Глава 41: Решение
Коноха.
Кабинет Хокаге.
Будь то Данзо, Хомура или Кохару — все они были вынуждены ожидать снаружи кабинета, так как Ячиру согласилась рассказать о том, что она увидела в тех воспоминаниях, только самому Хокаге. На ее лице, когда она просила об этом в больнице, застыло выражение глубокой скорби.
Ячиру работала в разведывательном отделе деревни, провела немало допросов и пропустила через себя воспоминания тысяч людей, но воспоминания этой маленькой девочки впервые заставили ее прослезиться.
Данзо и остальные терпеливо ждали за дверью. Спустя какое-то время дверь наконец отворилась, и слегка успокоившаяся Ячиру вышла наружу, кивнула им и удалилась.
Тук!
— Войдите!
Сгорая от любопытства и желая узнать, что же произошло, Данзо едва та ушла постучал в дверь. В этот момент до их ушей донесся суровый голос Тобирамы, и они поспешно вошли в кабинет. Второй Хокаге откинулся на спинку кресла, а его красные глаза выглядели слегка затуманенными.
Заметив их появление, Тобирама помотал головой, чтобы сосредоточиться, подался вперед и заговорил прежде, чем они успели задать вопрос.
— Больше нет нужды допрашивать ту девочку, она невиновна.
Его слова эхом прокатились по кабинету, вызвав явный шок на лицах соратников, ведь они были твердо уверены в ее причастности к случившемуся.
Тобирама не обращал внимания на их потрясенные лица и с тем же суровым выражением продолжил:
— Но отряда Торифу больше не существует. Эту девочку переведут в Анбу, а что касается ее товарищей — повысьте их до чунинов. Они могут продолжать работать вместе, присоединиться к другой команде или возглавить свою, если захотят.
— На этом всё. Вы свободны.
Отдал приказ Тобирама, тяжело выдохнув и снова откинувшись на спинку кресла. Казалось, произнесение этих слов отняло у него львиную долю сил.
— Но...
Данзо явно был не согласен со всем услышанным и хотел узнать подробности, но взгляд Тобирамы заставил его замолчать.
— Лорд Второй!
Больше они не задерживались и поспешно вышли из кабинета, войдя туда с неразрешенными вопросами, а уйдя с еще большим их количеством.
Оказавшись в коридоре, Данзо наконец не выдержал и заговорил, а на его красивом лице отразилось явное разочарование.
— Что только что произошло? Что увидела эта женщина?
Он задал вопрос, прекрасно понимая, что у остальных двоих тоже нет ответа, и выплескивая раздражение из-за того, что ему отказали в правде.
— Если бы нам нужно было это знать, нам бы обязательно об этом сказали, вбей себе это в голову, Данзо.
Бросив это, Кохару быстрыми шагами направилась прочь. Хомура последовал за ней, но, проходя мимо Данзо, легко похлопал его по плечу, оставив того в одиночестве у дверей кабинета со сжатыми в кулаки руками.
Следующее утро.
Рензо, погруженный в глубокий сон, снова был разбужен стуком в дверь. С раздраженным выражением лица он открыл ее и столкнулся с фигурой в серой боевой экипировке, с мечом за спиной и тигриной маской на лице.
Вжух!
Увидев перед собой бойца Анбу, раздражение на лице Рензо сменилось любопытством. Анбу не произнес ни слова, просто протянул ему свиток и мгновенно исчез в вспышке телепортации.
Вернувшись в комнату, Рензо беспечно опустился на кровать и развернул свиток. От увиденного его глаза расширились.
— Анбу, да... Похоже, она и вправду ничего не знала. — Рензо не особо волновался по поводу повышения до чунина, упомянутого в свитке, сосредоточившись на том, что отряд Торифу был расформирован из-за перехода Рейки в Анбу.
Ее ни за что не приняли бы в Анбу, если бы в ее памяти осталась хоть малейшая улика, указывающая на ее причастность к гибели Кагами и похищению Тсунаде.
У него было смутное представление о том, почему Рейку забрали в Анбу и почему отряд Торифу распустили. Как бы то ни было, оставался странным факт: несмотря на присутствие на месте событий, она совершенно не помнила, как ей вырезали глаза, и не знала, как погиб Кагами.
Для человека с такими провалами в памяти было опасно оставаться частью обычной команды — это могло подвергнуть риску и ее саму, и ее товарищей. А уж будет ли она работать в Анбу в одиночку или в составе нового отряда, Рензо волновало меньше всего.
— Что ж, полагаю, так даже лучше, я уже устал работать нянькой. — Рензо солгал бы, если бы сказал, что распад отряда совсем его не затронул. Он заботился о них, они ему нравились, но в конечном счете он любил себя куда больше.
Пока они были рядом, он не мог позволить себе действовать эгоистично и расчетливо, поддаваясь эмоциям вопреки здравому смыслу. Он уже дважды спас их, и если бы это продолжалось и дальше, рано или поздно его тайная личность загадочного спасителя, чьи способности не соответствовали внешней силе, была бы раскрыта.
А это стало бы для него катастрофой. В худшем случае его наверняка бросили бы в казематы для допросов, а Рензо слишком хорошо знал себя. Он никогда бы не стал сотрудничать с ними, что не оставило бы ему иного выбора, кроме как стать ниндзя-отступником.
Так что нынешний роспуск отряда был только к лучшему, избавив от лишних проблем и его самого, и всю деревню.
http://erolate.org/book/4327/410768
Готово:
