Готовый перевод Bian ai bian chong / Любовь и всепоглощающая страсть [Завершено✅]: Глава 3. Первая встреча с господином (часть первая)

Глава 3. Первая встреча с господином (часть первая)

Едва родился Гу Хэн, как у ворот удела Дингохоу (Прим.: удел, пожалованный хоу — удельным князьям второго ранга) появился лысый монах, который провозгласил, что новорожденный сын в доме гуна (Прим.: высший наследственный аристократический титул) несёт на себе печать злого рока. Его судьба определена звёздами Циша, Пoцзюнь и Таньлан (Прим.: в китайской астрологии — звёзды, символизирующие разрушение, войну и жажду), и хотя в конечном счёте он сотворит деяния, не имеющие равных в мире, его участь — одинокая звезда, преследующая луну. Лишь приняв постриг в юном возрасте и отрешившись от мирской суеты, он сможет обрести покой в этой жизни.

Но даже если сам гун был бы согласен, жена гуна не позволила. Гу Хэн был её драгоценным дитя, выношенным десять месяцев, как же она могла позволить своему ребёнку, ещё лежащему в пелёнках, отправиться на такие муки? Так будущий генерал Гу, чьё имя прогремит по всему континенту Аодин, благополучно избежал участи монаха.

Однако с детства Гу Хэн был не по годам серьёзен, в нём не было озорства, присущего малышам. В изучении литературы и боевых искусств он всегда достигал вдвое большего результата, прилагая половину усилий. При этом он не был тем, кто любит выставлять себя напоказ, перед старшими он всегда держался почтительно и сдержанно, а в глазах посторонних он был просто самым обычным юным наследником гуна.

В тот год ему было семь лет, он присутствовал на новогоднем банкете во дворце. Среди бокалов и перекрещивающихся бесед Гу Хэн в одиночестве дошёл до дворцового павильона Синъюэгэ (Прим.: павильон «Звёзд и Луны»). Поскольку был канун Нового года, все слуги были заняты в главном зале и на императорской кухне, поэтому Гу Хэн беспрепятственно вошёл в башню Синъюэлоу (Прим.: башня «Звёзд и Луны»). Ступенька за ступенькой он поднялся на смотровую площадку для любования луной — лучшее место во всём царстве Шэн для этого. Однако в эту ночь луны не было, зато бесчисленные сверкающие звёзды усеяли тёмное, как чернила, небо.

Гу Хэн смотрел, заворожённый, как вдруг рядом раздался мягкий, воркующий голосок:

— Братец, хочешь пирожное из каштанов?

Перед ним стояла маленькая куколка, словно вырезанная из нефрита и розового кварца, одетая в белоснежную дублёнку, поверх которой была надета парчовая курточка, расшитая золотыми и серебряными нитями — работа дворцовых мастеров. Видно было, что ребёнок из императорской семьи.

Гу Хэн смотрел на девочку: её глаза блестели, словно звёзды, ресницы были длинные и загнутые, щёки нежные и румяные, а в уголке губ прилипли крошки каштанового пирожного. Он невольно развеселился. Когда эта малышка успела подойти? Он, всегда столь бдительный, совершенно ничего не заметил.

Девочка по-прежнему протягивала руку, в которой зажала половину недоеденного пирожного. Гу Хэн, видя, что она вот-вот расплачется, поспешно взял угощение и, сам не зная почему, отправил его в рот.

Сладкий вкус растёкся по кончику языка. Гу Хэн увидел, что личико, готовое вот-вот разрыдаться, наконец прояснилось.

— Братец, раз ты съел моё пирожное, теперь ты должен вывести меня наружу, — с детской серьёзностью произнесла девочка, её голосок звучал мягко и по-детски.

У Гу Хэна возникло ощущение, что его ловко подставили, притом сделала это вот эта малявка.

Когда Гу Хэн нёс мягкую, словно пушок, малышку из башни Синъюэлоу, та за какие-то мгновения сладко уснула у него на руках.

Гу Хэн вернулся в пиршественный зал с Му Жун Юэ на руках, как вдруг к нему поспешила женщина, одетая как кормилица.

— Девятая принцесса, я наконец-то нашла тебя!

Кормилица говорила это с благодарным взглядом на Гу Хэна, но в этот момент он почему-то не желал отпускать девочку. «Если эта женщина — злоумышленник, разве не будет то же самое, что отдать ягнёнка в пасть тигру?» Хотя он понимал, что такие мысли странны, Гу Хэн всё же заставил несколько раз подтвердить, что эта женщина — подлинная кормилица Девятой принцессы, и лишь тогда передал ей Му Жун Юэ.

Наконец, когда он отдал её в нужные руки, в сердце Гу Хэна возникла странная, необъяснимая пустота.

Эта новогодняя ночь действительно сильно отличалась от прежних.

* * *

Позже Гу Хэн поступил в придворную школу в качестве товарища по учёбе для принцев, единственно чтобы хоть краем глаза увидеть ту малышку, которая навещала своих братьев.

Он наблюдал, как с каждым днём она расцветала, становясь всё ослепительнее, как превращалась из девочки в юную женщину. Казалось, стоило ему лишь раз услышать, как она зовёт его «Братец Хэн», и в мечтах он дольше её дразнил.

Все говорили, что наследник Гу высокомерен и холоден, но кто знал, что всё своё пылающее тепло он отдавал одной лишь ей.

http://erolate.org/book/3871/338454