Натали
Прошла неделя с момента встречи с Джилл и её адвокатом. Вначале я не поняла, кем был её адвокат. Мне понадобилось пару дней, чтобы наконец осознать: адвокатом Джилл был отец нашей старой подруги Мелани. Джилл пришла в офис, выглядя буквально достаточно хорошо, чтобы съесть её. Я не знала, откуда она достала это голубое платье, но оно было невероятным. Голубое так хорошо сочеталось с её прекрасными глазами, что это заставило меня почувствовать себя дурой. Каждый мужчина в здании говорил о ней после её ухода, как и половина женщин. Я прикладывала все силы, чтобы не думать о том, как бы потискать и не пососать эти её большие мягкие груди. Я не могла поверить, что я рискнула потерять её ради Ганнера. Хуже всего то, что Ганнер до сих пор заставлял заниматься с ним сексом и ему похоже приносило удовольствие заставлять меня делать то, что мне не нравится. Я поняла, что Ганнер любил власть над людьми. У него был крупный комплекс превосходства и он ненавидел проигрывать.
С момента встречи он был особенно зал, так как не выиграл ни одного очка во время заседания. Ему пришлось уступить перед каждым грёбаным требованием. Их не принудили к консультациям. Не было никаких шансов, что я и Джилл снова сойдёмся вместе до развода. Больше всего его злило то, что Джилл не вернётся к нам на работу. Я правда верю, что увидев её в этом платье, больше всего он был разочарован, что не сделает с ней ещё одной галочки.
Он становился всё более требовательным на работе, постоянно напоминая мне, что если бы он взял с меня плату за то, что взялся за мой развод, то я в итоге много лет платила бы ему. Он продолжал напоминать, что я в долгу перед ним и что когда ему нужно забрать его, мне нужно согласиться без вопросов на что бы он там не попросил. Я была на такой ступени, где мне уже было всё равно. Как то, что он может сделать со мной, может быть хуже, чем то, через что я уже прошла? Когда ты привыкаешь приходить домой к женщине, которая любит тебя всем своим естеством и которая сделает что-угодно, чтобы сделать тебя счастливой, терять её тяжело. Ещё тяжелее терять её, потому что ты была глупой и жадной. Я каждый день корю себя. Увидев её в этом платье, я стала корить себя ещё сильнее.
Дверь в офис раскрылась и одновременно с этим зазвонил телефон. Я подняла трубку и узнала голос жены Ганнера, Арлен. Она была очень злой и требовала разговора с ним. Я соединила её по его личной линии и - ну хорошо, я любопытная - оставила связь открытой.
"Ганнер, тащи свою задницу домой, прямо сейчас же," слова были резкими и приглушёнными, что выдавало её злость.
"Дорогая, не важно, насколько срочно, я не могу пройти так уйти с работы," ответил Ганнер.
"Единственная срочность в твоём благополучии, засранец," сказала она. "Здесь некоторое время назад приходила женщина, принесли для тебя кое-какие документы. Всё, что она сказала, что это личные дела. На тебя в суд подают. Я хочу знать почему и кто, и лучше бы это было не то, что я думаю. Если ты изменяешь мне, с нами покончено и я хочу, чтобы твоя задница выметалась из моего дома. Мне не удалось уговорить женщину рассказать, в чём тут дело. Она бормотала что-то о том, что не может раскрывать детали, но я всё равно узнаю. Я смогла получить название правовой фирмы, которую она представляет по визитке, которую она оставила для тебя. Уверена, что один из друзей моего папы знает кого-то там, кто мне расскажет. Так лучше тебе тащить свою задницу домой с повинной до того, как я узнаю."
Я посмотрела через стеклянную перегородку и увидела, что обычно загорелое, самодовольное лицо Таннера было белым, как простыня. Поступил звонок по другой линии. Это был один из партнёров в нашей фирме. Он звучал разозлёно и хотел, чтобы Ганнер сейчас же пришёл на верхние этажи. Я подняла взгляд и заметила, что та же самая скучающая женщина, которая доставила мне документы по разводу, стоит передо мной. Я слышала, как открылась дверь, но была настолько взбудоражена от двух телефонных звонков, что это прошло мимо моего внимания.
Стоя передо мной, она лопнула пузырь из жвачки и улыбнулась мне. Я поёжилась, гадая, чего она хочет от меня на этот раз.
"Расслабься, Дорогуша, я тут не ради тебя," сказала она. "Ганнер Стерлинг тут?"
Я вздохнула с облегчением и указала на дверь внутреннего офиса. Через стеклянную перегородку, разделяющую наши рабочие места, я могла видеть, как Ганнер поспешно собирает свой портфель, чтобы поехать домой.
"Лучше тебе поспешить, чтобы поймать его," сказала я. "У него тяжёлый день."
"А скоро станет намного хуже," подмигнула она. Подойдя к двери, она раскрыла её. Дверь она оставила открытой.
"Ганни Хагвэй?" спросила она. Ганнер был зол.
"Разве не видела моё имя на двери," закричал он. "Я Ганнер Стерлинг. Ганнер, не Ганни, и Стерлинг, не Хагвэй. Моё имя указано прямо на долбаной двери."
"Мне просто нужно было, чтобы вы определили себя," сказала она, передавая ему множество папок. Их было по крайней мере пять. Мне она дала лишь одну и она вполне разрушила мою жизнь. Затем она развернулась на каблуках и ушла. "Можете быть без приятного дня," сказала она ему через плечо.
Ганнер начал разрывать папки и с каждой открытой он становился всё более злым. Он закричал, чтобы я зашла в его офис.
"Ах ты маленькая сука!" закричал он. "Ты проебала всю мою жизнь. Эта ёбаная пизда, на которой ты женилась, пытается убить меня. Тебе нужно позвонить ей и пусть она забирает всё это дерьмо назад. Ничего из этого не стоило того, чтобы трахать тебя. Ты даже не симпатичная из вас двоих..." И прежде, чем он мог сказать что-то ещё, нас прервали.
"Стерлинг!" прозвучало это с явным презрением. Я развернулась и отпрянула, увидев Уилтона Мосса, одного из основателей и главных партнёров нашей правовой фирмы. Мосса был очень низким мужчиной с залысинами и увеличивающимся животом. Он прошёл мимо меня, будто меня тут и нет, остановившись прямо перед Ганнером, который возвышался над ним. Ганнер начал проседать.
"Стерлинг, в какое дерьмо ты вовлёк нашу фирму?" спросил он. Ганнер ничего не отметил. Он был достаточно умен, чтобы держать свой рот закрытым.
"Ничего не говори, засранец," продолжил Мосс. "Я уже знаю. Ты имеешь понятие, кто такой Мэйсон Врайт?"
"Эм, он адвокат, который представлял супругу моего клиента в деле по разводу неделю назад," тихо ответил Ганнер.
"Так же он один из наших бывших партнёров," проинформировал нас обоих Мосс. "Он мой старый друг, и именно поэтому он дал фирме шанс избежать грязи и публичного надирания нашей задницы. Его клиентка раздумывает над подниманием многомиллионного судебного дела против нас. Можешь предположить, за что?"
Ганнер начал что-то отвечать, но Мосс ещё ближе подошёл, сказав, "Заткнись нахер. Я сказал тебе ничего не говорить." Ганнер внешне уменьшился, съёжившись перед злостью менее крупного мужчины.
"Видимо ты трахал свою секретаршу в своём офисе," рвал и метал Мосс. "Ты дрючил какую-то бомжиху, будто это долбаное здание какой-то вшивый мотель, и её супруга - которая, должен сказать, наша бывшая сотрудница - подаёт иск. Они ходят засудить нас за неисполнение моральных норм. Это ничего не значит. Мы возможно сможет тянуть всё в суде, пока не найдём нужного судью, который согласится, что взрослые делают то, что делают. И Врайт это знает. Он очень умный. Так что он связал это дело с несколькими бывшими твоими секретаршами, и внезапно всё стало намного более серьёзно.
"Можем мы сможем расцеловать его задницу и уладить всё вне суда, однако это будет стоит для нас намного большим количеством денег, чем стоишь для нас ты. И даже тогда есть реальная опасность, ибо когда Мэйсон Врайт злится, он верит в политику выжженной земли. Вот почему мы всегда использовали его в таких делах, когда какая-то маленькая домохозяйка получала травмы на работе или что-то вроде того. У него есть умение оборачивать с помощью прессы всех против крупных компаний и в данном случае эта крупная компания - мы. Наша единственная надежда, это успокоить его."
"Я работаю над этим," взвыл Ганнер. "Если вы дадите мне шанс, я сделаю так, что ничего не будет."
"Ты нихрена не можешь сделать," выпалил Мосс. "Это лишь верхушка айсберга. Ты знал, что Врайт так же работал в комитете местной ассоциации юристов? Он подал несколько исков по нарушению этики против тебя. Похоже ты дрючил свою клиентку во время прохождения дела. Это правда?"
Ганнер лишь кивнул.
"Ты так же представлял клиентку в деле, в которое сам же и вовлечён. Это так?" спросил Мосс. Ганнер снова кивнул.
"Но..." и его перебили.
"Разве я не сказал тебе заткнуться нахер, дважды?" выпалил Мосс. "Третьего раза не будет."
Ганнер сглотнул так громко, что я и в другой комнате смогла услышать.
"Поддерживал ли ты отношения с сотрудниками в рабочее время и пытался ли давить на них ради сохранения их работы или продвижения в карьере?" спросил Мосс. Ганнер поколебался и Мосс ещё напряжённее взглянул на него. Ганнер кивнул. "У меня есть друг, работающий в другой фирме, который только что сказал мне, что твои правовые проблемы только растут," продолжил Мосс. "Видимо Конгрессмен Деннингс, отец твоей жены, услышал об этом и несколько минут назад в твой дом были отправлен член его бывшей правовой фирмы. Он специалист в делах по разводу. Я верю, что твоя жена собирается развестись с тобой. Так же с нами связались из ассоциации юристов.
Из-за расследования твоих предполагаемых нарушений этики, твоя лицензия на правовую практику была приостановлена до окончания твоих дел."
"Нет..." удивлённо прошептал Ганнер.
"Разве я уже три раза не сказал тебе заткнуться нахер?" спросил Мосс. "Ты попросту отказываешься делать то, о чём я тебя попрошу. Отвратительное отсутствие субординации. Мои руки связаны. Я пытался поддерживать тебя в этом кризисе, но ты попросту не даёшь мне работать с тобой. Ты уволен. Проваливай нахрен из моего здания."
"Но..." сказал Ганнер.
"Видишь, я же говорил," выпалил Мосс. "С тобой просто нельзя работать." Он развернулся и вышел из офиса Ганнера. Я ничего не могла с собой поделать, и мои губы сформировали лёгкую улыбку. Ганнер получал то, чего заслуживал.
"Ты тоже уволена," сказал Мосс, проходя мимо моего стола. Я слышала, как он бормотал себе под зубы, выходя из офиса. "Нам не нужны тут никакие татуированные бляди."
И тут я задумалась, как же у мистера Врайта получилось потянуть за все ниточки так быстро и так чётко. Время было идеальным. Он полностью уничтожил Ганнера. Я встала и начала собирать свои личные вещи.
Затем я задумалась, намеревался ли он и мою жизнь тоже уничтожить, или я была лишь сопутствующим ущербом. Желал ли он забрать мои средства к существованию? Или это был тот случай, когда кто-то наступает в кал и всё вокруг него тоже покрывается каплями. Хотя, он, в некотором роде, помог мне: я гадала, что же мне нужно сделать, чтобы освободиться из тисков Ганнера. И прямо сейчас у Ганнера было столько дел, о которых нужно беспокоиться, что у него не было времени, чтобы мучить меня. Всего через несколько недель я вольна с чистой совестью начать всё с Джилл с нуля, когда наш развод завершится. Вся моя свобода стоила мне моей работы и я могла найти другую.
http://erolate.org/book/4474/429400
Готово:
