоит немного подождать, что ты думаешь?»
На лице Шери появилось огорченное выражение, но вскоре она вздохнула и кивнула. «Ты, конечно, прав. Сейчас не лучшее время. По крайней мере, ты должен закончить школу. Я запишусь на прием завтра к врачу и начну принимать противозачаточные."
«Думаю, так будет лучше,» согласился Эван, «по крайней мере, сейчас. Но не думай, что теперь ты свободна от этого, девка. Если это еще не случилось, то скоро твой живот будет круглым от моего ребенка!»
В ту ночь они занимались любовью недолго, но очень страстно. Усталость и то, что завтра нужно рано утром вставать, ограничили их.
Следующие несколько недель прошли быстро и относительно без происшествий. Без происшествий, если только ты не восемнадцатилетний парень, который вот-вот закончит среднюю школу с выпускными экзаменами, будет подбирать колледжи и все, о чем ты можешь думать- это о самой красивой киске в мире, которая ждет тебя дома. Вероятно, единственное, что спасло его академическую карьеру, - это месячные у Шери, начавшиеся менее чем через неделю.
Это не только отложило вопрос о беременности на некоторое время, но и несколько замедлило их сексуальные отношения. Не то чтобы Эвана заботили грязь или кровь; нет, он был достаточно возбужден, чтобы проползти километр по заполненной дерьмом канализационной трубе только для того, чтобы понюхать ее жопу. Нет, это его не беспокоило, но дискомфорт, который чувствовала Шери в это время, беспокоил. Шери с радостью раздвинула бы для него ноги, во время удаления аппендикса, если бы он настоял, но, судя по судорогам и дискомфорту, это было не то, чего она хотела. Он хотел трахнуть ее самым худшим способом, но еще больше хотел ее полного и радостного участия.
Шери позаботилась о том, чтобы он знал, что может овладеть ею в любое время и в любом месте и, что ее состояние никоим образом не должно мешать ему получать удовольствие, когда он того пожелает. Но, сказав это, она ценила зрелое внимание, проявленное ее сыном и любовником в этой ситуации.
Первые несколько дней месячных всегда были для нее трудными. Сильные спазмы в сочетании с очень обильными выделениями, делали крайне неудобными три или четыре дня. Бывали моменты, когда она едва могла двигаться, настолько сильные были спазмы. Врачи, к которым она обращалась, сочувствовали ей, но не могли ничем помочь. Ее месячные проходили более тяжело, чем у большинства женщин, но не были чем-то необычным. Грелки, отдых и безрецептурные анальгетики-вот и все, что они ей могли посоветовать. К лучшему или худшему, но они были довольно предсказуемы и до конца дня, как только спазмы прекращались, выделения были минимальными, а боль несущественной.
Эван продолжал удивлять ее своей проницательностью и сочувствием. Привыкнув к своей роли, того кто дает ей причины, он мог быть суровым и авторитетным, но всегда смягчал это добротой. Он часто приказывал ей высказать свое мнение или чувства по поводу определенных вещей. От нее ожидали, что она составит график работы, оплатит счета и списки покупок, и все это, разумеется, с его одобрения. Они оба знали, что он разрешает, нет, настаивает, чтобы она участвовала в их уникальном партнерстве хотя иногда ей этого не хотелось.
Это было притворство, фасад; она управляла значительной частью их домашнего хозяйства, но именно его игра позволяла ей делать это. Почему она не может заставить себя принять решение, сказать кому-то, что делать, взять на себя ответственность? Она не знала и в последнее время волновалась об этом еще меньше, чем раньше. Было время, когда она задавалась вопросом, нужна ли ей серьезная психологическая помощь. Она знала, что другая и что ее отношения с Джеком временами были крайне нездоровыми как физически, так и психически. Но теперь это уже не имело значения. За три коротких недели идеальный мужчина взял под контроль ее жизнь, и она никогда еще не была так счастлива!
Исчезли побои, которые оставляли ее слабой на несколько дней, так же, как и психологическое насилие, когда ей постоянно говорили, какая она бесполезная сука, ни на что не годная, кроме черной работы и быстрого сброса в нее спермы время от времени. Теперь ее действительно любили. Ее молодой хозяин желал и жаждал ее тела, что она в какой-то мере испытывала во время замужества за Джека, но он хотел не только ее тело. Он хотел, чтобы она наслаждалась их сексом, его пальцы и язык доводили ее до оргазма больше раз, чем она могла сосчитать.
Если бы она была просто системой жизнеобеспечения для пизды, он бы так не поступал, не так ли? Нет, он любил ее, мирился с ее глупостью, даже когда это причиняло ему неудобства. Он "заставлял" ее заботиться о себе, содержать себя в чистоте, быть ухоженной, хорошо одетой, а иногда и очень развратно. Он делал это не только для себя, хотя она знала, что ему нравится, как она выглядит в красивом платье, на высоких каблуках, в чулках и с макияжем. Она знала, что она больше, чем его секс-игрушка и брелок, что он любил и гордился ею. С каждым днем она все больше и больше влюблялась в этого великолепного человека, который когда-то был ее сыном.
http://erolate.org/book/3436/322775
Готово:
