"Когда я проснулся следующим утром, ничего больше не имело для меня значения. Я знал, что то, что я чувствовал к Джулии, было попросту уничтожено. И у меня больше не было какого-либо морального компаса. Мой мир полностью перевернулся. Понятия, правильного, неправильного и справедливого больше ничего для меня не значили. Я умер изнутри. И я просто хотел убить кого-то, чтобы унять свою боль. Я вызывался на каждую глупую и опасную работу, которую мог найти, потому что мне уже было плевать, что со мной случится."
"Это сделало меня другим, но всё так же не героем. Это сделало меня дураком, потому что я вот так просто рисковал своей жизнью, когда у меня была дочь, о которой я не знал, и кто-то, кто действительно любил меня так, как должна была любить Джулия. Легко творить опасные вещи, когда тебе так больно, что ты жить то не хочешь. Не так тяжело сталкиваться с обстрелом, когда всё твоё сердце и душа молятся, чтобы одна из пуль попала в тебя."
"Слышать, что ты вела себя, как шлюха, в колледже - это одно, но увидеть это своими собственными глазами - это выжгло какую либо любовь, какая у меня была к тебе. Ещё я узнал, что тот раз, когда я тебя увидел, был не первым или последним, когда ты творила подобное. Ты даже делала это в ночь перед вылетом домой, что было твоей групповушкой на дорожку. Планировала ли ты одуматься, когда вернёшься домой или просто трахалась бы за моей спиной? Может снова бы повторила свой сценарий из колледжа, когда ты со мной поспорила и порвала?" Джулия плакала и качала головой из стороны в сторону. В комнате было так тихо, ну кроме её всхлипов, что можно было бы услышать, если бы иголка упала.
"Джулия, ты вырвала моё сердце. Я думал, что для меня было бы проще вернуться домой в мешке для трупов, чем встретиться с тобой лицом к лицу. Мне было так противно от того, что я видел, что я знал, что я никогда не смогу больше притронуться к тебе."
"Нееееееет!" закричала Джулия. "Это была война. Я так переживала за тебя и было так одиноко. Я очень тебя люблю, но мне был нужен кто-то, что-то, чтобы почувствовать себя живой."
"Джулия, ты знаешь, что там было много мест, где о парнях могли позаботиться. Там было много доступных женщин и, как ты и сказал, это была война. Но я любил тебя, и так сильно, что никогда бы так не поступил, хоть и лишь я один был в опасности," тихо ответил я.
"То, что я тогда увидел, отвернуло меня. Как я сказал прежде, ты для меня была, как наркотик. И лучший способ бросить наркотики - увидеть, что бывает. И я увидел, как ты позволяешь всем этим парням трахать тебя. Я очнулся от сна. Ты стала шлюхой, которой когда то была в колледже, и тогда я всё это спустил с рук. Я считал, что тебе просто нужно немного новых впечатлений и попробовать что-то новое. Хотя глубоко в сердце я в это не верил. Я думал, что раз ты так сильно любишь меня, так же, как я люблю тебя, то тебе это просто бы и не понадобилось. Но я приложил усилия и забыл об этом. Ирак же показал, что ты не смогла забыть об этом. Ты просто взяла перерыв. Я не могу всю жизнь задумываться, когда тебе потребуется следующая групповуха, Джулия. Я не хочу быть женатым на женщине, для которой недостаточно меня. Я никогда не смогу снова тебе доверять и я даже больше не люблю тебя."
"Даже более того, Джулия. С того самого момента, как я увидел тебя, я был немного безумным и немного слепым. Я провёл почти половину своей жизни, ставя тебя и нас впереди себя. Джулия, я заслуживаю того, чтобы дарить свою любовь той, кто любит меня и тоже ставит меня на первое место. Кому-то, кто не засомневается пожертвовать собственным счастьем ради меня и я буду делать то же самое. Наши отношения всегда были лишь о тебе, и я больше так не могу. Ты не подходишь под то описание, что я сейчас дал. И я правда не какой то глупый давний парень, который так сильно любит тебя, что все страдания переживёт, лишь ради удовольствия быть с тобой. Я любил тебя всем сердцем, но этого было недостаточно. Завтра тебе доставят бумаги по разводу. Если ты их подпишешь, мы проведём один день в суде уже до конца недели и закончим этот фарс."
"Никогда," закричала она. "Это была война. Это не считается. Нам просто нужно время, чтобы справиться с этим. Как и в прошлый раз. Почему ты такой упорный насчёт этого? Мы же любим друг друга и нужны друг другу. Теперь с этим уже покончено и я не дам тебе развода, чтобы ты мог жениться на моей глупой светловолосой кузине."
"Джулия," сказал я. "Это, была, война. Война убивает людей и много чего разбивает. Я убивал людей, а ты разбила моё сердце. Ты убила всю любовь, что у меня была к тебе. Так что мы расходимся. Закончили. Я закончил и у меня есть кое-что получше."
Я вышел из дома, оставив их в наполовину сердечных потугах успокоить плачущую Джулию. Не думаю, что у кого-то из них есть к ней сожаление. Они все так же пытались отойти от шока от того, что она натворила. Я же со своей стороны чувствовал, как будто груз всего мира упал с моих плеч. Я сел в свою машину и направился в дом Джилл. Когда я туда приехал, там не было уродливой Хонды Джилл. Я постучал в дверь и к моему удивлению Карлотта впустила меня внутрь.
"Привет, папочка," сказала Биби, сидя на полу и пытаясь собрать пазл.
Лицо Карлотты выражало сегодня меньше негатива. "Где Джилл?" спросил я.
"Пошли на работу," сказала Карлотта.
Я встал и вышел. Я поехал в бар и вошёл в него. Там я помахал Стиву. Он подошёл и спросил меня, как дела.
"Замечательно," ответил я. К нам подошла Леси. Она наклонилась вперёд, обнажая свои груди почти до сосков.
"Привет, герой," саркастично произнесла она. "Что бы ты не делал с Девственной Мари, я хочу того же. Эта сучка так счастлива, что хоть привязывай, чтобы не улетела. Она сегодня даже улыбнулась мне один раз. Я даже не буду тебя ни в чём винить. Мы назовём это особым приветствием с возвращением."
"Леси, оттащи свою жирную, шлюшью задницу от него," сказала Джилл, подойдя позади меня. Она дала мне крепкий влажный поцелуй, прижавшись своими пышными формами ко мне. Большинство посетителей перевели свой взгляд с танцовщиц на нас. Леси покачала головой и тихонько отошла.
"Роб, я не хочу, чтобы ты бывал здесь," сказал Джилл, когда мы отошли в сторону от всех.
"Тогда давай договоримся," сказал я. "Я тоже не хочу, чтобы ты бывала здесь. Поехали домой."
Она уронила свой поднос на пол и взяла мою руку под звон разбивающихся стаканов, который раздался по всему заведению, выйдя из бара со мной. Мы поехали обратно к её дому, и к нашей дочери. Следующие несколько дней были для нас непростыми, но мы пережили их вместе. На следующий день Биби встретилась со своими бабушкой с дедушкой и они мгновенно полюбили её. Она извинились перед Джилл за то, как думали о ней и она простила их.
Джулия, конечно же, решила бороться с разводом. Но здесь не за что было бороться. Это по прежнему была Америка и никто не может заставить быть другого в браке. Она прошлась по нашим банковским счетам и забрала все деньги, чтобы я не мог поехать в своё путешествие. А я заставил бурка составить заявление в суд, детально объясняющее, как много денег она украла. Они заставили вернуть деньги обратно, так как лишь половина из них принадлежали ей. Но это всё равно не имело никакого значения. Потому что у меня был другой счёт, который был гораздо более наполненным. Пока я и Марк были в патруле в Ираке, мы наткнулись на один из тайников с оружием и американской валютой, о которых вы читаете в газетах. Скажем так, там было гораздо больше денег, чем мы доложили. Ни Марку, ни мне, ни кому либо ещё в нашем подразделении не придётся ничем заниматься в жизни, если только мы не захотим это делать.
А всё, чего я хотел, это поколесить по всей стране, и узнать женщину, которая любила меня всю свою жизнь, пока я проводил время с женщиной, которую я любил большую часть своей жизни. И я любил Джилл, всегда. Когда не был под чарами Джулии. Это была более согревающая и менее безумная любовь, которая, я надеялся, продлится для нас всю нашу оставшуюся жизнь.
Мы всё лето путешествовали и в итоге купили дом в четырёх милях от нашего родного городка. Джулия уехала и больше никогда не возвращалась. Она то и дело звонит мне и спрашивает, не готов ли я продолжить нашу жизнь вместе. А я просто говорю, что уже живу свою жизнь, и я счастлив, а потом бросаю трубку. Она по прежнему не видит, или не берёт ни какую либо ответственность за окончание наших отношений, дважды. Она всё так же называет первый раз ошибкой, а во втором случае она обвиняет войну. С моей же точки зрения у неё было два шанса быть верной мне и она их оба провалила. Мы не скучаем по ней, правда я надеюсь, что однажды она сможет найти какое-то своё счастье, которое она отбросила. И может тогда мы бы смогли бы стать друзьями. Я и Джилл оба этого хотим. А вот Би Би хочет сестрёнку и мы работаем над этим, каждый день.
Худшее из того, что случилось, пока мы путешествовали, это то, что мой папа влюбился. Он не очень был осторожен и в своей спешке всё вышло из под контроля. И это стало источников беспокойства для всех заинтересованных лиц. Некоторые из друзей, которые были ими всю жизнь, такие как Шериф и Бурк, были шокированы. И когда я приехал домой я выступил против папы. Мама пыталась обсудить с ним это. А он просто сказал, что это то, что ему нравится делать, и после всех этих лет брака, ему нужно это на некоторое время. Он поклялся, что это лишь развлекаловка, и ничего серьёзного, но Шериф не был с этим согласен.
К несчастью, в итоге мне пришлось прийти с ним к соглашению. У нас было несколько грубых слов, но мы любили друг друга, так что у него не было выбора, чтобы посмотреть на всё с моей стороны. Он сказал, что раз она мне не нужна, пока у меня есть Джулия, и он любит её и будет заботиться о ней, пока я не буду готов принять её обратно. Конечно же я отказался от его щедрого предложения. И пусть это была любовь с первого взгляда между нами. Вы вообще можете поверить, что этот старик не захотел отдавать мне обратно мой Мустанг?
[ПП - автор умело настроение передавал в строках, чем и понравилось произведение. Как мы можем испытывать ту грусть, тот груз печали у героя и как оно постепенно развеивается с последующими событиями. Надеюсь я передал эту черту в переводе.
Спасибо за прочтение.]
http://erolate.org/book/4474/429211
Сказали спасибо 0 читателей