Лаура смотрела на мужчину, который всегда был столпом силы, мужчину, с которым она всегда чувствовала себя защищённой и в безопасности. Его злость была очевидной, но за ней ютилась боль, она могла увидеть это в его глазах; она могла прочитать его по его языку тела. Он был слегка сгорблен, плечи опущены, и голова тоже. Почти что казалось, что за последние три часа он постарел на десять лет. Лаура не могла даже припомнить, чтобы она кого-то ненавидела за всю свою жизнь, но в этот самый момент она ненавидела себя, не было другого слова, как это описать.
"Харрисон, что у меня нет права просить, но как думаешь, можешь сделать мне услугу?"
"Услугу?" проворчал он. "Могу сказать, смелости тебе не занимать. Конечно, что такое, хочешь, сведу тебя с одним из ребят на работе?"
Лаура знала, что он брызжет ядом, чтобы причинить ей боль, как она причинила ему, но его слова всё равно ощущались как кинжал, вошедший в её сердце. Она никогда не видела его с такой болью, и знание, что она была всему виной, делало всё ещё хуже.
"Харрисон, это книга по психологии, которая описывает измены. Она очень хорошая. Она открыла мне глаза на то, что я делаю, и чем рискую. Ты прочитаешь её?"
"Я ... зачем? Я не тот, кто спит в чужой постели."
"Я знаю, Харрисон, но она объяснит причины, почему люди заводят романы, и их там десятки. Это исходит из того, в чём люди уязвимы..."
"Хах, и ты думаешь там есть нечто, что заставит меня простить тебя. Забудь об этом Лаура."
"Нет, это не так. Пожалуйста, Харрисон. Я не делаю каких-то оправданий, но по крайней мере она покажет тебе что мой роман не имеет ничего общего с твоей способностью ублажать меня, в или вне спальни. Она поможет тебе увидеть, что это была моя вина, не твоя. Что ты не несёшь за это какой-либо ответственности. Пожалуйста," повторила она, протащив книгу через стол, где сидел он.
"Схожу приму душ," сказал он, допив остатки своего кофе. "Затем я перенесу одежду в гостевую комнату до завтра. Можешь оставить себе спальню. Я даже одной ночи не хочу пробыть в той кровати."
И снова его слова резали самую её душу. "Что насчёт ужина?" спросила Лаура.
"Я не голоден," ответил он, уходя от стола и оставляя книгу там, где она лежит.
Никто и глаза не сомкнул в этой ночи, ни Харрисон, ни Лаура, ни Эшли. Лаура слышала, как ходит Харрисон за час или около того до будильника. Она думала о том, чтобы сделать ему завтрак, но если он встал так рано, то это из-за того, что он не хотел видеть её, и она должна была уважать это. Она знала, что надо дать ему пространство и время, чтобы разобраться во всём.
Она лежала и слушала, представляя, что он делает, и молясь, чтобы это не было последним разом, когда она слышит, как он собирается на работу. Когда она услышала хлопок входной двери, она была уверена, что её сердце остановилось.
Лаура всё равно не могла больше лежать, так что она встала и накинула свой халат, чтобы спуститься вниз. Она надеялась, что он взял с собой книгу, но она всё так же лежала на столе, именно там, где она её оставила.
Лаура ощущала себя пустой изнутри, пока она, как работ, перемещалась по кухне, готовя завтрак. Ко времени, когда она закончила первую чашку кофе на день, она снова задавалась вопросом о своём решении прийти с повинной, как минимум три или четыре.
Она сидела, растерянно смотря на стену в поисках своего будущего. Ей нужна была новая работа, останется Харрисон или нет. Её разум так же крутился вокруг предложения Вал о том, чтобы написать книгу. Вначале это звучало смехотворно. Кроме нескольких эссе в старшей школе она никогда прежде ничего не писала, но чем больше она думала об этом, тем больше ей нравилась эта идея. Пусть даже это никогда не опубликуют, по крайней мере, возможно, это немного разгрузит её. Над этим нужно будет подумать.
Лаура так сильно погрузилась в размышления, что звонок телефона на стене заставил её вздрогнуть. Время ещё даже не восемь тридцать; это мог быть лишь один человек.
"Привет, Вал, как там Эшли?"
"Откуда ты узнала, что это я," немного удивлённо спросила Вал.
"Кто ещё может мне звонить в такую рань? Как она?"
"Ах ... ну, она плакала большую часть ночи. Я даже не отправила её в школу. Думаю, это была бы пустая трата времени, к тому же ты нужна ей."
"Да, я согласна. Я приму душ, приеду и заберу её, хорошо?"
"Хорошо. Она ещё в кровати, но я начну готовить завтрак и дам ей знать, что ты приедешь за ней. Ей просто нужно быть со своей семьёй."
"Отлично, спасибо, что приютила её, Вал."
"Да без проблем. И ... как всё прошло?"
"Не слишком хорошо. Он собирался съехать прошлым вечером, но я уговорила его, чтобы он пришёл сегодня домой после работы, чтобы он мог вначале поговорить с Эшли. Вал, может мне стоило послушать тебя и ничего не говорить. Ты бы его видела, я так глубоко его ранила, ему было так больно, что всё, что я хотела, это обхватить его руками и держать, но, конечно же, я не могла. Я вызвала столько печали, вначале у Эшли, затем у Харрисона, это самый ужасный опыт, что я переживала, и я знаю, что для них это было ещё хуже."
"Ну, если тебя это утешит, после того, как мы поговорили, я сменила своё мнение насчёт того, чтобы не рассказывать Харрисону. Думаю, ты была права в том, чтобы рассказать ему, дорогая. Брак не должен основываться на лжи, и не рассказывая ему ты именно это и будешь делать, лгать по умолчанию. Нет, я думаю, что ты поступила правильно. Я по прежнему не уверена, что нужно было рассказывать Эшли, но я знаю, что ты делала то, что считала, будет лучше всего. Я просто надеюсь, что в итоге всё будет у тебя хорошо."
"Спасибо, Вал, это многое значит для меня. Ах, если я приду в девять-тридцать, это ничего?"
"Ага," ответила Вал, "это нормально."
Лаура потащила себя в душ. Она надеялась, что нежная горячая вода поможет ей успокоить её нервы, но она лишь смыла следы от её слёз.
Перед уходом Лаура вспомнила о книге, лежащей на кухонном столе. Она всё так же надеялась, что она сможет уговорить Харрисона прочитать её. Конечно же он был прав, это никак не даст ему причин простить её, но если бы он понял, как много человеческих эмоций вовлечено в это, то он по крайней мере, не ненавидел бы её. Лаура отнесла книгу наверх и положила на свой комод.
В тот момент, когда она ступила в дом Вал, Эшли подбежала и крепко обняла её. Лаура укрыла её защитной хваткой своих рук, обхватив голову молодой девушки в своих руках.
"Что он сказал, мам; что сказал папа?" спросила она со слезами на глазах.
Лаура взглянула на свою подругу, сидящую на диване, за советом, но лёгкое покачивание головы Вал сообщило ей, что ничего не будет.
Как она могла сказать это своей дочери? Какие слова она могла использовать, чтобы уменьшить огромную боль, которую испытает Эшли, когда её папа съедет из дома? Очевидно еж, что их не было.
"Дорогая, твоему отцу очень больно и он очень зол. Я честно не знаю, что будет, но он сказал, что он собирается выехать из дома."
Она почувствовала, как Эшли начала хныкать ещё сильнее.
"Дорогая, ты всё так же будешь видеться с ним. Насколько я знаю твоего отца, от не переедет далеко, и я никогда не буду препятствовать твоему времени с ним каким-либо способом. Помни, дорогая, он злится на меня, не на тебя."
Харрисон сидел за своим столом. Нечто, кое-какой шум вернул его в реальность. Он осознал, что смотрел на всё тот же лист бумаги последних сорок минут и всё ещё не прочитал ни слова на нём. Его разум был сам не свой. Его сознание путешествовало назад во времени, не напрямую, а по серии отдельных воспоминаний, в поисках подсказок, чего-то. что даст хоть какой-то смысл его текущему положению. Но ничего не было.
Его мозг сдвинул шестерёнки с прошлого на будущее. Какой будет жизнь после развода, гадал он? Какими станут мои отношения с моей дочерью?
Когда ранее этим утром он вошёл в офис, первым делом Харрисон рвался всем естеством первым делом позвонить хорошему адвокату по разводам. Он посмотрел на часы, был почти полдень и он ещё не набрал номер.
Харрисон встал и подошёл к своему окну на третьем этаже. Он был уставшим. Эмоциональное напряжение, через которое он прошёл, так же вымотало его и физически. Он был растерян, не уверен в себе. Что со мной не так, спрашивал он себя. В своём суждении он всегда был таким уверенным в себе. Даже будучи юным мальчиком он мог анализировать любую ситуацию, подходя к вопросу, используя холодную, расчётливую логику, чтобы прийти к успешному исходу. Но это не был вопрос логики, и как бы сильно не пытался взглянуть на всё с этой точки зрения, в конце концов, что исход будет каким угодно, но не успешным.
Другим вопросом в его уме была Эшли. Он знал, что ей будет невероятно больно, от того, что он съедет и разведётся с её матерью, но каким-то образом он должен был заставить её понять. Хах, хмыкнул он про себя, как я должен заставить её понять. когда я сам этого не понимаю?
http://erolate.org/book/4474/429339
Готово:
