Это была его ошибка.
Обычно он более внимателен и успевает заметить кузена с его шайкой заранее. Но в этот раз мальчик засмотрелся на падающий кленовый лист. Ему казалось, будто листик не просто падал, а парил в воздухе. Магия детей волшебников нестабильна, они еще не умеют ее толком контролировать и иногда происходят такие вещи. Неосознанно, мальчик просто хотел подольше полюбоваться падением листа, и его детская магия подчинила реальность, заставив лист падать гораздо медленнее. Или это уже было даже не падение? Сердце Гарри стучало все сильнее. Он боялся, что это может оказаться очередной странной вещью, за которые его всегда наказывали. Но, если Дурсли не узнают, то и наказывать не будут.
При этом напряжение магической силы в его теле возросло.
В любом случае, мальчик достаточно отвлекся, чтобы не заметить вовремя своих недоброжелателей.
- Ха! Попался урод! – Весело воскликнул мальчишка постарше.
Его пальцы практически впились в плечо Гарри.
- Ч…
- Держи его, Пирс! – Довольно протянул лидер шайки.
- Дадли! – Попытался отпрянуть Гарри.
Но Пирс Полкисс еще крепче сжал его плечо, не позволяя тому сбежать. Пирс был самым активным из друзей Дадли Дурсля. Если их шайка собиралась над кем-то поиздеваться, довольно часто он точно так же удерживал других детей, не позволяя им сбежать.
- На этот раз не сбежишь, урод! – Заявил Дадли.
Хотя, на самом деле он не считал Гарри уродом, скорее неудачником, над которым можно издеваться. Но именно так его называли Петунья и Верон. Вот и их сын привык называть своего кузена подобным образом.
- Ха-ха, ты все еще такой же слабак. Эй, сегодня я научился новому удару, и ты поможешь мне его натренировать.
- Я не хочу. – Осторожно сообщил Гарри.
- Да тебе все равно нечем заняться, урод! Будь хоть немного полезным!
Довольно быстро все свелось к тому, что Дадли решил просто поколотить кузена, пока его держал Полкисс. Гарри же оставалось только напрячься как можно сильнее, чтобы выдержать не такие уж и слабые удары. Это был уже не первый раз, когда кузен избивал его. Но, похоже, он действительно научился новому удару. Теперь Дадли не просто бил руками, но старался вложить свой вес в каждый удар, от чего его кулаки стали вдруг гораздо тяжелее.
- Хаа…
- Ой, ты чего посинел-то, урод?
Гарри не мог вздохнуть. Из его глаз брызнули слезы. Но это был не плачь, а рефлекторная реакция, не то, что человек может контролировать.
- Ха-ха! Этот придурок расплакался! Как девчонка!
- Эй, что у него за дурацкие очки?
Вскоре очки-велосипеды покинули лицо Гарри, оказавшись в руках одного из друзей Дадли.
- Да в них ничего не видно. – Примерил он их.
- Ха! Не надевай их, а то тоже станешь тупым ботаником!
- Фу! – Мальчишка в ужасе отбросил очки.
Усмехнувшись, Дадли наступил на них ногой, сломав оправу.
- Эй, урод, покажи, на что ты сам способен!
- Ч-что?
Тело мальчика дрожало. В своих суставах он чувствовал просто ледяной холод. Его руки и тело, куда приходились удары, неимоверно болело. Множество синяков пульсировали тупой болью. Его кисти и пальцы тряслись. Больше всего ему хотелось сейчас оказаться где-то в другом месте, подальше от Дадли и его друзей. В его теле уже начала собираться магическая сила. Сильнейшее эмоциональное напряжение могло спровоцировать стихийный выброс магии в любой момент. Сейчас разум ребенка был наиболее нестабилен, чем в любой другой момент.
- Давай, ударь меня.
Его кузен подставил плечо, показывая, куда именно нужно бить. И, Дадли просто не верил, что его двоюродный брат действительно сможет его сильно ударить. Он хотел показать, будто он неуязвим для него. Показать, насколько он сильнее.
- Мистер Полкисс. – Усмехнулся мальчишка.
И его друг отпустил Гарри.
- Что ты… хочешь? – Голос Поттера дрожал.
- Я же тебе сказал, урод! Ударь меня!
О, он очень хотел это сделать. Когда он даже пытался дать отпор кузену. Было время, когда Гарри даже мог подраться с Дадли. Но, всякое сопротивление вызывало у его кузена искреннее возмущение. И даже если он не мог справиться с ним сам, он мог напасть на него с друзьями. Так было раньше. Теперь же Дадли был физически сильнее и легко мог сам избить Гарри без всяких проблем. Более того, постоянные издевательства и побои не прошли бесследно. От одной только мысли о сопротивлении тело Гарри охватывала дрожь.
- Давай, урод!
Надрывисто вздохнув, Гарри сжал кулак.
Ну, попытался. Он просто не мог ударить Дадли изо всех сил. Его тело не было способно приложить для этого все силы.
- Давай! – Подначивал Пирс, ударив Гарри кулаком по плечу.
От этого удара левая рука Поттера несколько онемела, а синяки снова запульсировали болью.
- Я…
- Бей!
Стиснув зубы, Гарри зажмурился.
И сделал это.
Он так и не смог крепко сжать кулак и вложить все силы в удар. Это нельзя было даже назвать ударом, просто шлепок вялым кулачком по плечу. Дадли уже хотел было рассмеяться, но…
Внезапно возникший вихрь силы оторвал его от земли и поднял в воздух.
Дурсль чуть не задохнулся от страха, когда все та же невидимая сила закрутила его.
Точно так же разбросало в разные стороны и других детей.
А сам Гарри почувствовал опустошение, словно все его чувства исчезли, оставив только усталость. Он даже не особо понял, что происходит, когда раздался влажный хруст. И что-то теплое пролилось на него дождем. Мальчик вдруг понял, что потерял равновесие и упал на землю. В глазах пульсировал свет. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы просто оглядеться. И теперь уже у Гарри перехватило дыхание от ужаса.
Вокруг него были разбросаны части тел, конечности, органы и прочие внутренности, разорванные мышцы, и просто море крови. Он сам был весь залит кровью!
- Н-нет…
Что-то в нем сломалось.
Гарри даже показалось, что он слышал треск разбитого стекла.
И шрам, про который он уже даже почти забыл, вспыхнул болью, раскаляясь огнем.
- Хаа…
Последние силы покинули его и, Гарри потерял сознание.
Но, в то же время, его тело снова наполняла магия. Нечто темное и злое проникло в его разбитую душу. Убийство несет особый смысл в магии. И, в этот раз душа мальчика оказалась разорвана на части. Со временем эти части снова срастутся. Хотя, душа волшебника после его первого убийства уже никогда не будет прежней, в ней навсегда останется уродливый шрам.
Сейчас же, тьма хлынула в этот разрыв.
Осколок еще одной души, что оказался между осколками разорванной души Гарри Поттера. И, когда он придет в себя, он уже не будет тем, кем был прежде.
Шрам на лбу мальчика полыхал огнем и разрывал его кожу. Линия молнии прорезала его глаз и рассекла его щеку. Клеймо самой смерти заявило свои права уже на все лицо мальчика, который выжил. В какой-то мере, этот шрам стал отражением того разрыва, что произошел в его душе.
А пока…
http://erolate.org/book/448/40206
Готово:
