Максим Волков стоял перед большим зеркалом в спальне и поправлял чёрный галстук. Ему было тридцать пять, и он уже успел добиться того, о чём многие только мечтают: своя IT-компания, квартира в центре Москвы, машина, которую не стыдно поставить у входа в ресторан. Но сегодня вечером ему предстояло нечто большее. Сегодня он впервые переступал порог «Клуба Аполлон» — закрытого сообщества, куда попадали только те, чьё состояние измерялось не миллионами, а уже настоящими миллиардами, и чьи связи уходили глубже, чем у обычных олигархов.
За его спиной, сидя на краю кровати, Елена медленно натягивала чёрные чулки. Ей было двадцать девять. Бывшая модель, которая так и не ушла из моды полностью — просто сменила подиум на жизнь жены успешного мужчины. Высокая, стройная, с длинными ногами и грудью, которую даже самый дорогой бюстгальтер не мог полностью скрыть. Сегодня она выбрала тёмно-изумрудное платье с глубоким вырезом и высоким разрезом на бедре. Платье сидело как вторая кожа. Когда она встала и повернулась к мужу, Максим почувствовал привычный, но всегда острый укол желания.
— Ты уверена, что хочешь ехать? — спросил он, хотя уже знал ответ.
Елена подошла ближе, поправила ему воротник и тихо улыбнулась.
— Ты сам сказал, что это важно для карьеры. Что там собираются люди, которые могут открыть тебе двери, о которых ты даже не мечтал. Я не хочу быть той женой, которая тянет назад.
Максим кивнул. Он действительно так говорил. Но не сказал ей всего. Не сказал, что «Клуб Аполлон» — это не просто место для деловых встреч и дорогого виски. Не сказал, что там играют в карты не на деньги. И уж точно не сказал, что жёны в этом клубе — не просто спутницы. Они — часть игры.
Когда они вышли из дома, Елена взяла его под руку. Её пальцы были холодными. Максим почувствовал это даже через ткань пиджака.
Машина мягко скользила по ночной Москве. Елена смотрела в окно, а Максим украдкой посматривал на её ноги, на то, как разрез платья расходится, когда она перекладывает ногу на ногу. Он знал каждое её тело наизусть — и всё равно каждый раз, когда она так одевалась, внутри вспыхивало что-то тёмное и голодное. Сегодня это чувство было особенно сильным. Словно предчувствие.
Они подъехали к старому особняку в центре, который снаружи выглядел как обычный доходный дом начала прошлого века. Только два охранника в чёрных костюмах у входа и отсутствие какой-либо вывески выдавали, что здесь не просто жилой дом. Один из охранников кивнул Максиму, сверившись со списком, и открыл тяжёлую дверь.
Внутри пахло дорогим деревом, кожей, сигарным дымом и женскими духами. Потолки были высокими, стены обиты тёмно-бордовым бархатом. В главном зале уже собралось человек двадцать мужчин — все в дорогих костюмах, все с бокалами в руках. И рядом с каждым — женщина. Не просто красивая. Вычурно, дорого, сексуально красивая. Некоторые жёны были одеты ещё откровеннее Елены: платья с прозрачными вставками, глубокие декольте до пупка, разрезы почти до трусов. Несколько женщин уже сидели у мужчин на коленях, и те свободно гладили их по бёдрам, не скрываясь.
Максим почувствовал, как Елена слегка напряглась. Она прижалась к нему ближе.
— Это… необычно, — тихо сказала она.
— Просто богатые люди расслабляются по-своему, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
Их встретил высокий мужчина лет сорока пяти с седыми висками и холодными серыми глазами. Виктор Морозов. Один из самых влиятельных людей в клубе. Именно он и прислал Максиму приглашение.
— Волков, — кивнул Виктор, пожимая руку. Его взгляд сразу скользнул по Елене — медленно, оценивающе, без всякой спешки. — И вы, должно быть, Елена. Вы ещё прекраснее, чем на фотографиях.
Елена улыбнулась вежливо, но Максим заметил, как она слегка покраснела. Виктор не отпускал её руку сразу. Он поднёс её к губам и поцеловал костяшки пальцев. Долго. Слишком долго.
— Сегодня особенный вечер, — сказал Виктор, обращаясь уже к Максиму. — Мы играем в «Обмен». Правила простые. Каждый ставит свою жену. Победитель главной раздачи получает женщину на всю ночь. А если очень повезёт — и на более долгий срок. По взаимному согласию, конечно.
Максим почувствовал, как у него пересохло во рту. Он уже знал правила. Но услышать их вслух, глядя в глаза Виктору, было совсем другим ощущением.
— А если… кто-то не хочет? — тихо спросила Елена.
Виктор улыбнулся. Улыбка была красивой и совершенно безжалостной.
— Никто здесь не делает ничего против воли, Елена. Но… правила клуба очень простые. Если муж проиграл — жена идёт с победителем. Это часть игры. И часть удовольствия.
Он провёл их в большой зал, где стоял овальный стол из тёмного дерева. За столом уже сидели шесть мужчин. Рядом с каждым — своя жена. Некоторые жёны курили тонкие сигареты, некоторые пили шампанское. Одна женщина в красном платье сидела у мужчины на коленях и позволяла ему гладить её грудь прямо через ткань. Никто не делал вид, что это странно.
Максиму и Елене указали места. Елена села рядом с мужем. Её колено касалось его бедра. Максим почувствовал тепло её тела даже через одежду.
Игра началась.
Карты шли медленно, красиво. Шёлк, кожа, дорогой парфюм, смешанный с мужским одеколоном. Максим выиграл первую небольшую раздачу. Елена тихо аплодировала ему, наклоняясь ближе. Её грудь почти касалась его плеча. Виктор, сидевший напротив, смотрел на неё не отрываясь. Максим это видел. И видел, как Елена иногда бросает на Виктора короткие взгляды — любопытные, чуть испуганные, но… не равнодушные.
Во второй раздаче Максим поставил больше. Выиграл снова. Внутри вспыхнула уверенность. Он уже представлял, как забирает чужую жену на ночь. Представлял, как будет смотреть в глаза её мужу. Эта мысль неожиданно возбудила его. Он почувствовал, как член слегка напрягся в брюках.
Елена заметила его настроение. Она наклонилась и тихо прошептала ему на ухо:
— Ты сегодня очень азартный. Мне это нравится.
Её дыхание обожгло ему шею. Максим положил руку ей на бедро, выше разреза платья. Её кожа была горячей.
Третья раздача стала роковой.
Ставки росли. Двое мужчин уже проиграли и их жёны были «выкуплены» за отдельные суммы или отданы на ночь. Одна из них — молодая брюнетка в золотом платье — уже сидела на коленях у победителя и позволяла ему засовывать руку ей под платье. Она тихо стонала, когда он пальцами ласкал её между ног. Все это видели. И все делали вид, что это нормально.
Максим смотрел на это и чувствовал, как в нём растёт странная, тёмная смесь ужаса и возбуждения.
Когда дошла очередь до большой раздачи, Виктор Морозов посмотрел прямо на него.
— Волков, ставишь жену?
В зале стало тихо. Все взгляды обратились к Максиму. Елена замерла. Её пальцы сжали его руку под столом.
Максим посмотрел на карты. У него была сильная комбинация. Очень сильная. Он чувствовал удачу. Чувствовал, что сегодня его вечер.
— Ставлю, — сказал он.
Елена резко повернулась к нему. В её глазах было что-то новое — смесь страха и… чего-то ещё. Возбуждения? Любопытства? Она не отпустила его руку.
Виктор улыбнулся. Он тоже поставил свою жену — высокую, холодную красавицу лет тридцати пяти, которая до этого сидела молча, как статуя. Но все знали, что она уже не раз бывала в таких играх.
Карты легли на стол.
Максим смотрел на них, и с каждым новым открытым картом его уверенность таяла. Виктор играл спокойно, почти лениво. И когда все карты были раскрыты, стало очевидно.
Максим проиграл.
Полностью.
В зале повисла тяжёлая, сладкая тишина.
Виктор откинулся на спинку стула и посмотрел на Елену.
— Похоже, сегодня ты моя, — сказал он тихо, но так, что услышали все.
Елена не двигалась. Её грудь часто вздымалась. Максим чувствовал, как она дрожит. Он хотел сказать что-то — извиниться, остановить, но слова застряли в горле.
Виктор встал. Он обошёл стол и подошёл к Елене сзади. Положил руки ей на плечи. Его большие ладони легли на её обнажённую кожу. Елена вздрогнула, но не отстранилась.
— Ты очень красивая, — произнёс Виктор, наклоняясь к её уху. — И я собираюсь получить то, что выиграл.
Он провёл пальцами по её шее, потом ниже — по ключице, по верхнему краю платья. Елена закрыла глаза. Максим видел, как она сглотнула. Видел, как её соски затвердели под тонкой тканью платья.
Виктор посмотрел на Максима.
— Ты можешь смотреть, если хочешь. Или можешь уйти. Правила клуба позволяют и то, и другое. Но если останешься — будешь смотреть до конца.
Максим не мог пошевелиться. Его член стоял как камень — от унижения, от ужаса, от того, что он видел, как чужой мужчина трогает его жену, и она… не сопротивляется.
Виктор наклонился и поцеловал Елену в шею. Долго. Влажно. Его рука легла ей на грудь и сжала. Елена тихо выдохнула. Её губы приоткрылись.
Затем Виктор взял её за руку и поднял со стула.
— Пойдём, — сказал он. — У меня есть отдельный кабинет. Там мы сможем познакомиться получше.
Елена оглянулась на мужа. В её глазах было много всего сразу — страх, вина, возбуждение, которое она не могла скрыть. Она не сказала ни слова. Просто позволила Виктору вести себя.
Когда они проходили мимо Максима, Виктор остановился на секунду.
— Если захочешь посмотреть, как я трахаю твою жену… камеры в кабинете работают. Я пришлю тебе ссылку.
Он улыбнулся. И увёл Елену из зала.
Максим остался сидеть. Вокруг заговорили другие мужчины — кто-то хмыкнул, кто-то похлопал его по плечу со словами «бывает». Одна из жён, сидевшая рядом, посмотрела на него с сочувствием и… любопытством.
Максим смотрел на дверь, за которой исчезла его жена.
Его сердце колотилось так сильно, что казалось — сейчас разорвётся. А между ног стоял тяжёлый, пульсирующий член, который не хотел успокаиваться.
Он достал телефон. Через минуту пришло сообщение от неизвестного номера.
Ссылка.
И короткое сообщение:
«Если решишься посмотреть — заходи. Она уже начала стонать.»
Максим смотрел на экран. Палец завис над ссылкой.
Он не знал, что сделает дальше.
Но уже понимал: сегодня ночью его жизнь разделилась на «до» и «после».
И «после» уже началось.
http://erolate.org/book/386/36790
Готово:
