Глава 7. Подложное зелье
Му Жун Юэ была ошеломлена поцелуем, а когда услышала слова обещания, произнесённые Гу Хэном, её сердце тут же переполнилось счастьем, казалось, вот-вот перельётся через край.
В этот момент Гу Хэн отпустил девушку и стремительно выбежал прочь.
Выйдя из хижины, Гу Хэн сразу направился к горячему источнику. Минуту назад он едва не поддался порыву жестоко овладеть ею. Член внизу живота уже распух от болезненного напряжения, он закрыл глаза, пытаясь рукой облегчить это побуждение.
Гу Хэн представлял себе девушку перед собой, вспоминал, как она звала его, как говорила, что будет ждать… Казалось, даже вода в горячем источнике вот-вот закипит от его желания.
Му Жун Юэ, совершенно озадаченная, вышла в поисках своего брата Гу Хэна и увидела его обнажённым в водах горячего источника. Хотя видела лишь его спину, но чёткие очертания мускулистого тела брата Гу Хэна заставили её лицо тут же залиться румянцем.
Гу Хэн лишь после долгих усилий смог немного успокоиться. Он не мог надолго оставлять девушку одну. Вернувшись в комнату, он увидел, что она уже спит. А Му Жун Юэ просто умирала от стыда, она закрыла глаза, но в голове всё мелькал обнажённый Гу Хэн, она почти переставала дышать.
* * *
Сразу после их поездки в Долину персиковых цветов на границе внезапно обострилась военная обстановка, и Гу Хэн снова отправился в поход. Император Шэн под этим предлогом временно отложил вопрос о брачной грамоте. Больше всех этим была недовольна императорская наложница Шу.
На этот раз Гу Хэн уезжал в такой спешке, что Му Жун Юэ могла лишь взбежать на дворцовую стену, на башню, и смотреть, как он с войском удаляется вдаль.
Дни во дворце текли спокойно, как вода, но даже если на поверхности царила полная безмятежность, под ней скрывались бурные течения.
Му Жун Юэ была в очень хороших отношениях с Ушуан, лекарем из Императорской больницы. Она замечала, что в последние месяцы Ушуан стала гораздо занятая. Поскольку медицинские навыки Ушуан среди молодежи были довольно хорошими, а сама она была внимательной, главный лекарь Императорской больницы часто брал её и нескольких подчинённых на осмотр пульса императора Шэна. Му Жун Юэ тоже не была глупа, она понимала, что её отец-император уже в летах, и сейчас, вероятно, лишь с помощью лекарств поддерживает свою жизнь.
Даже находясь в задних покоях дворца, Му Жун Юэ ясно осознавала, что слишком многие уже начали тайно готовиться к борьбе за императорский престол.
А недавние несколько крупных сражений на границе, в которых Гу Хэн одержал победу, для некоторых в царстве Шэн были не самой хорошей новостью.
Война на границе близилась к завершению, потому что царство Шан, понёсшее значительные потери, уже начало просить о мире. Передача территорий и выплата контрибуций — вот с чем послы царства Шан уже отправились на границу для подготовки к переговорам.
Более того, на этот раз царство Шан направило принца просить руки принцессы, желая заключить союз через брак между двумя могущественными домами, и подписать договор о прекращении войны, обязавшись поддерживать дружественные отношения с царством Шэн в течение ста лет и не развязывать войн.
Любой проницательный человек видел, что это просьба о пощаде от того, кто не может победить, но при этом ещё и попытка урвать выгоду. В нынешней ситуации царство Шэн имеет все шансы стать могущественнейшей державой на континенте Аодин. Царство Шан, поступая так открыто, втайне, возможно, сговаривается с другими государствами, намереваясь противостоять Шэн.
Гу Хэну всё было ясно как день, на континенте Аодин не было ни одного государства, где бы у него не было своих соглядатаев и тайных агентов, некоторые из которых даже проникли в ряды высокопоставленных военных и чиновников нескольких стран. Объединение всего континента Аодин было для Гу Хэна лишь вопросом времени.
А теперь, когда война прекратилась, Гу Хэн, хоть и находился на границе, через своих шпионов при дворе и соглядатаев в столице Шэн держал под контролем всё, что происходило в царстве Шэн.
Гу Хэн смотрел на небо северных земель, где клубились тучи, и думал, что в царстве Шэн, похоже, грядёт буря.
* * *
Му Жун Юэ смотрела на старшую служанку, сопровождавшую неожиданно нагрянувшую императорскую наложницу Шу, и сердце её переполнялось сомнениями. В такой момент у наложницы Шу нашлось время устроить чаепитие? И на это чаепитие пригласили именно её?
Му Жун Юэ тоже понимала, что это похоже на то, как хорёк пришёл поздравить курицу с Новым годом (Прим.: идиома, означающая лицемерные поздравления с недобрыми намерениями), но она не могла не пойти, потому что старшая служанка намёками упомянула о деле переноса праха её матери в императорскую гробницу в качестве угрозы.
Переступая порог Зала Цзычэнь, Му Жун Юэ уловила лёгкий аромат. Императорская наложница Шу много лет пользовалась благосклонностью императора, и Зал Цзычэнь сиял золотом и яшмой. Му Жун Юэ бывала здесь всего несколько раз, и по сравнению с этим ей невольно стало жаль собственную мать.
— Юэ пришла, — императорская наложница Шу спустилась с главного места и взяла Му Жун Юэ за руку.
Му Жун Юэ, с которой наложница Шу обходилась так сердечно, стало не по себе, и она ещё больше насторожилась.
Му Жун Юэ оглядела пустующие места и подумала: не рано ли она пришла? Или это изначально был пир хунмэнь (Прим.: пир, устроенный с предательскими целями, отсылка к историческому событию)? Но если сравнивать её собственные шансы в борьбе за трон с Шестым принцем, сыном наложницы Шу, то они были нулевыми. Му Жун Юэ не была любимой принцессой, к тому же у неё не было влиятельного деда.
Хотя в душе у неё бушевали тысячи мыслей, на лице нельзя было ничего прочесть.
— Ну же, Юэ, выпей чаю, — взмахом руки наложница Шу подала знак старшей служанке подать чай.
Му Жун Юэ взяла чашку с чаем и естественным движением поставила её на стол. Этот чай она, естественно, пить не стала.
— Не знаю, почему остальные так задерживаются?
Сегодня в Зале Цзычэнь было особенно мало служанок, присутствовала лишь старшая камеристка наложницы Шу.
Наложница Шу про себя отметила, что девчонка не так уж и глупа.
Она как раз собиралась завести разговор о чём-нибудь житейском, как Му Жун Юэ почувствовала, что дело принимает дурной оборот. Оставаться здесь больше было нельзя.
Она уже поднялась, чтобы попрощаться, как вдруг у неё перед глазами потемнело.
Му Жун Юэ услышала, как кто-то говорит у неё над ухом, затем старшая служанка подошла и поддержала её:
— Ваше высочество, вы, наверное, устали, прошу, отдохните во внутренних покоях.
К этому времени Му Жун Юэ уже полностью обессилела и не могла вымолвить ни слова. Наложница Шу бросила взгляд, и служанки тут же увели Девятую принцессу во внутренние покои.
Тут наложница Шу наконец позволила себе проявить тень торжествующей улыбки. Она приказала старшей служанке:
— Немедленно отправляйся в гостевую резиденцию и пригласи принца царства Шан, скажи, что его приглашает Шестая принцесса.
Старшая служанка, получив пропуск для выхода из дворца, поспешно удалилась.
Наложница Шу сидела в главном зале, разглядывая ногти на руках. Император Шэн посмел прочить её дочь за этого самого принца из Шан! Как может принц из побеждённого государства жениться на её дочери! Её дочь должна выйти за Гу Хэна. Поэтому она решила воспользоваться ситуацией: Му Жун Юэ и так была нелюбимой принцессой, но всё же родной дочерью императора Шэна. Если принц Шан опозорит эту девчонку, брачный указ уже не коснётся Му Жун Сяо. Её расчёты были точны: стать наложницей в Шан — уже милость для Му Жун Юэ.
http://erolate.org/book/3871/338458
