Готовый перевод The Witch / Ведьма: Глава 8

Проведя без сна ночь, Катерина решила полностью смириться со вчерашним позором и сделать этот эпизод частью своей жизни, наряду со своими неотъемлемыми недостатками.

А затем вовремя встала поутру, чтобы приняться за работу.

Она от природы обладала неиссякаемой энергией, живым умом и тяжелой формой перфекционизма: сколь грандиозной ни была бы проблема, она никогда не оставляла её на следующий день, стремясь разрешить всё незамедлительно.

Поэтому, разобравшись с тем, что творилось в голове, она тотчас взялась за желудок.

Госпожа Клэр зарабатывала на жизнь земледелием и прядением, у них был собственный огород и несколько овец. Каждое утро, задолго до рассвета, полная сил Катерина поднималась с постели, чтобы покормить овец, подоить их, обиходить огород, а иногда помогала госпоже Клэр готовить завтрак. Когда появлялась работа, она отправлялась на подработку на кухню близнецов, а когда дел не было — пряла пряжу и ткала вместе с госпожой Клэр.

Сегодня близнецы собирались с друзьями на охоту в лес, поэтому кухарка должна была заблаговременно собрать им корзину для пикника. Катерине предстояло прийти на их кухню спозаранку, чтобы помогать с готовкой.

Поэтому она встала еще раньше обычного, намереваясь сварить себе немного каши, перекусить и бежать к близнецам.

Однако, завязывая на ходу волосы и спускаясь по лестнице, она вдруг заметила подозрительную тень, мелькнувшую у ворот их дома. Заметив её, фигура тут же скрылась из виду.

Катерина в недоумении выглянула в окно.

Она разглядела отчетливо: тень принадлежала не кому иному, как Маленькому Дэниелу, помощнику верховного жреца Оливера.

Но этот Маленький Дэниел оказался проворным, словно кролик, и в мгновение ока испарился.

Катерина мысленно удивилась: с чего это помощнику верховного жреца вечно околачиваться возле её дома? В прошлый раз, когда она возвращалась, она тоже встретила его в переулке неподалеку.

Если бы не его связь с верховным жрецом, она бы точно решила, что этот парень замышляет что-то стянуть у них в хозяйстве.

Странно всё это.

Катерина задернула занавеску.

Сегодня на кухне требовалось больше рабочих рук, и кухарка позвала помогать и Катерину, и Эллу.

С момента вчерашней ссоры Катерина и Элла всё еще находились в состоянии холодной войны. При встрече они даже не разговаривали друг с другом, лишь закатывали глаза.

Впрочем, кухарку это волновало меньше всего — даже начнись тут мировая война, все обязаны исправно трудиться.

Так что Катерина и Элла то и дело толкались плечами, наступали друг другу на ноги и под непрекращающееся ворчание провели на кухне всё утро.

Близнецы наконец-то изволили проснуться ближе к полудню.

Кухарке предстояло подготовить снедь для их дневной охоты, самим же им требовалось лишь встать, полистать газеты да немного побродить без дела в предвкушении дневных развлечений с друзьями.

Храм служил не только местом поклонения божествам, проведения празднеств и передачи божественных откровений, но по сути являлся и культурным центром любого селения. К тому же при каждом храме любого божества по завершении строительства жрецы непременно открывали духовную академию, названную в честь этого бога.

Близнецы учились в знаменитой академии Зевса в городе-государстве Херон и возвращались домой лишь на время ежегодных весенних каникул, чтобы провести дома месяц-другой, наслаждаясь пробуждением природы в соответствии с древними обычаями.

Храмы славились богатейшими собраниями книг, скульптур и живописи, являясь настоящими чертогами знаний и искусства. И лишь в стенах духовной академии можно было соприкоснуться с рунами древних божеств, колдовством и алхимией — вещами, о которых Катерина не смела и мечтать.

Теоретически духовная академия принимала учеников любого происхождения, даже рабов. Но на практике учеба требовала огромных денег и времени, и дочери таких простых крестьянок, как Катерина, во-первых, не обладали лишними средствами и свободными часами, а во-вторых, не имели никаких путей к обучению, чтобы преодолеть порог вступительных экзаменов.

Совсем другое дело — богачи вроде Оуэна и Пата.

Аристократия города-государства Херон определялась вовсе не знатностью крови, а жаловалась законом в зависимости от размеров состояния.

Например, годовой доход семьи Катерины не превышал десяти золотых монет, а потому по закону они относились лишь к четвертой категории граждан.

Семьи же Оуэна и Пата, разбогатевшие на торговле пряностями и фарфором, выбились в число зажиточных купцов города-государства Херон с годовым доходом свыше пятидесяти золотых монет, за что по закону удостаивались дворянского титула второго класса.

Уж они-то обладали и средствами, и возможностью учиться в духовной академии.

Тем не менее, сколько Катерина себя помнила, она ни разу не видела, чтобы Оуэн или Пат во время каникул раскрыли хотя бы полстраницы какой-нибудь книги. Казалось, они целыми днями только и делали, что охотились, скакали на лошадях да танцевали, преспокойно обходясь без всякой учебы.

Впрочем, Катерина лишь любопытствовала и не придавала этому особого значения. В конце концов, она вовсе не считала учебу чем-то жизненно важным. Госпожа Клэр, Старый Акин и кухарка были абсолютно неграмотны, но разве это мешало им прекрасно жить? Сама-то она в детстве обучилась грамоте, так что уже дала им фору.

Во второй половине дня Бек и другие слуги-мужчины уложили всё необходимое для охоты снаряжение близнецов в повозку.

Катерина тоже закончила утреннюю круговерть и собиралась вздремнуть минут десять, прежде чем отправиться домой делать работу по хозяйству.

Однако в этот момент из коридора донесся недовольный голос Пата:

— …Кто же знал, что она так поступит? И что мне теперь делать?

Оуэн и Пат беседовали, направляясь в эту сторону.

Пат бросил взгляд на Эллу, и его глаза мгновенно загорелись.

Он преградил ей путь и спросил:

— Элла, ты сегодня во второй половине дня свободна?

Элла удивилась:

— А что такое?

Пат огорченно произнес:

— Сегодня на охоте — моя партнерша, с которой мы договаривались, внезапно не сможет поехать по личным делам. Теперь я остался один, без пары… Ты умеешь держаться в седле? Если да, не хочешь составить мне компанию?

Подобные охотничьи сборища на самом деле играли роль важнейших светских раутов. Мужчины и женщины участвовали в них в строго равном количестве, объединяясь в пары для совместной охоты.

Всякий, кто являлся без пары, считался нарушителем приличий и был обязан покинуть мероприятие.

Глаза Эллы засияли.

— Умею, еще как умею! Здорово как! Я хочу поехать!

Катерина и Элла время от времени помогали госпоже Клэр нанимать повозку, чтобы возить шерсть на рынок, так что ездить верхом они обе умели, просто им недоставало изящества и сноровки, коими отличались благородные особы.

Но Эллу подобные мелочи волновали меньше всего — коль скоро ей выпадало веселье, чужие взгляды ее никогда не заботили.

Пат принадлежал к числу людей, не любивших хлопоты: ему нравились не просто хорошенькие девушки, а прежде всего живой и бойкий нрав, как у Эллы.

Он усмехнулся:

— Ну вот и договорились. Сейчас я пришлю тебе комплект охотничьего костюма, переоденешься и жди меня у входа.

Сказав это, он щелкнул пальцами, обращаясь к Оуэну:

— Эй, Оуэн! Всё улажено!

И удалился.

Как только он ушел, Элла радостно побежала переодеваться.

Катерина как раз развязывала собственный фартук, как вдруг над самым ее ухом раздался призрачный голос:

— Эй!

Катерина испуганно вздрогнула.

Обернувшись, она едва не врезалась носом в лицо Оуэна.

— Оуэн! — завопила она. — Ты что творишь?!

Оуэн никак не ожидал от нее столь бурной реакции.

Он примирительно поднял руки и попытался ее успокоить:

— Не кричи, не кричи… Я просто хотел спросить: раз твоя сестрица отправляется с нами развлекаться, то как насчет тебя? Не хочешь присоединиться?

По правде говоря, кто же откажется развеяться? Тем более на столь редком развлечении в стиле аристократов — с конной охотой и пикником на природе.

Но заставить такую девушку, как Катерина, открыто признаться в собственных желаниях было непросто — иначе вчера на балу Элла не стала бы отчитывать ее на все корки.

Еще вчера она дала себе зарок непременно измениться и больше не давать Элле поводов для упреков. Но теперь, когда дошло до дела, после долгих стараний ее хватило лишь на то, чтобы не отказываться наотрез.

— Но у меня нет партнера.

Ее некому было взять с собой.

Оуэн расплылся в улыбке.

Опираясь локтями на шкаф и переполненный энтузиазмом, он заявил Катерине:

— Это не проблема.

Он лукаво наклонился, приблизив свое лицо вплотную к лицу Катерины, и, приподняв бровь, произнес:

— Разве я не здесь? Могу взять тебя с собой я.

http://erolate.org/book/4577/454385