Готовый перевод For Love of Magic / HP: Из Любви к Магии ✅: Глава 245

  19 февраля.

  Гарри наложил на Флёр и Луну незаметные чары, чтобы они не проснулись, когда он вылезал из кровати. Скорее всего, они бы и так не проснулись, поскольку он намеренно вымотал их до этого, а затем позаботился о том, чтобы они легли спать так, чтобы он обнимал Флёр, а Флёр обнимала Луну, дабы легче было выбраться, но рисковать всё же не было смысла. Ему нужно было отправиться в другое место.

  Хугин и Мунин сообщили, что наконец-то нашли близнецов Кэрроу. Северное Шотландское нагорье — не такая уж маленькая территория, и выследить их было непросто даже для птиц.

  Одевшись второпях и отлетев на небольшое расстояние от поместья в форме ворона, Гарри снова превратился в человека, аппарировал в Шотландию и возобновил полёт.

  Солнце уже давно село, наступило новолуние, и поэтому тёмное высокогорье освещали только лишь звёзды. Это было так красиво, что у Гарри на мгновение возникло искушение отказаться от своих планов и просто провести несколько часов, бесцельно летая над природой. Но нет, он не для того всё подготовил, чтобы отказаться от своих планов в порыве каприза.

  Он аппарировал довольно далеко, поэтому ему понадобился почти целый час, чтобы добраться до дома, который возвели для себя Амикус и Алекто Кэрроу.

  Это было хорошо спроектированное, но довольно скромное на вид каменное сооружение. На нём имелись только варды, отгоняющие маглов. В этом не было ничего удивительного, потому что серьёзная защита обычно устанавливалась только в старых родовых поместьях.

  Гарри приблизился к двери и прошёл внутрь. Она даже не была заперта.

  Внутри дом был предсказуемо больше. Мебель была удобной и качественной, очень уютной. Может быть, он потом пошлёт Кричера, чтобы тот вынес её, и обставить всё так, будто хозяева просто уехали, никому ничего не сказав? Магия домовых эльфов была очень «тихой», и её было трудно обнаружить...

  Гарри выбрал этот поздний час, намереваясь схватить Кэрроу в их кроватях. И тут он увидел нечто такое, от чего на его лице появилась кривая ухмылка.

  Кровать была только одна, и в ней спали и Алекто, и Амикус. Голые.

  Ой, инцест, как неожиданно. Нет.

  Это было одним из возможных объяснений того, почему брат и сестра решили вдвоём поселиться в жопе мира. Гарри не имел ничего против инцеста, если только он не приводил к... результатам. В мире и так жило слишком много психопатов, сидящих на измене.

  В остальном он был рад такому развитию событий. То, что произойдёт позже, выйдет куда эффективней.

  Гарри держал свою магию в узде, доставая из отделений на поясе две тончайшие иглы для подкожных инъекций, наполненные мощным сонным зельем. По иронии судьбы, спящие волшебники и ведьмы с большей вероятностью чуяли чужое присутствие, нежели бодрствующие. Сознание не мешало им воспринимать происходящее.

  Уколоть обоих Кэрроу одновременно будет сложновато, но тут уж ничего не поделаешь. Вряд ли он мог просто ударить их по голове, как сделал это с Макнейром, да и заставить их выпить зелье он тоже не мог.

  К счастью, зелье действовало куда быстрее, если его вводили прямо в кровеносную систему, и ни один из Кэрроу не проснулся, прежде чем они оба погрузились в дремоту, вызванную зельем.

  Сделав это, Гарри достал из кармана уменьшенный чемодан, расстегнул его и бесцеремонно запихнул в него двух спящих красавиц. Поскольку эта частица магии находилась в самом чемодане, она не оставит никаких следов, которые могли быть найдены аврорами. Возможно, предосторожность была излишней, поскольку их исчезновение могло быть даже не замечено до тех пор, пока все следы не исчезнут сами по себе.

***

  Амикус Кэрроу проснулся от холода и дискомфорта, что, конечно, было ненормально.

  Проснуться с руками и ногами, раскинутыми в стороны и скованными каменными кандалами, которые вроде как вырастали прямо из пола, было ещё более ненормальным.

  Увидев в стороне привязанную к стулу сестру, такую же голую, как и он, Амикус серьёзно встревожился.

  А то, что вокруг его скованного тела, похоже, был начертан кровью ритуальный круг, а в воздухе, в нескольких сантиметрах над его сердцем, висел кинжал с костяной рукояткой, стало поводом для паники.

  — Алекто! — зашипел он, желая закричать и в то же время прошептать, словно это могло не привлечь внимание того, кто это сделал. — Алекто, проснись!

  К его удивлению, она действительно проснулась.

  — Амикус? — сказала она неуверенно. — Где мы? Что происходит?

  Амикус и сам хотел бы это знать. 

  — Я не знаю, я только что очнулся.

  — Доброе утро, — послышался голос третьего человека, пославший по позвоночнику Амикуса холодок страха.

  Со своего места он не мог видеть, кто это был, но зато могла Алекто. 

  — Поттер?!

  — Поттер?! — недоверчивым эхом повторил Амикус за своей близняшкой.

  — Единственный и неповторимый, — весело зазвучал голос ублюдка.

  Амикус обменялся тревожным взглядом с сестрой, не зная, как реагировать и что сказать. Их нынешняя ситуация не предвещала ничего хорошего.

  — Я уверен, что вы сейчас задаётесь вопросом, почему вы здесь, — сказал Поттер через мгновение. — Во-первых, вы здесь, чтобы ответить на несколько вопросов.

  — Каких ещё вопросов? — спросила Алекто, стараясь казаться сильной, но Амикус слышал страх в её голосе. Он и сам был напуган. Трудно строить из себя кого-то, когда ты раздет и скован, особенно с этим ножом, жутко висящим над твоей грудью...

  Поттер шагнул за Алекто и обхватил её за плечи. Амикус увидел, как напряглась его сестра, и почувствовал, как в нём поднимается волна защитной ревности.

  — Убери от неё руки! — прорычал он.

  — Или что? Ты будешь осыпать меня грубыми словечками? — насмехался ублюдок.

  — Я убью тебя! — поклялся Амикус, и он был серьёзен. Он убьёт Поттера, как только освободится. Никто не смел прикасаться к его сестре, кроме него самого. Никто.

  — Амикус! — предупреждая, прошипела Алекто.

  — Что ж, это говорит о том, кто из вас двоих с мозгами, — ухмыльнулся Поттер. — И тебе не нужно тревожить из-за этого свой маленький мозг. Как бы ни было забавно трахнуть твою сестру и заставить тебя на это смотреть, она для меня слишком уродлива. Хоть это и было бы поэтично справедливо, учитывая порок, что я чувствую в ваших душах.

  Амикус не знал, испытывать ли облегчение или ярость от этих слов. Да, он знал, что ни он, ни его сестра не были красивы, в классическом понимании этого слова. Их носы были немного плоскими, а глаза слишком широко расставлены, из-за чего в детстве их не раз нелестно сравнивали со свиньями. Они также имели низкий рост, сутулые плечи и непривлекательную фигуру.

  Стоит ли удивляться, что они нашли утешение друг в друге?

  — Порок? — нервно спросила Алекто.

  — О да, разве ты не знала? Каждое совершённое действие оставляет след в душе человека, хороший или плохой. Чем значимей действие, тем сильнее и сам след. Мне потребовалось много времени, прежде чем я смог понять это, и многое из этого откровения всё ещё ускользает от меня, но некоторые вещи разгадать достаточно легко. Я могу с точностью сказать, что вы оба садисты, убийцы и насильники.

...

http://erolate.org/book/5346/533148