Готовый перевод Naruto: A Psychologist, But Became a Succubus of Konoha / Наруто: Психолог, который стал суккубом Конохи: Глава 2. Система психологического исцеления! Первая награда

Глава 2. Система психологического исцеления! Первая награда

Юхи Куренай коротко кивнула. Переступив порог клиники, она не спешила занимать предложенное место. Внешне её поза казалась расслабленной — она просто остановилась у входа, — но рубиновые глаза уже цепко сканировали пространство. Окна, чёрный ход и тёмный зев коридора, ведущего во внутренние покои, — ни одна деталь не ускользнула от её профессионального взгляда.

И дело было вовсе не во враждебности к молодому врачу. Просто годы, проведённые в смертельно опасных миссиях, выковали в куноичи стальные параноидальные рефлексы. Камихара Сейджи не обратил на эту молчаливую проверку ни малейшего внимания. Чиркнув спичкой, он зажёг масляную лампу, чей тёплый свет разогнал полумрак, достал из-под деревянной стойки чистую фарфоровую чашку и налил в неё дымящийся кипяток.

— Присаживайтесь, госпожа Куренай, — мягко пригласил он.

Только после этого куноичи приблизилась к стойке и опустилась на стул. Она обхватила чашку обеими руками, впитывая тепло горячего фарфора, но пить не стала.

— В последнее время я плохо сплю, — её голос звучал ровно, но в нём сквозила застарелая усталость.

— Проблемы с засыпанием? — Сейджи участливо склонил голову набок.

— Иногда я ворочаюсь до глубокой ночи, а если и удаётся провалиться в сон, то посреди ночи всё равно резко просыпаюсь, — Куренай задумчиво провела пальцем по ободку чашки. — Днём, во время выполнения миссий, мне трудно сконцентрироваться. Один друг упомянул это место, вот я и решила заглянуть.

— Вас беспокоит только бессонница? — уточнил врач.

— Да, — ответ прозвучал резко и сухо, словно отрубили.

Было совершенно очевидно, что для неё это заведение — лишь крошечная аптека, где можно получить снотворное. Что же касается истинных тревог, скребущих на душе, Куренай не собиралась раскрывать их первому встречному незнакомцу.

Сейджи ничуть не удивился. Ниндзя по своей природе куда подозрительнее обычных людей. А уж такой высокоранговый джонин, специализирующийся на гендзюцу, как Юхи Куренай, лучше других понимала, чем чревато обнажение собственных мыслей и эмоций перед чужаком.

— Должно быть, совсем недавно вы, госпожа Куренай, взвалили на свои плечи бремя ответственности, с которым раньше никогда не сталкивались? — спокойно произнёс юноша.

Палец, скользивший по краю чашки, мгновенно замер. Куренай вскинула голову, и в её рубиновых глазах блеснула опасная сталь:

— Вы наводили обо мне справки?

— Вовсе нет, — с лёгкой улыбкой покачал головой Сейджи. — Просто, как только вы вошли в клинику, первым делом проверили окна, чёрный ход и коридор. Но даже убедившись, что здесь безопасно, вы не расслабились ни на секунду. А значит, источник вашего напряжения кроется не в этих стенах. Вы просто по привычке ищете то, что могли упустить из виду.

Куренай промолчала, но её взгляд стал ещё более цепким.

— Дело не в банальной бессоннице, — продолжил Сейджи, глядя ей прямо в глаза. — Даже лёжа в постели, ваш мозг продолжает работать в режиме боевой готовности. Вы раз за разом прокручиваете в голове минувший день: не совершили ли вы ошибку? Достаточно ли вы хороши, чтобы нести эту новую ответственность?

Опасная сталь в глазах куноичи постепенно начала таять, уступая место искреннему удивлению:

— И вы сделали такие выводы лишь по моим взглядам на двери?

— Человеческий язык способен скрыть многое, но тело редко умеет лгать, — юноша кивнул на её руки. — С того самого момента, как вы переступили порог, ваши пальцы ведут себя предельно откровенно.

Куренай опустила взгляд и с удивлением осознала, что её большие пальцы всё это время нервно потирали друг друга, выдавая внутренний мандраж. После недолгого молчания она всё-таки поднесла чашку к губам и сделала обжигающий глоток.

— Вы угадали… отчасти. Недавно я стала джонином-наставником. Теперь под моим руководством находятся трое генинов, только-только выпустившихся из Академии ниндзя.

«Так и знал, Команда 8», — пронеслось в голове у Сейджи, но на его лице не дрогнул ни один мускул.

— Они доставляют вам много хлопот? — участливо поинтересовался он.

— У них слишком разные характеры, — при упоминании учеников морщинка между бровей Куренай стала глубже, а усталость проявилась отчётливее. — Киба чересчур импульсивен. Столкнётся с проблемой — сначала бьёт, а потом уже думает о последствиях. Если мы напоремся на настоящую опасность, его горячность может погубить всю команду.

Она перевела дыхание, собираясь с мыслями.

— Шино, напротив, невероятно хладнокровен. У него блестящая наблюдательность. Но он замкнут в себе. Команда ниндзя — это не три одиночки на поле боя. Если он так и не сможет стать частью коллектива, все его безупречные суждения не будут иметь никакого смысла.

— Что же касается Хинаты…

— Хинаты? — переспросил Сейджи. — Той самой наследницы клана Хьюга?

Куренай устало кивнула:

— Она очень старательная девочка, но ей катастрофически не хватает уверенности. При малейшем давлении она начинает сомневаться в себе и бессознательно отступает назад. А клан Хьюга требует от неё такого совершенства, какого не требуют ни от кого другого.

Куноичи тяжело и горько вздохнула.

— Я наивно полагала, что с моей квалификацией джонина обучить троих вчерашних школьников не составит труда. Но став их сенсеем, я поняла, что дело вовсе не в передаче знаний. Каждое моё решение, каждый мой приказ может стать гранью между их жизнью и смертью. Именно от меня зависит, вернутся ли они домой живыми.

— Впрочем… — Куренай выпрямила спину, пытаясь вернуть голосу былую строгость. — Ниндзя обязан быть готов к смерти с самого начала. Надев на лоб протекторы с символом Деревни, они перестали быть обычными детьми, нуждающимися в опеке.

Сейджи не стал спорить. Он просто мягко заглянул ей в глаза и задал вопрос, ударивший в самую суть:

— Госпожа Куренай, а вы действительно боитесь того, что они недостаточно хороши?

Тонкие брови куноичи недоумённо сошлись на переносице:

— Что вы имеете в виду?

— Или же вас съедает леденящий страх от того, что однажды, из-за вашей собственной ошибки в расчётах, один из этих детей не вернётся с миссии?

Хрусь…

Тонкий фарфор жалобно скрипнул в побелевших от напряжения пальцах Куренай.

И именно в этот драматичный миг в голове Камихары Сейджи вдруг раздался ледяной, механический звон.

[Дзинь!]

[Обнаружена подходящая цель для терапии.]

[Цель подтверждена: Юхи Куренай.]

[Система Психологического Исцеления официально пробуждена.]

Прямо перед его глазами из ниоткуда соткался полупрозрачный интерфейс, невидимый ни для кого другого:

[Состояние цели: Лёгкая тревожность, стресс наставника-джонина, эмоциональная неуверенность.]

[Вектор терапии: Активное слушание, направляющие вопросы, когнитивная проработка.]

[Комплексная оценка (статус, сила, сложность проблемы): Ранг B.]

[Условие исцеления: Заставить цель добровольно признать истинный источник психологического давления.]

[Награда за успешную терапию: Талант к гендзюцу (Продвинутый).]

«Система?» — промелькнуло в мыслях Сейджи. Вспышка удивления была мимолётной, он тут же взял себя в руки, не позволив Куренай заметить и тени изменений на своём лице. — «Ах ты ж, Системка. Наконец-то ты соизволила явиться».

Оказавшись в этом жестоком мире шиноби больше года назад, он, как и любой попаданец, грезил о пресловутом даре свыше — чите, который даст ему силу. Но дни складывались в недели, недели в месяцы, и Сейджи уже давно смирился с горькой участью обычного человека. Кто бы мог подумать, что чудо случится именно сегодня, глухой ночью? Да ещё и с такой щедрой первой наградой — продвинутым талантом к иллюзиям!

Текст перед глазами обновился, высветив новые сообщения:

[Выдача набора новичка.]

[Получена особенность: Успокаивающий Голос.]

[Успокаивающий Голос: Тембр хозяина эффективно стабилизирует чужие эмоции, расслабляя цель и вызывая желание выговориться. Навык не способен искажать мысли или брать под контроль разум.]

[Получена способность: Превратись в слизь~]

[Душевное Эфирное Масло: Ладони хозяина способны выделять особое массажное масло, снимающее усталость, стабилизирующее разум и повышающее эффективность терапии.]

Уголок губ Сейджи едва заметно дёрнулся. «Успокаивающий Голос» звучал как полезный и солидный навык. Но вот способность источать из рук маслянистую жидкость, да ещё и с таким названием… Как ни крути, это попахивало чем-то в высшей степени несерьёзным. В памяти невольно всплыли пикантные видеоролики из прошлой жизни. Неужели эта подозрительная Система решила сделать из него героя какого-то сомнительного жанра?

Отбросив непрошеные мысли, он вновь сфокусировался на сидящей перед ним пациентке и решил немедленно протестировать новый дар.

— Госпожа Куренай, — произнёс он, активируя «Успокаивающий Голос».

Его тембр остался таким же бархатистым, но теперь в нём зазвучала глубинная, убаюкивающая сила. Это не было похоже на грубое, насильственное вторжение чужеродного гендзюцу. Скорее, это было сродни чувству, которое испытывает до костей промёрзший путник, когда в ледяную метель внезапно слышит уютный треск дров в камине.

Будучи мастером иллюзий, Куренай могла дать руку на отсечение: парень не складывал печатей и не использовал ни капли чакры, чтобы проникнуть в её разум. И всё же тугой узел напряжения, сковывавший её душу долгие дни, чудесным образом начал ослабевать.

— Вы отчаянно хотите их защитить. Именно поэтому вы изводите себя мыслями о том, не упустили ли какую-то мелочь, — голос Сейджи струился, словно тёплый весенний ручей. — Но человек не властен над всеми случайностями мира.

Сейджи подался чуть вперёд и посмотрел на неё с глубоким пониманием.

— Истинно выдающийся наставник не тот, кто может гарантировать, что его ученики никогда не прольют кровь. Выдающийся наставник делает так, чтобы даже в самом пекле они обладали достаточными навыками, чтобы выжить и вернуться домой. Импульсивность Кибы? Вы можете перековать её в отвагу перед лицом врага. Отчуждённость Шино? Она станет ледяным щитом рассудка для всей команды.

Он сделал небольшую паузу и добавил:

— Что до Хинаты… ей вовсе не нехватает смелости. Ей просто нужен тот, кто возьмёт её за плечи и скажет: «Бояться — это не стыдно. Отступать — не позор». Имеет значение лишь одно: сделает ли она шаг вперёд после того, как страх отступит?

В рубиновых глазах Куренай дрогнули блики света, выдавая душевное смятение.

— То, что вас до дрожи пугает мысль погубить своих учеников, вовсе не делает вас плохим командиром, — мягко резюмировал Сейджи. — Наоборот. Это доказывает, что вы — наставник, наделённый огромным сердцем. Вы уже приняли их жизни как свою собственную. И сейчас вам нужно не казнить себя за трагедии, которые ещё не случились, а изучить этих детей. И научить их выживать до того, как в их двери постучится настоящая смерть.

Куренай склонила голову, невидящим взором уставившись в зеленоватую гладь остывшего чая. Тишина в кабинете стала почти осязаемой. Прошло немало времени, прежде чем с её губ сорвался тихий, надломленный шёпот:

— Я действительно в ужасе… Я боюсь, что совершенно не готова быть их сенсеем, но судьба уже взвалила на меня ответственность за три юные жизни. И больше всего на свете я боюсь… — Пальцы, судорожно сжимавшие фарфор, наконец-то разжались. — Боюсь, что однажды из-за моего приказа они лягут в сырую землю и никогда не увидят родную Деревню.

Едва последние, полные боли слова слетели с её губ, как перед глазами Сейджи вновь вспыхнул системный интерфейс:

[Первый сеанс психологической терапии для Юхи Куренай успешно завершён.]

[Цель добровольно признала истинный источник стресса.]

[Уровень тревожности цели получил первичное облегчение.]

[Итоговая оценка терапии: Отлично.]

[Получена награда: Талант к гендзюцу (Продвинутый).]

[Талант к гендзюцу (Продвинутый): Глубокое интуитивное понимание духовной энергии, принципов манипуляции чувствами и структур иллюзий. Позволяет хозяину молниеносно изучать и осваивать техники гендзюцу.]

В то же мгновение ледяной, освежающий поток ворвался в разум Сейджи. Эзотерические, путаные концепции духовной энергии вдруг обрели кристальную ясность. То, как чакра искажает пять чувств, как духовная сила переписывает восприятие реальности, и то, как именно сплетаются, удерживаются и рассеиваются сложнейшие сети иллюзий — всё это выстроилось в стройную, безупречную систему. Теории, от одного вида которых раньше у него начинала раскалываться голова, теперь казались такими же естественными, как дыхание.

Сейджи приподнял взгляд. Куренай всё так же сидела перед ним с опущенной головой, погружённая в свои очистившиеся мысли, и потому не заметила, как на дне его зрачков блеснула искра новообретённой силы. На губах юноши расцвела мягкая, но уверенная улыбка.

Прожив в этом кровавом мире ниндзя больше года, Камихара Сейджи наконец-то осознал одну простую истину.

Кажется, он отыскал свой собственный, идеальный путь к абсолютному могуществу.

http://erolate.org/book/4405/423601