Когда Цзян Лин снова открыл глаза, солнце уже стояло высоко в зените. Давно он так хорошо не высыпался…
Приподнявшись на жестком ложе, он сладко потянулся. Цзян Лин огляделся по сторонам: Санъецао и след простыл, а вот Мита сидела совсем рядом, густо краснея.
Заметив, что он проснулся, девушка едва слышно пролепетала:
— Ты… ты уже проснулся?
Мита прекрасно помнила все свои ночные «подвиги». Мало того что она сама забралась к нему в объятия, так еще и вцепилась мертвой хваткой в его воротник. Ну что за позор? После такой ночки Цзян Лин, наверное, больше и близко ее к себе не подпустит…
От этой мысли ушки Миты печально поникли.
Цзян Лин же понимал: после долгого и изнурительного бегства Мита была истощена до предела, так что долгий сон был делом вполне естественным. Он мягко погладил ее по голове:
— Прости, я совсем заспался. Проголодалась? Сейчас я что-нибудь приготовлю.
Почувствовав тепло его ладони, Мита вновь просветлела лицом и радостно кивнула:
— Угу!
Прознав, что хозяин дома бодрствует, Синьжэнь и остальные девчонки гурьбой ввалились в комнату и уселись за обеденный стол, всем своим видом показывая, что они не прочь подкрепиться.
Вообще-то они планировали уйти сразу после завтрака, но Цзян Лин проспал, а уходить по-английски им не хотелось. С одной стороны, нужно было лично попрощаться, а с другой… грех было упускать возможность еще разок отведать его стряпни.
Покончив с едой, Цзян Лин передал Синьжэнь запас сахара-рафинада, и пришло время расставаться.
— Ну, я пошла! Приглядывай тут за Хэтао! — Синьжэнь помахала ему рукой, стоя уже за пределами базы.
— Старший брат Цзян, как будет время, мы обязательно заглянем в гости! — Подхватила Мусицао.
Сяошаньмэй молчала, лишь смотрела на него глазами, полными слез. Было видно, как тяжело ей дается эта разлука. Но за этой влагой в ее взоре крылось нечто большее – робкая надежда.
«Вот подлечу маму, вот вырасту еще немного, стану сильной и полезной для старшего брата Цзян Лин…»
«Я обязательно вернусь. И тогда сама скажу ему, что хочу вступить в его колонию!»
Приняв это твердое решение, Сяошаньмэй вытерла слезы кулачками. Ее взгляд стал ясным и решительным. Она еще раз махнула Цзян Лину рукой и, развернувшись, последовала за Синьжэнь на север.
Цзян Лин и его спутницы долго смотрели им вслед, пока фигурки трех девушек не скрылись за горизонтом. Лишь тогда они вернулись в колонию.
Хэтао не спешила уходить. Она все смотрела в ту сторону, где исчезла Синьжэнь, сплетя пальцы и безмолвно молясь в глубине души.
«Синьжэнь, пусть твой путь будет легким».
У Хэтао было предчувствие: совсем скоро они вернутся и решат навсегда остаться в этой колонии, чтобы снова жить под одной крышей. Но до тех пор…
Она повернулась и посмотрела на спину уходящего вглубь базы Цзян Лина. На ее лице расцвела едва заметная улыбка.
«До тех пор… позволь мне просто следовать за своим счастьем».
С уходом Синьжэнь и ее подруг в колонии сразу стало как-то пусто. Цзян Лину даже на мгновение стало не по себе от этой тишины. Впрочем… раз гости отчалили, значит, самое время выгулять ту «домашнюю птичку», что засиделась в четырех стенах.
С этой мыслью он раздобыл охапку древесины и принялся за работу.
Санъецао, как обычно, отправилась собирать всякий хлам в окрестностях колонии, а Хэтао, загоревшись идеей украсить базу цветами, ушла на поиски саженцев. Мита же осталась подле Цзян Лина, молча наблюдая за его движениями.
Благодаря системной функции разложения и обработки, изготовление не слишком сложных вещей давалось Цзян Лину без труда. Несколько деревянных брусков в его руках быстро превратились в аккуратное колесо.
Проверив его на прочность, он удовлетворенно хмыкнул. Теперь дело за сиденьем…
Спустя некоторое время перед изумленной Митой предстало готовое деревянное инвалидное кресло.
— Это… инвалидное кресло? — Глаза девушки восторженно заблестели.
— Знаешь, что это такое? — Цзян Лин кивнул. Конечно, в контексте пятьдесят шестого века этот вопрос звучал странно, но ему казалось, что технологический уровень многих местных жителей едва ли дотягивал до того, к чему он привык в своем прошлом. И раса цилуо, судя по всему, не была исключением.
— Ага, — подтвердила Мита. — Раньше папа повредил ногу, и дядя-ремесленник смастерил ему точно такое же.
Что ж, видимо, он все-таки недооценивал кругозор местных аборигенов. Цзян Лин присел в кресло, испытывая конструкцию своим весом, и, убедившись, что все в порядке, направился к хибаре.
В этот момент вернулась Хэтао с целой охапкой мелких желтых цветов. Она буквально сияла от радости:
— Цзян Лин, Цзян Лин! Гляди, какие красивые!
Он обернулся. В ее руках были самые обычные полевые цветы, но здесь, в пустошах Крайнего Мира, даже такой скромный букет казался чудом.
— Да, очень красивые.
— Хе-хе!
Хэтао, польщенная его одобрением, заулыбалась еще шире:
— Тогда я пойду их посажу.
— Хорошо, делай как знаешь, — ответил он и добавил:
— Кстати, Хэтао, ты вовремя. Пойдем, я познакомлю тебя с еще одним членом нашей колонии.
— С еще одним… членом? — Хэтао опешила. Разве в колонии есть кто-то еще, кроме нее, Цзян Лина и Санъецао? Ну, теперь еще и Мита добавилась.
— Сейчас сама увидишь.
С этими словами Цзян Лин покатил кресло к хибаре и зашел внутрь.
Поскольку он сегодня проспал, Лукия получила свой завтрак только к полудню и теперь пребывала в прескверном расположении духа. Увидев его на пороге, она недовольно бросила:
— Чего опять приперся? Механический обрабатывающий станок сам себя не сделает. Ты хоть понимаешь, что раса огненных демонов вот-вот…
— Знаю-знаю, раса огненных демонов уже на подходе! — Бесцеремонно перебил ее Цзян Лин. — Но прежде чем мы начнем, я решил, что такой домоседке, как ты, просто необходимо проветриться и погреться на солнышке.
— Мне? На солнышко? — Лукия посмотрела на него как на умалишенного. С чего бы это ей в таком состоянии разгуливать под солнцем? Он вообще в своем уме?
Цзян Лин не стал тратить время на споры. Он шагнул вперед, подхватил Лукию на руки и решительно направился к выходу.
Девушка мгновенно вспыхнула до кончиков ушей:
— Ты… ты что это удумал?! Зачем ты меня лапаешь? Ты что, извращенец какой-то?!
Хэтао, гадавшая снаружи о таинственном незнакомце, так и застыла с открытым ртом, когда увидела Цзян Лина, выходящего из хибары с синеволосой красавицей на руках, за спиной которой красовалась пара белоснежных крыльев.
«Это что… небесная эльфийка?»
До ушей Хэтао долетали обрывки фраз про «извращенца» и просьбы «не трогать»…
«Неужели он ее похитил? – …пронеслось в голове у Хэтао. – …Да нет, Цзян Лин не такой. Стал бы он тогда отпускать Синьжэнь и остальных?»
Тем временем Цзян Лин, не обращая внимания на вопли Лукии, подошел к креслу и аккуратно усадил ее в него. Вечно ворчливая пленница тут же замолчала.
#
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://erolate.org/book/3482/326699
Сказали спасибо 0 читателей