Глава 5.
Меня возбуждало наблюдение за тем, как она извивалась подо мной, когда ее оргазм поглотил ее. Ее бедра приподнялись с дивана, и мой член налился кровью еще больше, когда она пихнула свою мокрую киску мне в лицо. Она содрогнулась от еще одного впечатляющего оргазма, и ее тело обмякло. Ее глаза снова были полузакрыты, и она выглядела невероятно довольной и сексуальной.
Я улыбнулся ей сверху вниз, поднялся на колени и скользнул вперед по дивану. Мой член пульсировал, когда я схватил его и прижал набухшую головку между влажными губками ее пухлой киски. Я посмотрел вниз, проводя им вверх и вниз по всей длине ее слюнявой щели, делая кончик приятным и влажным, прежде чем протолкнуть его в нее.
Ее глаза испуганно распахнулись, и она покачала головой, в то время как ее дрожащие руки отчаянно потянулись, чтобы надавить на мою грудь. Но ей не хватило сил сдвинуть меня с места.
- О, нет, любимый! - выдохнула она. - Ты не можешь трахнуть меня! Я твоя мать!
Я перевел взгляд с ее лица вниз на ее киску. Она была широко растянута вокруг головки и первого дюйма или около того моего ствола. Губы ее киски, плотно обхватившие мой член вот так, выглядели как голодный маленький ротик. Когда они дергались и пульсировали вокруг меня, это выглядело так, как будто ее киска пыталась отсосать мой член. Это было слишком приятно для меня, чтобы вытащить - бугристый гребень головки моего члена и первый маленький кусочек моего ствола - самые чувствительные части моего члена, и ее влажные складки были плотно обернуты вокруг этой самой части. Я застонал и снова посмотрел на ее лицо, отчаянно желая трахнуть ее.
Честно говоря, я не мог сказать, пыталась ли она правда заставить меня остановиться и выйти, или эти протесты просто заводили ее. Ее руки затрепетали на моей груди, а рот открылся широким овалом. Как только она сказала "нет", я перестал пытаться войти в нее, но теперь ее бедра приподнялись, и киска нетерпеливо приняла еще один дюйм моего ствола.
- Пожалуйста, остановись, - прошептала она, но в ее словах не было силы. Я облизал губы, наблюдая, как половина моего члена исчезает в уютных, маслянистых складках ее гостеприимной киски. – Бог мой, - мечтательно пробормотала она. - Не могу поверить, как это потрясающе. Ты так тверд для меня, милый. Ммм. Тебе нравится моя киска?
- Невероятно, - прошептал я.
- Да, - проворковала она, - это невероятно.
Она вздрогнула, и ее бедра начали слегка двигаться вперед и назад. И с каждым толчком все больше моего члена оказывалось внутри нее. Я наклонился и нежно поцеловал ее в сочные губки.
- Я люблю тебя, мама, - прошептал я. - Если ты действительно хочешь, чтобы я остановился и вышел, тебе нужно сказать это прямо сейчас. Большая часть моего члена уже внутри тебя.
- О! - выдохнула она. Ее глаза расширились, и она снова вздрогнула, что вынудило ее киску сжаться и крепко обхватить мой ствол. Я закрыл глаза и прикусил губу, застонав от невероятного ощущения. - Нам, наверное, стоит остановиться, - прошептала мама так тихо, что я почти не расслышал ее. Затем прочистила горло и подняла голову, чтобы прошептать мне на ухо. - Ты же на самом деле не хочешь трахнуть мою киску, правда, любимый?
Я застонал, больше не в состоянии сдерживать свои бедра. Последние два дюйма моего члена скользнули в нее, и я насладился ощущением того, что нахожусь по самые яйца в фантастической киске своей мамы.
- О, мама, это так приятно, - беспомощно простонал я ей в ухо. - Твоя киска потрясающая. О, пожалуйста, позволь мне немного насладиться этим.
- Хорошо! - быстро согласилась она.
- Спасибо! - прошептал я, а затем снова накрыл ее рот своим.
Она удивила меня, жадно втянув мой язык в свой рот. Я снова беспомощно застонал, когда она начала поднимать свою голову к моей жадно посасывая мой язык. В ответ я вогнал свой язык ей в рот еще глубже. Ее ногти скользнули по моей спине, заставив меня вздрогнуть, а затем ее руки сжали мою задницу. Мы оба застонали, когда я настойчиво засунул свой язык ей в рот.
Ее киска абсолютно идеально массировала мой член. Я наблюдал, как мама закрыла глаза, и мои собственные открылись, когда я почувствовал, как она пошевелилась подо мной. Ее ножки поднялись по обе стороны от меня и раздвинулись немного дальше, так что она широко раскрылась подо мной. Не могу сказать, осознавала ли она вообще, что делает, когда ее бедра начали подниматься вверх в такт толчкам моего языка в ее рот.
Я ничего не мог с этим поделать и начал отвечать на эти толчки. К тому времени, как ее глаза снова открылись, мы уже нежно занимались любовью. Она откинула голову на диванную подушку, и мы оба втянули столь необходимый воздух. Сексуальный, беспомощный взгляд на лице моей матери только усилил мою страсть, и она почувствовала это. Я понял, что она потеряла волю заставить меня остановиться. А я испытывал все большее наслаждение по мере того, как входил в нее все глубже и быстрее.
- О, милый, - снова простонала она, медленно качая головой из стороны в сторону. - Пожалуйста...
Честно говоря, до сих пор понятия не имею, как мне это удалось. Каким-то образом я нашел в себе силы оттолкнуться от ее тела, и мы оба вздрогнули, когда мой меч медленно выскользнул из ее крепко сжимающихся ножен. Тяжело дыша, я сел на пятки и посмотрела вниз на невероятное тело мамы. Ее стройные ножки все еще были широко раздвинуты передо мной, и я не мог оторвать глаз от ее киски. Она выглядела болезненно пустой без моего члена и влажно блестела от ее обильных соков.
Мне пришлось закрыть глаза, чтобы перестать пялиться и потребовалось все мое самообладание, чтобы не скользнуть вперед и не наполнить ее еще раз. Ее влажная, возбужденная киска выглядела так же страстно желающей, чтобы мой член вернулся в нее, как и мой пульсирующий член хотел вернуться внутрь. Меня буквально трясло от желания.
- Ты в порядке? - тихо спросила мама.
Я медленно открыл глаза и посмотрел на ее раскрасневшееся лицо. Я не доверял себе заговорить, поэтому прикусил губу и медленно покачал головой из стороны в сторону. У меня внутри все сжалось, когда я посмотрел на нее сверху вниз, мне ничего так не хотелось, как трахнуть свою собственную любимую маму. Мои глаза медленно спустились с ее лица. Ее идеальные груди вздымались, заставляя аппетитные соски дразняще танцевать вверх и вниз под ночной рубашкой. Влажное пятно пота темнело на материале между ее величественными грудями.
Ниже выпуклостей ее грудей ночная рубашка была скомкана и задрана выше бедер, обнажая ее широко раздвинутые ноги и пухлый холмик ее киски. Ее сочные губки все еще были призывно раскрыты передо мной. Я судорожно втянул воздух и увидел, как головка моего члена подпрыгивает вверх и вниз менее чем в футе от этой сладкой соблазнительной маленькой дырочки. Мышцы моей спины уже болели, изо всех сил стараясь удержать меня. Каждая клеточка моего существа хотела нырнуть вперед, чтобы мой пульсирующий член мог вернуться туда, где ему и место - по самые яйца в этой замечательной мамочкиной киске.
- Вау, - выдохнула она, возвращая мой взгляд к своему лицу, и покачала головой, с глазами полными удивления. Она снова покачала головой, а затем попыталась сесть и, наконец, поджала ноги.
Как только ее киска надежно спряталась между ее сексуальными бедрами, мне удалось сделать несколько нормальных вдохов и наклонился вперед, чтобы помочь маме сесть. Ее глаза все еще были прикованы к моим, и она осторожно протянула руку, чтобы положить ее мне на щеку. Мама облизала губы и сглотнула, прежде чем смогла прошептать.
- Не могу поверить, что ты действительно остановился, - выдохнула она, качая головой. - Я ведь видела, как ты был возбужден, как сильно этого хотел. - Она снова сглотнула и облизала губы, а затем ее рука скользнула вниз по моей груди. Ее глаза проследили за этой рукой, когда она продолжила опускаться и обхватила мой пульсирующий ствол. - Такой большой, - пробормотала она. – И весь он был внутри меня. - Выражение ее лица и голос были полны удивления и недоверия. Она снова покачала головой и посмотрела мне в лицо. Ее рука сжала мой ствол и медленно скользнула вверх к кончику, а потом обратно к основанию.
Затем она поднялась на колени, и ее губы сомкнулись на моих. Мы обменялись мягким, нежным поцелуем. Ее голова откинулась назад, и я отчетливо увидел ее лицо, когда она вздрогнула. - Знаешь, я бы не остановила тебя, - прошептала она.
Ее рука дважды медленно прошлась вверх и вниз по моему стволу, в то время как я медленно кивнул ей. - Знаю, - прошептал я.
Мама посмотрела вниз на мой твердый член, пульсирующий в ее руке, и снова облизала губы, посмотрела мне в глаза и виновато прошептала: - Однако я рада, что ты остановился. Я твоя мать, и ты не должен трахать меня. Не знаю, как тебе это удалось, но я люблю тебя за то, что ты смог остановиться.
Я прикусил губу, но это не скрыло моей улыбки. Она лгала. Мама смотрела мне прямо в глаза, и я понял, что она лгала, когда сказала, что рада, что я остановился. Но когда она продолжила, я понял, что последняя часть не была полной чушью. Она любила меня за то, что у меня хватило сил выйти из нее, даже несмотря на то, что теперь сожалела об этом. Мама покачала головой и не смогла сдержать легкой улыбки.
Не говоря ни слова, мы разделили момент глубокого понимания. Мама ожидала, что я возьму ее, и была одновременно разочарована и ужасно впечатлена, когда я сумел остановиться по ее просьбе. Она солгала мне об этом, и мы оба это знали. Я мог бы трахнуть ее. Она бы не обвинила меня и приветствовала бы это. Мама кивнула, и этот момент прошел. Ее внимание вернулось к твердому члену, заполняющему ее руку, и она подняла другую руку к моей груди.
Когда она мягко надавила мне на грудь, я позволил ей вернуть меня в сидячее положение, а затем она продолжала толкать меня дальше. Я позволил своим ногам выскользнуть из-под меня, и моя голова опустилась на две подушки у подлокотника дивана. Она подождала, пока я выпрямлю левую ногу, а затем опустилась на колени между моими бедрами и вздохнула. Моя пульсирующая головка расположилась прямо перед ее лицом.
- Я, наверное, не должна делать и этого, - пробормотала она, слегка покачала головой, а затем ее рот открылся, чтобы впустить меня.
Тяжело дыша, я наблюдал за ее лицом, в то время как она дарила мне еще один невероятный минет. Ее веки снова медленно опустились, когда она поддалась своей похоти к члену. Она стонала почти непрерывно, пока ее влажный рот и талантливый язычок работали над моим сверхчувствительным инструментом. И снова она выглядела так, словно была пьяна или, может быть, под кайфом, когда наполнила свой рот моим пульсирующим стояком.
http://erolate.org/book/391/36971
Готово:
