«Лучше уж сдохнуть от голода в пустошах, чем попасть в руки к незнакомому колонисту…»
С этой мыслью Юаньсяо выхватила длинный меч из ножен, но ее силы были на исходе, и клинок дрожал в ослабевших руках.
«А что если… этот колонист окажется дружелюбным?», – в отчаянной жажде жизни в ее голове промелькнула слабая надежда.
Меч в руке зашатался еще сильнее.
В этот момент Цзян Лин со своими спутницами подошел к ней. Увидев обнаженный меч, Санъецао и Синьжэнь мгновенно вскинули оружие, целясь в Юаньсяо.
Однако, взглянув на то, как дрожит клинок незнакомки, Цзян Лин понял, что она не способна на сопротивление. Он поднял руку, приказывая девушкам опустить оружие.
Юаньсяо сквозь пелену перед глазами разглядела Цзян Лина.
Это был… сапиенс. Выглядел он миролюбиво и опрятно, совсем не похож на злодея. От него не исходило ни капли враждебности.
В глазах Юаньсяо вспыхнул огонек надежды, и пальцы, сжимавшие рукоять меча, окончательно разжались.
Оружие выпало из рук и с лязгом ударилось о землю. Сама она в изнеможении рухнула на колени.
Цзян Лин сделал два шага вперед:
— Тебе нужна помощь?
Только сейчас он смог рассмотреть ее получше. Фигура у нее была изящная, но рост… лишь немногим выше Санъецао и остальных. Примерно метр шестьдесят.
До сих пор единственной зрелой красавицей в колонии была Лукия, да и та была прикована к инвалидному креслу. Если принять эту незнакомку, его база, возможно, перестанет напоминать «лоли-гнездо».
«Хотя… почему-то мне даже немного жаль, если это изменится», – промелькнула циничная мысль.
Лицо незнакомки скрывала вуаль конической шляпы, не давая разглядеть черты, но из-под полей выбивались пряди розовых волос.
Стиснув зубы, Юаньсяо слабо прошептала:
— Прошу… соблаговолите одарить меня… хотя бы малой толикой пропитания. Я… клянусь отплатить сполна… за спасение моей жизни…
Голос ее был едва слышным, но удивительно мелодичным, похожим на нежную музыку – один только звук ее речи заставлял сердце биться спокойнее.
«А, так она просто умирает от голода», – понял Цзян Лин и направился к коленопреклоненной девушке.
— Цзян Лин! — Предостерегающе крикнула идущая следом Санъецао.
— Все в порядке, — коротко бросил он. Остановившись перед Юаньсяо, Цзян Лин протянул ей руку:
— В нашей колонии как раз время обеда. Пойдем с нами, поешь.
На самом деле, чтобы помочь ей, Цзян Лину было достаточно достать немного ягод из системного пространства. Но… он решил рискнуть и использовать «сахарную пулю», чтобы попытаться удержать этого одинокого колониста у себя.
А лучшей «сахарной пулей» в его арсенале были Натуральная Кукуруза и говядина.
Юаньсяо подняла мягкую, белоснежную ладонь, ухватилась за руку Цзян Лина и попыталась подняться.
Но в следующий миг она пошатнулась и, потеряв равновесие, бессильно привалилась к нему. Уткнувшись головой в плечо Цзян Лина, она невольно сбила свою коническую шляпу, и та покатилась по земле.
Водопад розовых волос рассыпался по плечам.
Цзян Лин замер.
От столь внезапной близости с незнакомым мужчиной Юаньсяо густо покраснела, но постаралась сохранить самообладание:
— Простите… у меня… совсем нет сил от голода.
Цзян Лин промолчал. Это до какой же степени нужно было довести себя?
Придерживая Юаньсяо за плечи, он помог ей выпрямиться. И когда он наконец увидел ее лицо, то буквально лишился дара речи.
Перед ним была писаная красавица.
Лицо осунулось от голода, кожа приобрела нездоровый оттенок, но это не могло скрыть совершенства ее черт. Кожа была невероятно белой – белее всего, что Цзян Лин видел раньше, но при этом она не казалась болезненной. Красота ее была абсолютно гармоничной.
Две розовые пряди обрамляли лицо, оттеняя пару светло-розовых глаз. А над ушами с каждой стороны тянулись три розовых отростка-щупальца, на вид очень мягких.
На первый взгляд это выглядело странно, но придавало ей некое экзотическое, почти мистическое очарование.
Цзян Лин вспомнил название ее народа – раса менгюаней.
«Аксолотль, что ли?», – эти три пары щупалец действительно напоминали ему жабры саламандр, которых он видел когда-то.
Впрочем, он быстро пришел в себя.
— Давай я отнесу тебя на спине.
Сначала Юаньсяо хотела возразить, но, взглянув на Санъецао и Хэтао, которые смотрели на нее с явным подозрением, и встретив добрый взгляд Цзян Лина – единственного, кто проявил к ней милосердие, – она лишь кивнула:
— Благодарю вас.
Вскинув Юаньсяо на спину, Цзян Лин поспешил обратно к базе. Санъецао и Хэтао подобрали ее меч и шляпу и пошли следом.
Юаньсяо была не только выше ростом, чем его спутницы, но и обладала вполне оформившейся фигурой. Когда Цзян Лин нес ее, он отчетливо ощущал спиной мягкость ее груди, напоминавшей две «маленькие булочки».
Пока парень нес ее в колонию, Юаньсяо смогла оглядеться. Два мраморных дома, одно… отхожее место? И поле кукурузы.
Скромно, но… очень уютно. Похоже, колонисты обосновались здесь недавно.
Вернувшись в дом, Цзян Лин усадил Юаньсяо за обеденный стол и протянул ей початок:
— Ешь. Только не спеши.
Увидев, что гостья не выказывает никакой агрессии, Санъецао и Хэтао, не сводившие с нее глаз, немного расслабились. Но они все равно смотрели на Цзян Лина с укором – приводить в дом незнакомку, о которой ничего не известно, было слишком рискованно.
Однако Цзян Лин не беспокоился. Интуиция подсказывала ему, что эта представительница менгюаней не замышляет зла.
«Искусственная кукуруза?», – Юаньсяо взяла початок, ее глаза дрогнули.
Она, конечно, не стала бы привередничать. Напротив, для такой скиталицы, как она, живущей на подаяния, даже один початок сытной искусственной кукурузы был редким деликатесом.
— Премного… благодарна.
Поблагодарив, она впилась зубами в зерна. Но как только вкус, совершенно не похожий на вкус искусственного продукта, раскрылся у нее во рту, она оцепенела от неожиданности.
Цзян Лин был доволен ее реакцией. Как и ожидалось, в глазах любого обитателя Крайнего Мира Натуральная Кукуруза была изысканным деликатесом, порой превосходящим по вкусу даже мясо.
Юаньсяо медленно пришла в себя и посмотрела на Цзян Лина:
— Это же…
Цзян Лин с улыбкой приложил указательный палец к губам, призывая ее не задавать лишних вопросов.
Она тут же поняла намек. В сердце ее разлилось тепло благодарности, и она принялась есть с удвоенным аппетитом.
В этот миг Юаньсяо едва не расплакалась. Для этого человека она была лишь случайной встречной, которая к тому же угрожала ему мечом. А он принял ее и угостил таким дорогим сокровищем, как Натуральная Кукуруза.
Когда початок закончился, Цзян Лин протянул ей стейк. Умирающая от голода Юаньсяо приняла и его, набивая рот говядиной, позабыв о приличиях.
Но даже при этом, на взгляд Цзян Лина, она выглядела удивительно изящно.
Вскоре Юаньсяо, впервые за долгое время наевшись досыта, откинулась на спинку стула и облегченно выдохнула.
Она действительно была в шаге от смерти в этой пустыне.
#
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://erolate.org/book/3482/326704
Готово:
