Меня зовут Шизука Курогане. Моя жизнь… сложно даже передать в мыслях. Я являюсь принцессой клана Курогане, среднего клана, находящегося под властью Великого клана Шихоин.
Не хочу вдаваться в подробности о клане, но могу сказать, что поднялся он благодаря нашему предку Генму Курогане, который достиг поста капитана Готея 13 и проявил себя во время гражданской войны в Обществе душ. Под его руководством клан Курогане поднялся до уровня высших, но после его исчезновения и ухода с поста главы клан снова стал средним, хотя многие до сих пор признают его заслуги.
Для меня этот клан никогда не был лучшим местом. Клан Курогане, ослеплённый прошлым величием, стремится его вернуть. Поэтому наследников воспитывают в строгости, отбирая самых сильных, чтобы те в будущем достигли тех же высот, что и Генму. Из-за этого к наследникам относятся строго и серьёзно, чтобы они стали такими же сильными как Генму. В нашей семье три брата и три дочери. Я — младшая из всех, но на меня возлагают большие надежды, так как с детства я обладала высоким уровнем духовной силы.
Члены семьи редко общались между собой. Мы все занимались тренировками, не замечая существования друг друга под одной большой крышей. Но среди нас выделялся второй старший брат Икки. Для остальных он был бельмом на глазу из-за слишком низкий духовной силы, слишком малым потенциалом. Из-за этого семья относилась к нему равнодушно, будто его не существовало. Но он был единственным, кто заботился о моих чувствах и проблемах под тяжестью ответственности, которую возлагала на меня семья.
Он всегда улыбался, даже когда все остальные смотрели на него с презрением. Он приносил мне сладости после особенно тяжёлых тренировок и говорил, что я справлюсь. Никто больше этого не делал. Даже моя мама, которая мало что могла сделать и была абсолютно покорна отцу.
Только старший брат Икки поддерживал меня и не давал падать духом. Я старалась помогать ему в ответ, но мои слова в его защиту были глухи для членов семьи, особенно для отца, которого я боялась. Он был очень строгим, почти никогда не улыбался. Лишь однажды, когда увидел, как старший брат Оума избил своего инструктора по фехтованию. Отец улыбнулся, потому что Оума смог стать на шаг ближе к силе предка.
Однажды во время праздника старший брат Икки не выдержал и сбежал из клана. Никто не пытался его остановить или отправится на его поиски, считая, что ничего важного не потеряли. По их словам, «было бы лучше для него умереть, чем показывать слабость клана Курогане своим существованием». Я хотела отправиться на его поиски, но стражники не позволили, а отец наказал меня очень строго. С тех пор я стала ненавидеть свою семью ещё сильнее, которая отнимает то немногое, что я могла любить и верить.
— Клянусь, что стану сильной и уничтожу эту семью. Ради брата Икки. — сказала я сама себе находясь в своей комнате, когда слезы закончились и пришел праведный гнев.
Я тренировалась усердно, что конечно нравилось моей семье и те хвалили мои старания. Хотя я ещё не могла даже близко приблизиться к силе моей старших братьев, но к силе сестер я была ближе. Таким образом я тренировалась и училась долго, пока не наступил день моего поступления в Академию Синигами, чтобы я смогла стать ещё сильней и доказать свою силу.
И когда я пришла сдавать экзамен, то к большому своему счастью, увидела брата Икки, спустя пятнадцать лет разлуки. Он сказал мне, что рад, что я в порядке, и что не желает возвращаться в клан, пока не станет достаточно сильным, чтобы доказать свою ценность. Я хотела помочь ему, но не знала как. Поэтому старалась тайно защищать его, если потребуется.
Я была в элитном классе, где собрались потенциальные наследники разных кланов и детей богатых торговцев. Сначала они меня не волновали. Но со временем моё мнение изменилось из-за одного человека Айзена Соске. Он выделялся тем, что попал в элитный класс, будучи жителем Руконгая. Это говорило о его огромной духовной силе и высоком уровне знаний.
Сначала я не придавала ему значения. Но оказалось, он довольно хитрый человек. Он следил за мной и узнал о моей связи с братом, хотя я очень хорошо пряталась. Тогда-то он и предложил помочь решить проблему Икки с его малой духовной силой. Взамен я должна была помогать ему, особенно в будущем, если стану главой клана Курогане.
Я поддалась на его уговоры, не потому что поверила, а потому даже маленький шанс был надеждой для моего брата, но никогда не ослабляла бдительности к нему. Я выросла в семье, где многие проявляли холодность и мало заботы. Поэтому я ожидала от него всякого. Но ничего такого он пока не делал.
А потом к моему удивлению, Айзен пробудил свой занпакто стихийного типа воды, что говорило о его гениальности и большом потенциале. Ведь пробуждение занпакто это очень важный этап и чем быстрее ты это сделаешь, тем выше талант и потенциал человека, а значит он может даже стать в будущем капитаном если с такой же скоростью пробудит банкай.
Но во время этой демонстрации пришел брат Икки и сказал мне, что я могу доверять Айзену, и что тот ему помогает с его проблемой. Ещё он попросил не проявлять близость на публике и делать вид, что мы не знаем друг друга, чтобы не создавать проблемы для меня и скрыть его принадлежность к клану Курогане. Я не понимала почему, но не смогла отказать под настойчивостью брата.
Почему Икки так настаивал? Что он знает об Айзене, чего не знаю я? И почему Айзен согласился на такие условия? Я не могла понять, что не так, но решила пока всему этому поверить, раз Икки сам сказал, что верит Айзену.
В итоге я стала тренироваться вместе с Айзеном. Под его руководством я и вправду начала лучше понимать свои сильные и слабые стороны. Как бы мне ни хотелось этого признавать, у него был талант обучать других. Даже несмотря на то, что мы оба учились в Академии, его аналитические навыки были превосходны. Из-за этого я ещё сильнее старалась быть бдительной с ним.
После некоторого времени мой брат предложил сводить Айзена в наш клан, чтобы тот смог изучить библиотеку и найти там решение его проблемы. Я не была уверена, что Айзена туда пустят, даже если я возьму ответственность на себя. Но отказать брату я не могла и повела его туда.
В последствии мне пришлось снова встретиться с отцом, который выставил меня против брата Оумы, и в котором я проиграла. Что для меня не было, так как я и близко ему ещё не соперник. Но затем он снова заставил меня драться с ним до конца дня, а после стал проводить другие тренировки. Из-за давления отца и боли в теле я была очень слаба физически и ментально, показывая слабину перед Айзеном, который стал меня утешать. К счастью, он не воспользовался моей слабостью каким-то образом. Это даже заставило меня думать о нём лучше, ведь он мог даже использовать, чтобы меня домогаться. Ведь кроме брата Икки, никто другой меня не пытался утешить и поддержать.
После этого наши отношения стали улучшаться, пока наконец мы не закончили Академию Синигами и каждый не выбрал свой отряд. Я вступила во второй отряд тайных операций, так как он был, по словам Айзена, мне более перспективным мой стиль сражения больше подходил под их методы. А ещё потому, что клан Курогане находился под покровительством клана Шихоин, и я должна была проявить преданность.
— Шизука Курогане? — спросил меня безликий член отряда тайных операций, чьё лицо было скрыто маской, а в руках он держал моё досье после Академии.
— Да! — сказала я, стоя прямо и держа руки по швам.
— Понятно. Давненько клан Курогане не вступал во второй отряд. — он сделал паузу, разглядывая меня поверх досье. — Но тебе придётся пройти испытания для вступления во второй отряд.
— Сколько мне будет дано времени?
— На подготовку у тебя будет неделя. Ты будешь тренироваться и обучаться на четвёртом тренировочном полигоне, где обычно мы готовим синигами для его сдачи. Если не сдашь с первой попытки, то не сможешь вступить во второй отряд.
— Я поняла.
— Отлично. Тебя сопроводят.
Я кивнула и была направлена на названный полигон, расположенный в глубине казарм второго отряда. Там меня учили основным правилам и принципам отряда тайных операций. Каждый день начинался с рассвета и заканчивался глубокой ночью. Они проводили для меня спарринги и проверки реакции, заставляя меня сражаться против опытных бойцов, которые не щадили меня. Моё тело покрылось синяками и царапинами, но я не жаловалась. Я привыкла к боли ещё в детстве.
Когда же пришёл момент для испытания, оно состояло в том, чтобы сразиться с тремя членами отряда тайных операций. Ограничений в битве не было, и можно было даже убить, если получится. Но в основном требовалось выстоять определённое время или одержать победу.
Первый противник был высоким мужчиной. Он двигался быстро, но предсказуемо. Я смогла обойти его защиту и нанести удар в бок, а затем добывающий прямо в живот и лицо, чтобы он потерял сознание. Его движения хоть и были быстрыми, но Айзен намного быстрее и ловко использует скорость с мгновенностью поступью, чем он.
Второй была женщиной. Она использовала кидо в бою, но я смогла предугадать её движения и победить её с помощью мгновенной поступи и вырубить её без особых проблем. Айзен на много быстрее и лучше использует кидо в бою, чем она, поэтому я легко могла использовать данный опыт.
Третий оказался более сильным мужчиной. Он двигался очень быстро и ловко, и каждый его удар был точным и смертоносным. Я была вынуждена дольше сражаться, используя все свои навыки и уловки, которым меня учил Айзен. В конце концов мне удалось одолеть его, но я была измотана до предела.
Следом было второе испытание, в котором я должна была отнять жизнь. Для этого меня выставили в небольшой комнате против мужчины, которому выдали асаучи. Он был высоким, с длинными волосами и безумным взглядом. Не имея другого выбора, я выполнила условие, убив мужчину, несмотря на его мольбы и проклятия. Я исполнила приказ.
Как оказалось, этот мужчина был преступником из дальнего Руконгая, приговорённым к смертной казни за убийство нескольких людей и нападение на синигами. Это испытание было для проверки решимости исполнить приказ, даже не зная, кто твоя цель, и заслуживает ли он смерти или нет. Для отряда тайных операций важно исполнять приказ любой ценой. Даже если потребуется убить бывшего главу второго отряда по приказу нынешнего.
Последним испытанием стали пытки. Меня привязали к металлическому стулу в тёмной камере, где не было ни окон, ни звука. Сначала проводили психологическое давление — оставляли в темноте на десятки часов, не давая ни еды, ни воды. Затем приходили и начинали избивать. Били кулаками, ногами, использовали плётку. Было очень больно, но я терпела. Я думала о брате Икки, о том, ради чего я всё это терплю, а также почему-то иногда вспоминала уроки и наставления Айзена. После избиения меня снова оставляли в темноте на несколько часов, и так два дня подряд, изматывая меня физически и психологически. Но я выдержала это и смогла выстоять под давлением.
Таким образом я вступила во второй отряд тайных операций. Когда я поступила во второй отряд, то меня вызвал мужчина с чёрными волосами, собранными в хвостик, и серыми глазами, одетый в обычную униформу синигами со значком лейтенанта на руке.
— Я лейтенант второго отряда Сюй Фон, — сказал он холодным тоном. — Шизука Курогане, тебя назначили во второе подразделение как рядового члена. Несмотря на твои высокие оценки в Академии, в нашем отряде это мало что значит. Мы выполняем очень трудную и специфическую часть работы, поэтому тут ценятся более специфические навыки. Второе подразделение тебе подойдёт, — объяснил он мне, наконец подняв взгляд.
— Я поняла, лейтенант! — я поклонилась, стараясь не показать усталость после испытаний.
— Отлично. Мареношин, — произнёс Сюй, и рядом с ним, словно из ниоткуда, появился мужчина в маске. — Это Шизука Курогане, теперь она в твоём подразделении.
— Ясно, — кивнул Мареношин лейтенанту, затем повернулся ко мне. — Следуй за мной.
Мы вышли в коридор казарм, где царила тишина, нарушаемая лишь редкими шагами проходящих мимо членов отрядов. Мареношин шёл, впереди не сбавляя темпа в ходьбе.
— Ты теперь член второго подразделения, — начал он, не оборачиваясь. — Официально оно называется «Разведывательное подразделение». Наша основная задача сбор информации внутри Сейрейтея и за его пределами.
Он остановился у развилки коридора и повернулся ко мне.
— Мы следим за возможными восстаниями, выявляем предателей среди синигами и гражданских, отслеживаем перемещения важных персон. В случае побега нарушителей, находящихся под домашним арестом, мы обязаны найти и задержать их. Проще говоря, мы обеспечиваем информацией весь Готей 13.
Мареношин продолжил идти, и я последовала за ним.
— От членов нашего подразделения требуется не только умение собирать информацию, но и хранить её даже ценой собственной жизни. Разглашение или передача сведений посторонним наказывается смертью. Без исключений.
Он сделал паузу, словно давая мне время осмыслить его слова.
— Ты будешь собирать информацию о подозрительной деятельности, следить за важными персонами, иногда проводить допросы. Твоё лицо теперь должно быть скрыто под маской как у всех, чем меньше людей знают, кто ты и на что способна, тем эффективнее ты сможешь работать.
Мы остановились у двери небольшой комнаты.
— Это твоя казарма. Здесь ты будешь жить и отдыхать между заданиями. Расписание получишь завтра утром. Первые две недели ты будешь находиться под наблюдением опытного члена подразделения, который научит тебя нашим методам работы.
Мареношин посмотрел на меня внимательно.
— Не жди, что всё будет легко. Второй отряд не место для слабых. Здесь нет места сомнениям и колебаниям. Ты должна быть готова пожертвовать всем ради выполнения приказа. Понимаешь?
— Я готова.
Так как я была рядовым членом второго отряда, меня не допускали к серьёзным заданиям и не давали доступа к какой-либо информации. Здесь это строго контролировали многие члены сами не знали всей информации. Это делалось для предотвращения возможных предательств и шпионажа. Второе подразделение занимало слишком важное положение в структуре работы всего Готея 13.
Лидером этого подразделения был Мареношин Омаэда, который имел весьма специфическую внешность, если снимал маску. У него была странная причёска, которая привлекала к нему немало внимания. Я была рада, что он закрывал лицо маской во время службы. Но даже несмотря на внешность, он был довольно сильным и занимал должность третьего офицера, что говорит о его высокой боевой силе и опыте.
Насколько я помнила, клан Омаэда был весьма богатым и занимал, как и клан Фон, близкое место рядом с Шихоин. Оба клана были высокого ранга. В то же время они были крайне связаны с кланом Шихоин, почти все члены семей этих кланов всегда вступали в отдел тайных операций.
Так или иначе, моя работа в первое время была крайне напряжённой из-за тренировок и обучения стилю ведения дел в этом отряде. А затем началась война с Руконгаем против организации «Новая жизнь». Наша задача заключалась в поиске и добыче информации о членах и планах этой организации.
Мне часто приходилось действовать самостоятельно, так как каждый член разведывательного подразделения добывал информацию по-своему. Работа в команде могла поставить под удар всю операцию группа людей, расспрашивающих о чём-то, вызывает подозрения. Поэтому я всегда старалась использовать свою внешность и низкий рост, чтобы меня воспринимали как подростка, пытающегося выжить в Руконгае.
Однажды я находилась в таверне на окраине седьмого района, притворяясь обычной девушкой, ищущей способы пропитания. Рядом за столом сидели трое мужчин с подозрительными лицами.
— Эй, девочка, ты здесь уже третий день. Что ищешь? — спросил один из них, наклоняясь ко мне.
— Мне нужна еда и крыша над головой, — ответила я, опустив глаза.
— У нас есть работа. Простая, просто передавать сообщения. Платим хорошо.
— Какие сообщения?
— Не твоё дело. Просто бегай туда-сюда. Справишься?
— Думаю, да. Мне нечего терять.
Мужчина усмехнулся и бросил на стол несколько монет.
— Приходи завтра на рассвете к восточным воротам.
Благодаря подобным методам я смогла собрать немало сведений. Как я потом узнала, большая часть из них уже была бесполезной, но некоторые детали, к примеру, численность и активность членов «Новой жизни» в определённых районах Руконгая оказались полезными. Без риска это не обходилось. Бывали моменты, когда меня раскрывали, и мне приходилось либо убегать, либо в крайнем случае применять силу.
Как пример ночью меня окружили пятеро членов той организации в переулке.
— Думала, мы не заметим, что ты следишь за нами? — прошипел один из них, вынимая нож.
— Я не знаю, о чём вы говорите, — ответила я, медленно отступая.
— Не ври! Мы видели тебя в таверне, на рынке! Ты шпионишь!
— Я просто пытаюсь выжить, как и все, — сказала я, внезапно выхватывая нож из-за спины.
Первый нападающий бросился на меня, но я уклонилась и нанесла ему удар в бок ножом. Второй попытался схватить меня сзади, но я развернулась и ударила локтем в его лицо. Остальные трое замерли, глядя на своих поверженных товарищей.
— Уходите, — сказала я холодно. — Или следующие удары будут смертельными.
Они быстро разбежались, оставив своих раненых товарищей. Я не стала их добивать, моя задача была собрать информацию, а не устраивать резню. Лучше будет их попытать и получить больше информации.
Такова была работа во втором отряде и втором подразделении, наш отряд практически не взаимодействовал с пустыми, и наш стиль сражения тому явное подтверждение, он был создан для убийства людей, а не пустых. Причиной было то, что второй отряд защищал порядок внутри Готея 13 от возможных предательств или нападений со стороны корыстных аристократов.
Таким образом я смогла приобрести немало опыта в маскировке, общении, сборе информации, а также повысила свои боевые навыки. Спустя примерно четырнадцать лет этой войны я дослужилась до звания пятнадцатого офицера во втором подразделении.
События после окончания войны были менее насыщенными и скорее превратились в рутину — поиск и разведка районов Руконгая для получения информации о возможных изменениях в преступном мире и среди кланов, которые могли иметь мотивы к восстанию.
Второй отряд имел весьма тесные связи с преступным миром, как и благородные кланы, которые зарабатывали на этом немало. Но всё это закрывали глаза для поддержания баланса и порядка. Особенно в ближнем Руконгае, где преступный мир был очень крепко укоренён в жизнь кланов. Если дальний Руконгай был сборищем хаоса и преступности повсюду, то в ближнем это было скрыто очень глубоко, но то, что там делали, наверное, показалось бы намного хуже, чем в дальнем Руконгае.
Ближний Руконгай, несмотря на свою относительную безопасность и порядок, скрывал под красивым фасадом тёмные дела. Контрабандисты запрещенным товаром, защищённые влиятельными торговцами и знатью, свободно перемещали свои товары через районы, используя тайные дороги и коррумпированных стражников. Бордели, где женщин и детей заставляли работать против их воли, маскировались под обычные заведения для отдыха, но ночью это было уже совсем другое место. Некоторые даже захватывали женщин и заставляли работать в таких местах, чтобы зарабатывать на их телах. Подобный бизнес был очень прибыльным, особенно если влиятельные личности давали защиту. А с учетом как богаты ближайшие Руконгаи, это выстроило выгодную всем экономику.
«Преступность нельзя победить пока в сердцах людей есть она», как однажды сказал мне командир, когда я спросила о причина бездействия. Её можно лишь возглавить и стараться держать в узде. Ранее уже были попытки уничтожения всего преступного мира в Руконгае, но всегда появлялся новый во главе с каким-нибудь аристократом. Это было в порядке вещей. И чтобы хотя бы не дать бешеной собаке действовать свободно, они держали её на цепи, чтобы она служила на благо Готея 13, предоставляя информацию и контролируя своих пешек в разумных пределах.
Но мне всё равно было неприятно знать столько подробностей. Особенно как некоторые кланы занимались продажей рабов, включая детей. И то, что некоторые делали с ними, было очень неприятно видеть. Я знала о случаях, когда детей-сирот похищали прямо с улиц или отбирали у матерей в дальнем и среднем Руконгае, а затем продавали в рабство богатым аристократам в ближнем Руконгае. Этих детей заставляли работать на плантациях, в шахтах или в домах в качестве слуг, лишая их свободы и достоинства.
Знать, что наказать их просто нельзя из-за статуса и влияния, было особенно тяжело. В Обществе Душ законы работали только в одну сторону для защиты интересов кланов. Те, кто был не кланом же были лишь пешками чужой воли.
Я продолжала выполнять свою работу, собирая информацию и передавая её вышестоящим. Но внутри меня росло недовольство и желание изменить этот мир. Не ради власти или славы, а ради справедливости. Ради тех, кто не мог защитить себя как я в детстве от воли тех, кто был сильней.
В свободное время я продолжала становиться сильнее, обучаясь лучше использовать свою силу. Во втором отряде была более продвинутая техника рукопашного боя «Хакуда», которой обычно пользовались все члены первого подразделения. Но никто не запрещал обучать ей вне данного подразделения для повышения эффективности других подразделений. Просто это было одним из требований для вступления в карательное подразделение, чья задача заключалась в убийстве любых целей по приказу капитана, включая пустых и даже капитанов или бывших товарищей.
— Твоя техника «Хакуда» улучшилась, Курогане, — сказал инструктор после очередной тренировки. — Ты готова к испытаниям для первого подразделения.
— Я сделаю всё возможное, — ответила я, вытирая пот со лба.
Для вступления нужно было проявить высокую боевую силу и навыки, чем я активно занималась. Спустя несколько лет я смогла получить перевод в это подразделение, в котором моя работа теперь заключалась в убийстве целей, включая пустых. Лидером этого подразделения был сам капитан Юичи Шихоин, которого называли «черной смертью».
Первые мои карательные миссии заключались в убийстве криминальных личностей, которые перешли дорогу одному из благородных кланов и теперь стали целью для устранения. Затем я ликвидировала ещё несколько преступников, пока мне не был выдан приказ об убийстве синигами. Причину его смерти не называли просто отдали приказ. Из любопытства я попыталась выяснить мотив и узнала, что он был предателем, работавшим на преступные элементы в Руконгае. Он прикрывал их бизнес по продаже запрещённых веществ.
Спустя время я получила очередное повышение, став тринадцатым офицером в первом подразделении. Но, помимо этого, в преступном мире начала появляться новая сила на смену «Новой жизни». Подтверждением этому стали различные попытки проникновения через Академию в Готей 13, а также масштабные попытки подкупа среди синигами. Для решения этой проблемы наше подразделение было отправлено на их ликвидацию. Чтобы не поднимать шума, этих синигами отправили в патруль, где мы их убили. Их смерти списали на пустых.
Казалось, всё это были просто разрозненные попытки насолить Готею 13 со стороны различных группировок. Но многие из тех, кто был подкуплен или отправлен шпионить, действовали по похожей схеме. Благодаря этому мы ловили их какое-то время, пока они резко не изменили своё поведение. Это лишь доказывало, что кто-то строит козни в тени против Готея 13.
Похоже, этот человек понял, что на него устроили охоту, и активность его пешек значительно снизилась. Подобное только усложнило работу по его поиску. Даже имени нам узнать не удалось лишь то, что этот человек или организация хорошо распространил своё влияние в среднем Руконгае.
Наш лейтенант лично взялся за поиски этого тайного лидера, и, к моему счастью, меня к этому делу не привлекли. Лейтенант Сюй Фон выбрал определённое количество подчинённых, чтобы остальные подразделения продолжали работать в обычном режиме.
Я решила воспользоваться моментом и отпуском, чтобы провести больше времени с братом, которого я очень давно не видела. Я почти ничего о нём не слышала. Я пыталась найти его в разных отрядах, расспрашивала знакомых, но большинство говорили, что не знают такого человека. Другие утверждали, что видели кого-то похожего, но это оказался не мой брат.
Затем меня пригласил Айзен для разговора. Он предложил мне заняться шпионажем капитана, проникнуть в какой-то проект, связанный с душами, чтобы помочь моему брату. Но проблема заключалась в том, что это было прямое преступление. Даже если наши цели были благими, это всё равно считалось нарушением. Если бы об этом узнали, меня могли бы казнить без лишних вопросов. Мои собственные товарищи из второго отряда не стали бы выяснять причины.
Но ради брата Икки я должна была это сделать другого способа я так и не нашла. Хоть у меня и были подозрения, что Айзен обманывает и использует меня, я не могла вспомнить ни одного момента, когда он действовал против меня из корыстных побуждений. Поэтому я решила довериться ему в надежде, что он поможет брату Икки.
Перед тем как предоставлять доклад и просить о переводе, я внимательно изучила документы и доклады, написанные Айзеном, чтобы не выглядеть будто не знала, что написано в собственном докладе.
— Перевод в двенадцатый отряд? С целью выявить предателей и шпионов? Зачем тратить время на подобное? Наша задача не шпионаж, а устранение целей, — заявил капитан Юичи Шихоин, смотря на меня своими жёлтыми глазами, под которыми я чувствовала себя очень тяжело. Его взгляд пронизывал насквозь, словно он мог видеть каждую мысль, мелькающую в моей голове.
Я выпрямилась, стараясь сохранять спокойствие и уверенность в голосе.
— Капитан, как вы могли заметить в моём докладе, цель моего перевода это выявление шпионов и источника, который их использует. Нет смысла убивать гонцов или отрезать хвост, лучше найти и обезглавить голову змеи.
Капитан Шихоин скрестил руки на груди, его лицо оставалось непроницаемым.
— У нас есть другие подозрительные отряды, куда более очевидные. Но двенадцатый отряд… сомневаюсь, что змея, о которой ты говоришь ценна. Двенадцатый отряд не представляет много, чтобы туда проникать. При этом эти «шпионы» могут ни к чему не привести.
— Именно потому, что это не очевидно, капитан. Двенадцатый отряд кажется обычным, ничем не примечательным. Но именно в этом и заключается проблема. За последние полгода в отряде произошли значительные изменения, которые не соответствуют обычной рутине.
Я сделала паузу, чтобы собраться с мыслями, затем продолжила:
— Во-первых, за короткий промежуток времени в отряд влилось необычно большое количество новых членов — тринадцать человек за шесть месяцев. Это почти вдвое больше обычного прироста. Большинство из них выходцы из среднего или даже дальнего Руконгая, без особых рекомендаций или связей. Один из них, Такэси Мори, вообще имеет сомнительную репутацию до поступления в Академию он был замечен в компаниях, связанных с преступными группировками.
Капитан слегка нахмурился, но не прервал меня.
— Во-вторых, патрули двенадцатого отряда стали регулярно появляться в районах Руконгая, которые не входят в их юрисдикцию. Особенно часто они посещают тридцать седьмой и сорок восьмой районы места, где активно действуют различные преступные организации. Официально это объясняется «усилением мер безопасности», но никаких конкретных угроз в этих районах не было зафиксировано.
Я перевернула страницу в своём докладе.
— В-третьих, в отчётах о патрулях есть серьёзные несостыковки. Например, в прошлом месяце патруль под командованием офицера Рёты Кадзуки сообщил о зачистке банды в пятьдесят восьмом районе северного Руконгая. Однако, когда наша разведка проверила эту информацию, выяснилось, что никакой банды там не было, а местные жители вообще не видели синигами в тот день.
Капитан Шихоин откинулся на спинку своего кресла, его пальцы постукивали по подлокотнику.
— Продолжай.
— В-четвёртых, — я глубоко вдохнула, — среди новых членов отряда есть несколько человек, которые имеют связи с известными торговцами контрабандой. Один из них, Харуто Судзуки, племянник владельца лавки в сорок пятом районе, которая уже давно подозревается в торговле запрещёнными веществами. Другой, Аяно Танака, сестра человека, арестованного нашим отрядом два года назад за шпионаж в пользу одной из преступных группировок.
Я замолчала, давая капитану время обдумать сказанное.
— И последнее, — добавила я. — В отчётах двенадцатого отряда за последние три месяца появилось необычное количество упоминаний о «специальных операциях» и «секретных заданиях». При этом детали этих операций не раскрываются, а доступ к полным отчётам ограничен. Это не соответствует стандартной процедуре для обычного отряда.
Капитан Шихоин долго смотрел на меня, его жёлтые глаза словно пытались проникнуть в самую глубину моей души. Всё-таки его звали «Черной смертью» не просто так и он говорят мог убить кого угодно за мгновение, прежде чем этот успел бы это понять.
— Ты понимаешь, что, если твои подозрения окажутся ошибочными, это может серьёзно повредить репутации двенадцатого отряда? Капитан Хикифуне уважаемый человек, и необоснованные обвинения могут иметь последствия, для нашего отряда и тебя в первую очередь.
— Я понимаю, капитан. Но разве не лучше проверить эти подозрения, чем игнорировать их? Если в двенадцатом отряде действительно есть предатели, они могут представлять угрозу для всего Готея 13. Возможно это может привести нам к тому самому новому лидеру преступного мира, который пытается распространить своё влияние.
— Мы уже пытались выявить его через шпионов, но ни к чему не пришли, лишь к жалким пешкам. Этот человек или организация крайне осторожны и используют множество методов для своей безопасности. Даже «новая жизнь» так не старалась скрывать своё существование.
— Если мои подозрения окажутся ошибочными, я готова понести ответственность за ложное обвинение.
— Ты понимаешь последствия?
— Понимаю.
— Ты уверена, что справишься с этой задачей? Шпионаж это не то же самое, что устранение целей. Тебе придётся быть осторожной, не выдавать себя.
— Я прошла обучение в разведывательном подразделении, капитан. Я знаю, как собирать информацию, не привлекая внимания. И я готова к этому.
— Хорошо. Я одобряю твой перевод. Но помни если ты обнаружишь что-то подозрительное, немедленно сообщи мне. Не пытайся действовать самостоятельно. Понятно?
— Понятно, капитан.
— Отлично. Я подготовлю необходимые документы. Ты начнёшь свою миссию через три дня. Историю своего перевода можешь придумать сама. Я также сообщу капитану Хикифуне о твоем переводе. Она скорее всего согласится. Всё-таки у неё мало офицеров и новобранцев.
Я поклонилась капитану Шихоину и вышла из зала, чувствуя, как напряжение наконец отпускает меня. Сердце всё ещё билось чаще обычного, но в голове уже начали формироваться планы на предстоящие дни.
Процесс перевода занял три дня. Мне пришлось собрать все необходимые документы, пройти медицинское обследование в четвёртом отряде. А также уладить другие мелкие дела, связанные с переводом.
На следующее утро я стояла перед зеркалом в новой униформе двенадцатого отряда. Внешне она ничем не отличалась от стандартной формы синигами, но внутри униформы есть подписи отрядов. А также я чувствовала себя совершенно иначе. Мне предстояло изменить не только одежду, но и всю манеру поведения.
Айзен сказал, что, если я буду вести себя как обычно холодно и уверенно это вызовет подозрение. Член отдела тайных операций не должен так легко отказываться от своей должности. Нужно показать страх, неуверенность, будто я сбежала оттуда из-за особенностей характера.
Я глубоко вздохнула и постаралась ссутулиться, опустить взгляд, сделать движения более скованными. Теперь Шизука выглядело более робко, неуверенно в себе, которая боится нового окружения.
— Вот так, — прошептала я сама себе. — Именно так тебя и будут воспринимать.
Вступление в двенадцатый отряд прошло без всяких почестей или громких объявлений. Переводы младших офицеров были обычным делом в Готее 13, и этому уделяли мало внимания. Только переводы лейтенантов или капитанов сопровождались церемониями.
Когда я вошла в главный зал двенадцатого отряда, несколько пар глаз тут же обратились на меня. Члены отряда в основном занимались своими делами кто-то обсуждал что-то в группах, а некоторые просто отдыхали наверно после ночной смены или тренировались друг с другом.
— Эй, новенькая! — окликнул меня высокий мужчина с короткой стрижкой. — Ты к нам на перевод?
— Д-да, — ответила я, опустив глаза и слегка запинаясь. — Я Шизука Курогане, пятнадцатый офицер.
— Пятнадцатый? Неплохо, — мужчина подошёл ближе, окидывая меня оценивающим взглядом. — Я Рёта Кадзуки, тринадцатый офицер. Добро пожаловать в наш скромный отряд.
— С-спасибо, — я сделала неуклюжий поклон, чувствуя, как некоторые синигами переглядываются между собой.
— Не обращай на них внимания, — сказал Рёта, заметив моё смущение. — Просто новое лицо это всегда интересно. Особенно такое... приятное.
От его слов я почувствовала лёгкое раздражение, но тут же подавила его. Моей новой роли не полагалось быть уверенной в себе.
— Где мне... эм... доложиться капитану? — спросила я, стараясь звучать робко.
— Капитан сейчас в своей лаборатории. Я провожу тебя, — Рёта улыбнулся и направился к двери. — За мной.
Мы прошли через несколько коридоров, и я заметила, что здание двенадцатого отряда было гораздо больше, чем я ожидала. Повсюду стояли странные приборы, на стенах висели схемы и диаграммы, а из некоторых комнат доносился запах химикатов.
— У нас весьма специфический капитан, — объяснял Рёта по дороге. — Капитан Хикифуне ведёт различные исследования, поэтому у нас много лабораторий и оборудования в комнатах. Не пугайся, если увидишь что-то странное.
— Я... постараюсь, — ответила я, делая волнительный вид.
Когда мы вошли в просторную лабораторию, то нас встретила женщина с длинными волнистыми фиолетовыми волосами и коричневыми глазами. Её глаза светились любопытством и энергией, а на лице играла широкая улыбка.
— О! Новая офицер! А то у нас мало офицеров в последнее время. — воскликнула она, подбегая ко мне. — Как тебя зовут, милая?
— Ш-Шизука Курогане, — я сделала поклон, чувствуя себя неловко под её пристальным взглядом.
— Шизука, Шизука... какое красивое имя! — капитан Хикифуне обошла меня вокруг, оценивая с ног до головы. — Скажи мне, Шизука, какой у тебя любимый цвет?
— К-красный, — ответила я, удивлённая таким вопросом.
— А-а, хороший выбор! А еда? Что ты любишь есть?
— Рыбу... и рис, — я чувствовала, как краснею от смущения. Такие личные вопросы были неуместны при первом знакомстве, я делала вид робкой девушки.
— Отлично! А как ты спишь? На боку, на спине, на животе? — капитан наклонилась ближе, её глаза горели интересом.
— Н-на боку, — я отступила на шаг назад, чувствуя себя загнанной в угол.
— Замечательно! А у тебя есть кто-то, кого ты ненавидишь? Или наоборот, очень любишь? — она продолжала засыпать меня вопросами, не давая опомниться.
— Я... эм... — я запнулась, не зная, что ответить. — Нет, никого особенного...
— Понятно, понятно! — капитан Хикифуне отошла и потерла подбородок. — А ты не боишься экспериментов? У нас тут иногда проводят различные исследования, знаешь ли...
— Эксперименты? — мой голос дрогнул. — Я... не знаю...
— Не волнуйся! — она засмеялась. — Я пошутила! Ну, в основном пошутила. Иногда, конечно, приходится...
Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Слова Айзена о том, что капитан Хикифуне делает эксперименты над подчинёнными, всплыли в памяти.
— Капитан, — вмешался Рёта. — Может, дадим новому офицеру немного освоиться?
— Ах, да, конечно! — капитан хлопнула себя по лбу. — Прости, Шизука, я иногда слишком увлекаюсь. Рёта, покажи ей её комнату и познакомь с подчинёнными. Шизука, ты будешь командовать небольшой группой из пяти синигами. Они уже ждут тебя в тренировочном зале.
— Д-да, капитан, — я поклонилась ещё раз, чувствуя облегчение от того, что разговор закончился.
Когда мы вышли из лаборатории, Рёта усмехнулся.
— Не пугайся капитана. Она такая со всеми. Просто очень своеобразная женщина. Только старайся не есть то, что она предлагает. И не ходи в столовую по пятницам.
— Почему?
— По секрету она подсыпает некоторые стимуляторы проверяя их на рядовых. Иногда они по-разному реагируют, но не волнуйся летальных исходов не было, просто бывает живот может болеть очень сильно к концу дня.
— Эм… хорошо?
— Не бери в голову. Насчёт твоих подчинённых, то они неплохие ребята. Трое мужчин и две женщины. Все недавно закончили Академию, поэтому ещё не слишком опытные, но старательные. Я слышал ты перевелась из второго отряда, ты давно там? Хотя глупый вопрос, ты ведь офицером перевелась.
— Да, но я не могла там долго оставаться.
Следом мы дошли до тренировочного зала, где меня уже ждала группа синигами. Они выстроились в ряд и поклонились при моем появлении.
— Здравствуйте, — сказала я тихим голосом. — Я Шизука Курогане, ваш новый офицер.
— Рады служить под вашим началом! — ответили они хором.
Я окинула их взглядом. Трое мужчин выглядели вполне обычными, молодые, с энтузиазмом в глазах. Но две женщины... одна из них смотрела на меня с явным подозрением, а другая казалась слишком весёлой и беззаботной.
Интересно, все ли они такие, какими кажутся? Или кто-то из них тоже здесь не случайно? Хотя моя цель не искать шпионов, а пытаться украсть секреты капитана. Поэтому я ничем не лучше моих врагов.
— Меня зовут Аяно, — сказала подозрительная девушка.
— А я Харука! — воскликнула вторая, подпрыгивая на месте. — Я очень рада, что у нас появилась женщина-офицер! Это так здорово!
Я постаралась улыбнуться, хотя внутри с подозрением относилась ко всем здесь. Теперь нужно найти способ получить доступ к информации о проекте «Гигай». И не попасться при этом.
— Рада знакомству, — сказала я, стараясь звучать как можно более неуверенно. — Надеюсь, мы сможем работать вместе... эффективно.
Мои новые подчинённые переглянулись, и я заметила, как Аяно нахмурилась. Похоже, она что-то заподозрила. Нужно быть осторожнее, но даже так это вряд ли помешает моей цели, чтобы помочь брату.
http://erolate.org/book/5345/532904
Готово:
