Готовый перевод Дополнительная жизнь в подарок: Глава 11 - Постижение традиций

Спокойным размеренным шагом идя к нужному зданию, Ларак, не дожидаясь вопросов от Каджа, начал рассказывать о главе школы.

«Имей в виду» - говорил он – «отец Лорана, Ко́рос эль Дэ́микон, один из четырех агоров, управляющий северо-восточной частью королевства. Так что, хоть его отпрыск и близко нам не ровня, но если нажалуется папочке – Его Величество может вызвать тебя на разговор». “Аж сам агор” – довольно равнодушно подумал Кадж, поскольку и в мыслях не собирался как-то притеснять главу школы, но, чтобы дать понять собеседнику, что тот услышан, коротко ответил - «Учту».

«Хорошо» - ответил Ларак и переключился на другую тему – «теперь же относительно того, почему ты будешь с ним видеться. Видишь ли, каждый год Его Величество выбирает двоих из нас для охраны столицы...» И далее высший рассказал, что во время нахождения в Актосе этим двоим платится так называемое “пустое жалованье”, то есть минимальный для высшего оклад, ведь заданий Корона в этот период не дает, а значит, дополнительного заработка не будет весь год.

«Задания гильдии тоже брать не получится» - продолжал Ларак – «и вот почему… Ах да, ты же, скорее всего, не знаешь - тогда слушай. Хотя для высшей элиты и считается позорным брать задания на доске, но можно не делать этого лично, послав вместо себя кого-то другого, так что подобное неудобство можно обойти». “С чего вдруг это позорно? Типа нам уже не по статусу тусоваться с наемниками? Или, может, неприлично показывать остальным, что высшей элите не хватает королевского жалованья, и такой поступок будет бросать тень на Корону?” – предположил Кадж, но перебивать собеседника не стал.

«Но вот другая причина уже так просто не решается» - развивал свою мысль Ларак - «И состоит она в следующем: избранным стражам можно покидать столицу не более чем на половину дня и только с разрешения Тагора. Так что если ты не владеешь каким-либо ремеслом, то на время охраны Актоса остается только один способ дополнительного заработка: брать из школы птенцов, чтобы передавать им свои знания, либо повышать их боевые навыки».

«Ну, вряд ли я скоро встану на стражу столицы, так что…» - беспечно начал Кадж, но Ларак усмехнулся и перебил – «Тебе так только кажется. Просто ты еще молод и не понимаешь…» “Еще один укоряет меня младыми годами” – абсолютно спокойно (благодаря выпитому эликсиру) подумал легенда.

«Ты мне только скажи» - начал он, едва Ларак умолк – «я правильно понимаю, что могу спокойно брать любого птенца из школы, не спрашивая ни у кого разрешения?»

«Ты правильно понимаешь» - одобрительно подтвердил высший, но добавил, что лучше все-таки ставить руководство школы в известность – тогда итоговое жалованье будет увеличено. И чем больше за двадцать дней (период межу жалованьями) высший возьмет у школы птенцов, а также чем больше времени потратит на каждого – тем больше будет надбавка. А уж за поднятие птенцам ранга (и, тем более, за преодоление предела) Корона отсыплет целую кучу монет.

«И это не говоря о том, что пользование птенцами школы само по себе позволяет сильно сократить расходы на постельные утехи» - с довольной и сладострастной усмешкой закончил Ларак. “Да ты настоящий романтик” – почти машинально подытожил Кадж. Возможно, в иной ситуации его оценка была бы более язвительной или оскорбительной, но после вечеринки (когда он увидел, как высшие набирали себе птенцов на ночь) легенда понимал, что такое поведение для элиты является не только правомочным, но и, скорее всего, полностью одобряемым. Ведь Корона, прекрасно понимая, для чего высшие чаще всего будут брать птенцов, еще и доплачивает им за это.

«И последняя вещь, о которой тебе неплохо бы узнать до того, как встретишься с птенцом…» - произнес Ларак, смотря на здание, к которому они шли (до постройки оставалось не более тридцати метров). Повернув взгляд к Каджу, он сказал – «Существует полностью устоявшийся обычай о том, как полноценной элите допустимо вести себя с птенцами школы». И после этого заявления Ларак пустился в объяснения, говоря, что элита может пользоваться любым учеником школы в личных целях, и согласие самого птенца абсолютно не нужно. Мало того – никто из них и не дерзнет отказать. Единственно что - пользоваться цыплятами считалось позорным и всячески порицалось. Но не потому, что секс с несовершеннолетними был под запретом – совсем нет. Просто любому было ясно, что цыпленок еще очень слаб и может не пережить постельных утех с чемпионом, не говоря о герое. А гибель ученика - это потеря средств Короны впустую. Поэтому, во избежание неприятных инцидентов и финансовых накладок, смерть цыпленка приравнивалась к смерти знатного отпрыска, что влекло за собой среднее наказание в темнице. А какие “игры” каратели проводили с узниками, всей элите было известно прекрасно. Так что желающие позабавиться с цыплятами если и были, то держали свои желания при себе.

Но если вернуться к уже взрослым ученикам, то есть к птенцам…

«Внимание элиты не дает птенцу никаких преимуществ перед остальными» - рассказывал Ларак – «поэтому даже если вся школа будет знать, что вон того птенца постоянно пользует кто-то из элиты – другие ученики его все равно могут оскорбить, избить, снасильничать или еще что нехорошее сделать… если конечно, у них хватит сил и влияния. Но они будут знать – элита за этого птенца заступаться не будет». “Это свинство - пользоваться, не давая ничего взамен” – отстраненно подумал Кадж, все еще пребывая под действием эликсира спокойствия.

«А разве сами наставники не наказывают учеников за подобные поступки?» - спросил он.

«Наказывают… но только если пострадавший им пожалуется» - ответил высший и с многозначительной усмешкой пояснил – «А ты, учитывая твой молодой возраст, должен знать, как это позорно - жаловаться старшему, показывая этим свои бессилие и ничтожность. А еще не забывай о статусах. Ведь если какой-нибудь отпрыск рыцаря или купца пожалуется, что его обидел ребенок аристократа... Ты даже не представляешь, как быстро и жестко ответит такому жалобщику огорченный папаша обидчика…» “Грустно, но в принципе ожидаемо” – снова почти равнодушно вывел Кадж, после чего добавил – “и опять этот престарелый огрызок попрекает меня молодостью. Завидно ему, что ли?”

«А вот если элита все же решит взять птенца под свою опеку» - продолжал тем временем Ларак – «тогда ему или ей нужно просто показать это перед другими учениками с помощью одного из общепринятых знаков внимания».

«Это каких же?» - с интересом спросил Кадж.

«Самое простое – взять птенца за руку. Если подобное увидит хотя бы один свидетель – в тот же день об этом будет знать вся школа. И тогда, если этого птенца кто-либо обидит – элита обязан вступиться за него. Если он этого не сделает, то будет опозорен и потеряет всю свою репутацию очень надолго, если не навсегда». “А вот этот обычай мне нравится” – мысленно одобрил Кадж.

«Если же элита хочет показать, что не просто пользуется птенцом и дает ему защиту, но ценит того настолько, что готов строить серьезные отношения» - продолжал высший, при этом очень внимательно смотря на Каджа – «то тогда он обнимет птенца у всех на виду».

«Понят… что??» - невпопад выдал легенда, несмотря на то, что все понял.

«Хотя ты обнял Элси и не в школе, но, тем не менее, сделал это перед другими птенцами» - по усмешке Ларака было очевидно – слегка опешившее лицо собеседника доставляет ему истинное удовольствие – «и теперь все птенцы женского пола с нетерпением и огромной завистью ждут, когда ты за ней придешь». “Вот это я встрял” – остановившись, подумал Кадж. Он бы точно был сейчас в смущении и, возможно, даже смятении, но выпитый ранее эликсир спас его и тут. Ларак тоже остановился, продолжая наблюдать за соратником.

«А какие еще есть знаки?» - спросил Кадж, сдвинувшись с места и продолжив идти к интересующему его зданию.

«Еще можно поцеловать птенца» - с широкой улыбкой отвечал Ларак – «и это будет обозначать, что ты объявляешь ее своей спутницей и в будущем обещаешь церемонию соединения». В этом мире, как недавно узнал легенда, церемонией соединения называли свадьбу.

«Замечательно» - пробормотал Кадж, радуясь, что на вечеринке не успел достаточно напиться, чтобы на виду у всех совершить нечто подобное.

«И остался последний знак, так называемый “Символ отмены”» - в глазах высшего отчетливо был виден интерес к реакции собеседника на его слова – «если элита хочет отменить все ранее сделанные знаки, то ему нужно, опять же, при свидетелях, дать птенцу пощечину. И тогда никакие обещания или обязанности его с этим учеником больше связывать не будут». “Ну просто очень… символично” – подумал Кадж, буквально кожей чувствуя взгляд высшего и будучи уверенным, что тот едва сдерживается, чтобы не задать вопрос…. И легенда даже был уверен, что знает, о чем хочет спросить Ларак: собирается ли он воспользоваться этим знаком, чтобы отменить взятые по незнанию обязанности.

«Спасибо за ценные сведенья» - ответил Кадж и благодарно улыбнулся. “Фиг я отвечу, даже если у тебя хватит наглости спросить” – почти благодушно подумал он и остановился, поскольку подошел к двери здания, внутри которого (как показал украдкой задействованный “черный глаз”), находилась аура Элси. Ларак открыл рот, но, вопреки ожиданиям легенды, вместо вопроса предложил помощь.

«Здесь внутри только большие залы, что значит - твой птенец там будет далеко не один, а вместе с несколькими группами» - сообщил высший, после чего, слегка снисходительно (на взгляд Каджа) улыбнулся и произнес – «ты же стесняешься незнакомых мест и больших скоплений разумных, так что я могу позвать нужного птенца вместо тебя». “Откуда он знает?” – подумал Кадж, пытаясь понять, не проговорился ли он сам об этом кому-либо из других высших, но навык “Абсолютная память” сразу же показал, что ничего подобного не было.

«Спасибо за предложение, но я сделаю это сам» - надев на лицо благодарную улыбку, ответил легенда, думая при этом - “Больше ты меня злиться не заставишь”.

«Ну, как знаешь – я лишь искренне хотел помочь» - развел руками Ларак, после чего, узнав, что у Каджа на данный момент нет других вопросов, сообщил об окончании первого знакомства со школой и откланялся. “Мутный он какой-то” – сделал вывод легенда, смотря на удаляющуюся спину высшего. Но, не желая застать в школе перемену (когда ученики наполнят коридоры), он понимал, что время терять нельзя, потому быстро открыл дверь и вошел внутрь здания.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, Кадж пошел по пустому коридору, черным глазом осматривая окружающее пространство. “И тут такой же обогрев” – отметил он, видя напитанный силой ритуальный круг, что находился в маленькой подсобке и грел стену одной из аудиторий. Надо сказать – в школе элиты количество магических кругов не уступало количеству учебных классов, но обогревались, как нетрудно догадаться, только те помещения, в которых сидели ученики.

Дойдя до нужной ему аудитории, где находилась аура Элси, Кадж насчитал там еще 42 ауры. “Главное, чтобы эффект зелья не закончился аккурат в тот момент, когда я открою дверь” – понадеялся он. В другой ситуации легенда бы обязательно постоял несколько секунд перед дверью, чтобы настроится на то, что очень скоро его персона окажется в центре внимания. Но сейчас, чувствуя поистине олимпийское спокойствие, он, не колеблясь ни секунды, открыл дверь и переступил порог аудитории.

Внутри это помещение действительно напоминало учебные аудитории из родного мира Каджа. Там на небольшом возвышении было место преподавателя, состоящее из стола, стула, и большой школьной доски. А напротив располагались места для учеников – длинные столы с такими же длинными сиденьями, расположенные на ступеньках так, что каждый последующий стол был выше предыдущего. Если бы занять все доступные места, то там могло бы поместиться около шестидесяти разумных - то есть по меркам родного мира Каджа это была небольшая аудитория.

Преподаватель, темноволосый человек-чемпион, одетый в синюю мантию, что-то писал на доске. Ученики скрипели перьями, переписывая материал. Птенцы мужского пола были одеты так же, как и парень, виденный Каджем возле кабинета главы школы. А вот форма девушек состояла из черных полусапожек, черных колготок, синей юбки до колен, белой рубашки и синего жакета.

Заметив краем глаза, что кто-то открыл дверь, на лице преподавателя возникло выражение легкого раздражения, но это длилось лишь мгновение – до того самого момента, пока он не посмотрел - даже не на лицо, а на доспех вошедшего.

«Приветствую уважаемого Каджа, высшую элиту Короны!» - отчеканил наставник, согнувшись в поклоне. А через секунду то же самое повторили все учащиеся, сделав это практически одновременно. “Боже, благослови всех зельеваров, которые делают эликсиры спокойствия” – мысленно произнес легенда, кивая в пространство.

«Я возьму на время одного из птенцов, вы не против?» - обратился он к преподавателю.

«Конечно-конечно! Ник-каких возражений!» - слегка запнувшись, быстро ответил едва сохраняющий относительно спокойное лицо наставник. “Чего это он?” – с почти неощутимым удивлением подумал Кадж, но не стал заморачиваться. Сходу найдя глазами его бывшую соратницу (ее место в аудитории было вычислено еще в коридоре с помощью черного глаза), легенда позвал – «Элси, я за тобой». Девушка вскочила, затем быстро сбежала вниз по ступенькам и, наконец, остановилась перед Каджем. Тот, помня слова Ларака о знаках, с улыбкой протянул ей руку. Элси на мгновение замешкалась и даже едва-едва успела приоткрыть рот, будто намереваясь что-то сказать, но затем, словно передумав, подняла руку и вложила ее в ладонь легенды. Не смотря больше ни на кого, Кадж вышел из аудитории, ведя девушку за собой.

«Ув-важаемый Кадж» - начала Элси, едва он закрыл дверь – «я тогда, на посвящении, не п-подумала, но вы, в-возможно, не знаете, что в школе есть об-бычай…»

«Теперь уже знаю» - перебил Кадж, с грустной улыбкой смотря на одновременно перепуганную, смущенную, покрасневшую и заикающуюся девушку – «Ларак посвятил меня буквально несколько минут назад».

«А… х-хорошо» - смешалась Элси и, посмотрев на свою ладонь, которую продолжать держать Кадж, сбивчиво продолжила – «но, п-понимаете… те объятия… то, что вы с-сейчас взяли меня з-за руку, не отменяет… предыдущего знака… чтобы отменить, вам н-надо…»

«Элси, мне прямо больно тебя слушать» - снова перебил Кадж и, отпустив руку девушки, спросил – «где здесь можно поговорить, чтобы нам никто не помешал?»

 «Н-ну, подойдет люб-бая пустая зала» - все еще заикаясь, ответила девушка.

«Мне хотелось бы, чтобы на нас никто не наткнулся, даже если занятие окончится» - уточнил Кадж.

«Тогда… лучше всего пойти в харчевню» - ответила Элси и уже почти обычным голосом объяснила, что обед будет только через два занятия, а до этого времени ни один птенец в харчевне не появится.

«А это неплохо» - одобрил Кадж и сразу же поинтересовался – «скажи, смогу я там отведать еду, которую дают птенцам?»

«К-кончено!» - воскликнула Элси, но затем неуверенно произнесла – «Только зачем вам есть нашу пищу? Вы же можете потребовать блюда, что едят наставники или даже глава школы…»

«Мне просто хочется узнать, как питаются ученики» - объяснил легенда.

«Раз таково ваше желание, уважаемый Кадж, я сейчас же отведу вас в нашу харчевню» - высокопарно, как на каком-нибудь знатном приеме, ответила Элси.

«Тогда веди» - скрывая улыбку, разрешил Кадж, но сразу нахмурился и произнес – «Вот только… на улице довольно прохладно. У тебя нет более теплой одежды?»

«Все в порядке, уважаемый Кадж» - чуть смущенно отвечала Элси – «все здания школы соединены между собой подземными переходами, так что выходить наружу нет необходимости». “Архитекторам школы – почет и уважение!” – мысленно одобрил легенда.

Получив согласие Каджа, Элси повела его к лестнице, что вела на подземный этаж. Идя справа от девушки, легенда тайком любовался ее школьной формой. “Эта одежда ей очень к лицу” – думал он. Затем его внимание привлекла нашивка на правом плече в виде стилизованного симметричного белого пера. Кадж, вспомнив парня возле кабинета главы школы с таким же пером и находящимися чуть повыше крыльями, попросил Элси рассказать об этих знаках различия. Девушка, которая к этому времени уже почти полностью успокоилась (показания цифрового глаза подтверждали данное наблюдение), начала охотно и совсем без запинок освещать поднятую легендой тему.

Школьная форма элиты делилась на два вида: детскую (для цыплят) и взрослую (для всех остальных птенцов). Но те из цыплят, кто в свои 13-15 лет выглядел уже почти так же, как 16-ти или даже 17-ти летние птенцы – они могли носить взрослую форму. Правда, в этом случае их символ ученика (круг с чернильницей в области сердца) был вышит желтыми, а не белыми нитками. Что же до ученических нашивок, то их существовало всего четыре вида: золотая книга, золотой щит, белое перо и белые крылья. “Книгу” нашивали себе члены ученического совета, которые выбирались из лучших птенцов школы. Нашивка “Щит” символизировала собой защиту от беспорядка и ее имели право носить только те птенцы, кто отвечал за дисциплину и следил за порядком в школе. “Перо” же выдавали тем, кто преодолел предел. Ну а “Крылья” получали птенцы, прошедшие Последнее испытание.

«Если же птенец стал чемпионом двух характеристик, то ему дадут “двойное перо”, а если трех - тройное» - рассказывала Элси, когда они уже шли по подземному переходу – «но на такое способны только полукровки. Чистокровные люди оканчивают школу раньше, чем смогут заслужить хотя бы “двойное перо”».

Пройдя по подземному переходу, они оказались в коридоре другого здания, сквозь окна которого было видно упомянутую Лараком боевую площадь.

«Элси, это тут птенцы тренируются в плохую погоду?» – спросил Кадж, рассматривая довольно большое пространство, которое, по сути, являлось внутренним двором и представляло собой нечто вроде футбольного поля на стадионе. На такое сравнение наводили выложенная камнем дорожка для пробежек по периметру площади и покрытая травой земля на всей остальной территории.

«Совершенно верно, уважаемый Кадж» - отозвалась девушка, но потом, немного поколебавшись, дополнила, что упражнения на боевой площади проводятся и в хорошую погоду тоже. Легенда кивнул и уже успел сказать, что пора продолжать путь в харчевню, когда почувствовал, что все придавленные эликсиром эмоции хлынули в него одновременно.

«Что-то не так?» - с тревогой спросила Элси, заметив перемену в лице Каджа.

«Не обращай внимания – просто эликсир спокойствия закончился» - отмахнулся он. В глазах девушки появилась легкая озадаченность, но она не стала расспрашивать, а лишь кивнула и снова попросила следовать за ней.

Обеденный зал, в который они вошли, являл собой довольно просторное помещение с паркетным полом, на котором располагалось три десятка маленьких коричневых деревянных столиков с двумя табуретками каждый, а в противоположном от входа конце находилась стойка для выдачи еды (хотя сейчас там никакой еды не было).

Однако один из работников (человек, одетый в синюю форму и белый фартук) все же присутствовал за стойкой и, едва заметив Каджа, сразу же поприветствовал того, как полагается. Узнав, что высший желает отобедать, чтобы оценить еду птенцов, служащий быстро ответил, что сейчас же принесет все необходимое.

Помыв руки в уборной, вход в которую находился в этом же зале, Кадж выбрал один из столиков, что располагался на равноудаленном расстоянии и от входа, и от стойки. Он это сделал умышленно, чтобы их с Элси разговор было тяжело подслушать как с одной, так и с другой стороны. Хотя, у легенды, конечно, мелькнула мысль попросить девушку наложить купол тишины, но он не хотел заставлять ее тратить ману, которая могла бы понадобиться в каких-нибудь магических упражнениях.

Когда им принесли еду, то Кадж сразу же с интересом начал осматривать содержимое своего подноса: большая мелкая тарелка с толченой картошкой и пятью крупными котлетами; глубокая тарелка с салатом; маленькое блюдо с выпечкой и кружка с гасо. “Недурно, и насыпано явно для чемпионов” – оценил он.

«Да, уважаемый Кадж, именно такую пищу мы чаще всего едим на обед» - подтвердила Элси, которой принесли все то же самое. Приступив к еде, легенда вспомнил слова Корта об увеличении ранга и сразу спросил - «А котлеты… они из мяса черных кэсли?»

«Вы совершенно правы» - снова подтвердила девушка, орудуя ножом и вилкой, чтобы разрезать одну из котлет на несколько частей. “Теперь осталось только разузнать, где можно купить этого мяса” – подумал Кадж, но задавать этот вопрос Элси не стал, рассудив, что лучше о таком узнать у других высших. И еще, чтобы не волновать его бывшую соратницу, легенда решил повременить с важными для него вопросами и не задавать их, пока Элси не поест. А значит, в данный момент будет лучше поговорить о чем-то более отвлеченном.

«Слушай» - приготовил он пробный камень – «мне показалось, что твой наставник немного разволновался, когда увидел меня. Не знаешь, почему такое могло произойти?»

«Ну, это на самом деле совсем неудивительно» - стала отвечать Элси, прекратив есть – «сейчас вся школа говорит только о вас, уважаемый Кадж. Ведь увеличение представителей высшей элиты Короны – событие исключительное». “И не поспоришь” – думал Кадж – “раз всем высшим больше двухсот лет, то ясное дело – что мое вступление в их ряды – это просто фурор[1]!”

«Нас уже поставили в известность» - продолжала Элси – «что через несколько дней в столице устроят празднование в вашу честь». “А вот это уже лишнее” – мысленно скривился Кадж, переживая, чтобы ему на этом мероприятии не пришлось выступать перед публикой. Но, расспросив девушку, он с некоторым облегчением узнал, что, скорее всего, праздник будет включать в себя ярмарку с едой, выступление артистов на главной площади Актоса и, возможно, несколько других видов народных развлечений.

Доев основное блюдо, они перешли на выпечку и гасо. Кадж, пробуя ватрушку, одобрительно хмыкнул, после чего попросил Элси рассказать о Последнем испытании. Девушка на несколько секунд задумалась, а после принялась отвечать на его вопрос.

Последнее испытание, по сути, являло собой задание одного из наставников, выполнив которое, птенец, как говорится, “встает на крыло”, то есть становится полноценной элитой. Но здесь, чтобы было понятно, нужно рассказывать с самого начала. Итак… Попадая в школу и получив статус “цыпленок” – разумный в этот период учится читать, писать, считать, а так же некоторым другим вещам, вроде верховой езды, умению подчиняться, навыку полного самообслуживания, основам магии и, конечно, развитию тела. Еще за это время цыпленок постигает основы владения тремя видами оружия: двумя обязательными (лук и меч), а третьим – на выбор.

Став совершеннолетним, разумный должен сдать все необходимые испытания (то бишь экзамены), после чего он получит статус “птенец”. В этот период обучения его главной задачей становится преодоление предела, поэтому физические нагрузки возрастают многократно. В то же время добавляется так называемая “узкая подготовка” (в мире Каджа это бы назвали специализацией). “Узкая подготовка” делится на два вида: физическую и магическую. В первую входят ремесла, где основной упор делается на ручной труд: к примеру, простая ковка или зельеварение. А магическая специализация, очевидно, будет включать в себя акцент на магию. Туда входят такие направления как создание предметов, углубленное изучение рун, разработка новых заклятий, подробное чтение ауры, а так же некоторые другие. И еще, для полной ясности, следует добавить, что существовало еще одно ответвление, стоявшее немного особняком, а именно: изучение культуры и языков иных рас. Тому птенцу, что решит связать свою жизнь с налаживанием взаимоотношений с другими странами, этот предмет был абсолютно необходим.

И теперь, зная это, мы впритык подошли к вопросу о последнем испытании. Дело в том, что за каждую специализацию отвечал определенный наставник, который и будет учить маленькую группку птенцов, избравшую его предмет. (Иногда таких наставников может быть двое или даже трое, в случае если одну и ту же специализацию изберет достаточно большое количество птенцов). И вот этот-то наставник, узнав, что один из его воспитанников преодолел предел, решает, готов ли тот к последнему испытанию. А поскольку к этому времени птенец уже успешно прошел основные проверки знаний и навыков по всем общим предметам, то главным мерилом готовности являются его успехи в избранной им специализации, а также выбор дальнейшего жизненного пути.

Со специализацией все было довольно просто: прошел проверку навыков (или знаний) – готов к последнему испытанию. Но при этом выбор жизненного пути мог очень сильно повлиять на вид испытания, даваемого наставником. Ведь одно дело, если ученик выберет путь “боевого мага” (так в народе называли элиту и магически одаренных наемников), связав свою жизнь с выполнением заданий Короны и гильдии наемников (то есть, постоянно играя со смертью). Другой случай – путь ученого, который будет изучать (а после, возможно, и преподавать) магию в академии. Третий вариант – путь элитного ремесленника, что со временем научится создавать высококачественное оружие или доспехи. И часто (но не всегда!) последнее испытание было связано с тем путем жизни, что избрал птенец. Конечно, “человеческий фактор” тоже никто не отменял, и если, к примеру, ученик чем-то сильно не понравился учителю или вызвал страшное раздражение последнего – экзамен может оказаться таким, что провинившийся проклянет все на свете, пытаясь выполнить его. И при этом формально испытание будет птенцу по силам, но вот фактически…

«Моя узкая подготовка - зельеварение» - рассказывала Элси – «а выбор пути - “боевой маг”. Наставник… м-м-м… четыре дня назад устроил мне проверку навыков, где нужно было за отведенное время сварить три различных эликсира».

«И как я понимаю, ты справилась?» - с интересом спросил Кадж, почти не сомневаясь в положительном ответе.

«Вы правы, уважаемый Кадж» - подтвердила девушка и с почти незаметной тревогой добавила - «поэтому теперь мне осталось только пройти Последнее испытание, после чего я покину школу и смогу стать полноценной элитой».

«А что это испытание в целом из себя представляет?» - спросил легенда. И тогда Элси рассказала, что, хотя властью школы и приветствуется, если последнее испытание будет как-то связано с выбором дальнейшего жизненного пути ученика, но, по сути, оно может быть каким угодно, и зависит, по большому счету, только от воображения наставника. Единственное строгое ограничение – нельзя, чтобы возможность выполнения задания была за пределом не только физических и магических возможностей, но и навыков данного птенца.

«А примеры можешь привести?» - решил уточнить Кадж, поскольку ответ Элси был слишком расплывчатый.

«Если из тех, что я недавно слышала…» - начала вспоминать та – «могу вспомнить “вступить в гильдию наемников и получить пятый класс”… “составить заклинание с заданными свойствами”… “заработать определенное количество денег и после на кристалле правды подтвердить, что все эти монеты были заработаны, а не получены иным путем”… м-м-м… “получить одобрение от трех разных представителей элиты”…»

«Действительно очень разные задания» - согласился Кадж и сразу же спросил, получила ли Элси последнее испытание от своего наставника.

«Еще нет. Я должна была узнать о нем два дня назад, но дело в том…» - девушка неожиданно замолчала.

«Что-то произошло?»

«Понимаете, уважаемый Кадж, когда на церемонии посвящения вы… обняли меня… в общем, уже на следующий день об этом стало известно и моему наставнику».

Кадж удивленно приподнял брови - «А как эти события связаны между собой?»

«Ну…» - продолжала тянуть из себя слова Элси – «я не уверена, но… думаю, мой наставник, решив, что я важна для вас, теперь боится давать мне Последнее испытание, чтобы ненароком не навлечь на себя ваш гнев».

«Постой… ты хочешь сказать, он думает, что если я сочту испытание слишком сложным, то приду к нему разбираться?» - не скрывая недоверие, спросил Кадж.

«Мне кажется, дело обстоит именно так» - почти прошептала Элси. “Да сколько ж нам открытий чудных?..” – подумал Кадж слегка измененной строчкой из стихотворенья Пушкина, а после додумал уже по-простому – “Обнял, что называется, без задних мыслей”.

«Я так понимаю, только моя встреча с твоим наставником может быстро сдвинуть это дело с мертвой точки» - он произнес это без вопросительной интонации.

«Я не смею вас об этом просить, уважаемый Кадж» - смотря в пустую тарелку, тихо ответила Элси. Легенда некоторое время задумчиво смотрел на свою поникшую собеседницу, после чего заговорил спокойным, почти отрешенным тоном.

«Ты знаешь» - начал он – «не так давно одна очень уверенная в себе особа храбро заявила, что сделает все возможное, чтобы попасть ко мне в группу и ни за что не передумает…» Видя, что девушка подняла глаза, Кадж на всякий случай приложил палец к губам, призывая ее к молчанию. Убедившись, что та не собирается перебивать, он продолжил – «Так вот, Элси, если встретишь ту отважную девушку, передай ей, что для попадания в мою группу нужно выполнить два условия. Первое – получить согласие остальных соратников, а второе…» Кадж немного склонился, чтобы оказаться ближе к напряженно слушающей Элси и после этого продолжил – «Все, кто находится в моей группе – мои друзья. А друзьями могут быть только равные. Поэтому та, кто будет сознательно отдаляться от меня, или смотреть снизу вверх, или начинать обращение с “уважаемый”, или кланяться по сто раз на дню…» Выпрямившись, Кадж с грустью закончил – «В общем, передай той девушке, что только тот, кто видит во мне друга, имеет возможность стать моим соратником».

Девушка продолжала молчать, снова уставившись в тарелку. Легенда, хотя и чувствовал сейчас грусть вместе с легким недовольством, все же не винил Элси, потому что частично понимал ее. Ведь если провести аналогию из родного мира Каджа, то можно было бы представить ситуацию, когда какой-нибудь очень пожилой человек, еще лучше, ветеран войны с полной грудью медалей, предложит Каджу обращаться к себе на “ты”. “Я бы точно не стал этого делать” – подумал легенда. Правда, эта аналогия страдала неточностью, поскольку совсем недавно, будучи членом группы Каджа, Элси общалась с ним почти как с равным, а дистанцию увеличила только после вхождения ее бывшего главы в состав элиты Короны. “Это как если бы я встретил бывшего одноклассника и, узнав, что тот стал большой шишкой, тут же начал бы расшаркиваться перед ним. Абсурд” – подумал Кадж, хотя и понимал, что кто-то другой в такой ситуации вполне мог бы начать и лебезить и рассыпаться в любезностях… и даже унижаться – в надежде выклянчить для себя какую-нибудь мелкую подачку.

«Кстати» - вдруг вспомнил он – «ты ведь называешь Леду “Старшая”. Без всяких там “уважаемых” и прочего… и даже без поклонов».

«Уважаемая Леда приказала так себя называть. И еще приказала никогда ей не кланяться» - не поднимая головы, тихо ответила Элси. “Выходит, если я прикажу называть меня по имени – она это исполнит” – думал Кадж – “вот только толку от этого не будет, ибо дистанция никуда не денется. Да и Элси, скорее всего, будет страшно некомфортно исполнять подобный приказ”.

«Прости, пожалуйста» - вдруг попросил он и, видя, как от удивления у его собеседницы расширяются глаза, продолжил – «я не собирался давить на тебя или в чем-то упрекать. Просто я такой человек – мне больше всего нравится находиться с другими либо в дружбе, либо в отношениях равенства. Но не в подчинении или господстве». Встав из-за стола (Элси тоже сразу поднялась), Кадж произнес – «Я лучше пойду – не хочу застать полные коридоры птенцов» - а после с улыбкой попросил – «проводишь меня к выходу из здания?» Девушка молча кивнула. Выйдя из обеденного зала, они по коридору направились к выходу.

«Я поговорю с главой школы относительно твоего испытания» - говорил тем временем Кадж – «и сделаю все возможное, чтобы у тебя не возникло никаких трудностей с его выполнением».

«Я очень благодарна вам» - тихо ответила Элси, не поднимая взгляд от паркета, по которому они шли.

«А насчет знаков…» - продолжал Кадж, посмотрев на девушку – «я не собираюсь ничего отменять. Пускай остальные думают, что хотят, но я не стану давать тебе пощечину. И для полной ясности – обнял я тебя как друга, не зная при этом ваших обычаев, так что никаких особых отношений не подразумевал. Но в противовес этому – за руку я тебя взял при всех, уже зная, что это будет значить, так что защищать буду. Поэтому если кто обидит – сразу дай знать». Последнюю фразу Кадж сказал уже возле парадной двери.

Оглядев девушку с ног до головы, словно намереваясь навсегда запечатлеть ее образ в своей памяти, он произнес – «Надеюсь, еще увидимся». И, когда та начала открывать рот, чтобы ответить на его прощание, легенда быстро добавил – «Тебе очень идет эта одежда, Элси».

«Сп-пасибо» - ответила она, слегка запнувшись от неожиданности и забыв, что мгновение назад хотела попрощаться.

«Удачи на Последнем испытании» - произнес Кадж и, открыв дверь, покинул здание.

[1] Фуро́р – шумный публичный успех.

http://erolate.org/book/5028/508899