Кабинет капитана тринадцатого отряда освещал мягкий свет, проникающий через бумажные перегородки, и на татами друг напротив друга сидели Джуширо Укитаке и Сюнсуй Кьёраку, разделённые доской для сёги с деревянными фигурами, где вырезанные иероглифы. Укитаке, чьи длинные белоснежные волосы ниспадали на плечи белого хаори, внимательно изучал позицию, поправляя рукав формы, в то время как Кьёраку, небрежно накинувший розовое кимоно с цветочными узорами поверх капитанского облачения и поправляя соломенную шляпу, сделал глоток саке из тыквенной фляги и лениво потянулся к своей фигуре, перебирая пальцами прядь каштановых волос, собранных в конский хвост.
— Обстановка в Сейретее стала спокойнее, — произнёс Кьёраку, перемещая фигуру на доске и сопровождая действие очередным глотком, хотя его глаза оставались сосредоточенными на игре.
— Если намеренно игнорировать отчёты о растущем числе Пустых, — ответил Укитаке, не отрывая взгляда от доски и хмурясь, когда пальцы коснулись холодной поверхности фигуры, ведь статистика патрулей не оставляла места для оптимизма.
— Тут ты прав, ведь после всей шумихи с организацией «Новая жизнь» и арестом Кенпачи Азаширо напряжение спало, но исчезновение капитана пятого отряда Сейгена Сузунами не даёт оснований для беспечности, — сказал Кьёраку покачивая головой, вспоминая недавние события, и спросил — Появились ли хоть какие-то сведения о его судьбе?
— Нет, и если бы информация поступила, то наше вмешательство вряд ли потребовалось бы, — сказал Укитаке передвинув фигуру, закрывая уязвимую позицию, и добавил — Тело не найдено, поэтому надежда остаётся, однако число капитанов сократилось, и в случае серьёзного прорыва Пустых в Общество Душ или мир живых сил для обороны может не хватить, ведь последний масштабный прорыв случился пятьсот лет назад, когда против «Адьюкасов», ведущих за собой стаи, требовалась сила капитанов, поскольку лейтенанты справлялись лишь с «Гиллианами».
Кьёраку сделал ответный ход и произнёс.
— Число Пустых сейчас уменьшается, но снижение активности может предшествовать резкому увеличению численности, как произошло в прошлый раз, когда активность упала, а затем орды хлынули через пространственные разломы под командованием нескольких «Адьюкасов», опустошив районы Руконгая и оставив улицы, заваленные телами жителей и синигами, ставших добычей этих монстров.
— Я видел гибель трёх лейтенантов в том бою, — сказал Укитаке помрачнев, и его рука на мгновение замерла над доской, пока он подавлял неприятные воспоминания, после чего продолжил — Это подтверждает необходимость постоянной готовности, и главнокомандующий Ямамото, вероятно, именно поэтому удерживает нас в пределах Сейрейтея, чтобы избежать повторения катастрофы.
— Думаешь, в этом причина? — переспросил Кьёраку, а затем сменил тему — А что известно о клане Цунаяширо после изгнания?
— Я слышал, они обосновались где-то в мире живых, — сказал Укитаке заблокировав атаку соперника на доске и пояснил — Удивительно, что изгнанный клан сохраняет связи, но это политика благородных домов, где наказание стало формальностью для создания видимости справедливости перед «Советом 46», тогда как реальное влияние и лояльность вассалов остались при клане, хотя ходят слухи о выделении им патруля синигами для охраны в мире живых, проверить которые невозможно.
В этот момент бумажная перегородка дрогнула, и в комнату влетела «Адская бабочка» с чёрными крыльями и красной каймой, а затем в сознании капитанов прозвучал бесстрастный голос.
[Всем капитанам прибыть в первый отряд на собрание, приказ главнокомандующего.]
Укитаке попытался подняться, но внезапный приступ кашля заставил его согнуться, прижав руку ко рту, и когда он разжал пальцы, на ладони остались пятна крови, что вызвало мгновенную реакцию Кьёраку, который отставил флягу.
— Снова? Не перенапрягайся, Ямаджи поймёт, если ты останешься из-за болезни.
— Пропускать приказ неуместно, идём, — сказал Укитаке с улыбкой, вытерая руку платком, выпрямился и, игнорируя слабость, шагнул к выходу, давая понять, что намерен выполнить распоряжение, после чего оба капитана исчезли, используя «Мгновенную поступь».
— — — — —
— — — — —
Спустя полчаса зал первого отряда заполнили командиры всех отрядов, за исключением нескольких капитанов, которых вообще не было, выстроившиеся в два ряда лицом друг к другу, а на возвышении в дальнем конце помещения сидел Генрюсай Ямамото, сжимающий в руке узловатую трость и взирающий на подчинённых из-под густых бровей.
— Я созвал вас для обсуждения проблем в мире живых, где число Пустых достигло аномальных значений, в связи с чем принято решение об отправке дополнительных сил для их уничтожения, — строго заявил Ямамото.
— Потери настолько велики? — спросил Укитаке.
— Да, по информации второго отряда в мире живых убито не менее сотни синигами, — ответил Ямамото не меняя в выражении лица или голосе.
— Столь значительное число погибших среди опытных бойцов указывает на необычную угрозу, — заметил Кьёраку, поправляя кимоно.
— Обычные Пустые не способны уничтожить сотню синигами которые были выбраны как опытные воины, значит, происходит нечто странное. — добавил Гинрей Кучики задумчивым выражением.
— Поэтому мой приказ, подготовить отряды к отправке в мир живых, — приказал Ямамото.
— Насколько много сил потребуется? — спросил капитан седьмого отряда Лав Аикава, чья причёска выделялась объёмом и формой.
— Главное боевые качества, но лучше всего по 15-20 синигами с каждого отряда, чтобы не ослабить оборону Сейрейтея, — ответил главнокомандующий.
— Понятно, это звучит разумно. — ответил Лав, склоняя голову.
— Что-нибудь ещё? — спросил Укитаке.
— Нужны ещё двое капитанов для отправки в мир живых, чтобы возглавить этот отряд.
Слова главнокомандующего вызвали заметное напряжение в зале, отправка капитана в мир живых всегда считалась крайней мерой, поскольку концентрация духовной силы капитана способна дестабилизировать баланс рейши в окружающей среде, от чего в мире живых могут происходить разного рода аномалий, а присутствие двух капитанов одновременно многократно усиливало этот риск, требуя тщательной подготовки и веских оснований, о которых Ямамото предпочёл умолчать. Капитаны обменялись краткими взглядами, оценивая серьёзность положения, ведь гибель сотни синигами и необходимость такого усиления указывали на угрозу, выходящую за рамки обычных инцидентов.
— К чему такие предосторожности? Неужели ситуация требует присутствия сразу двух капитанов? — спросил Кьёраку, приподнимая край соломенной шляпы и глядя на старика, его голос сохранял спокойствие, но в глазах читалась озабоченность.
— Таково моё решение, — заявил Ямамото, не вдаваясь в пояснения, что соответствовало привычному порядку собраний, где воля главнокомандующего оставалась законом, а любые сомнения пресекались авторитетом и опытом.
— Я берусь за это задание, — заявил Кенсей Мугурума, делая шаг вперёд его массивная фигура выделялась в строю, татуировка «69» на груди бросалась в глаза из-за отсутствия рукавов на форме, а голос звучал уверенно и без колебаний.
— Я тоже пойду, — произнёс капитан десятого отряда Рен Па его седые волосы контрастировали с жёлтыми глазами, а шрамы на лице придавали взгляду суровость, накопленную за долгие годы службы, и он вышел в строй рядом с Кенсеем, демонстрируя силу и уверенность.
— Вот уж не ожидал от тебя такой прыти, Рен Па, — заметил Кьёраку с лёгкой усмешкой.
— Давно не бывал в мире живых, захотелось взглянуть, как там обстоят дела, — ответил Рен Па ровным тоном, хотя в его жёлтых глазах мелькнул интерес.
— Решено. Капитаны девятого и десятого отрядов, Кенсей Мугурума и Рен Па, возглавят синигами. Через две недели вы выступите в мир живых для зачистки районов от Пустых и восстановления порядка. Подготовьте отряды и доложите о готовности лейтенанту Сасакибе, — объявил Ямамото, ударив тростью о пол, и глухой стук эхом разнёсся по залу, обозначая окончание обсуждения.
Капитаны синхронно склонили головы, принимая приказ, и направились к выходу. Укитаке и Кьёраку вышли из зала последними и задержались в коридоре, пропуская остальных капитанов, после чего остановились у поворота, чтобы обменяться мнениями без лишних ушей.
— Сто погибших синигами и необходимость отправлять двух капитанов, — тихо произнёс Кьёраку, касаясь рукояти меча и поправляя кимоно. — Это выходит за рамки обычных набегов, Джуширо. Либо Пустые действуют под чьим-то контролем очень сильного и умного адьюкаса, либо Второй отряд скрывает детали, которые могут вызвать панику, и Ямаджи вынужден действовать с оглядкой на Совет 46.
— Согласен. Массовые потери указывают на организованную угрозу. Если в мире живых появился враг, способный уничтожать столько синигами, то задержка в две недели вызывает вопросы за это время ситуация может ухудшиться, и потери возрастут. Странно, что главнокомандующий назначил такой срок, обычно реагирование происходит быстрее.
Кьёраку покачал головой, его взгляд стал серьёзнее, хотя выражение лица сохраняло внешнюю беззаботность.
— Ямаджи никогда не действует без причины. Возможно, задержка связана с подготовкой или ожиданием информации от разведки, которые должны поступить в ближайшее время. Отправлять капитанов вслепую было бы ошибкой, особенно если враг скрывается.
Укитаке кивнул, но беспокойство не покидало его.
— Надеюсь, ты прав.
Кьёраку сделал глоток из фляги, которую незаметно достал из-за пазухи, и усмехнулся.
— Ладно, Джуширо, иди отдыхай, тебе не стоит перенапрягаться. Я наведаюсь к Кенсею, попробую выяснить, не слышал ли он чего-нибудь от своих людей девятый отряд часто работает дальнем Руконгае, и у них могут быть свежая информация.
Укитаке кивнул, и направился в сторону казарм тринадцатого отряда, обдумывая, как подготовить своих офицеров к возможным осложнениям, не вызывая лишней тревоги. Кьёраку проводил друга взглядом, затем повернул к выходу из первого отряда, его розовое кимоно развевалось при ходьбе.
— — — — —
— — — — —
В другом же месте, которым была комната казармы Академии Синигами царила тишина, нарушаемая лишь ровным дыханием девушки с длинными белыми волосами, собранными в два хвостика, которая сидела на кровати в позе медитации, концентрируя духовную силу вокруг тела для оттачивания контроля и обострения восприятия рейши.
Этой девушкой была Джули Сигтуна, скрывающая своё происхождение под именем Юрия и выдающая себя за обычную душу из Руконгая, чтобы избежать внимания врагов клана, а отсутствие соседки, ушедшей проводить время с подругами, позволяло ей сосредоточиться без помех и попытаться достучаться до духа своего «занпакто», используя методику, которая в теории повышала шансы на пробуждение меча или получение его имени, хотя успех зависел от состояния души и потенциала владельца, а не только от усердия.
Джули сжимала пальцы на рукояти меча, лежащего на коленях, и её брови слегка хмурились от напряжения. Поскольку попытки вызвать ответную реакцию оставались безрезультатными, что вызывало растущее раздражение и тревогу. Ведь без пробуждения «занпакто» достижение силы, необходимой для мести за уничтожение клана Сигтуна, казалось недостижимым.
— Почему… — тихо произнесла Джули, глядя на лезвие и ища в нём знак, но духовная энергия меча оставалась спокойной. — Ответь, пожалуйста.
(Почему ты молчишь? Я делаю всё правильно, но ты не отвечаешь. Без твоей силы я не смогу выполнить клятву мести.) — мысленно обращалась Джули к мечу, не сводя с него красных глаз, в которых читалось отчаяние, смешанное с решимостью.
В тот момент, когда Джули собиралась повторить попытку концентрации, дверь в комнату с грохотом распахнулась, и в проёме мелькнула фигура с катаной, которая мгновенно сократила дистанцию и нанесла рубящий удар в сторону сидящей девушки. Реакция Джули сработала автоматически благодаря годам тренировок. Она перехватила рукоять своего меча и выставила клинок на пути атаки, блокируя удар с глухим стуком, от которого по руке прошла отдача, а поток воздуха всколыхнул волосы и разбросал бумаги с низкого столика. Нападавшей оказалась Нобунага Ода, чьи длинные чёрные волосы развевались за спиной, а красные глаза смотрели с азартом и ухмылкой, предвкушающей схватку.
— Ха, что и следовало ожидать от тебя, Юрия, — заявила Нобунага, удерживая давление клинка.
— Нобунага? Почему ты напала на меня? — спросила Джули, удерживая блок и чувствуя, как мышцы напрягаются под натиском.
— Разве не очевидно? Я хочу сразиться с тобой.
Нобунага резко отскочила назад, разрывая дистанцию, и тут же рванула вперёд, нанося серию колющих ударов в тело и голову. Джули вскочила с кровати, уходя в сторону и парируя выпады короткими движениями запястья, после чего контратаковала ударом ножнами в бок, заставив Нобунагу блокировать предплечьем.
Нобунага использовала агрессивный напор, заставляя Джули отступать к стене, где та использовала опору для прыжка и удара ногой, который Нобунага перехватила и отбросила соперницу в центр комнаты. Джули приземлилась на ноги и мгновенно нанесла рубящий удар сверху, который Нобунага встретила жёстким блоком.
Каждый удар нёс разрушительную силу, и вскоре половина комнаты пришла в негодность кровать раскололась надвое от удара Нобунаги, который Джули успела отвести в последний момент, а пол покрылся сетью глубоких трещин и выбоин от столкновений. Джули нанесла точный выпад в плечо Нобунаги, заставив ту отшатнуться, но та воспользовалась моментом и ударила рукоятью в живот Джули, отбрасывая её к шкафу, который с треском развалился при контакте, засыпав пол обломками дерева и вещами. Обе девушки замерли среди разрушений, тяжело дыша, их мечи были направлены друг на друга, однако Нобунага первой опустила оружие и рассмеялась, убирая катану в ножны.
— Хахахаха! Неплохо, Юрия. Я довольна этой битвой, — произнесла Нобунага, переступая через обломки мебели, и бросила на пол свёрток с вещами, который держала в свободной руке.
— Это не объясняет того почему ты напала на меня и ворвалась в мою комнату. Есть пределы дозволенного. — заявила Джули всё направляя меч на Нобунагу.
— Разве нужна причина, чтобы сразиться с тем, кто тебе нравится? Тем более с сегодняшнего дня я твоя соседка по комнате и поэтому это теперь наша комната. Прежнюю студентку перевели в другой корпус по моей просьбе, так что теперь мы будем жить вместе.
— Что?! — удивилась Джули медленно выпрямилась, возвращая меч на пояс, её красные глаза расширились от услышанного, а пальцы непроизвольно сжались на рукояти.
(Соседка? Нобунага Ода в одной комнате со мной? Это создаст огромные проблемы с её характером. Наверно зря я тогда ей бросила вызов.)— мысль пронеслась в голове Джули, вызывая тревогу, однако внешне она сохранила спокойное выражение лица.
— Ты… стала моей соседкой? — переспросила Джули, когда пальцы непроизвольно сжались на рукояти меча. — Почему именно эта комната, и почему меня не предупредили заранее? Разве такие переселения допускаются без согласования?
Нобунага усмехнулась, поправляя прядь чёрных волос, и её взгляд с удовлетворением скользнул по разбитой мебели и трещинам на стенах, словно разрушения подтверждали правильность её выбора.
— Предупреждения существуют для слабаков, которым требуется время на подготовку. Я выбрала эту комнату, потому что ты единственная в Академии, кто способен составить мне конкуренцию в бою, и делить кров с кем-то, кто не умеет защитить себя, было бы унизительно для наследницы клана Ода. К тому же, теперь у нас появится больше возможностей для спаррингов, так что скучать нам точно не придётся привыкай, Юрия, с этого момента твоя жизнь станет насыщеннее. Что касается правил, то для меня они не помеха Директор уже одобрил всё.
Нобунага сбросила хакаму и верхнее кимоно на татами, оставшись в одном фундоши и сараши, плотно обтягивающем грудь, после чего потянулась, разминая плечи и демонстрируя полное отсутствие стеснения.
— Я против, — произнесла Джули, делая шаг вперёд и кладя ладонь на рукоять меча её красные глаза смотрели прямо на Нобунагу с решимостью сразиться. — Я не согласна на такое соседство. Уходи.
Нобунаги глаза заблестели азартом, когда она обернулась и встретила взгляд Джули без тени страха или сомнения.
— Ха-ха-ха! Ты и вправду смелая, ведь мало кто осмеливался отказывать мне, за исключением членов моей семьи, и твоя готовность идти против моей воли лишь подтверждает, что я не ошиблась в тебе. Ты достойна стоять подле меня как моя первая жена.
— А!? — вырвалось у Джули, и выражение спокойствия мгновенно исчезло с её лица, уступая место шоку и полному недоумению. — Жена?! О чём ты говоришь?
Нобунага скрестила руки на груди, сохраняя широкую ухмылку, и её тон стал уверенным, будто она объясняла простейшую истину.
— Хм? Разве это не очевидно? Ты обладаешь силой и смелостью, готова противостоять мне и не испытываешь страха перед моим статусом, а значит, ты полностью соответствуешь критериям достойной пары.
— Эээ… — Джули моргнула, пытаясь осмыслить услышанное, но логика Нобунаги ускользала от понимания, и растерянность на её лице лишь усилилась.
Нобунага наклонила голову набок, изучая реакцию Джули с искренним любопытством.
— Я что-то не так сказала?
— Да! — громко заявила Джули, впервые за долгое время теряя контроль над эмоциями, и её голос сорвался на повышенный тон. — Я не могу быть твоей женой!
— Почему?
Джули указала жестом на себя и на Нобунагу, её брови сошлись на переносице от напряжения.
— Потому что мы обе девушки!
Нобунага пожала плечами, её выражение лица оставалось невозмутимым, словно упомянутый факт не имел никакого значения.
— Разве это проблема?
— Да! — отрезала Джули, стараясь вернуть разговор в рамки здравого смысла. — Жена может быть только у мужчины, таков порядок вещей. Этому учат во всех кланах!
Нобунага снова рассмеялась, подходя ближе к Джули, и её присутствие стало ощутимо давящим, хотя в глазах читался искренний интерес.
— Ха-ха-ха! Это всего лишь глупые условности, придуманные теми, кто не способен выбирать свой путь. Отец учил меня, что если ты находишь достойного и сильного человека, который не боится тебя и вызывает уважение, то именно он должен стать твоей парой, независимо от происхождения или пола именно так он нашёл мою мать, увидев в ней силу, способной противостоять ему.
— Это другое! — возразила Джули, отступая на шаг, но не опуская взгляда. — И почему ты говоришь «первая жена»?
Нобунага выпрямилась, её ухмылка стала шире, а голос зазвучал с фанатичной уверенностью, когда она обвела рукой пространство вокруг, словно уже видела своё будущее.
— Потому что я планирую собрать гарем из жён и мужей, которые будут следовать за мной до конца и поддерживать мою силу, ибо моя цель стать самым сильным синигами и прославить клан Ода под своим началом! Ты станешь моей верной последовательницей и первой женой, которая поведёт остальных за собой!
Джули покачала головой, чувствуя, как напряжение нарастает, и абсурдность заявления Нобунаги вызывала у неё желание немедленно прекратить этот разговор.
— Это странно и неправильно.
Нобунага сделала ещё один шаг, сокращая дистанцию до минимума, и её красные глаза смотрели с вызовом и весельем.
— Я сама создаю правила, по которым буду жить, и мне нет дела до того, что считают правильным другие, ибо главное сила. Вместе мы изменим этот мир таким каким мы хотим!
Нобунага подошла к свёртку с вещами, который бросила ранее, и разместила его углу, демонстрируя, что вопрос с проживанием закрыт окончательно.
— Сопротивление лишь доказывает твой характер, Юрия, и мне это нравится, так что можешь продолжать возражать, но это не изменит моего решения. — Нобунага обернулась, сохраняя довольное выражение лица, и её взгляд скользнул по фигуре Джули с оценкой человека, получившего желаемое. — Раз уж ты моя жена, то начни проявлять заботу помоги мне разобрать вещи и придумай, как мы будем объяснять преподавателям состояние комнаты, хотя, учитывая моё имя, проблем быть не должно.
Джули осознала, что прямое противостояние приведёт лишь к эскалации конфликта и привлечению лишнего внимания, чего она не могла допустить ради сохранения тайны, пока не пробудит хотя бы свой занпакто.
(Спорить с наследницей клана Ода, которая игнорирует любые нормы, бесполезно. Если я продолжу настаивать, это вызовет скандал, и моё прикрытие окажется под угрозой. Придётся терпеть и искать способ повлиять на неё позже. Возможно, с ней я смогу достичь своей цели.) — подумала Джули убирая меч обратно в ножны.
— Я помогу убрать последствия боя, но это не делает меня твоей женой, — произнесла Джули ровным тоном, возвращая контроль над голосом, хотя внутри сохранялось раздражение. — И перестань использовать это слово.
Нобунага рассмеялась, подходя ближе и хлопая Джули по плечу с силой, от которой та слегка пошатнулась.
— Хахахаха! Пока ты не докажешь в бою, что недостойна этого звания, я буду называть тебя так, как считаю нужным. А теперь за работу, жена номер один! — Нобунага подмигнула, явно наслаждаясь реакцией Джули, и разлеглась на татами окруженная бардаком, который сама же устроила. Но Нобунагу не волновало ничего, даже её откровенный внешний вид был проявлением бесстыдства, которого мало кто мог бы ожидать от принцессы великого клана.
— — — — —
— — — — —
Улицы первого района Руконгая заполняли жители торговцы выкрикивали цены на овощи и ткани, дети бегали между прилавками, а из лавки данго доносился запах сиропа и рисовой муки. Среди потока обычных душ выделялись две фигуры, сидевшие на деревянной скамье у входа в магазин, девушка в форме синигами с рыжими волосами, собранными в хвосты, и мужчина в зелёном кимоно с каштановыми волосами. Звуки торговли и голоса прохожих заглушали их разговор, создавая ощущение уединения среди толпы.
— Спасибо. — сказала Стелла, принимая стопку листов из рук Айзена.
— Я всегда готов помочь другу в трудную минуту. — сказал Айзен с улыбкой.
Стелла резко сократила дистанцию и обняла Айзена, прижимаясь к его плечу.
— Стелла? — спросил Айзен сохраняя неподвижность, позволяя ей удерживать контакт, хотя его бровь слегка приподнялась.
— Спасибо. Это многое для меня значит. — сказала Стелла, её лицо скрывалось в складках кимоно Айзена, а плечи напряглись, выдавая сдерживаемые эмоции за последний год, любая помощь от того, кто не отвернулся после падения клана, воспринималась как единственная опора.
— Я рад, что смог помочь. Поиск занял время, но здесь собраны сведения обо всех, кто мог иметь отношение к делу твоей семьи. — сказал Айзен аккуратно поправив прядь волос на затылке Стеллы.
(Она проверила всех явных врагов клана за несколько лет и не нашла улик. Она действует без ресурсов и поддержки, а недоверие к клану Шиба лишает её защиты сюзеренов. Идеальное состояние, чтобы направить её поиск в нужное русло.) — подумал Айзен наблюдая за реакцией девушки, фиксируя, как её пальцы сжимают края листов информация была тщательно отобрана, чтобы вызвать подозрения в сторону конкретных фигур, выгодных его планам, но для Стеллы это выглядело как результат кропотливой работы друга.
Стелла отстранилась, быстро провела рукавом по глазам и выпрямилась, стараясь вернуть собранность, хотя румянец на щеках и блеск во взгляде выдавали волнение.
— Я обыскала всё, что могла. Я проверила всех врагов клана и семьи, но ничего не нашла. — Стелла опустила взгляд на листы. — Я даже клану Шиба не могу довериться. Они наши сюзерены, но, когда отца арестовали, они не смогли его защитить, лишь смягчить приговор. Но я считаю это предательством!
— Клан Шиба дорожит репутацией, и открытое противодействие решению Совета 46 могло ударить по ним самим. Это не доказывает вину, но объясняет бездействие. — Айзен сделал глоток чая из чашки, стоявшей на скамье, и продолжил ровным тоном. — Однако твоя осторожность оправдана. В политике кланов союзники часто предают, если видят выгоду. Изучи эти записи внимательно. Там есть упоминания о перемещениях средств и встречах, которые не были известны.
Стелла кивнула, убирая листы за пазуху формы, её выражение стало решительным.
— Я проверю каждое имя. Если найду хоть одну зацепку... — Стелла замолчала, сжимая кулак на колене. — Я не позволю им уйти. Клан Вермилион не предавал Общество Душ и великие кланы. Я докажу это.
— Не действуй в одиночку, если ситуация станет опасной. Обещай, что сообщишь мне. — Айзен положил руку на плечо Стеллы, слегка сжимая ткань. — Мы друзья, и я не хочу, чтобы ты рисковала без поддержки.
Стелла посмотрела на Айзена, задержав взгляд, затем кивнула.
— Обещаю.
В этот момент поток прохожих раздвинулся, и к скамье приблизилась девушка с длинными чёрными волосами и тёмными глазами, одетая в форму синигами.
— Айзен-семпай. — сказала девушка, остановившись в двух шагах и склонилась в поклоне, игнорируя Стеллу. — Прошу прощения за то, что помешала вашему отпуску. Лейтенант Кондо требует вашего присутствия в казармах для разговора. Он ожидает вас немедленно.
Айзен убрал руку с плеча Стеллы и поднялся, поправляя складки кимоно.
— Понял. — кивнул Айзен Аясэ, затем повернулся к Стелле. — Нам придётся прерваться. Береги себя, Стелла.
— Да... Удачи с лейтенантом. — сказала Стелла, бросив короткий взгляд на Аясэ, чувствуя лёгкий дискомфорт от её появления, но не придала этому значения, её мысли уже занимали бумаги, полученные от Айзена.
Аясэ отступила в сторону, пропуская Айзена, и последовала за ним, сохраняя почтительную дистанцию. Когда они отошли на несколько шагов, уголки губ Аясэ дрогнули в едва заметной улыбке, а пальцы коснулись рукояти меча, выдавая удовлетворение от выполненного поручения.
Спустя двадцать минут Айзен вошёл в казармы пятого отряда и направился к кабинету лейтенанта. Дверь была приоткрыта, и изнутри доносился шелест бумаги. Кондо Исао сидел за столом, заваленным стопками отчётов и свитков, чернильница стояла на краю, рядом лежала кисть с засохшими следами туши. Лейтенант потирал виски, его плечи были слегка опущены от усталости. Управление отрядом в отсутствие активных действий капитана и возросший поток задач из-за недавних инцидентов легли на него тяжёлым грузом, превращая рутину в постоянную борьбу с бюрократией.
— Айзен, заходи, — сказал Кондо поднвл взгляд, откладывая кисть. — Рад тебя видеть.
— Лейтенант Кондо. Вижу, работа не оставляет вам времени на отдых. Позвольте предложить помощь с документами?
— Я был бы благодарен, но сначала нужно обсудить важное дело, — Кондо жестом указал на подушку напротив и выпрямился, собираясь с мыслями. — Ты выбран для отправки в мир живых.
— В мир живых? Речь идёт о контроле переноса душ в «Общество Душ»?
— И да, и нет, — сказал Кондо покачивая головой. — На собрании лейтенантов поступил приказ сформировать усиленные группы. Мы должны выделить опытных и сильных бойцов для отправки под командованием двух капитанов. Я включил твоё имя в список кандидатов, поскольку считаю, что ты лучше других способен оценивать обстановку и эффективно действовать против Пустых. Твои навыки будут полезны в условиях повышенной угрозы.
— Я готов исполнить свой долг ради поддержания баланса, — произнёс Айзен, поднимая взгляд на лейтенанта.
— Я знаю, — кивнул Кондо, удовлетворённый ответом. — Нам дали две недели на подготовку. Срок миссии не определён, поэтому предупреди всех знакомых и близких, чтобы они не беспокоились из-за твоего долгого отсутствия.
— Я понимаю, лейтенант. Все распоряжения будут выполнены.
— Честно говоря, я сомневался, утверждая твою кандидатуру. Подобные отправки случаются крайне редко, и это указывает на то, что ситуация в мире живых требует вмешательства капитанского уровня. Риск потерь высок, и не исключено, что многие не вернутся. У тебя большой потенциал, Айзен, и я не хочу терять талантливого синигами. Ты можешь отказаться, это не повлияет на твою репутацию и положение в отряде. Подумай о своей безопасности.
Айзен выдержал паузу, давая словам лейтенанта повиснуть в воздухе, затем слегка наклонил голову вперёд, выражая признательность.
— Лейтенант, я ценю вашу заботу и доверие. Однако именно в таких обстоятельствах долг Синигами требует действий. Оставаться в Сейретее, когда товарищи отправляются на опасную миссию, было бы неправильно. Кроме того, опыт, полученный в реальной мисси под началом капитанов, необходим для моего развития. Я приложу все усилия, чтобы выполнить задачу и вернуться. Прошу не исключать меня из списка.
Кондо внимательно изучал лицо Айзена, ища признаки страха или неуверенности, но нашёл лишь спокойную решимость. Лейтенант выдохнул и кивнул, принимая решение.
— Ты упрям, как и все, кто стремится вперёд. Хорошо, твоя кандидатура утверждена окончательно. Используй эти две недели для оттачивания навыков и подготовки. Если понадобятся помощь, обращайся ко мне напрямую.
— Благодарю, лейтенант. Я не подведу пятый отряд.
Айзен поднялся и склонился в глубоком поклоне, после чего направился к выходу. Закрывая дверь, он услышал, как Кондо снова взялся за кисть, возвращаясь к работе.
(Отправка с капитанами позволит собрать ценные данные. К тому же, длительное отсутствие в Сейретее ослабит внимание Второго отряда к моей деятельности здесь. Две недели достаточный срок, чтобы проверить гипотезы и скорректировать планы.) — подумал Айзен скрывая коварную улыбку на лице.
http://erolate.org/book/5345/532906
Готово:
