Эрза сама пришла к нему через два дня.
Она стояла в дверях его комнаты в полной броне, с мечом на поясе, и смотрела прямо в глаза. На лице была привычная строгость, но в глазах уже горел новый огонь — смесь вызова, любопытства и чего-то, чего она сама ещё не до конца понимала.
— Я хочу проводить регулярные тренировки сопротивления, — сказала она без обиняков. — «Тренировки воли». Ты будешь использовать силу с минимума и будешь постепенно повышать. Я буду стоять перед тобой и пытаться подавить это. Мне нужно понять… насколько я сильна на самом деле. И доказать себе, что я могу выдержать то, чему поддались другие.
Евгений молча кивнул. Он видел, как она сжимает кулак, как чуть глубже дышит.
— Хорошо, — ответил он тихо. — Когда начнём?
— Прямо сейчас, — сказала Эрза. — Здесь.
С того дня их встречи стали регулярными.
Каждый раз Эрза приходила в одну и ту же комнату. Каждый раз вставала перед ним в полной броне, сжимала меч в руках или просто стояла с руками за спиной, и просила:
— Начинай.
Сначала — на самой слабой мощности.
Она стояла прямо, как на параде, и начинала говорить. Голос был твёрдым, привычным.
— Сила воли — это основа всего. Тот, кто не может контролировать свои желания, никогда не станет по-настоящему сильным. Я видела, как многие ломаются под давлением. Но я — не такая. Я выдержу любое испытание, потому что знаю, кто я есть.
Сначала она держалась долго. Двадцать минут. Двадцать пять. Колени едва заметно дрожали только к концу. Между бёдер появлялось лёгкое тепло, соски слегка напрягались под бронёй. Она сжимала бёдра, выпрямлялась резче и продолжала говорить, пока наконец не говорила тихо:
— Достаточно.
Выходила гордо, с прямой спиной.
— В следующий раз я продержусь дольше.
Евгений смотрел ей вслед и чувствовал, как внутри что-то меняется.
С каждым разом он всё сильнее хотел завоевать её. Не сломать. А именно завоевать. Увидеть, как эта гордая, железная женщина постепенно сдаётся — не потому, что не может сопротивляться, а потому, что сама выбирает опуститься перед ним.
Он начал ловить себя на мысли, которых раньше не было.
«Она… невероятная. Даже когда колени дрожат, даже когда между ног уже течёт, она всё равно стоит и пытается читать свои нотации. Большинство уже давно были бы на коленях и умоляли. А она… она борется. Каждый раз.»
И иногда, когда она уходила, у него в голове мелькало что-то ещё более опасное:
«А не остаться ли мне в этом мире… вместе с ней?»
Он отгонял эту мысль. Но она возвращалась.
Со второй тренировки всё пошло быстрее.
Эрза сама попросила повысить мощность. Она стояла перед ним, сжимая меч так сильно, что костяшки побелели, и говорила, стараясь держать голос ровным:
— Сила воли — это… когда ты можешь… сохранять ясность мысли, даже когда тело… даже когда тело начинает тебя предавать. Многие думают, что сила — это только меч и магия. Но настоящая сила — это когда ты продолжаешь стоять… даже когда внутри всё… горит.
Голос дрогнул на слове «горит».
Колени задрожали уже на восьмой минуте. Она сжала их сильнее. Между бёдер стало заметно теплее. Влага появилась быстрее, чем в прошлый раз. Соски затвердели под бронёй, и каждый вдох заставлял их тереться о ткань — неприятно и сладко одновременно.
Эрза продолжала говорить, но предложения стали короче, голос — ниже.
На двенадцатой минуте она тихо опустилась на одно колено. Быстро выпрямилась. Ещё через минуту — снова.
На пятнадцатой она прошептала:
— Достаточно.
Вышла, не сказав привычную фразу про «в следующий раз». Просто ушла, гордо выпрямив спину, хотя колени всё ещё слегка дрожали.
Евгений остался стоять один. Он провёл рукой по лицу и тихо выдохнул.
«Она… она пытается изо всех сил. И всё равно. Боги… я хочу её. Не просто трахнуть. Чтобы она признала меня… но при этом осталась собой.»
С каждой новой встречей сопротивление Эрзы становилось всё короче.
На третьей тренировке она уже не пыталась читать длинные нотации. Просто стояла и говорила короткими фразами, сжимая зубы:
— Я… не позволю… какому-то взгляду… сломать меня. Я сильнее… этого. Я… сильнее…
Колени дрожали с пятой минуты. На восьмой она упала на оба колена. Руки упёрлись в пол. Она тяжело дышала, голова опущена, алые волосы упали на лицо. Влага уже явно текла по внутренней стороне бёдер под бронёй.
Эрза оставалась на коленях почти две минуты, борясь с собой. Тело дрожало. Она сжимала кулаки так сильно, что ногти врезались в ладони.
Потом медленно поднялась.
— Достаточно, — сказала она шёпотом.
Вышла, не сказав больше ни слова.
Евгений смотрел на закрывшуюся дверь и чувствовал, как внутри разгорается огонь.
«Она… она всё ещё держится. Даже когда колени не держат. Она всё равно поднимается и уходит с гордо поднятой головой. Я… я начинаю по-настоящему хотеть её. Не как очередную цель. А как… неё. Эрзу. Эту невероятную, гордую и всё ещё сражающуюся женщину.»
Иногда мысль приходила сама собой:
«А что, если… остаться здесь? В этом мире. С ней. Не возвращаться в другие миры. Просто… остаться… Но ведь эти миры не настоящие, хотя я сам наполняю их жизнью.»
Он отгонял её. Но она возвращалась всё чаще.
С каждой новой встречей время до того, как Эрза опускалась на колени, становилось всё короче.
Сначала — семнадцать минут.
Потом — двенадцать.
Потом — восемь.
Потом — пять.
А потом — три.
И каждый раз, когда она приходила, она смотрела ему в глаза и говорила одну и ту же фразу:
— Начинай.
Сначала с гордым вызовом.
Потом — с тихой решимостью.
А потом — уже с лёгкой дрожью в голосе.
Она всё ещё пыталась сопротивляться. Всё ещё пыталась говорить о силе воли. Но предложения становились всё короче, голос — всё ниже, а тело — всё откровеннее.
На одной из встреч, когда она уже стояла на коленях, тяжело дыша, с растекающейся по бёдрам влагой, она вдруг тихо прошептала, не поднимая головы:
— …Сделай… чуть сильнее… Я хочу проверить себя.
Евгений замер.
— Ты уверена?
Эрза кивнула, всё ещё стоя на коленях.
— Да. Сделай… чуть сильнее. Я… ещё могу.
Он медленно повысил мощность взгляда.
Эрза резко вдохнула. Тело дёрнулось. Она упёрлась руками в пол сильнее. Колени разъехались чуть шире. Из-под брони послышался тихий, влажный звук.
Она стояла на коленях, тяжело дыша, борясь с собой изо всех сил.
И не сломалась.
Не сразу.
С каждой новой тренировкой Эрза приходила всё раньше.
Она всё ещё уходила с гордо поднятой головой и говорила одну и ту же фразу:
— В следующий раз я продержусь дольше.
Даже когда уже не верила в это до конца.
Даже когда колени начинали дрожать с первой минуты.
Даже когда между ног текло так сильно, что она оставляла влажные следы на полу.
Она всё равно говорила это.
И пока она могла произносить эти слова — значит, ещё не до конца пала.
С каждой тренировкой Евгений использовал способности все сильнее и сильно и однажды, после особенно тяжёлой тренировки, когда она уже стояла на коленях, тяжело дыша, с лицом, полностью красным от напряжения и возбуждения, Эрза вдруг подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— …Я… понимаю теперь, — тихо сказала она. — Почему другие сломались. Почему они не смогли сопротивляться. Потому что… это действительно… очень мощная магия. Но я… я ещё держусь. Я ещё могу.
Она медленно поднялась. Ноги дрожали. Влага стекала по внутренней стороне бёдер.
— В следующий раз… — прошептала она, — …в следующий раз я продержусь дольше.
И вышла.
Евгений остался стоять один посреди комнаты.
Он провёл рукой по лицу и тихо, почти беззвучно произнёс:
— Боги… Эрза…
В голове снова всплыла та самая мысль — уже не мимолётная, а тяжёлая, настоящая:
Он не отогнал эту мысль в этот раз.
Просто стоял и смотрел на закрывшуюся дверь, за которой ушла гордая алая воительница — уже не такая уверенная, как раньше, но всё ещё сражающаяся.
И с каждым днём — всё ближе к тому, чтобы наконец сдаться.
http://erolate.org/book/375/36419
Готово:
