Медленно шли года, отношения между нами имели свои взлёты и падения. Были времена, когда случайный наблюдатель не смог бы нас отличить от других женатых парочек. Единственный, кто заметил изменения, были люди, которые знали нас с самого начала. Они были шокированы, потому что казалось, что Июнь и я изменились за одну ночь. Мы перешли от того, чтобы постоянно обниматься, целоваться и невозможности держать свои руки вдалеке друг от друга до едва возможных разговоров.
Во время школьных событий, как спектакли или концерты, были времена, когда мы посещали их оба и даже не удосуживались сидеть вместе. Дома всё было гораздо хуже. Я часто ел со своими детьми, как и Июнь, но мы редко сидели за столом вместе, да и когда это было мы разговаривали с детьми, но не друг с другом.
Настроение Июнь то падало, то поднималось, как график синуса. Временами она делала всё возможное, чтобы мы снова были вместе. Она готовила мои любимые блюда и пыталась затащить меня к себе в койку. Временами она сдавалась. В это время она была депрессивна и раздражительна. Было всего несколько человек, которые знали, что между нами происходит. И ещё меньше знало, из-за чего это всё. Июнь сказала этим нескольким людям, что это моя вина, что наш брак такой, какой он есть. Она совершила несколько ошибок, а я не смог на них забить.
Спустя несколько лет много наших друзей предлагали, что может нам надо подать на развод. Они спрашивали, почему же мы мучаемся то. Июнь раздражалась от такого предложения и не раз она вставала, кричала на человека и уходила. Июнь была уверена, что мы пройдём через все трудности. Она говорила всем, кто слушал её, что мы созданы друг для друга и что нужно время, чтобы мы снова были вместе.
У неё было несколько идей об этом. Первой был тот факт, что мы потратим так много времени на то, чтобы воспитывать наших детей, что со временем злость уйдёт и останется только любовь. Другой её идеей было, что как только дети уедут, мы останемся лишь вдвоём и понятно, что будут делать люди, чтобы предотвратить одиночество. Так же у неё была идея, что как только мы уйдём на пенсию, мы снова будем вместе и всё будет как прежде и даже лучше, потому что мы пережили невзгоды.
Июнь всегда говорила вещи типа, "Всё стоящее стоит того, чтобы подождать," она не сказала это в первый раз, когда я был рядом. Мы были приглашены на праздник к её сестре. Май пригласила нас обоих отдельно. Июнь приехала, а я появился позже, потому что не особо хотел расстраивать Май. Когда я появился, я разыскал Май и подарил её хорошую бутылку вина, как благодарность за то, что пригласила меня, а потом смешался с людьми.
Я не искал Июнь, когда начался разговор. Некоторые из болтунов знали о том, что происходит между мной и Июнь и спросили, почему же мы просто не бросим это дело. "Отличный вопрос," взболтнул я про себя.
"Всё стоящее стоит того, чтобы ждать," оттараторила Июнь.
"Ну для тебя наверное всё, кроме секса," сказал я прежде, чем подумал. Я не хотел смущать Июнь, но внезапно все узнали, почему на самом деле Июнь и я не вместе и они поняли, кто это всё устроил.
Наверное мы воспринимали это по разному. В рассуждениях Июнь, предотвращение развода было хорошим делом. Она нашла способ продолжить жить со мной. Она удержала свою семью вместе и мы растили здоровых и счастливых детей. Единственное, что её тревожило, это то, что я никогда не простил то, что она считала простым недоразумением, но она думала, что я прощу. И с годами она становилась всё более уверенной, что мы снова будем вместе. В конце концов, я не любил никого, кроме неё. Позже я узнал, что Июнь разболтала некоторым подружкам тот факт, что она поймала меня во время дрочки на её фото, не на фото каких то звёзд фильмов, а на неё. И каждый раз, когда она думала об этом, она всё больше уверяла себя, что со временем мы снова будем вместе.
Я же видел себя как заключённого. Я считал каждый день. Каждый день приближал меня ко времени, когда двери моей тюрьмы широко распахнуться и я пойду дальше по жизни. Я держал каждый аспект своей жизни вне дома в тайне от Июнь. Например, спустя год заключения я получил повышение до менеджера и не сказал об этом Июнь. Я получил повышение зарплаты и поделил её на обычную свою зарплату и на отчисления на свой сберегательный счёт, о котором не знала Июнь. Налоги мы платили отдельно, так что Июнь понятия не имела о том, сколько я получаю.
Три года спустя, когда я стал менеджером завода, я поступил так же. Время отлично совпадало, потому что как только закончится моё заключение, я как раз буду способен быть региональным менеджером, позиция которого вскоре будет свободна, а я как раз под неё подхожу.
Должен признаться, что за года, пока мои дети росли, моя любовь к Июнь не спадала. Это звучит безумно, но я любил её так же сильно, как и прежде. Я просто не мог быть с неё после того, что она сделала. Во многих случаях любовь меня заставляла делать то, что я бы не сделал без неё. Когда врач поставил её диагноз киста яичников, мы вмиг снова стали парой. Я взял несколько дней выходных, чтобы быть с ней больнице. Я был там во время операции. И я оставался в больнице каждый день, что был после операции. Было обнаружено, что киста не злокачественная и у Июнь будет лишь небольшое нарушение в возможности рожать детей.
Доктор был счастлив рассказать нам это, так как Июнь сказала ему, что мы хотим ещё как минимум одного ребёнка. Он сказал нам в последний день в больнице, что так как мне 38, а Июнь скоро будет 40, то если мы хотим ещё одного, то нужно начать приступать его делать. Это конечно, заставило Июнь улыбнуться.
Доктор сказал нам, что Июнь должна быть в постели по крайней мере дней 10 после возвращения домой. Он дал нам полный список всего, что мне нужно делать, чтобы она полностью восстановилась. И за эти 10 дней я даже спал рядом с ней в кровати. Каждой последующее этим 10 ночам утро было вместе с ней. Я просыпался с пухленькими ножками Июнь вокруг меня и руками в моих трусах. Я знал, что ничего быть у нас не могло. Врач сказал, что Июнь после операции не сможет заниматься сексом как минимум месяц.
"Когда я буду готова или даже до этого," прошипела она. "Я позабочусь, чтобы у тебя не было сил некоторое время ходить, а твой член будет досуха выжат."
А я только улыбнулся ей. Как только Июнь стала способна вставать с кровати, я вернулся ко сну на диване. Она пыталась заставить меня думать, что у неё рецидив, но быстрый визит к врачу подтвердил, что она в порядке.
За эти годы были и другие случаи, когда Июнь и я спали вместе. Когда бы она не заболела, я заботился о ней. В конце концов я любил её и она была матерью моих детей. Когда болел я, я ей об этом не говорил. Мы смотрели на вещи по разному. Июнь любила болеть. Я думаю, она старалась поймать простуду и грипп просто чтобы заполучить меня в постель. Она правда верила, что если мы пойдём в постель вместе, то у нас рано или поздно будет секс и всё остальное будет позади.
Я же на это смотрел по другому. Я верил, что если буду добр к Июнь, это наконец дойдёт до любви, какую бы она ко мне не имела и может любовь или может даже вина заставит её меня освободить.
В любом случае из нас двоих никто не получал, что хотел. Что касается секса я правда понятия не имею что делает Июнь за несколько месяцев, как Тодд задумал идти в колледж. Но своим делом я занимаюсь сам и занимаюсь я им на фото с Июнь. Каким то образом я всё ещё охвачен ей и не могу освободиться. Конечно к тому времени Июнь для меня делилась на 2 части. Первая была предизменная Июнь, которую я любил всем сердцем и изменная Июнь, от которой я хотел убраться больше чего бы то ни было.
Июнь так отчаялась, что шла на любые выкрутасы, чтобы подразнить меня. Если я был в душе слишком долго Июнь шла в душевую комнату и оглядывалась. Иногда она раздевалась передо мной и заходила в душ. Я же просто сразу же выходил.
Первые несколько Рождественских дней были тоже интересными. Я всегда давал Июнь маленькие и неподписанных подарка или два. Я покупал ей подарки, потому что не хотел быть грубым. И не подписывал их, чтобы дать её знать, что это не подарок от мужа его любящей жене. Это были просто вежливые обмены между теми, кто живёт вместе, чтобы избежать возможного нарушения гармонии в доме.
Июнь с другой стороны сохраняла каждый цент, чтобы купить мне хороший подарок, как будто она старалась подкупить меня. Я никогда их не принимал. Я открывал их для вежливости, а потом возвращал в магазин, а деньги клал в её сумочку. А с первого раза поймала меня за этим делом. В первый раз она подумала, что мне не понравился её подарок. Во второй раз она потребовала объяснений. Я сказал ей, что ей не нужно покупать мне какие то подарки, потому что они не дадут ей то, чего она хочет.
На третий год она нашла то, что я приму. Я проснулся с несколькими подарками под ёлкой от Июнь. Я покачал головой, а она просто улыбнулась мне. Когда я открыл первый подарок, это была коробка с копиями некоторых моих любимых фото Июнь с нашего свадебного альбома и несколько фото до происшествия, как мы называем тот случай.
Во второй коробке был набор ярких эксцентричных фото с Июнь, которые были сделаны недавно. Она смотрела на мою реакцию. Как только моё лицо упало, она передала мне телефон. На связи была Май.
"Делл, Июнь знает как ты её ревнуешь, так что не злись. Фото делала я. Так что, С Рождеством, братец в законе."
Последняя коробка была худшей. В нём был DVD. Предупреждение на коробке говорило, чтобы я не смотрел его вместе с детьми. На видео Июнь делала серию выступлений и в конце каждого из них она говорила, что если я захочу реальное выступление, то она рядом.
Я думаю после этого Июнь стала ещё более решительной, чтобы вернуть меня. Она начала пытаться больше понимать меня. И она действительно спросила, почему я не "использую" её новые фото или видео.
"Дорогой, так вышло что ты сильно любишь меня и мой вид тебя возбуждает," сказала она. "Мне просто интересно почему тебе не нравятся видео или новые фото. Они слишком вульгарные?"
"Нет, это не так," сразу же ответил я ей, но не стал распространяться. На следующий день ей всё так же надо было знать и она продолжала умолять меня ответить.
"Это из-за морщин и из-за того, что я за года стала полнее, да?" сказала она. "Тебе нравятся фото, где я моложе и свежее, где я лучше, да?" она продолжала донимать меня, пока у меня наконец не вырвалось.
"Просто мне нравятся фото со времён, когда ты была моей," сказал я. "Мне нравятся фото со времён, когда ты ЛЮБИЛА меня."
Она пошла в свою комнату и не выходила несколько часов. Когда она вернулась она взяла новые фото и видео, а после уничтожила их. "Таким образом тебе не придётся смотреть на ту шлюху, которой я стала."
http://erolate.org/book/4474/429103
Готово:
