Меня охватил трепет возбуждения, сопровождаемый чувством беспокойства и тревоги. Пока я сидел на заднем сиденье ничем не примечательного фургона, моя нога подпрыгивала вверх-вниз, мой разум снова и снова прокручивал план, в то время как взгляд оставался прикован к часам, секунды на которых будто растягивались на минуты. Вот он. Тот момент, о котором я мечтал с самого детства, когда в гневе сжимал кулаки и потрясал ими перед небом, давая клятву, что если я когда-нибудь почувствую вкус силы, то стану тем, кто я есть. И буду делать то, что делаю сейчас.
Это обещание, данное самому себе, родилось в порыве злости и досады, но сейчас я выполнял его по совсем иным причинам.
— Я никогда раньше не видела, чтобы ты нервничал, — заметила Робин во встроенном в мою маску наушнике. Она была здесь в качестве поддержки, на случай если я всё-таки откушу больше, чем смогу прожевать, хотя мы оба согласились с тем, что её участие должно остаться незамеченным. Это я должен был привлечь к себе внимание. Костюм был на мне, в комплекте с бронежилетом под курткой — неплохое дополнение. Придавало ему ощущение двойственности.
Сейчас я уже практически видел это. Как непрерывно и неустанно работают маркетологи Воут. Я бы дал неделю, прежде чем они начнут продавать фигурку с моим образом, — Хартлесcа — просто потому, что они не могли упустить возможности на этом нажиться.
— Конечно, нервничаю, — ответил я, нога так и не унималась. И причин для этого имелось полно. — Вот он. Момент, что изменит всё, — добавил я, чувствуя в равной степени волнение и тревогу. Точка невозврата. Прямо сейчас я могу просто жить припеваючи. Купить виллу в любом крупном городе мира или остров с ебать каким особняком. Я никогда ни в чём не буду нуждаться, и денег у меня будет достаточно, чтобы удовлетворить любое желание. Не самая плохая жизнь получится.
Я почти уверен, что именно так и выглядели победители в жизни.
А я собираюсь поставить всё на чёрное. Рискнуть своим надёжным будущим, полным до одури роскошного декаданса, ради шанса — всего лишь шанса — на то, что у меня получится сделать всё так, как я хочу. Стать суперзлодеем.
— Должна признаться, мне это и правда кажется неоправданным риском, — высказала своё мнение Робин. — Ты подвергаешь себя опасности, когда в этом нет необходимости.
— О, ещё как, — согласился я, заставляя свою ногу застыть, когда часы ещё на одну минуту приблизились ко времени выхода. Я сжал и разжал кулаки, прежде чем дотянуться до маски, чтобы включить голосовой модулятор. — Это моё личное предпочтение. Не больше и не меньше. Я могу оставаться в тени, работать за кулисами, вести какую-нибудь войну чужими руками, и к тому времени, как они узнают о моём существовании, будет уже слишком поздно, — произнёс я, и голос мой даже до меня доносился искажённым. Терпения бы у меня на это хватило. И мне нравилось считать, что я достаточно умён, чтобы такое провернуть.
Это был путь к успеху.
— Но? — спросила Робин, пытаясь понять, почему я так сильно рискую. Безопасностью. Анонимностью. Успехом. Она не пыталась меня отговорить, но я понимал, что причины она не уловила.
— Я хочу, чтобы они знали, что это я, — последовал ответ, когда я встал. Осталась одна минута. — Пространство, — произнёс я, и пузырь сформировался и начал расширяться за пределы фургона, в котором я находился. Я начал замечать людей, проходящих мимо по тротуару, здание, напротив которого я припарковался, и людей, которые находились внутри. Всё уже в общих чертах спланировано, хотя и не мной. Маленькая Нина мне кое-что подкинула — ограбление банка. Прямо сейчас, в это самое время.
Группа людей всё спланировала заранее, и я передал информацию Синдер, а также через Карла Фалькона подкинул весточку его контакту в отделе криминальной аналитики Воут. И теперь вечеринку этим грабителям обломают Синдер и герой из Воут, хотя я и не знал, какой именно.
— Кто они? — спросила Робин, и я улыбнулся под своей маской.
— Все, — ответил я, а на часах пробил момент истины. Грабители ворвались в банк — с полдюжины, все в масках и хорошо вооружены. Гражданские начали падать на землю, съёжившись от страха. Однако, несмотря на громкий заход, они всё же подготовились заранее. Например, несколько дней назад похитили дочь управляющего, чтобы загрузить вирус, отключавший систему безопасности банка. И теперь даже если один из кассиров нажмёт кнопку, ничего не сработает.
Я поменялся со степлером на втором этаже здания — вроде как, в офисе по выдаче займов. Со мной переместилась пара спортивных сумок, которые заменили различные вещи из офиса. Я оставил их там, где они появились, и вышел из комнаты, а потом направился к перилам, с которых открывался вид на вестибюль.
Мои руки оставались в карманах, когда я закрыл Пространство, только для того, чтобы шёпотом создать новое. Чтобы активировать скремблер, мой голос должен достичь определённого уровня в децибелах, поэтому мои слова никто не услышал, а сам я наблюдал, как грабители банка вышибают дух из толстого охранника, считавшего, что ему никогда не придётся разбираться с кем-то помимо нескольких разъярённых клиентов.
Остальные вместе с менеджером проскользнули в хранилище. Я облокотился на выходящие в вестибюль перила и увидел, как какой-то мужчина звонит в полицию. Это означало, что они прибудут, несмотря на все усилия грабителей. Вот и доказательство того, что ни один план не безупречен. Я не стал его прерывать, вместо этого обратив внимание на кое-что другое, что объявилось в моём Пространстве. Во-первых, две стрелы, пробившие толстое стекло и пронзившие головы двух грабителей, убив тех на месте.
Синдер дала о себе знать, совершив сальто и выпустив ещё одну стрелу из лука в другого грабителя, уже начавшего реагировать на падение двух своих парней. Стрела откинула ему голову назад, и он шлёпнулся на задницу.
— Вставайте, медленно, — произнесла Синдер театральным шёпотом, — и тихо выходите из здания, — проинструктировала она, и слишком уж многого от людей ожидала.
Почти сразу же, как только первый человек вскочил на ноги, остальные бросились к двери, пытаясь его опередить. Когда других начали теснить с дороги, послышались звуки паники и крики боли, а на призывы Синдер к порядку никто не обращал внимания.
Я видел, как на её лице разрасталось разочарование. Гнев в её глазах. Должен сказать, увидеть вместо Синдер Супернову — оказалось непривычно. Особенно учитывая, что, когда я видел её в последний раз, лицо девушки было забрызгано кончой, а её идеальный макияж был размазан по всему моему концу. Надо признать, зрелище такое нехило возбуждает.
...
http://erolate.org/book/5347/533387
Готово:
