Готовый перевод For Love of Magic / HP: Из Любви к Магии ✅: Глава 117

  Завтрак на следующее утро превратился в множество взглядов украдкой и плохо завуалированного интереса. Люди не заметили его руку со шрамом во время приветственного пира, так как были заняты набиванием своих животов, и Пророк не упоминал об этом (да и вообще, упоминать о перепалке на Чемпионате мира в нём старались как можно реже), так что это привлекло много внимания только сейчас.

  Гарри знал, что это лишь вопрос времени, пока кто-нибудь не сможет больше сдерживать своё любопытство и разразится бестактным «а что случилось с твоей рукой?!». Или же пока шёпот не разойдётся по Большому залу, пока не достигнет стола Слизерина, и какой-нибудь ученик с этого факультета не решит, что сможет воспользоваться этим.

  «Ну понеслась», — с сарказмом подумал Гарри, увидев, как Малфой встал вместе со своими двумя прихлебателями, годными лишь для переноски книг, и неожиданным пополнением в лице Пэнси Паркинсон. Драко Малфой был одной из тех редких личностей, которые предпочитали, чтобы их унижение происходило на публике.

  — Неужели в тебе нет никакой порядочности, Поттер? — потребовал слизеринец.

  Гарри приподнял бровь в молчаливом вопросе, гадая, к чему же клонит этот блондин.

  — Люди едят, а ты тут демонстрируешь свою отвратительную изуродованную руку, — продолжил тот с усмешкой.

  Гарри задрал рукав и несколько раз повертел изуродованной конечностью, внимательно осматривая её. Да, шрамы были сильно заметны, но он вряд ли бы назвал её изуродованной. Рейвенкловцы вокруг него, честно говоря, выглядели скорее заинтригованными, чем наполненными отвращением.

  Гарри, наконец, обернулся к самодовольному Драко и ответил:

  — Если они могут есть, глядя на твоё лицо, то моя рука вряд ли их смутит.

  Драко сердито покраснел, а толпа зрителей разразилась хохотом. Он ожидал, что Поттер попытается скрыть своё уродство, но вместо этого тот отнёсся к издёвке с полным безразличием, как будто в шрамах не было ничего уродливого.

  — Ты не можешь так разговаривать с Драко! — огрызнулась Пэнси, глядя на Гарри.

  — И что ты собираешься мне за это сделать? — холодно спросил Гарри, абсолютно сознательно направив угрозу в сторону девушки.

  Пэнси побледнела от внезапного ужаса и что-то пробормотала, заикаясь и деликатно перемещаясь за спину Драко. При всей своей мелочной озлобленности и чувстве превосходства чистокровных Пэнси всё ещё оставалась ребёнком, причём довольно непримечательным. Гарри был намного сильнее её и уже успел отправить четыре кричащие души в Пустоту. Возможно, она не понимала, почему мысль о том, чтобы встретиться с ним лицом к лицу, вызывала у неё необъятный страх, но то мистическое чувство, которым обладали все магические существа, распознало опасность, даже если сама девушка не могла этого.

  — Откуда у тебя эти шрамы, Гарри? — воспользовался моментом довольно храбрый второкурсник Рейвенкло и задал вопрос.

  — Играл с огнём, — ответил Гарри.

  — Больно было? — спросил тот рейвенкловец.

  — А ты как думаешь? — язвительно спросил Гарри в ответ, заставив двенадцатилетнего мальчика вжаться в своё сиденье, пока его лицо багровело от стыда.

  Луна на мгновение оторвалась от еды, чтобы похлопать Гарри по ноге. Вот почему у Гарри было мало друзей. Вопрос, конечно, был глупый, но грубить не стоило.

  — По крайней мере, он вроде как подходит к твоему лбу, — вмешался Драко, снова усмехаясь.

  — Драко, зачем ты снова встреваешь? — спросил Гарри с тяжким вздохом. — Ты здесь уже не выиграешь, так почему бы тебе просто не взять те крохи достоинства, которые у тебя ещё остались, и не поковылять обратно к столу Слизерина?

  Присутствующие в Зале снова засмеялись, забавляясь тем, насколько односторонним был этот обмен любезностями. С тех пор, как Гарри Поттер и Драко Малфой стали первокурсниками, в Хогвартсе это превратилось в один из видов развлечений. Гарри занимался своими делами, а Драко время от времени появлялся, чтобы задеть его или что-то в этом роде, после чего начиналась их словесная перепалка. Поначалу всё шло более-менее ровно, но Гарри быстро превзошёл отпрыска Малфоя в остроумии и разносил того в пух и прах.

  Драко прекрасно понимал, что не побеждает в этих перепалках, но гордость не позволяла ему оставить всё как есть. Он был Малфоем, и ни один полукровка с манией величия не имел права показывать себя лучше него. Тот факт, что Гарри постоянно одерживал над ним верх, противоречил всему, во что Драко верил.

  Именно поэтому он не мог поступить так, как предлагал Гарри — очень унизительно — и отступить. Нет, он должен был как-то отыграться, пусть даже оставив за собой последнее слово.

  — Будь начеку, Поттер, иначе можешь кончить также, как отец Полоумны (п.п. в ориг. «Loony's father» — оскорбление, а не ошибка.), — пригрозил он.

***

  — ПОТТЕР! ЧТО, ВО ИМЯ МЕРЛИНА, ВЫ ДЕЛАЕТЕ?! — раздался разъярённый крик со стороны учительского стола.

  Гарри ни о чём особо-то и не думал, вставая. Он почувствовал всплеск боли и горя Луны от угрозы Малфоя, увидел, как она дёрнулась, словно её ударило током, и просто отреагировал. Теперь его рука слегка побаливала, Малфой стонал, лёжа на полу со сломанной челюстью, Крэбб и Гойл отправились в воздух, а Пэнси, похоже, потеряла контроль над своим мочевым пузырём.

  Его гнев снова вышел из-под контроля. А он-то думал, что уже справился с этой проблемой. Хотя, признаться, сейчас он чересчур сильно опекал Луну, так что, настоящая проблема, возможно, была именно в этом. Или потому что у него уже были кое-какие претензии к Малфою из-за случившегося с Пенни. А может быть, из-за того, что Солнце уже взошло. Он всегда был более темпераментным днём, когда огонь Света был особо сильным. А возможно, всё вместе взятое.

  Он не ответил на вопрос Снейпа. Всё равно, тот был риторическим. Вместо этого он посмотрел на отпрыска Малфоев. Было забавно, что этот блондинистый идиот умудрялся оказываться в таком положении в начале каждого учебного года. Как будто за лето из его головы выветривалось всё чувство осторожности.

  — Сто баллов с Рейвенкло и наказание у меня после уроков на два месяца! — разбушевался Снейп, оглядывая своих слизеринцев.

  — Нет, — мягко ответил Гарри. У него имелись дела поважнее, чем отбывать наказание, особенно из-за такого никчёмного мешка с дерьмом, как Малфой.

  — Нет? — угрожающе повторил Снейп.

  — Нет, — подтвердил Гарри, не дрогнув. Несколько лет назад Снейп внушал страх своим ненавидящим взглядом, авторитетом своего положения учителя и, прежде всего, ненавистным ощущением своей магии, но теперь всё было иначе.

  Теперь Гарри был такого же роста, что и учитель, не испытывал уважения к нему и совсем недавно пережил близкую встречу со смертью. Снейп больше не казался таким уж страшным.

  — Похоже, вы не понимаете, как здесь все устроено, Поттер, — вымолвил Снейп убийственным шёпотом, скрывавшим его ярость. — Каким бы знаменитым вы ни были, не вам здесь устанавливать правила. Если я сказал, что вы будете наказаны до конца года, значит, вы будете наказаны до конца года.

  — Вы можете сами себя наказать, а у меня есть дела поважнее, — прямо заявил Гарри, даже не потрудившись признать изменение сроков. Оно не имело никакого значения, так как он всё равно не собирался заниматься этим. Было печально, в какой-то момент Снейп ему даже начал нравиться, но у этого человека были серьёзные проблемы с гневом, и он, чуть ли не с фанатизмом, цеплялся за свои прошлые обиды.

  — Я позабочусь о том, чтобы вас исключили, — прорычал Снейп, его бледное лицо стало красным, так как все необходимые кнопки сейчас были прожаты.

  — Вот это будет денёк, — фыркнул Гарри, прекрасно понимая, что этого не случится, пока в деле будет замешан Дамблдор. Но даже если бы это произошло, он не будет сильно расстраиваться. Конечно, ему пришлось бы забрать с собой и Луну, потому что он не хотел, чтобы она оставалась здесь без него, но были и альтернативы. Само собой, они заберут у него палочку и скажут, что он больше не должен пользоваться магией, но он просто переедет в другую страну и всё равно продолжит ей пользоваться. Шансы на то, что его исключат, были равны нулю, даже с учётом того, что Малфой-старший входил в совет попечителей Хогвартса. Дамблдор не захочет оставлять его вдали от своего влияния.

  Лицо Снейпа приобрело ещё более нездоровый оттенок, так как он, скорее всего, сам осознал эту истину.

  — Я больше не хочу видеть вас в своём классе, Поттер, — зарычал мастер зелий и поднял своего бессознательного ученика в воздух, чтобы перенести его в лазарет.

  — Согласен, — закончил Гарри беседу, искренне обрадованный этим заявлением. Он и так подумывал бросить Зельеварение и несколько других уроков, поэтому и был так хорошо информирован о вероятности своего исключения. Зельеварение было полезным навыком, но Снейп был хреновым преподавателем. Гарри научится всему сам. Единственная польза от посещения этих уроков заключалась в том, что рядом всегда был кто-то, кто мог уберечь котлы от взрыва, чего Снейп часто и намеренно не делал, когда хотел унизить какого-нибудь ученика не со Слизерина.

http://erolate.org/book/5346/533020