Она остановила взгляд на единственном из пяти мужчин, кто смотрел на неё хоть и холодно, но относительно мягко.
На нём был абрикосовый домашний костюм, волосы цвета светлого апельсина были полудлинными и слегка вьющимися, на переносице сидели очки в тонкой золотой оправе, а бирюзовые глаза оставались спокойными, как гладь озера.
Это был её пятый зверь-муж, Хуай Цин.
Заметив взгляд Сяо Цзиньшэн, Хуай Цин мягко спросил:
— Разве ты не пойдёшь ужинать?
— Иду, иду.
Проголодавшаяся за полдня Сяо Цзиньшэн тут же поспешила к столу. Учитывая, что четверо из пяти мужчин не выказывали ей и тени улыбки, она решила сесть рядом с Хуай Цином.
Стоило ей опуститься на стул рядом, как Хуай Цин едва заметно нахмурился, но тут же взял себя в руки и снова напустил на себя мягкую улыбку.
Под предлогом встать и налить себе чаю, он, вернувшись на место, незаметно подвинул стул, увеличивая расстояние между собой и Сяо Цзиньшэн.
Будучи хрупкой студенткой из мирного мира, которая невиновной попала в этот опасный постапокалипсис, да ещё и к пяти мужьям, которые по сюжету должны её убить...
Теперь Сяо Цзиньшэн чувствовала себя хрупкой и уязвимой девочкой.
Хотя отчуждение Хуай Цина было не слишком заметным, она всё же остро это почувствовала.
Сяо Цзиньшэн едва не расплакалась, но в то же время окончательно убедилась в одном: с Хуай Цином ей тоже разводиться нельзя.
— Чего вы не едите? — уговорив себя ещё пару секунд, Сяо Цзиньшэн посмотрела на нетронутые блюда на столе.
— Если ты не идёшь, кто же смеет есть? — насмешливо бросил Су Е.
С этими словами он встал, ушел на кухню и вынес оттуда накрытое крышкой блюдо, поставив его перед Сяо Цзиньшэн:
— Вот, держи. Сама просила приготовить к ужину.
У этого ужина даже был индивидуальный заказ?
Сяо Цзиньшэн приятно удивилась, и это даже немного уменьшило градус агрессии Су Е, заставив её заметить лишь его привлекательность.
Она подумала о том, что Юй Юньсяо хочет с ней развестись, Мо Цзе хочет её убить, Цюэ Цзэлянь игнорирует, а Хуай Цин отталкивает.
Теперь перед ней было пять мясников... то есть, пардон, пять мужей-зверей. Су Е, пусть и грубоват, но по крайней мере шёл на контакт — это всяко лучше молчаливого игнорирования.
Полная предвкушения, Сяо Цзиньшэн приподняла крышку, но тут же со стоном рухнула со стула, до смерти перепуганная: по кругу на тарелке лежали белые хризантемы, а в центре красовалась окровавленная ободранная заячья голова.
— Чего не ешь? Ты же сама просила приготовить тебе это на ужин, — зловеще усмехнулся Су Е. Опершись большими ладонями о подлокотники стула, он наклонился и свысока посмотрел на побледневшую от страха Сяо Цзиньшэн.
— Ты!
Отойдя от шока, Сяо Цзиньшэн ощутила лишь ярость по отношению к Су Е.
Су Е бросил на неё ледяной, полный высокомерия взгляд и с наглым видом уселся обратно на своё место.
За полгода брака он терпел Сяо Цзиньшэн достаточно, но мало того, что эта женщина была отвратительной змеей, так она сегодня еще и собственного мужа-зверя продать вздумала!
Особой дружбы между пятью мужчинами не было.
В конце концов, до того как система распределила их в мужья к Сяо Цзиньшэн, они друг друга вовсе не знали.
Просто поступок Сяо Цзиньшэн, которая сегодня так запросто продала Мо Цзе, вызвал у Су Е глубокое чувство безысходности.
Если сегодня Сяо Цзиньшэн в припадке безумия продала Мо Цзе, то завтра она вполне может продать и его самого.
Су Е по природе своей был гордым и независимым одиночкой, и терпеть Сяо Цзиньшэн целых полгода уже было для него пределом.
Он решил, что если сейчас же не преподать Сяо Цзиньшэн урок, то в следующий раз эта женщина продаст уже его самого.
С невозмутимым видом наслаждаясь испуганным выражением лица Сяо Цзиньшэн, Су Е довольно улыбнулся.
Сяо Цзиньшэн тем временем лихорадочно копалась в памяти, пытаясь вспомнить всё, что связано с Су Е, и одновременно вспоминая безумные выкрутасы прежней хозяйки тела.
Из-за своего стремления во всём соперничать с главной героиней Бай Янь — чьи мужья-снежные барсы были невероятно нежны и покорны с ней, в то время как Су Е, чёрный барс из противоположного лагеря, казался прежней хозяйке слишком агрессивным на лицо да ещё и с отвратительным характером...
Она придумала способ сломить нрав Су Е, обязав его, абсолютного новичка на кухне, отвечать за ужины для всех.
Приготовит хорошо — никакой похвалы, приготовит плохо — нещадно бьёт и ругает.
Хотя за последние полгода стряпня Су Е была откровенно невкусной, по крайней мере, она не выглядела столь кровожадно.
Сяо Цзиньшэн понимала: очевидно, после того как Мо Цзе едва не убили из-за продажи, остальные четыре зверя-мужа больше не намерены терпеть её выходки.
В этот самый момент Сяо Цзиньшэн больше всего на свете хотелось взлететь в воздух и впечатать ногу прямо в лицо Су Е.
Но она — всего лишь хрупкая девчонка, и вряд ли способна на такое в данный момент. Мало того, что в честной драке ей не победить, так если ещё и загнать этих пятерых мужей в угол, они ведь могут решить покончить с ней разом.
Мужей-то потеряй — не беда, можно найти новых, а вот собственной лишишься — второй раз уже не оживёшь.
Видя, что Су Е явно наслаждается возможностью поиздеваться и запугать её, Сяо Цзиньшэн заскрипела зубами от злости, и в её голове созрел план.
Она подхватила тарелку с окровавленной головой кролика и швырнула её прямо перед Су Е:
— Переделай! Я хочу острую кроличью голову по-сычуаньски.
— Ишь ты, заказы тут делать вздумала, — усмехнулся Су Е. — Готовлю так, как умею. Хочешь — ешь, не хочешь — собакам скормлю.
— Значит, переделывать не хочешь? — Сяо Цзиньшэн тоже холодно усмехнулась, обведя взглядом остальных четверых мужчин. — Если не переделаешь, я разведусь со всеми четырьмя!
Суровое, злое выражение лица Су Е на мгновение застыло.
Остальные четверо мужчин отреагировали по-разному, а Юй Юньсяо даже обрадовался:
— Правда что ли?
— Не переделаешь — разведусь! И первой с Мо Цзе! — пригрозила Сяо Цзиньшэн, в упор глядя на Су Е.
— С какой это стати первой с Мо Цзе? Если уж разводиться, то сначала со мной! — возмутился Юй Юньсяо.
— Потому что Мо Цзе хочет меня убить.
Сяо Цзиньшэн обернулась и бросила взгляд на Мо Цзе: предсказуемо, в его фиолетовых глазах, наблюдающих за представлением со стороны, читалось абсолютно нескрываемое убийственное намерение.
Самоуверенного и наглого Су Е этот безумный трюк просто вывел из себя, заставив рассмеяться от злости:
— Ладно! Отлично! Сяо Цзиньшэн, ну ты и змея ядовитая!
— Хватит со мной любезничать, брат-молодец, ты переделывать будешь или нет? — свирепо вздернув подбородок, потребовала Сяо Цзиньшэн.
Су Е заскрипел зубами от бешенства, злобно сверкнув на неё золотистыми глазами, и резко поднялся со стула так, что тот с грохотом отлетел назад. Нехотя он подхватил злополучную тарелку с кровавой кроличьей головой.
— Острую кроличью голову по-сычуаньски, значит? Я тебе устрою такую остроту, что сдохнешь!
Голыми руками размозжив кроличью голову и раскалив масло в воке, Су Е бухнул в сковороду смертельную дозу перца чили.
Весь дом мгновенно провонял гарью от сгоревшего перца, да так сильно, что все присутствующие бросились вон из столовой на улицу.
Едкий, удушливый запах перца поплыл из квартиры Сяо Цзиньшэн наружу, затронув даже соседей — семью Бай Янь.
— Опять у соседей драка? — Сюй Жуйян поспешно смочил платок водой и приложил к носу и рту Бай Янь, чтобы её не укачало от этой едкой вони.
— Да у них что ни день, то скандалы да драки, — усмехнулся Цзинь Ао.
— Не переживайте, я точно никогда не стану относиться к своим мужьям-зверям так, как Цзиньшэн. Вы все очень важны для меня и занимаете глубочайшее место в моём сердце, — Бай Янь прижала руки к груди, роняя слезы, достойные прекрасной Си Цзинь. — Кто бы из вас ни пострадал, это разобьёт мне сердце.
— Все вы шестеро — мои сокровища, моё сердце и печень.
— Вы пятеро! Вы что, все хотите со мной развестись и смерти моей ждёте, да? — выпалила Сяо Цзиньшэн, когда кухня перестала дымить. Она обвела взглядом Су Е, у которого на красивом лице осталась сажа и копоть, а затем перевела глаза на остальных четырех мужчин, хранивших отрешённый вид.
— Я сегодня заявлю прямо.
— Признаю, раньше я вела себя скверно и была слишком жестока с вами. Сегодня я всё осознала, поняла свои ошибки и искренне хочу исправиться. Поэтому я надеюсь, что вы дадите мне шанс начать всё с чистого листа. Хотите вы того или нет, а согласиться придётся!
— Встаньте на колени, я прошу вас... — сообразив, что сморозила глупость, Сяо Цзиньшэн тут же поправилась: — То есть сядьте, у меня к вам просьба.
— С сегодняшнего дня мы будем жить в мире и согласии, хорошо и спокойно. Тот, кто покажет себя хуже всех, лишится меня: я разведусь со всеми четырьмя, кроме него.
От таких заявлений все пятеро мужчин онемели от ярости.
Впервые им доводилось видеть, чтобы кто-то просил прощения с таким наглым и дерзким видом.
— И с сегодняшнего дня вам больше не нужно спать в гостиной. В этом доме полно пустых комнат, выберите себе по одной, — добавила Сяо Цзиньшэн.
Поскольку прежняя хозяйка люто ненавидела этих пятерых мужчин, она категорически запрещала им иметь собственные комнаты: четверо спали прямо на полу в гостиной, а один — в подвале.
http://erolate.org/book/4566/451487
Готово:
