— Что происходит? — женщина прижала ладони к ушам, когда протяжный рёв сотряс стены дома. Стёкла в деревянных рамах мелко задрожали.
— Мама, мне страшно, — девочка вбежала в комнату, цепляясь за подол её кимоно. — Там на улице… кто-то кричит.
— Всё будет хорошо, — мать опустилась на колени, обнимая дочь так крепко, что та едва дышала. — Полиция уже в пути. Они наведут порядок.
Она говорила это, но пальцы непроизвольно сжимали ткань на спине ребёнка. Десять часов назад патрульные обещали проверить квартал. С тех пор звуки за окном только становилось больше, и они были точно не приятными в такое время.
— ААААА! Откройте, ради всего святого! АААА…
Крик соседки захлебнулся на полуслове. Это напугало всех, кто их слышал. Конечно, были те кто хотели выбежать и помочь, но их останавливали близкие, не желая, чтобы они рисковали.
— Мама…
— Тихо. Не шевелись, — прошептала женщина, прижимая дочь к груди.
Девочка не послушалась. Она выглянула из-за плеча матери и замерла. В оконном проёме, сквозь туман, на них смотрело огромное белое лицо. Девочка моргнула и внезапно лицо исчезло. На мгновение она подумала, что ей показалось, но внезапно чем задняя стена дома за которыми они стояли сломалась с громким треском.
Серая конечность, напоминающая руку, толщиной с бревно, ворвалась в комнату. Пальцы сомкнулись вокруг женщин, поднимая их в воздух и вытаскивая наружу.
— МАМААААА! — девочка забилась в хватке, но когти не разжались.
— ПОМОГИТЕ! НЕТ! ОТПУСТИ! — женщина кричала, глядя в раскрытую пасть монстра. Ряды зубов блестели в тусклом свете уличного фонаря. — ПРОШУ! НЕ НАДО! НЕ ТРОГАЙ МОЕГО РЕБЕНКА! РАДИ БОГА!
Крики стихли, оставив жителей соседних домов дрожать в тишине. Люди не понимали природы угрозы, но страх сковывал их настолько, что никто не решался ни бежать, ни звать на помощь. Пустые уже заполнили улицы и лишь ждали, пока души жителей напитаются духовной энергией тумана. Некоторые пустые замирали у ворот или на крышах, не проявляя агрессии. Те, чьи души начинали чувствовать духовный мир, обретали способность видеть призраков и Пустых. Их духовная структура уплотнялась, становясь заметной и притягательной для голодных монстров. Таким образом, жители, способные воспринимать духовный мир, обладали значительно более сильной душой, чем остальные, и именно они становились главной целью.
С каждой поглощённой жертвой туман сгущался и расползался дальше. Местные власти Киото быстро оценили масштаб бедствия и задействовали все доступные ресурсы. Глава города направил срочное прошение в Токио с просьбой о помощи. Когда число погибших и аномальных явлений перестало поддаваться учёту, в дело вступили военные. Войска оцепили поражённые кварталы, блокируя все дороги, чтобы никто не попал в опасную зону всего Киото. Следом внутрь отправили спасательные отряды, но ситуация уже вышла из-под контроля. Ни один из посланных людей не вернулся. Туман продолжал расширяться, накрывая пригородные деревни, откуда началась срочная эвакуация.
Чиновники передали доклад непосредственно императору Тайсё Ёсихито, который дал личное разрешение на использование всех государственных ресурсов для стабилизации положения. В Киото стягивали подразделения Императорской армии Японии. Одновременно было направлено закрытое распоряжение в корпус истребителей демонов. Верхушка власти знало о существовании сверхъестественных угроз в лице демонов и полагало, что происходящее связано именно с ними. От специалистов требовали немедленного вмешательства и скорейшего устранения источника аномалии.
Чтобы предотвратить массовую панику, правительство утвердило официальную версию для газет и народных сводок. Сообщалось, что Киото пострадал от сильного землетрясения, а густой туман является ядовитым подземным газом, вырвавшимся на поверхность из-за тектонических разломов. Населению предписывалось не приближаться к зоне бедствия. Все военные пункты и перемещения войск объяснялись мерами безопасности и проведением спасательных работ. Правда оставалась за линией оцепления, где туман продолжал поглощать город и вокруг него.
— Стоять. Дальше проход закрыт, все дороги на Киото перекрыты, — произнёс солдат императорской гвардии, вытягивая руку вперёд, чтобы остановить группу гражданских.
— Мы представляем «Специальный корпус истребителей», — ответил Гию Томиока, доставая из-за пазухи металлический жетон. Этот знак использовался лишь в крайних случаях, когда деятельность корпуса пересекалась с официальными властями. Существование демонов оставалось государственной тайной, поэтому для прикрытия создали вымышленное военное формирование.
— «Специальный корпус истребителей»? Впервые слышу о таком подразделении, — солдат принял жетон, внимательно разглядывая гравировку.
— Что здесь происходит? — к ним подошёл офицер с катаной на поясе, отмечая про себя странный вид прибывших: тёмная форма, разные хаори и клинки, которые по закону дозволялось носить лишь потомственным самураям или офицерским чинам армии.
— Сэр, они предъявили знак «Специального корпуса истребителей», — солдат передал жетон старшему по званию, чётко отдавая честь.
— «Специальный корпус истребителей»… — офицер взвесил жетон в руке и осмотрел его, переведя взгляд на группу мечников и кивнул. — Пропустите их.
— Так точно, господин офицер.
— Надеюсь, вы сумеете разрешить эту ситуацию.
— Если не мы, то никто, — заявил Кёджуро Ренгоку выпрямился, его голос звучал уверенно и громко. — Мы окажем помощь каждому, до кого сможем добраться. Даю слово.
— Проходите, — офицер махнул рукой, и солдаты раздвинули деревянные барьеры, открывая путь в город.
— Есть ли новые сведения о происходящем внутри? — спросил Гию Томиока, остановившись рядом с офицером.
— Я бы советовал не соваться в этот туман, там что-то пугающее. — коротко ответил офицер, исчерпав всю доступную информацию.
Томиока кивнул и поспешил к остальным Хашира. Группа ускорила движение, сохраняя ровный ритм дыхания, чтобы не растратить силы до прибытия в Киото. Когда они приблизились к границе тумана, белая масса медленно сгущалась, скрывая очертания деревьев и строений. Мечники шагнули внутрь, не колеблясь.
— Что-то не так… — произнесла Синобу, слегка нахмурившись.
— Что именно? — Томиока повернул голову, сохраняя спокойное выражение лица.
— Туман… его запах и привкус на губах отличаются от обычных.
— Поясни, — потребовал Муичиро Токито, Хашира тумана, чьи голубовато-зелёные глаза внимательно осматривали пространство. Даже он не ощущал привычных признаков природного явления.
— Сложно описать точно. В воздухе присутствует нечто чужеродное. Я никогда не сталкивалась с подобным, — ответила Синобу, контролируя дыхание.
— Возможно, это яд?
— Маловероятно, но исключать опасность нельзя.
— ГРАААААААААА! — протяжный рёв пронёсся над улицами, заставляя всех членов корпуса мгновенно остановиться. Рядовые истребители, следовавшие за Хашира, напряглись, хватаясь за оружие.
— Что это было?
— Источник звука находится в глубине города, — Томиока перевёл взгляд вперёд. — Всем сохранять бдительность.
Десять минут быстрого марша привели их на окраинные улицы. Туман ограничивал видимость, вынуждая группу двигаться плотным строем, чтобы не потерять друг друга и не попасть в засаду поодиночке.
Внезапно из белой мглы начали проявляться человеческие силуэты. Мечники мгновенно заняли боевые стойки, направляя клинки вперёд.
— Вы пришли нам помочь? — спросил мужчина в потрёпанном кимоно, протягивая руки.
— Дяденьки, тёти, помогите… Мама осталась в доме, — шептала маленькая девочка, прижимая к груди тряпичную куклу.
— Они утащили мою жену, спасите её! — кричал другой мужчина, спотыкаясь на бегу.
— Пожалуйста, помогите…
Хашира не сдвинулись с места. Инстинкты опытных воинов предупреждали об опасности. Ситуация выглядела неестественной, но точно понять причину сложно. Уже были ситуации, когда демоны делали что-то подобное, поэтому не доверять первым встречным было у многих отработано на инстинктивном уровне.
— Тенген, — произнёс Томиока, не отводя взгляда от приближающихся фигур.
— Понял, — отозвался Тенген Узуи. Его белые волосы мелькнули в тумане, когда он совершил резкий рывок вперёд. Ладонь ниндзя прошла сквозь плечо мужчины, не встретив сопротивления. Фигуры начали терять плотность и растворяться в воздухе.
— Иллюзия, — заявил Тенген, отступая назад.
— Значит, полагаться на глаза и уши нельзя, — заключил Томиока.
— Я проведу разведку периметра, — предложил Тенген.
— Разделяться опасно, — возразил Томиока.
— А кто назначил тебя командиром? — резко спросил Санеми Синадзугава, который имел белые волосы и шрамы на лице и всём теле.
— Я не командую, но осторожность необходима. Мы не знаем, с чем имеем де…
— ГРАААААА!
— ХАХАХАХАХАХА!
— ЕДА-ЕДА-ЕДА-ЕДА!
— Такие аппетитные…
— Хочу-хочу-хочу-хочу!
Голоса обрушились со всех сторон, заставляя истребителей мгновенно сомкнуть круг, прикрывая спины друг друга.
Из тумана выступили массивные тени. Формы существ различались, одни передвигались на четырёх конечностях, другие возвышались на двух, покрытых чешуёй или шерстью. Всех объединяли гладкие белые маски, полностью скрывающие лица, и чёрные отверстия, зияющие в разных частях тел. Но Хашира атаковали без промедления и их клинки рассекли воздух, целясь в суставы и шеи монстров.
Гию Томиока первым изменил стойку, опуская центр тяжести и направляя лезвие параллельно земле. Его дыхание стало глубоким и размеренным, насыщая кровь кислородом и ускоряя реакцию мышц.
— «Дыхание Воды», первая форма: «Рассекающая поверхность», — произнёс Гию, совершая плавный выпад. Клинок описал ровную дугу, направляя плотный поток воздуха прямо в маску ближайшего монстра. Сталь ударилась о белую кость и отскочила с глухим звоном. На маске не осталось ни царапины, ни вмятины. Существо даже не шелохнулось.
Следом вперёд шагнул Кёджуро Ренгоку, чьи плечи и спина напряглись от концентрации.
— «Дыхание Пламени», вторая форма: «Восходящее палящее солнце», — выдохнул он, направляя клинок снизу вверх. Лезвие встретилось с чешуйчатой грудью твари, но прошло по поверхности, не встречая сопротивления. Монстр лишь медленно повернул голову, не ощущая удара пытаясь его поймать.
Санеми Синадзугава тоже не стал ждать. Его дыхание стало резким и отрывистым, грудная клетка ходила ходуном от быстрого обмена воздуха.
— «Дыхание Ветра», третья форма: «Чистый шторм», — прорычал он, нанося серию горизонтальных ударов. Клинок создавал плотные воздушные потоки, которые били по конечностям монстров, но рассеивались при контакте с духовной плотью.
Тенген Узуи воспользовался суматохой, перемещаясь с взрывной скоростью. Его парные мечи описывали сложные траектории, целясь в суставы и основания масок.
— «Дыхание Звука», первая форма: «Гром», — объявил он, обрушивая оба клинка на шею четвероногого существа. Сталь вновь не прорезала плоть. Ударная волна прошла сквозь тело, не причинив вреда. Монстр издал низкий звук и продолжил пытаться поймать его, чтобы съесть.
Синобу Кочо скользнула между атакующими товарищами. Она не пыталась рубить, а направляла острие тонкого клинка в щели масок и чёрные отверстия на телах.
— «Дыхание Насекомого», танец пчелиного жала: «Истинный звон», — прошептала она, совершая быстрый укол. Лезвие уперлось в полость на плече твари и остановилось, не проникнув внутрь. Существо дёрнуло конечностью, сбрасывая клинок, и шагнуло вперёд.
Муичиро Токито двигался в стороне, его взгляд оставался расфокусированным, оценивая ситуация как можно быстрее.
— «Дыхание Тумана», четвёртая форма: «Скользящий поток», — произнёс он, уклоняясь от когтистой лапы и нанося ответный удар по маске. Клинок скользнул по гладкой поверхности, не оставив даже следа. Монстр резко дёрнул головой, заставляя Муичиро отпрыгнуть назад.
Мицури Канроджи заняла позицию на фланге, её мышцы налились силой, а дыхание участилось.
— «Дыхание Любви», первая форма: «Первые муки любви», — выдохнула она, совершая широкий взмах гибким клинком. Лезвие обвило ногу массивного существа, но не врезалось в плоть. Рывок не сдвинул монстра с места. Тварь лишь подняла лапу, стряхивая клинок, и продолжила пытаться поймать её своими огромными лапами.
Мечники переглянулись, наблюдая результатам своих действий. Обычная сталь не могла повредить их плоть. Ни один удар не оставил царапин, ни одна техника не замедлила их. Гию сжал рукоять крепче, отмечая, как белые маски остаются абсолютно гладкими, а тела не получали какого-либо урона от их атак, какими бы интенсивными они не были.
— Цельтесь в головы, — произнёс Томиока, не отрывая взгляда от ближайшего противника. — Обычные удары не работают. Концентрируйте силу в одной точке.
— Хорошая идея, — отозвался Кёджуро, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. Его дыхание оставалось ровным с уверенной улыбкой.
Хашира сомкнули строй, синхронизируя ритм дыхания. Воздух вокруг наполнился свистом рассекаемых потоков и тяжёлым топотом монстров.
Монстры ответили протяжным рёвом, их маски раскрылись, обнажая ряды зубов, а конечности потянулись к мечникам.
Хашира синхронизировали дыхание и одновременно рванули вперёд, направляя клинки точно в белые маски. Гию Томиока выполнил плавный выпад «Дыхания Воды», целясь в центр лица ближайшего монстра, а Кёджуро Ренгоку обрушил вертикальный удар «Дыхания Пламени» на второго. Санеми Синадзугава нанёс серию горизонтальных рассечений «Дыхания Ветра», Тенген Узуи ударил парными мечами по вискам, Синобу Кочо метнула тонкое острие в прорези для глаз, Муичиро Токито скользнул клинком по прямой траектории, а Мицури Канроджи попыталась обвить голову гибким лезвием и сломать кость рывком.
Но ничего это не сработало и маски монстров оставались целыми и невредимыми, будто они даже не пытались.
Гию мгновенно переглянулся с товарищами. Их лица передавали что ситуация у них патовая и выйти из неё практически невозможно, ибо невозможно сражаться с тем, кого ты даже ранить не можешь.
— Отступаем, — произнёс Томиока. — Нужно перегруппироваться и найти иной способ борьбы с ними.
— Согласен, — отозвался Кёджуро..
— Прикрываю отход! — крикнул Тенген, бросая дымовую бомбу под ноги тварям. Густой серый дым смешался с туманом, временно скрывая движения отряда.
Хашира отступали, уводя рядовых истребителей. Тяжёлый звук шагов Пустых и их голодный рёв постепенно удалялись, растворяясь в плотном тумане.
— У них слишком крепкая кожа и маски будто часть лица. Это точно не демоны. – произнес Гию пока все бежали, а он был в центре, чтобы его все слышали.
— Эти твари не поддаются привычной для нас логике, — процедил Санеми Синадзугава, со злостью на лице, — будто я бью камень катаной, а не живое существо. Да как это фигню можно назвать живым?! Это монстры из Ада!
— Ядовитые составы также оказались бесполезны, — добавил второй голос, сопровождаемый тихим звоном опускаемого клинка, — ни одна смесь не проникла в их организм, оставаясь лишь на поверхности кожи. Обычно живой организм должен хоть как-то реагировать на яды, но они…
— ЛОЖИСЬ! — резко выкрикнул Ренгоку, чьё боевое чутье напряглось за долю секунды до того, как воздух вокруг наполнился нарастающим гулом, и остальные «Хашира», мгновенно услышав его предупреждение, синхронно прижались к земле, уходя с линии предполагаемого удара.
В следующее мгновение пространство над их головами пересёк протяжённый красный луч, ударивший через крыши ближайших строений с такой силой, что прочная древесина мгновенно раскололась, обрушиваясь вниз тяжёлыми обломками и поднимая в воздух густые облака пыли и щепотки древесины.
— Что это было? — тихо произнёс Муичиро Токито, медленно поднимаясь на ноги и внимательно изучая взглядом окружение, чтобы найти источник этого явления.
— Там! — крикнул Ренгоку подняв руку, указывая направление в плотную пелену тумана, где высоко над землёй светились два ярких красных пятна, и этот неподвижный взгляд заставил всех занервничать.
— ГРАААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!
Воздух внезапно заполнил оглушительный рёв, ударивший по ушам с такой интенсивностью, что им пришлось плотно прижать ладони к ушам защищая слух, а следом за звуковой волной по телам прошла невидимая сила, от которой дыхание сбилось и возникла отчётливая дрожь, сковывающая движения.
— Куда мы попали?! Это что АД?! Мы будто в ночном кошмаре. — заявил Муичиро, когда шум наконец прекратился, оставив после себя лишь тишину.
Никто не стал возражать или подбирать ответные слова, поскольку каждый присутствующий молча соглашался с молодым Хашира, ведь даже за годы непрерывной охоты на демонов им не доводилось сталкиваться с противниками, чьё присутствие заставляло чувствовать себя уязвимыми жертвами на незнакомой территории.
— — — — —
— — — — —
У самой границы тумана стояли Айзен и Танджиро, а между ними, скованный путами кидо из концентрированной духовной энергии, бессильно дёргался пленённый «Адьюкас». Айзен внимательно изучал мутную стену перед собой, отмечая аномальную природу явления, поскольку даже его отточенное Рейкаку не могло почувствовать ни единого всплеска духовной энергии внутри, создавая полное ощущение, будто там пустота, что противоречило словам Танджиро о наличии целого города с множеством жителей, чьи души обязаны были испускать хотя бы минимальный духовный всплеск.
— Интересно и странно.
— Что вы хотите этим сказать, Айзен-сан? — нарушил молчание Танджиро, который последовал за синигами исключительно из желания помочь, узнав об угрозе, нависшей над Киото и его жителями.
— Ничего особенного, — ровно ответил Айзен, не отводя взгляда от тумана. — Адьюкас.
— Что?
— Ты мне больше не нужен.
Айзен совершил быстрый выпад, мгновенно возвращаясь в исходную позицию с чистым лезвием, в то время как голова пустого отделилась от туловища и упала на землю. Танджиро невольно отшатнулся, не успев отследить движение, и его взгляд метнулся к обезглавленному телу, а пальцы инстинктивно сжались на рукояти меча.
— Зачем было его убивать? — вырвалось у юноши.
— Он исчерпал свою полезность и намеренно вёл нас в ловушку, — пояснил Айзен, спокойно убирая клинок в ножны.
— В ловушку?
— Именно, Танджиро, неужели ты допускал мысль, что он искренне предал свою «мамочку»? Мы находимся на территории противника, и любой шаг внутрь без подготовки гарантировал бы нам плен или смерть, поэтому мы своевременно избавились от лишнего балласта и скрытой угрозы.
— Я понимаю логику, но…
— Не проецируй человеческие мерки на пустых, — перебил его Айзен, привычным жестом поправляя очки. — При малейшей возможности он разорвал бы тебя, чтобы поглотить душу, а способность говорить и мыслить служит им лишь инструментом для более эффективной охоты и избегания заведомо проигрышных столкновений с сильными синигами.
— Вы правы, — тихо признал Танджиро, опуская взгляд, поскольку память немедленно воспроизвела образ демона во время вступительных испытаний в корпус истребителей, подтверждая жестокие слова собеседника.
Айзен сделал шаг вперёд и протянул ладонь к туману, фиксируя, как духовная сила, которая как огромная паутина покрывала всё в тумане, создавала чёткую границу, за которой законы внешнего мира переставали действовать, будто туман и за его пределами это два мира, которые не видят друг друга.
— Удивительно, этот туман функционирует как обособленное измерение, — произнес он с неподдельным научным интересом, анализируя структуру барьера. — Теперь становится ясно, почему его невозможно почувствовать даже при непосредственном приближении.
Большинство синигами целиком полагаются на «Рейкаку» для отслеживания пустых на дальних дистанциях, однако данная аномалия формировала слепую зону, полностью скрывающую происходящее от внешнего наблюдения, и если бы патрульные обращали внимание на подобные отклонения в мире живых, это укрытие обнаружили бы значительно раньше.
— Это настолько удивительно? — переспросил Танджиро, внимательно следя за действиями синигами.
— Да, не существовало бы этого барьера, самого пустого и «Васте Лорда», ответственного за его создание, давно вычислили бы и уничтожили синигами.
— Значит, нам необходимо уничтожить этого «Васте Лорда»?
— И да, и нет, — Айзен слегка повернул голову, оценивая решимость спутника. — Устранение «Васте Лорда» требует колоссальной силы, доступной далеко не каждому.
— Но что нам тогда делать?
— Изучить обстановку и выяснить истинные намерения этого существа, — ответил Айзен, без колебаний делая шаг в сторону тумана.
— Подождите, Айзен-сан! — голос Танджиро прозвучал резко, заставляя синигами на мгновение замедлить шаг. — Мне не следует идти за вами?
— Тебе действительно не стоит, — произнёс Айзен, не оборачиваясь. — Внутри ты станешь лишь обузой.
— Даже если это так, я не могу оставаться в стороне, когда невинным грозит опасность, — настаивал юноша, ускоряя шаг, чтобы не отставать. — И ещё… хочу спросить. Если вы синигами, то наверняка встречали моих близких? Их зовут Танджуро Камадо, Сумиёши Камадо, Каната Камадо, Сумихико Камадо, Киэ Камадо…
— Остановись, — твёрдо прервал его Айзен. — К сожалению, наши пути не пересекались, поскольку моя задача заключается лишь в перенаправлении заблудших душ, которые из-за сильных привязанностей не способны самостоятельно перейти в Общество Душ или отправиться в Ад.
— В Ад?
— Посмертная участь напрямую зависит от прожитой жизни, — продолжил объяснять Айзен. — Души попадают либо в Общество Душ, либо в Ад, и, если твои родные жили достойно, они наверняка находятся среди чистых душ с правом на последующее перерождение, разумеется, при условии, что их не поглотили пустые или они сами не обратились в монстров до перехода.
Танджиро замер, поражённый услышанным, а деревянный ящик за его спиной заметно дрогнул, отозвавшись на тяжёлую информацию глухим стуком.
— Пустые представляют собой искажённые души людей, Танджиро, — бросил Айзен через плечо, углубляясь в туман и намеренно не развивая тему дальше, поскольку правила готей 13 строго запрещали синигами раскрывать подобные истины смертным, однако подобные правила сложно контролировать. Даже рассказать подобное человеку, люди уже знают эти прописные истины, просто доказать их достоверность сложно.
Увидев, что Айзен зашел в туман, Танджиро быстро последовал за ним, преодолевая границу туманного барьера.
— Подождите, Айзен-сан, получается, мои близкие могли стать этими монстрами?
— ГРАААААААААААА! — пространство внезапно разорвал оглушительный рёв, эхом прокатившийся со всех сторон сразу, как только юноша оказался внутри.
— Выходит, этот туман даже подавляет и искажает моё «Рейкаку», — отметил Айзен, ощущая, как попытки ощутить окружающее пространство проваливаются, при этом он отчётливо чувствовать чей-то взгляд.
— Что это было?! Я слышал рёв! — сказал Танджиро резко развернулся, выхватывая меч и пытаясь найти источник звука в сплошной серой мгле.
— Стандартное устрашение пустых, не трать нервы, — спокойно отозвался Айзен, продолжая двигаться вперёд. — Однако концентрация духовной силы в этом воздухе достигла критических значений, что неизбежно повлечёт тяжёлые последствия для любых живых организмов, оказавшихся внутри.
— Какие последствия?
— Их души пробудятся.
— В каком смысле? — не понимал Танджиро.
— Представь, что твоя душа, в отличие от других, более сильная, и именно поэтому ты можешь видеть меня. Такие люди могут даже обладать способностями разного рода. Но именно такие души, пробудившиеся, находясь в смертных оболочках, являются настоящим деликатесом для пустых и могут дать им больше, чем десятки обычных душ за раз, — произнёс Айзен, оценивая ситуацию.
(Неужели этот Васте Лорд всё это спланировал, чтобы использовать пробуждённые души, накормить ими своих пустых и ускорить их эволюцию?) — подумал Айзен, ведь другого объяснения в такой ситуации было трудно найти.
Именно поэтому капитаны, попадая в мир живых, ограничивают свою духовную силу: даже пассивное её высвобождение может повлиять на обычных людей. Подобные случаи не раз вызывали в мире живых множество проблем когда-то из-за этого даже устраивали «охоту на ведьм», считая обладателей способностей источником зла.
— Танджиро, скажи, ты хочешь жить?
— А? Хочу.
— Тогда будь готов умереть.
После этих слов Айзен схватил Танджиро за шкирку одежды, и они внезапно исчезли со своего места, появившись на крыше одного из зданий Киото.
— Ха… ха… что агр… — застонал Танджиро, ощущая головокружение от внезапного ускорения и резкой остановки.
— Хм… Похоже, люди сложнее переносят «мгновенную поступь».
— Что это… ха… т-было?
— Неважно. Но похоже, ситуация в Киото дошла до опасного положения, — произнёс Айзен, глядя на множество пустых, стоявших на крышах зданий. Спустя мгновение они начали пожирать людей внутри, чтобы затем перейти к следующему дому и так, пока не съедят всех в городе.
— Что…
— Посмотри на дыру сзади нас, — сказал Айзен, не оборачиваясь и продолжая всматриваться в даль тумана.
— Что здесь… произошло?
— Людей в этом здании съели пустые и продолжают это делать, — ответил Айзен, краем глаза наблюдая за реакцией Танджиро.
На лице Танджиро появился гнев, когда он осознал услышанное, и он уже собирался броситься вперёд, чтобы остановить это чудовищное действо.
— Ты ничего не сделаешь им.
— Тогда…
— Я пока не буду действовать.
— Почему?! Это же ваша работа!
— Неизвестно, что сейчас происходит. Пустых слишком много для меня одного. Нужно оценить силы, а потом нападать. Безрассудно атаковать врага без плана, особенно если ты знаешь, что он силён, — ответил Айзен, говоря полуправду, с его уровнем силы уничтожить всю эту свору пустых было бы легко, но это стало бы бессмысленной тратой духовной энергии на слабаков, после чего он остался бы крайне уязвимым перед Васте Лордом, которого считал сильнее любого капитана.
Даже в учебниках Академии отмечалось, что сила настоящего Васте Лорда равна двум или более капитанам, и для гарантированного уничтожения такого существа обычно отправляют минимум трёх капитанов. Айзен умел трезво оценивать свои возможности и не спешил вступать в бой с сильным противником. Даже если у него и возникало искушение проверить свои силы, он предпочитал пока избегать лишнего риска.
— Хм? — внезапно он заметил, как многие пустые начали собираться вместе, будто подчиняясь общему приказу.
Спустя несколько минут сотни пустых слились в одно место неподалёку от них, теряя маски и прежнюю форму, превращаясь в чёрную бесформенную массу, которая медленно меняла очертания, пока не выросла почти на сотню метров ввысь.
— «Менос Гранде», — произнёс Айзен, узнав это существо как вторую ступень эволюции пустых. Впервые он лично наблюдал подобный процесс.
— Огромный… — прошептал Танджиро, глядя на монстра с явным страхом в голосе, но стараясь скрыть его, крепко сжимая рукоять катаны. Огромные создания всегда внушали страх любому.
— Похоже, он не один, — заметил Айзен, почувствовав ещё несколько «Менос Гранде» в городе.
— Хотите сказать… таких больше? — спросил Танджиро, сглотнув. Он понимал, что это уже далеко выходит за пределы его возможностей. Одно дело — сражаться с демонами, которые могут быть большими, но не настолько, чтобы достигать сотни метров в высоту, словно гора.
— Всё ещё хочешь остаться здесь? Разве у тебя нет тех, ради кого ты должен жить? К примеру, та, что в твоём ящике, — произнёс Айзен.
— Я… не могу умереть. Но родители учили меня помогать нуждающимся. Скажите, чем я могу помочь?
— Хорошо сказано. Тогда попробуй помочь обычным людям в зданиях или поддержи ту странную группу вон там, они носят форму, почти как у тебя, — указал Айзен на дорогу, где стояли Хашира, пытаясь ранить огромного «Менос Гранде», нанося удары по его ногам. Однако это не возымело эффекта, и тот продолжал свой спокойный шаг, едва не раздавив их своим весом.
— Так-так, что тут у нас забыл синигами? — прозвучал манящий женский голос, от которого Танджиро застыл, он стоял буквально слева от него. Перед ним появилась женщина с бледной, как снег, кожей, чёрными волосами и маской. На ней не было одежды и гениталии прикрывали длинные волосы.
— Кто… агр! — попытался спросить Танджиро, но внезапно невидимая сила придавила его к крыше здания на котором они стояли, и он едва мог двигаться или дышать, будто оказался на дне моря.
Женщина подошла к Айзену со спины и положила руки ему на плечи.
— Смог пробраться в мою обитель… Ты неплох, синигами. Но ты слишком легко попался в мою ловушку. Теперь ты станешь едой для моих детей, — сказала она, касаясь подбородка Айзена, чей взгляд оставался пустым.
— Айз-з-зен-сан!? Что… агр! — пытался крикнуть Танджиро, но с каждой секундой ему казалось, что гора давит на его тело, дыхание давно сбилось, и слова давались с огромным трудом.
— Ты тоже неплох, человек. Твоя душа хороша уверена, мои малютки будут довольны тобой, — сказала женщина, подходя к Танджиро и поднимая его за шкирку. — Хм? Похоже, ты не один. Что это у нас тут?
Она сняла ящик со спины Танджиро и открыла его, увидев девушку небольшого роста. Та резко распахнула глаза и набросилась на неё, но была отброшена белым хвостом, словно тряпичная кукла.
— Так ты из тех существ, что убивают людей? Очень забавно, что тебя держит при себе человек, — сказала женщина с манящей улыбкой, находя это весьма весёлым. — Твоя душа тоже неплоха.
Девушка с чёрными волосами и розовыми глазами с острыми зрачками смотрела на неё с явным гневом, увеличиваясь в размере до роста Танджиро, обнажая острые когти и ломая бамбуковый кляп во рту своими зубами.
— Н-нез-зу-ка… бе-ги… — прохрипел Танджиро, желая хотя бы спасти сестру от ужасной участи.
— Б-бр-ат! — произнесла девушка, заикаясь от ярости ей было невыносимо видеть, что эта женщина делает с её братом.
— Брат и сестра? Очень трогательно… и забавно. Но знай своё место, смертная душа, — произнесла женщина, и мощное давление обрушилось на Незуку, прижав её к крыше невидимой силой. Ведь перед духовной энергией все обладатели душ равны даже сила демона не спасала ведь душа людей оставалась такой же.
Женщина протянула хвосты к Танджиро и Незуке, намереваясь схватить их и бросить своим детям-пустым. Но…
— «Бакудо» №61 «Рикудзёкоро», — прозвучал голос Айзена. Шесть лучей света поразили тело женщины, заставив её и её хвосты застыть, словно статую. Однако это длилось лишь несколько секунд лучи начали покрываться трещинами.
— Что? Ты освободился? — слегка удивилась женщина, повернув голову, но Айзена уже не было на том месте. Он стоял с другой стороны, держа Танджиро за край одежды.
— «Хадо» №63 «Райкохо», — произнёс Айзен, направляя раскрытую ладонь. Жёлтый шар света быстро превратился в молнию, поразившую женщину. Разряд не остановился, а расширился, создавая мощные разрушения вокруг и поражая как пустых, так и людей.
Айзен успел увести Танджиро и Незуку: сначала схватил юношу, затем — девушку прямо в полёте, используя «мгновенную поступь», и отбросил их подальше от эпицентра битвы.
Когда сила кидо рассеялась, из чёрного дыма вышла женщина с лёгкими вмятинами на теле атака возымела эффект, но не слишком сильный. Потому что за несколько секунды грязь и ожоги исчезли.
— Ты необычный синигами. Как ты выбрался из моей тюрьмы?
— Твоя иллюзия была неплоха, но я достаточно хорошо разбираюсь в иллюзиях, чтобы знать, как с ними бороться. Да и встречал я более сильные иллюзии, чем эта детская забава, — сказал Айзен с провокацией, желая заставить женщину действовать первой.
— Твоя самоуверенность станет последней ошибкой! — её фигура исчезла, и в следующее мгновение она оказалась перед ним, направляя девять хвостов в смертоносном выпаде. Айзен синхронно отступил, выхватывая занпакто и парируя каждый удар точными движениями клинка, сохраняя абсолютное спокойствие на лице.
Когда Айзен увидел, что женщина смотрит прямо на него нанося удары за ударом, то улыбнулся и произнес:
— Разбейся, «Кьёка Суйгецу».
Лезвие мгновенно покрылось плотным слоем воды, которая резким движением запястья сорвалась с клинка и сформировала направленный поток, ударивший по основанию атакующих хвостов с достаточной силой, чтобы нарушить их траекторию и отбросить назад.
Женщина не стала останавливаться позволяя хвостам самостоятельно уплотниться и рассечь водяную завесу острыми краями, однако эта задержка позволила Айзену сместиться в сторону, разрывая дистанцию и поднимая свободную руку.
Его подошва на мгновение коснулась ската старой крыши, оставляя едва заметный духовный символ, который растворился в глиняной кладке, после чего оба бойца удерживались в воздухе за счёт сжатой под ногами духовной энергии.
— Хадо №31 «Шаккахо», — произнёс он, направляя указательный палец в сторону женщины. Алая сфера пересекла пространство по прямой линии, но один из хвостов развернул плотную завесу из духовной силы, которая приняла на себя удар и частично рассеяла пламя, оставляя лишь оплавленные пятна. Айзен отметил, как именно этот хвост дрогнул после столкновения, словно принимая на себя основную нагрузку его атаки.
— Детские фокусы, — холодно отозвалась она, резко выбрасывая вперёд три хвоста.
Айзен отступил в воздухе, опускаясь к другому зданию, где остался второй незримый знак, и одновременно сформировал защитную структуру от хвостов.
— Бакудо №8 «Секи».
Прозрачная преграда мгновенно развернулась перед ним, принимая на себя удар хвостов и гася их напор. Другой хвост резко ударил по воздуху, создавая тяжёлую волну давления, которая искривила барьер и разбила его без видимых усилий.
— И это всё? Твои уловки жалки, — произнесла она надменно, считая попытки Айзена сопротивляться ничтожными.
— Бакудо №62 «Хяппоранкан».
Светящийся шест из сгущённой энергии мгновенно разделился на множество отдельных стержней, пронзающих основание хвостов и прижимающих их к поверхности крыши.
Женщина резко сделала рывок, уходя от града ударов, что дало ей шанс защититься, однако часть стержней всё же задела один из хвостов, вызывая заметную дрожь в потоке духовной силы. Айзен сразу заметил, как после этого повреждения защитная оболочка вокруг неё на мгновение истончилась.
(Похоже, один из хвостов поддерживает общую защиту и поток энергии. Конечно, нельзя забывать о природной защите пустых, но силы этой пустой странные, хвосты будто обладают несколькими свойствами)
Женщина же не стала ждать, мгновенно сокращая дистанцию в воздухе и выпуская сгусток «серо» из четырех хвостов прямо в него.
— Серо!
— Бакудо №39 «Энкосен». — произнес Айзен делая резкий рывок назад.
Вращающийся энергетический щит развернулся перед ним, принимая на себя основной удар, но сила серо не зря считается одной из самых разрушительных техник пустых и легко преодолела барьер. Но Айзен и не надеялся на щит и просто старался дать небольшие секунды, чтобы увернуться от удара мгновенной поступью.
— Ты только и умеешь, что прятаться за барьерами и убегать, — произнесла она, не снижая темпа и направляя ещё три хвоста по широкой дуге, вынуждая его отступить в воздухе от удара.
Повреждённый хвост слегка подрагивал, но она быстро направила в него духовную силу, чтобы восстановить, отчего мех на остальных хвостах стал жёстче, а сами они увеличились в размере, почти как менос гранде в полный рост, способные разрушить дом таким размером и массой.
Айзен заметил это изменение, так как она восполнила утрату собственной силой, но её движения стали более прямолинейными, а поток духовной энергии менее стабильным.
— Хадо №73 «Сорен Сокацу».
Двойной поток голубого пламени прорвал остаточную теневую завесу, ударяя точно в основание того самого хвоста, что ранее дрогнул от стержней.
Женщина резко сместила тело в воздухе, уходя от прямого попадания, однако пламя задело её плечо, оставляя глубокий ожог и заставляя изменить направление движения. Она перенесла нагрузку на задние хвосты и создала плотную волну отталкивания, которая отбросила синигами на сотню метров назад.
В следующее мгновение два огромных хвоста с тяжёлым гулом обрушились на Айзена, но промахнувшись они упали на кварталы города, превращая десятки деревянных домов в груду обломков и поднимая в воздух густые облака пыли, которые начали заволакивать небо над Киото.
— Дешёвые трюки не спасут тебя.
Девять хвостов за её спиной начали наливаться густым красным светом. Воздух вокруг задрожал от нарастающего давления.
Даже в тумане Айзен мог видеть свет серо и концентрацию огромного духовного источника. Он понимал, что выдержать удар девяти серо будет очень и очень сложно для него. Но как он заметил по прошлому разу и тому что видел у Менос Гранде, Серо требует подготовки для пустого и количество серо за раз тоже увеличивает время. Но скрыться от атаки будет сложно, ведь Васте Лорд мог чувствовать его присутствие благодаря туману.
— Бакудо №81 «Данку», — произнёс он, и прозрачная стена. После он сделал ещё несколько таких же стен друг за другом.
В следующее мгновение хвосты выпустили залп. Девять лучей «серо» слились в единый поток, который с рёвом пронёсся сквозь пространство, срывая крыши, кроша деревянные балки и превращая целые улицы и кварталы внизу в груду обломков. Ударная сила поразила стену, заставляя ту покрыться сетью трещин, а после он разрушился лишь на секунду задержав выстрел, так случилось и с другими стенами. Следом луч серо поглотил Айзена.
— Теперь ты…
— Не дурно. — произнес Айзен с обожжённым кимоно и рукой, которая была вся красная, и вряд ли способной снова функционировать.
Женщина разозлилась и резко сократила расстояние, обрушивая на него все свои хвосты с сокрушительной силой. Удары шли без выверенной техники, полагаясь лишь на массу и напор, вынуждая Айзена постоянно смещаться и отводить клинком самые опасные выпады. Один из хвостов внезапно изменил направление и плотно обвил его запястье обожжённой руки, лишая возможности сбежать.
— Ты слишком медлителен, — произнесла она, надавливая всем весом и пытаясь просто сломать его грубой силой.
Айзен лишь улыбнулся и использовать вторую руку отрезав себе сломанную. Короткий шаг «мгновенной поступи» позволил ему выскользнуть из петли, разворачивая тело так, чтобы оказаться сбоку от неё. Он мгновенно единственную выставил руку держа занпакто, направляя указательный палец ей в грудь с минимального расстояния.
— Хадо №63 «Райкохо»,
Жёлтая сфера мгновенно превратилась в плотный разряд, ударивший прямо в цель, и заставивший её отшатнуться, разрывая контакт и отбрасывая на несколько шагов назад.
Обожжённая кожа на её груди уже начала затягиваться. Айзен зафиксировал этот процесс, отмечая, что прямые попадания лишь задерживают её, но не останавливают, и сразу перешёл в движение, не давая ей восстановить равновесие.
— Зачем тебе этот город и столько душ? — спросил он, смещаясь по дуге в воздухе и формируя защитную структуру на ходу. — Твоя сила не требует подобных жертв для поддержания формы.
— Жертвы? — произнесла она с лёгкой насмешкой, пока хвосты за её спиной начали яростно пытаться порвать Айзена. — Можно и так сказать, но они нужны мне для другого.
Воздух вокруг неё резко потяжелел, создавая плотную зону притяжения, которая замедлила шаг Айзена. Он немедленно перенёс вес тела, используя инерцию для скольжения по воздуху и руку.
— Бакудо №39 «Энкосен».
Вращающийся щит развернулся перед ним, принимая на себя удар хвостов, которые обрушились сверху с сокрушительной мощью.
— Откуда столько способностей? — спросил Айзен, направляя указательный палец в сторону основания одного из хвостов. — Насколько мне известно, пустые не могут обладать столькими способностями.
— Ты слишком много говоришь для того, кто скоро станет пищей, — холодно ответила она, не меняя положения. Один из хвостов резко ударил по воздуху, выпуская плотную волну давления, которая смяла остатки барьера и заставила Айзена резко уйти в сторону. — Я не просто пустой очередной для вас. Я поглотила силу других подобных мне, и каждый хвост хранит их способности. Скоро этот город станет колыбелью для возрождения.
Айзен использовал отдачу от воздушной волны, чтобы проскользнуть к краю крыши внизу, одновременно перестраивая пальцы. Его сандалия на мгновение прижалась к деревянной балке, оставляя очередной незримый духовный символ.
— Хадо №54 «Хайэн»,
Фиолетовое пламя вырвалось из ладони, ударяя точно в основание хвоста, который ранее принимал на себя основные удары. Огонь охватил плотный мех, но женщина лишь слегка дёрнула плечом, позволяя другому хвосту создать поток воздуха, который сбил пламя и рассеял жар. Айзен отметил, как повреждённый участок мгновенно почернел, а затем начал восстанавливаться, однако на долю секунды поток духовной силы вокруг неё изменился.
— Ты пытаешься найти моё слабое место, — произнесла она, и туман вокруг них мгновенно сгустился, полностью скрывая обзор и блокируя прямое ощущения духовного давления. — Но ты не понимаешь, с чем столкнулся, синигами.
Девять хвостов зашевелились в плотной завесе, их кончики начали светиться красным, накапливая энергию для залпа «серо».
— Бакудо №61 «Рикудзёкоро».
Шесть узких лучей света пронзили туман, стремясь зафиксировать её тело, однако женщина лишь усмехнулась, позволяя шести хвостам принять удар на себя. Лучи впились в плотный мех, но не смогли сковать движения, лишь на мгновение замедлив подготовку залпа «серо».
— Слабо, — бросила она, и в следующее мгновение три хвоста выпустили сгустки «серо», которые слились в единый поток, прожигающий туман и здания на пути с людьми внутри.
Айзен уже находился в движении, используя «мгновенную поступь» для ухода с траектории.
— Хадо №73 «Сорен Сокацу».
Двойной поток голубого пламени прорвал завесу тумана, ударяя в центр группировки хвостов и заставляя женщину сместить вес тела. Она не стала уклоняться полностью, позволяя одному хвосту принять удар, и сразу ответила тяжёлым выпадом, который прошёл в сантиметре от его шеи, срезая прядь волос и вдавливая крышу под ногами.
— Что значит «колыбелью для возрождения»? Для кого? Или чего? — произнёс Айзен, отступая назад стараясь сдерживать тяжёлое дыхание.
— Возрождения того, кто принесёт новый порядок и уничтожит синигами и других, — произнесла она из и туман расступился, открывая её фигуру в нескольких шагах. Хвосты за её спиной медленно поднимались, готовые к нападению. — Я возрождаю Короля пустых!
— Бакудо №30 «Ситоцу Сансэн».
Три острых лезвия из сгущённой энергии вырвались из заранее оставленных знаков, стремясь пронзить основание пяти хвостов одновременно. Женщина резко выпустила хвосты вперёд и защитилась от ударов лучей лезвия, от чего эффект был сведен на нет.
— Король пустых? — произнёс Айзен, не сводя взгляда с повреждённых хвостов, мех на которых уже начал медленно восстанавливаться. — Никогда не слышал о таком.
— Потому что его никогда не существовало, — ответила она, и давление вокруг неё резко возросло, заставляя всё вокруг трещать под непосильной нагрузкой. — Но скоро он появится. Я долго собирала силы, чтобы подготовить свой сосуд. Я стану тем, кто выносит и родит Короля пустых.
— Родить? — переспросил Айзен с недоверием на лице игнорируя все боли в теле. — Пустые не способны к размножению или вынашиванию. Ваша природа — это ошибка вы не должны существовать в этом мире.
— Верно, — согласилась она, пока хвосты за её спиной медленно поднимались, готовясь к новому удару. — Но кто сказал, что это правило нельзя обойти? Посмотри вокруг. Чтобы создать по-настоящему сильную душу, требуется множество чистых душ. Ты разве не заметил? Внутри меносов и остальных моих детей души ещё не переварились. Когда я соберу достаточно, то сплавлю их внутри себя и создам идеального Короля пустых.
— Помню одна моя подруга предположила, что многие пустые это сломленные души и они часто одержимы какой-то конкретной целью, в которой может не быть смысла. И по её словам, чем сильней душа травмирована и сломлена, тем больше она впитывает негативной энергии, делая её сильней среди сородичей и тем самым они самые сильные. — произнес Айзен с улыбкой на лице вспоминая момента в библиотеки с Кагами Кусакабэ, которая рассуждала на тему пустых и их личностей в учебниках.
— К чему ты это?
— Лишь говорю, что могущественные существа крайне уязвимы даже обладая такой огромной силой они тратят её на глупые чувства и привязанности, которые ведут их в пропасть. Ты же сломленная душа одержимая наивной идеей, которая неизвестно к чему проведет. Откуда тебе известен подобный метод и что он сработает? — спросил Айзен, но внезапно её фигура исчезла из поля зрения. Воздух позади него резко сгустился, а после, а холодные пальцы сомкнулись на его горле, поднимая его над зданием в твердой хватке, не давая возможности выбраться.
— Ты слишком много говоришь, — произнесла она, удерживая его одной рукой, пока хвосты медленно обвивали её предплечья, добавляя хватке чудовищную силу. — Но ты развлёк меня перед тем, как я соберу последнюю тысячу душ для завершения подготовки. Твоя духовная сила плотная и устойчивая. Она станет отличным основанием для рождения Короля.
— Агрх… — Айзен попытался вдохнуть, его пальцы скользнули по её запястью, фиксируя, как энергия перетекает из основания хвостов прямо в мышцы руки, поддерживая хватку без видимых затрат. — Выходит… твои способности сосредоточены в хвостах?
— Заметил? — спросила она с коварной ухмылкой. — Верно. Каждый хвост хранит силу того, кого я поглотила. Одна из этих способностей позволяет мне брать духовную энергию подчинённых пустых и восполнять собственные силы.
— Поэтому твоя духовная сила не кончалась… даже после повреждений или стольких техник, — выдохнул он, так как замечал, что запасы её духовной силы не изменялись всё время боя.
— Теперь ты понимаешь, насколько бессмысленны были твои попытки? — её голос прозвучал ближе, а хвосты за спиной начали светиться тяжёлым красным светом.
— Понимаю, — ответил Айзен, и на его губах появилась лёгкая улыбка. — Я вижу разницу в силе и осознаю, какие тренировки потребуются, чтобы превзойти таких, как ты, и тех, кто стоит на вершине. Нужно стать монстром с подавляющей силой, чтобы уничтожать монстров. В следующий раз я буду лучше готов.
— Следующего раза у тебя не будет, — произнесла она, резко выбрасывая хвосты вперёд, однако в то же мгновение почувствовала холод стали, вошедшей в спину чуть ниже лопатки.
— Бакудо «Нити потока, узлы застоя. Связать ускорение. Остановить волю. Рэйсацу Кассё», — чётко прозвучал голос Айзена прямо за её плечом. Лезвие вошло глубже, и по её духовным каналам мгновенно разошлась чужеродная сила.
— Что?! Агрх! — женщина дёрнулась, её пальцы судорожно сжались, а по телу прошла глубокая дрожь, когда циркуляция духовной силы внутри неё нарушилась. Хвосты инстинктивно метнулись назад, пытаясь пронзить противника, но клинок и фигура Айзена в её руках и позади исчезли без следа.
— Ха… грах… что ты сделал? Нет… как… — спросила она тяжелы дыша, когда кровь текла из её рта и раны лезвия, колени слегка подогнулись, когда она ощутила, как привычный поток силы начинает гаснуть.
— Мои расчёты подтвердились, — раздался его голос сверху, где он спокойно стоял в воздухе, удерживая меч в нижней стойке, полностью невредимый с двумя руками и легкой улыбкой. — Это заклинание моей собственной разработки. Метки, которые я оставлял на незаметно во время нашего обмена ударами, стали подготовкой. Мой клинок создал брешь в твоей духовной оболочке, позволив структуре проникнуть внутрь и закрепиться на узлах, аналогичных «Сакецу». У пустых эта система устроена иначе, однако принцип передачи «Рейрёку» остаётся тем же. «Хакусуй» накапливает энергию, а «Сакецу» регулирует скорость её поступления в тело. Печати не перекрывают каналы полностью, но создают встречный микропоток «Рейши», направленный строго против вектора твоего усилия. Импульс гасится ещё до того, как покидает твоё тело. Я создавал эту технику на случай столкновения с противником, превосходящим меня по запасу силы. Объём сосуда не имеет значения, если ты не способна направить его содержимое наружу.
Женщина сразу же заметила что они оказались в знакомом месте где Айзен иногда останавливался и где он оставлял духовные метки. Она даже не заметила, что попала в ловушку.
— Будь ты проклят! — выкрикнула она, резко удлиняя хвосты и рассекая воздух в его направление, однако фигура Айзена вновь растворилась в воздухе, не оставив после себя даже следа духовного давления. — Почему… как я снова оказалась в иллюзии?!
— С самого начала, — ответил он, появляясь в десятке метров над ней и спокойно демонстрируя лезвие, покрытое тонкой водяной плёнкой. — Помнишь момент высвобождения моего занпакто?
— Тогда… но… как…
— Достаточно один раз увидеть, как «Кьёка Суйгецу» высвобождает, и твоё восприятие навсегда принадлежит мне. — сказал Айзен и меч стал покрыт огнем, молнией, тьмой, ветром, будто мог управлять всеми стихиями разом.
— Значит, всё это время… я сражалась с иллюзией?
— И да, и нет, — произнёс Айзен, внимательно следя за ней. — Благодаря этому столкновению я точнее оценил собственные границы. Ты атаковала иллюзорную копию, которая без поддержки кидо действительно могла бы проиграть прямой бой. Даже обладая силой капитанского уровня, ты остаёшься уникальным экземпляром среди «Васте Лордов».
— Ты! — её лицо исказилось от ярости, когда осознание полной манипуляции над ней.
— К сожалению, не мне суждено поставить точку в этой схватке, — спокойно произнёс Айзен, переводя взгляд на затянутое туманом небо.
— Что ты… — она не успела закончить. Плотный туман над Киото резко разошлась ровной линией, открывая чистый разрез в пространстве. В образовавшемся проёме, высоко над разрушенными кварталами, стояла одинокая фигура в чёрном кимоно и белом хаори, на спине которого чётко выделялся номер отряда.
Рен Па сразу узрел противника в лице женщины с девятью тяжёлыми хвостами белой маской и дырой в груди.
— Держать рубеж, «Сихо Сэн».
Сталь мгновенно вытянулась, обратившись в тяжёлую глефу с широким лезвием, а плечи и грудь капитана укрылись чешуйчатыми доспехами из сгущённой рейши.
В тот же миг он сорвался с места, используя «мгновенную поступь» для стремительного рывка, вытягивая лезвие глефы вперёд.
Хвосты резко метнулись навстречу, рассекая разреженный воздух на высоте, но их движение заметно запаздывало по сравнению с тем, что она могла делать до кидо Айзена.
Лезвие глефы скользнуло по плотному меху, оставляя глубокую рану, а Рен Па, используя короткий шаг поступи для ухода в сторону и разрыва расстояния.
— Восток, — произнес он про себя. Воздух вокруг лезвия мгновенно накалился, выбрасывая плотную волну огня, которая ударила по ближайшим хвостам и заставила их резко отдёрнуться.
Женщина резко оттолкнулась хвостами, мгновенно сокращая расстояние над улицами квартала Киото. Два хвоста ударили по пространству перед ней, создавая тяжёлую волну давления, которая погнала их обоих дальше по небу, разрушая на пути крыши домов и сами здания.
Рен Па перенёс опору на заднюю ногу, проскользнул вдоль искажённого потока с помощью отработанной поступи и сделал глефой короткую дугу, целясь в основание центрального хвоста.
Женщина резко сместилась вбок, пропуская удар мимо, и сразу ответила пятью тяжёлыми выпадами хвостов, обрушившимися сверху с гулом, способным проломить каменные стены.
Рен Па поднял глефу вертикально, принимая сокрушительный удар на уплотнённое лезвие. Она попыталась накопить энергию в кончиках хвостов для ответного выстрела «серо», но внезапно она ощутила, как духовная сила стала вести себя снова хаотично, и красное свечение лишь вспыхнуло и погасло, превратившись в хаотичный выброс. Хвосты тяжело опустились, их реакция заметно просела из-за внутреннего хаоса в теле.
— Север.
Сжатый воздушный порыв, смешанный с электрическим разрядом, сорвался с острия глефы, ударяя точно в центр её головы и отбрасывая на несколько десятков метров назад, прямо над центральными воротами Киото. Она устояла в вышине, однако дыхание стало тяжёлым, а несколько хвостов бессильно обвисли, теряя прежнюю подвижность.
Не давая себе времени на восстановление, она резко оттолкнулась от воздушной прослойки, мгновенно сокращая расстояние и обрушивая на него град ударов хвостов, вынуждая капитана постоянно использовать поступь для смещения по небу и отводить лезвием самые опасные выпады над разрушающимися кварталами.
В сотне метров ниже, скрытый за туманом и барьером, Айзен спокойно наблюдал за столкновением, отслеживая перемещения двух противников над городом. Его кидо работало точно по его замыслу, подавляя и нарушая каждый духовный порыв Васте Лорда ещё до выхода наружу и превращая её огромный запас в бесполезный груз. Он отмечал, как Рен Па методично держит расстояние с помощью поступи, не позволяя навязать себе ближний бой слишком долго. Также он отметил способность шикая капитана, понимая примерный принцип его работы.
(Значит информация правдива сила капитана Рен Па. Насколько мне известно, в форме шикая он способен использовать четыре элементов, но точно природа этой способности сложно понять, потому он использовал их ограниченные возможности. И в информации упоминалось, что они привязаны к Югу, Северу, Востоку и Западу. Но что же представляет из себя банкай?) — думал Айзен желая больше собрать информации о способностях капитана. Но ему не было понятно почему капитан один, когда должно быть двое.
Женщина вновь попыталась создать зону притяжения, чтобы прижать капитана, однако её тело дёрнулось с заметным опозданием, а гравитационный поток схлопнулся, лишь слегка исказив пространство над храмовым зданием Киото, от чего тот не пострадал.
Рен Па использовал этот миг, резко отступая с помощью длинного шага поступи и вонзая основание глефы в землю. Духовное давление вокруг него мгновенно возросло, распространяясь над Киото, а небосвод задрожал от нарастающей плотности рейши.
— Банкай. «Сычжу Сихо Сэн».
Границы поля резко расширились, формируя чёткий духовный предел, который накрыл значительную часть неба над всем Киото.
Огромный полупрозрачный барьер, разделенный на четыре участка: восточный край наполнился сухим жаром, южный покрылся льдом, западный укрепился плотным потоком ветра, а северный заискрился сжатыми разрядами электричества. Рен Па выдернул глефу из земли, сохраняя полный контроль над всем духовной силы в окружении, созданным им поля, и сразу сместил южный участок вперёд, создавая протяжённую полосу замедления прямо на пути противника.
Васте Лорд попыталась рвануться в сторону, используя резкий рывок сонида над городскими улицами, но воздух вокруг неё мгновенно загустел, покрывая хвосты тонкой ледяной коркой и заметно снижая скорость перемещения. Она не стала бороться с холодом напрямую, позволяя хвостам резко ударить по собственной поверхности, сбивая ледяной налёт грубой физической силой, и сразу направила вперёд пять хвостов, целясь в грудь капитана сквозь разреженный воздух.
Рен Па спокойно парировал выпад широким взмахом глефы, одновременно поворачивая её и смещая северный участок в точку столкновения над зданиями. Сжатый порыв с разрядом ударил по хвостам, заставляя женщину отшатнуться и потерять равновесие в воздушном потоке.
Она попыталась создать волну отталкивания, чтобы разорвать расстояние, однако поток духовной энергии остановился, не позволяя сформировать устойчивый выброс. Рен Па мгновенно сократил расстояние с помощью поступи. Нанося удар прямо в то место, где должно быть сердце у людей, оставляя глубокую рану, от которой тёмная кровь сразу же начала стекать в воздух. Женщина отступила назад, её пальцы судорожно сжались, а хвосты за спиной начали хаотично дёргаться, пытаясь защитить от внезапных атак снова.
Рен Па не стал ждать. Он резко оттолкнулся, сокращая расстояние, и направил глефу в прямой выпад. Тело женщины дёрнулось с заметным опозданием, хвосты не успели подняться и закрыть открытое место, поэтому широкое лезвие вошло глубоко в живот, проходя насквозь. Тёмная кровь хлынула по рукояти глефы, стекая каплями вниз на город Киото.
— Всё кончено, пустой, — произнёс Рен Па, удерживая глефу и фиксируя её положение в воздухе.
— Кончено? — произнесла она странным тоном, а затем её взгляд скользнул вниз, где в Киото всё ещё кружили стаи пустых, а затем переместился на огромные силуэты «Менос Гранде», медленно бредущие среди разрушенных улиц.
(Я так близко к завершению плана. Я не могу остановиться. «Король пустых» должен появиться на свет. Я обязана выносить его и стать матерью. Мой путь не закончится здесь… нужно… победить.)
— Ты ничего не понимаешь, синигами. Это только начало!
Она резко вдохнула, и её духовное давление внезапно возросло, игнорируя боль от разрушения духовных каналов. Внизу десятки пустых одновременно замерли. Их тела начали стремительно терять очертания и рассыпаться в прах, когда плотный поток духовной силы вырвался из них и устремился вверх, вливаясь в её тело.
— Что ты делаешь, монстр? — спросил Рен Па, пытаясь выдернуть глефу, но её ладонь внезапно сомкнулась на лезвии, останавливая движение. Кровь стекала по её пальцам, но хватка не ослабла.
— То, что должна, чтобы стать матерью Короля.
В следующее мгновение все девять хвостов резко метнулись вперёд, пронзая его тело пока он не мог защититься глефой или убежать, поражая в нескольких местах. Её вторая рука вытянулась вперёд, проходя сквозь грудную клетку, и пальцы сомкнулись на сердце, чтобы вырвать из тела.
Капитан дёрнулся, его дыхание оборвалось, а глефа ослабла в его хватке. Кровь быстро пропитывала доспехи, смешиваясь с её собственной, пока оба застыли в вышине над разрушенным городом.
Когда тело капитана уже начало терять опору, его голова внезапно поднялась, а пальцы с новой силой сомкнулись на рукояти глефы. Резким движением он двинул оружие в сторону, расширяя рану и рассекая её живот, после чего сразу перехватил оружие для последнего удара. Но хвосты среагировали быстрее целясь в его голову и затем голова Рен Па была пронзина острием хвостам превращая её в фарш, пока его тело ещё удерживало глефу в ране противника.
— Превосходный бой, что и следовало ожидать от васте лорда и капитана.
Голос раздался из-за её спины. Женщина, что буквально стояла в воздухе и не могла стоять из-за раны, стояла на четвереньках, медленно повернула голову, её взгляд скользнул по фигуре Айзена, застывшего в нескольких шагах в воздухе. Даже попытавшись восстановиться с помощью исцеления пустых, она слишком перестаралась и использовать духовную силу своих детей и перегрузила собственное тело из-за Кидо Айзена вызывав у неё невозможность какое-то время нормально использовать свою силу, а кровь продолжала стекать по разорванному животу, не давая ранам затянуться.
— Ты… пришёл… добить меня?
— Догадливая.
— Но ты ведь… ха… говорил, что не тебе суждено меня… ха… убить…
— Я солгал.
— Вы, синигами… ничем не лучше нас.
— Думай что хочешь, — ответил Айзен, его ладонь плотно сомкнулась на рукояти занпакто, и сталь с тихим звоном покинула ножны.
— Я… просто… хотела стать настоящей матерью, — произнесла она, смотря на всех пустых и то, как туман над Киото уже почти рассеялся. Из-под маски можно было увидеть, как стекают черные слезы.
— Увы, тебе не суждено достичь этой цели. Ты лишь сломленная душа, одержимая идеей, которая никогда не станет реальностью.
Он не стал ждать ответа и лезвие сделало короткую дугу, входя в уже рассечённый живот и завершая удар капитана, после чего резкий взмах прошёл по линии шеи. Маска на её лице треснула, а после сломалась, открывая человеческое лицо с пустыми глазами, из которых продолжали стекать черные кровавые слёзы.
— Мы ещё встретимся… синигами… — сказала она шепотом, прежде чем её голова тяжело ударилась о землю внизу.
_______________________________________________
Фанфик по "Блич: Бог иллюзий - Айзен Соске" переходит на перерыв и теперь будет писаться продолжение по "Код Гиасс: Восстание судьбы".
http://erolate.org/book/5345/532910
Готово:
