На следующий вечер сад за ассоциацией снова встретил Евгения тишиной и мягким светом магических фонарей. Воздух был тёплым, слегка пахнущим ночными цветами. Он пришёл чуть раньше и стоял у той же беседки, чувствуя, как внутри него спокойно пульсирует сила. Сегодня он решил действовать ещё аккуратнее — никаких грубых приёмов, только лёгкий флирт, намёки и постепенное усиление давления.
Зензе появилась ровно в назначенное время. Она шла по дорожке чуть быстрее обычного, мантия плотно облегала её фигуру. Когда она подошла ближе, Евгений сразу заметил изменения: щёки слегка порозовели, дыхание было чуть чаще, а в глазах светилось уже не просто любопытство, а настоящее, едва сдерживаемое желание.
— Ты пришла, — мягко сказал он, улыбаясь. — Я рад.
Зензе остановилась в шаге от него и попыталась сохранить строгий тон, но голос выдал её:
— Я… думала всю ночь. И весь день. Ты не выходил у меня из головы, Евгений. То, что ты говорил вчера… оно засело слишком глубоко в сознании.
Она вошла в беседку и села на скамью. Евгений сел рядом, но на этот раз ближе — их бёдра почти соприкасались. Он посмотрел на неё спокойно, но с тёплым блеском в глазах.
— И к какому выводу ты пришла? — спросил он тихо.
Зензе сглотнула. Её пальцы нервно переплелись на коленях.
— Что я хочу понять тебя глубже. Но… каждый раз, когда я вспоминаю твой взгляд, моё тело начинает… реагировать. Вчера ночью я… — она запнулась, щёки вспыхнули ярче. — Я не могла заснуть. Я думала о тебе. О том, что ты сказал. О том, как ты будешь… входить в меня.
Евгений не стал торопить. Он просто смотрел на неё, мягко активируя Взгляд Возбуждения — очень лёгкий, словно тёплое дуновение. Зензе тихо выдохнула, её грудь поднялась глубже. Под мантией отчётливо проступили набухшие соски.
— Расскажи мне, Зензе, — произнёс он низким, бархатным голосом. — Что именно ты чувствовала ночью? Что ты делала, думая обо мне?
Зензе прикусила губу. Она явно боролась с собой, но желание уже пересиливало стыд.
— Я… я... мастурбировала... Я представляла, как ты берёшь меня. Как входишь глубоко и не останавливаешься. Я кончала несколько раз… и каждый раз кричала твоё имя.
Её голос дрожал. Она посмотрела ему прямо в глаза, уже не скрывая возбуждения.
— Я никогда не была такой. Никогда так сильно не хотела мужчину. Ты делаешь что-то со мной. И я уже не уверена, что хочу это остановить.
Евгений медленно протянул руку и очень нежно провёл пальцами по её щеке, затем вниз по шее. Зензе вздрогнула, но не отстранилась. Наоборот, слегка наклонилась к его руке.
— Тогда не останавливай, — прошептал он ей на ухо. — Позволь себе почувствовать это. Позволь мне показать, насколько сильнее может быть настоящее прикосновение по сравнению с фантазиями.
Его пальцы скользнули ниже, по ключице, едва касаясь края мантии. Зензе тихо застонала — коротко, но очень выразительно.
— Я… я боюсь, что если начну, то уже не смогу остановиться, — призналась она хриплым шёпотом. — Я должна держать контролировать себя. А рядом с тобой… я хочу сдаться. Хочу, чтобы ты взял меня здесь. Прямо в этом саду. Чтобы ты прижал меня к этой скамье или к дереву и вошёл в меня так глубоко, как только сможешь.
Евгений улыбнулся и наклонился ещё ближе. Его губы почти касались её уха.
— Я могу сделать это прямо сейчас, Зензе. Могу задрать твою мантию, раздвинуть твои ноги и войти в тебя одним толчком. Ты уже возбуждена, я вижу это по тому, как ты сжимаешь бёдра. Но я хочу, чтобы ты сама попросила. Скажи мне ясно: «Евгений, возьми меня. Используй меня. Наполни меня своей силой».
Зензе тяжело дышала. Её рука невольно легла на его бедро, пальцы слегка сжались. Она смотрела на него снизу вверх, глаза были затуманены желанием.
— Я… — она запнулась, но потом выдохнула почти умоляюще: — Я хочу тебя. Очень. Но… не здесь. Не на улице. Даже в этом саду слишком… открыто. Я хочу быть с тобой наедине. Полностью. Чтобы никто не мог нас услышать. Чтобы я могла кричать, не сдерживаясь.
Она наклонилась ближе и прошептала ему на ухо дрожащим голосом:
— У меня есть небольшая комната недалеко от ассоциации. Тихая. Уединённая. Никто не помешает. Если ты хочешь… мы можем пойти туда. Прямо сейчас. Я готова. Я уже не могу думать ни о чём другом, кроме того, как ты будешь внутри меня.
Евгений мягко провёл пальцем по её нижней губе. Зензе тихо застонала и слегка приоткрыла рот.
— Тогда веди меня, Зензе, — сказал он спокойно, но с явной властной ноткой. — И я обещаю — когда мы окажемся за закрытой дверью, я возьму тебя так, как ты хочешь.
Зензе встала. Ноги её слегка дрожали. Она взяла его за руку — впервые сама — и тихо произнесла:
— Пойдём. Я больше не хочу ждать. Я хочу почувствовать тебя внутри себя… сегодня же.
Они вышли из сада вместе. Зензе шла быстро, почти торопливо, крепко держа его за руку. Её дыхание было прерывистым, а походка выдавала сильное возбуждение — она то и дело сжимала бёдра, пытаясь унять пульсирующий жар между ног.
Евгений шёл рядом и улыбался про себя. Зензе была уже на грани. Ещё несколько минут — и она окажется в своей комнате, полностью готовая сдаться ему. Готовая кричать, кончать и принимать его семя снова и снова.
Ночь только начиналась. И она обещала стать очень жаркой.
http://erolate.org/book/375/36275
Готово:
