Я поднял палец вверх:
— Однако, за ваши действия вы будете наказаны. Любая попытка предать меня, ну… угрозу вы уже услышали. Мне кажется, повторять её нет необходимости. Полагаю, вы все уже достаточно давно сидите по эту сторону стола, чтобы понимать, к чему я клоню. Так что объявлю уже на более радостной ноте — теперь мы все одна большая счастливая семья. Вы все платите мне пятнадцатипроцентный откат. Ваши связи теперь и мои связи.
Им это не понравилось. Совсем не понравилось. Некоторые скрывали этот факт лучше других, но всё ощущалось прямо в воздухе — народ взбесился до чёртиков.
И это было уморительно. Выводить из себя гангстеров оказалось намного веселее, чем я себе когда-либо представлял.
— Но, — продолжил я, — то, что принадлежит мне, принадлежит и вам. Вы предоставите друг другу полный доступ к своим связям и торговым маршрутам. Любые разногласия между вами официально улажены. Никаких территориальных тёрок или убийств из мести за прошлые обиды. Никто из вас не принадлежит к той банде, частью которой вы являлись раньше. Теперь вы одна большая банда и будете друг с другом ладить, держаться за ручки и петь песенки, или я убью того, кто больше всех меня своей хернёй разозлит. Выглядит справедливо, не так ли?
Я протянул всем руку, видя каменное выражение их лиц, но ответа не получил.
— Это справедливо. Верно? Как насчёт того, чтобы поблагодарить меня за такую щедрость? — попросил я, и для мистера «превосходство белой расы» это оказалось уже слишком. Он зарычал, хлопнув ладонью по столу, прежде чем ткнуть в меня пальцем.
— Ты, ёбаны… Аргх! — ахнул он, и его рука потянулась к сердцу, прежде чем он упал на колени, и у него перехватило дыхание. Спасибо, Робин. Остальные от такой реакции перепугались, когда он рухнул на пол и свернулся в позе эмбриона, хватая ртом воздух, так как у него сдавило сердце. — П-перестань! С-с-спасибо!
Он снова смог дышать, с трудом переводя дыхание, когда Робин отпустила сердце, услышав волшебные слова.
И тут их прорвало — остальные благодарности посыпались в спешке, хотя ни одна из них не звучала особенно искренне.
— Не за что. Я ценю вашу признательность, — сказал я им всем с улыбкой в голосе, которую не смог скрыть модулятор. — А теперь последнее, несколько основных правил. Естественно, все враждебные действия будут тут же прекращены. Если между вами возникнет какой-либо спор, я ожидаю, что вы все будете вести себя как спокойные и разумные взрослые люди, что на самом деле так и есть, и будете использовать слова. В противном же случае я убью того, кто в ходе этой перепалки больше всего меня достанет, потому что, поверьте мне, моё чувство справедливости крайне субъективно, — продолжил я, вставая и глядя на новых членов моей банды.
Со всеми ними вместе взятыми я подомну под себя более чем половину организованной преступности Нью-Йорка. Можно поднапрячься, пока не подомну всю организованную преступность, но, честно говоря, мне это казалось утомительным. Будет лучше, если эти ребята просто расширят свою деятельность и устранят конкурентов. Я ощутил в груди прилив гордости при виде главарей нью-йоркских банд, таких запуганных и забитых. Уверен, все они в конце концов что-нибудь да вычудят. И, возможно, меня достанут.
Однако не доживут до того момента, чтобы этим насладиться. Их сердца никаким волшебным образом в грудную клетку не вернутся. Оболочка вокруг их сердец, по которой кровь продолжала течь по их венам, исчезнет, так что после моего устранения они довольно-таки быстро все помрут. Что, честно говоря, только усиливало волнение.
И я вдруг понял, что это весело. Гораздо веселее, чем я думал.
— Есть какие вопросы? И это реальный вопрос. Я хочу, чтобы всё было как можно более понятным, — предложил я, и лидер ШСС облизал губы, прежде чем осторожно поднять руку. Я указал на него, забавляясь таким зрелищем.
— Что нам сказать нашим людям? — спросил он, в ответ получив совершенно безразличное пожатие плечами.
— Мне как-то похуй. Не должно быть, но похуй. Это ваши проблемы, — сказал я ему примерно с таким же сочувствием, и моя улыбка стала шире, когда он нахмурился. — Ещё вопросы есть?
Маленькая Нина подняла руку, и я указал на неё. Неужели именно так чувствует себя школьная учительница? Неудивительно, что все мои учителя оказались полными придурками. Терроризировать людей довольно приятно, когда до этого терроризировали тебя.
— Что тебе нужно от этого... партнёрства? — спросила она спокойным профессиональным тоном. За ней стоит приглядывать. Она хитрая.
— За это не переживайте. Со временем узнаете. Но если тебе всё же нужна причина, то в целом, потому что я считаю это забавным, — сказал я ей и увидел, как её взгляд напрягся, а губы растянулись в улыбке. Я был здесь не для того, чтобы заводить друзей. Мне всё равно, нравлюсь я им или нет. В наших недолгих отношениях вся власть находилась в моих руках, и я всецело намеревался стать тираном. — А теперь перейдём к самому важному вопросу на повестке дня. Отныне эта небольшая группа поддержки будет носить название… Уилл, барабанную дробь.
Уилл бросил на меня тяжёлый взгляд, прежде чем начал легонько постукивать в такт по столу.
— Восьмёрка, — радостно раскрыл я им. Просто, доступно и по делу. Я действительно думал о том, чтобы назвать всё «Бандой Сердец», но мне показалось, что это разбередит их ещё столь свежую рану. «Омерзительная восьмёрка» тоже рассматривалась, но, как очевидно, уже был такой фильм.
Маленькая Нина оглядела стол.
— Нас девять, — заметила она.
Я замолчал, оглядывая сидящих за столом, будто их пересчитывал.
— Ха, — заметил я, понимая, что она права. Чёрт. Чёрт. Я облажался. Я забыл себя учесть в Восьмёрке. Я был их боссом, так что я не был... а… Блядь. Блядь, блядь. Погодите. Есть у меня решение. Я высоко поднял руку и заменил перчатку на нож, который лежал в ящике наверху, прежде чем вонзить его в лежавшее на столе сердце Уилла. Из раны тут же хлынула кровь, и Уилл забился в конвульсиях.
— Ты... — начал Уилл, собираясь броситься на меня, но отшатнулся и перевернул свой стул. Он умер ещё до того, как упал на пол, а его сердце замерло, когда то пригвоздили к столу. У остальных реакция оказалась неоднозначной, начиная от громких криков «чё за хуйня» и заканчивая холодным взглядом на сердце, поскольку они понимали, что их жизни в значительной степени находятся в моих руках.
Потеря не такая уж и большая. Уилл видел моё лицо.
— Территория и активы Бэйерсов будут поделены между вами, — сказал я им всем и разглядел в них жадность. — Видите? Не всё так плохо, — сказала я им, вытаскивая нож из сердца Уилла.
Я посмотрел на семерых оставшихся главарей банд, чувствуя удовлетворение от того, как прошло это собрание.
Я официально возглавил преступный сговор. День сегодня выдался отличный.
— Последний вопрос, если не возражаешь, — заговорила Маленькая Нина, привлекая моё внимание. — А как нам тебя называть? — спросила она, и я широко улыбнулся под своей маской. Этого вопроса я ожидал.
— Можете называть меня Хартлесс (п.п. Или же Бессердечный, но в переводе имя звучит не очень, как мне кажется.).
http://erolate.org/book/5347/533380
Готово:
