14 февраля.
Тонкс не могла избавиться от ноющего чувства, что что-то не так. Проблема была в том, что всё было как прежде.
Сегодня у неё была утренняя смена, и это было отстойно, но Гарри явился, чтобы пригласить её на свидание, и это было хорошо. Они пошли играть в мини-гольф, и там было очень весело. В целом, Гарри не следовало исчезать из Хогвартса на полдня, но он настоял на своём, да и ему всё равно было наплевать на правила. Он сказал, что сегодня День Святого Валентина, и вручил ей коробку конфет в форме сердца. Это было необычно, потому что она знала, что Гарри считал День Святого Валентина очередным праздником, из которого люди раздувают что-то крупное в попытке продать как можно больше таких вот конфет в виде сердца.
После фиаско с Чёрной Вдовой он старался быть менее циничным и более романтичным, что, по мнению Тонкс, было попыткой компенсировать его скрытность. Было даже забавно наблюдать за его попытками.
После свидания они вернулись в Поттер-Мэнор, занялись удивительным затяжным сексом и с пользой применили его подарок на день рождения. Но… что-то было не так. Хуже всего было то, что она просто не могла понять, что именно.
Всё, как всегда, вышло очень приятно, а извечное увлечение Гарри куннилингусом сделало его экспертом по доведению женщины до мультиоргазмов. Кроме того, у него появились восхитительные грудные мышцы, бицепсы, трицепсы и много мышц на спине, тогда как раньше он был немного тощим.
«Отжимаюсь», — объяснил он, — «Чтобы верх соответствовал низу».
Она не была против его худобы — в конце концов, ему было всего четырнадцать — но эта новая мускулистость стала ещё одним большим плюсом Гарри.
Но что-то всё равно было не так. Он казался каким-то более отстранённым, несмотря на все усилия, которые прилагал. Он всё больше размышлял и всё меньше заходил в гости, но не настолько редко, чтобы это было проблемой. Но что-то точно изменилось, что-то совсем другое. Казалось, в Гарри появились нерешительность и неуверенность, которых раньше не было.
Может быть, проблема была в ней? Она, конечно же, заметила, что уже не чувствует того мощного всплеска вожделения, который стал таким привычным, когда Гарри к ней прикасался. Она всё ещё хотела его, но что-то было не так. Не так интенсивно.
— О чём думаешь? — спросила она, проводя пальцами по руке, которой он её обхватил. По руке со шрамами.
Он заколебался, и она поняла, что он собирается ей солгать. Она увидела, как несколько прядей её волос окрасились в ненавистный мышино-каштановый цвет, который был бы у неё, не будь она метаморфом. Были и другие изменения: она немного потеряла в росте, её изгибы стали чуть менее похожи на гитарные, а грудь уменьшилась, став обвисшей и в целом менее привлекательной. Её способности, когда ей было грустно, становились будто угрюмее, что, по её мнению, было вполне логично. Она тоже себя так чувствовала.
— Да так, ни о чём, — пробормотал он, притягивая её ближе и гладя по волосам.
Это было приятно, но он всё равно лгал ей. Это означало, что всё, о чём он думал, было связано с тем, что он хотел сохранить от неё в тайне. То, что Сириус знал, а она нет. То, что от неё скрывали, потому что это, скорее всего, было незаконно.
Например, как он сбегал из Хогвартса. И почему он выглядел на пять или шесть лет старше, чем был на самом деле. И что эта баба Забини делала с Сириусом, раз смогла превратить в мямлю. Что-то такое, о чём Гарри кое-что знал, раз смог это обнаружить. Что-то такое, на что Гарри был способен сам. Она долгое время удерживалась от расспросов, но теперь с неё хватит.
— Гарри, то, что Забини сделала с Сириусом… ты тоже можешь это делать? — спросила она и почувствовала, как он замер. Да, он определённо знал, как это делается.
***
Дерьмо.
Почему она такая умная? Ему уже не удастся выпутаться из этой передряги.
Он так ясно чувствовал её душу, весёлую искорку, которая сейчас была омрачена грустью и подозрениями. Он мог бы создать «Соединение», сгладить все шероховатости и заверить Дору, что всё в порядке. Возможно, сейчас для этого уже слишком поздно, но он почему-то так не думал. Она ещё не была начеку. С тех пор как он поговорил с Адрастией, Гарри всё яснее видел то, на что раньше не обращал внимания. Насколько уязвима открытая душа. Как он может выудить из неё определённые части и утихомирить другие. Возможно, не за один присест, но, после нескольких сеансов, он сможет сделать так, что она больше не будет его спрашивать об этом.
Было заманчиво устроить всё так, чтобы ему стало удобнее. Неудивительно, что Адрастия с таким удовольствием уничтожила ненавистного ей мужа, упиваясь внезапно обретённой властью. Теперь понятно, почему она хотела снова ощутить это чувство.
Но он не мог этого сделать. А это означало, что ему придётся всё рассказать. Дерьмо, блядь и всё иже с ними.
Он уже рассказал Луне, и всё было в порядке, так что, возможно, и сейчас всё будет также. С другой стороны, Луна была девушкой не совсем обычной… поэтому ему и было комфортно рассказывать ей.
Гарри вздохнул, сдаваясь.
— Хорошо, я расскажу тебе.
Может быть, всё обойдётся. Он не верил в это… но вдруг? В любом случае, он слишком долго это откладывал. Пора было посмотреть правде в глаза.
***
В ходе разговора Тонкс стало не по себе, и она выбралась из объятий, чтобы лучше видеть Гарри.
Он не пытался остановить её, ибо ожидал этого. Не все были такими же понимающими, как Луна. Большинство людей вообще не были понимающими.
— А это «Соединение»... ты делал его со мной? — спросила она, не зная, что думать.
— Перестал с тех пор, как узнал, как это на тебя влияет. Я хотел лишь усилить удовольствие, а не менять тебя, — сказал Гарри. Снова.
Тонкс сделала глубокий вдох, а затем выдохнула. Затем она сделала ещё один.
Что, чёрт возьми, она должна была сейчас сказать? Понимая, что чувство близости, которого ей не хватало всё это время, возникло из-за того, что он перестал копаться в её душе.
Единственная причина, по которой она не достала свою палочку и не наслала Убийственное проклятие, заключалась в том, что он явно не понимал, что делает.
Но её пугало то, какую власть он имел над ней. Как можно было защитить себя от такого нападения? Империус иногда называли самым утончённым из Непростительных заклинаний, но по сравнению с этим он мог бы сойти за взрывное проклятие.
Она должна была понять, на что это похоже, чтобы распознать его в будущем.
— Не мог бы ты... сделать это прямо сейчас? Просто чтобы я могла почувствовать, на что это похоже? — нервно спросила она.
Гарри едва удержался от желания горько рассмеяться.
— Я могу, но ты так напряжена, что ничего не выйдет. Ты ничего не почувствуешь.
Тонкс от этого стало легче, и она настояла на том, чтобы он создал «Соединение». Как он и сказал, она ничего не почувствовала. Тогда она попросила его сделать это снова, пока своей палочкой накладывала диагностические чары, и все они показали отрицательный результат. А от этого ей легче не стало.
— Есть ли хоть какой-то способ обнаружить его? — резко потребовала она. — Как ты это сделал?
— Ты не можешь обнаружить его, потому что это не заклинание. Нужно обладать определённым... самосознанием, чтобы суметь манипулировать магией подобным образом, — объяснил Гарри, лишь отчасти раскрыв правду. — Большинство людей не могут этого сделать, но я думаю, что все поистине сильные, такие как Дамблдор и Волдеморт, всё же способы.
...
http://erolate.org/book/5346/533058
Готово:
