Готовый перевод The hivemind is conquering for me? / Коллективный разум завоевывает миры ради меня?: Глава 175

Внизу Элиас в тревоге мерил шагами холл. Его беспокоило, что охрана так долго не возвращается. «Неужели они до сих пор ничего не нашли?» Не слыша выстрелов, он уже рисовал в воображении самые жуткие сценарии. К счастью, долго томиться сомнениями не пришлось: он увидел ту самую женщину, что вошла раньше, — теперь она спускалась по лестнице.

— Ну что, всё прошло… успешно? — голос Элиаса осёкся, когда он заметил на плечах женщины ещё одного человека. Охранница перевела взгляд на Элиаса, и если бы взглядом можно было убить…

— Ах ты, безмозглый идиот! В следующий раз, когда вызовешь охрану на незваного гостя, потрудись убедиться, что гость действительно незваный. — Её слова, обращённые к Элиасу, так и веяли ледяным холодом. Однако, спустившись к подножию лестницы, рослая женщина вдруг обернулась, расцвела лучезарной улыбкой и заговорила непривычно высоким голосом.

— Прости за недоразумение, Аполлон, и спасибо за подарок. Подруги просто лопнут от зависти. А мне пора приложить лёд к голове этого тупицы. — Она тряхнула плечом, указывая на мужчину, которого несла. — А то правый хук у меня будь здоров.

Услышав это имя, Элиас на секунду оцепенел. «Этого не может быть!» — пытался он убедить себя, но, к его глубокому разочарованию, наверху лестницы стоял Аполлон и с улыбкой смотрел на охранницу.

— Не бери в голову, моя милая Фарах. Как я и сказал, ты просто выполняла свою работу. И должен признать, удар был что надо. Молодчина. — Фарах покраснела и заёрзала от восторга. Я внутренне усмехнулся, представив, что будь она воином из моих рядов, уже пританцовывала бы ногами от радости — как они всегда делают, когда я хвалю или глажу их, словно любимых питомиц.

Уходя, Фарах прошла мимо Элиаса и намеренно задела его плечом, отчего тот выронил свой верный молоток для мяса. Элиас схватился за ушибленное плечо и обернулся к Аполлону, который неспешно спускался вниз.

Оказавшись внизу, я направился к лифту, бросив на ходу: — Элиас, рад снова тебя видеть. Нужно приготовить завтрак на четверых, договорились? — Я прошёл мимо, оставив его в полном оцепенении: Элиас не мог поверить, что ему отдаёт распоряжения человек, которого он надеялся больше никогда не встретить.

— Нет, — отрезал он, словно у него внезапно прорезался характер. Я уже собирался войти в лифт, но обернулся и в недоумении уставился на него. Лишних вопросов не требовалось — моих вскинутых бровей было достаточно, чтобы Элиас заговорил: — Я шеф-повар Леди Софии, сэр. Не понимаю, как и зачем вы сюда вернулись и почему охрана вас не пристрелила, но вы не можете мной командовать. Только Леди София может.

Я холодно посмотрел на него и медленно двинулся навстречу. Свежеобретённая смелость Элиаса начала таять на глазах; он стал пятиться, пока не упёрся спиной в тупик.

Зажатый между панорамными окнами и наступающим мужчиной, Элиас замер, словно олень в свете фар. Я с глухим стуком упёрся ладонями в стекло по обе стороны от него, заставив окончательно подобраться.

Поймав его в ловушку своих рук, я наклонился, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — Давай проясним одну вещь, Элиас. Ты всё ещё работаешь здесь только потому, что я это позволил. Если бы в свой первый визит я решил, что ты представляешь для меня хоть малейшую угрозу, ты бы уже давно перестал существовать. Но я сразу понял, что это не так. Ты любишь МОЮ женщину, но ты слишком беспомощен и труслив, чтобы признаться в чувствах, на которые тебе всё равно никто не ответит. София прекрасно знает о твоих вздохах и позволяет тебе остаться лишь потому, что ты, как я и сказал, — жалкий трус и ни на что не способен.

Пока продолжался мой монолог, Элиас, казалось, забыл, как дышать.

— А теперь слушай, что ты сделаешь. Ты приготовишь завтрак на четверых, лучший в твоей жизни, и сделаешь это с улыбкой на лице. Если нет — я лично сообщу Софии, что ты отказал мне в просьбе, и тогда ты на собственной шкуре узнаешь, почему о ней идёт слава как о женщине, у которой враги исчезают бесследно. МЫ ПОНЯЛИ ДРУГ ДРУГА? — жёстко отчеканил я.

К этому моменту хребет Элиаса окончательно рассыпался; он мелко задрожал, прижимаясь к стеклу. Нужные слова застряли у него в горле, и лишь спустя мгновение он смог выдавить едва слышное: — Да.

Выдержав паузу в несколько секунд, я похлопал его по плечу, отчего он невольно вздрогнул. — Вот и славно. А теперь — брысь отсюда, — сказал я, освобождая проход. Элиас пулей вылетел из комнаты в сторону кухни, забыв свой молоток для мяса на полу.

Когда он скрылся, я вздохнул и поправил пиджак. Размяв шею, слегка встряхнулся, чтобы сбросить напряжение. — Уф, ненавижу строить из себя «крутого парня». Это совсем не моё. Но если бы София узнала, что он мне грубит, бедняга просто перестал бы существовать, а мне бы этого не хотелось. Готовит-то он вкусно.

Закончив с нравоучениями, я наконец дошёл до лифта и нажал кнопку этажом ниже.

Несколькими минутами ранее Джанин проснулась с тяжёлой головой. — Хр-р-рм-м, — простонала она, сползая с кровати. — Уф, даже не помню, как легла спать, — пробормотала она сонно, а затем почувствовала липкость на бёдрах. «А?» — подумала она, коснувшись себя пальцами. — Должно быть, приснился очень бурный сон, — произнесла она вслух и побрела в душ.

Она мысленно поблагодарила всё мироздание за то, что в душе было сиденье: голова шла кругом, а пар только подливал масла в огонь. Вымыв интимные места, она принялась за волосы, а остальное тело лишь ополоснула водой, прежде чем выйти.

Вытеревшись, она окинула себя взглядом в нелепо огромном зеркале над раковиной и заметила на двери симпатичный халат. Едва коснувшись ткани, невольно ахнула: «Какой мягкий!» — и, надев его, буквально растаяла от удовольствия.

— Почему мне никогда раньше не было так уютно? — не сдержавшись, воскликнула она и тут же поморщилась: собственный голос показался ей слишком громким.

Из ванной она перебралась на кухню. Пошарив в шкафчиках и холодильнике, не нашла ничего, кроме алкоголя — видимо, раньше это место использовали только как склад спиртного. «Похоже, придётся идти завтракать куда-нибудь в город». Стоило ей об этом подумать, как лифт звякнул, двери открылись, и на пороге показалось знакомое лицо.

Выйдя из лифта, я огляделся, проверяя, встала ли Джанин, и услышал слева: — Доброе утро. Я улыбнулся, увидев Джанин в этом невообразимо пушистом халате. — Утро, — отозвался я, направляясь к ней.

Когда я подошёл ближе, Джанин озадаченно посмотрела на меня. Я облокотился на кухонную стойку, и она спросила: — Ты заходил ко мне вчера вечером, ну, когда я устроилась?

Я лукаво улыбнулся. — Неужели не помнишь? — поддразнил я её. — Не знаю… Может быть? Помню, как разнервничалась из-за того, что всё здесь выглядит запредельно дорого, и начала прикладываться к бутылке. Потом мне стало жарко, и я…

Глаза Джанин округлились. — Ты видел, как я… — начала она, и я подхватил: — Танцевала в одних соблазнительных белых стрингах, потряхивая грудью? Нет, не могу сказать, что видел.

Джанин закрыла лицо руками, сгорая от стыда из-за того, что лучший друг застукал её в таком виде. — Убейте меня. Просто убейте прямо сейчас, — простонала она в ладони. Я обошёл стойку и обнял её.

— Всё хорошо, всё в порядке. Тебе просто нужно было выпустить пар. Ничего страшного… Ого, а халат и правда невероятно мягкий, — сказал я, принимаясь ощупывать его со всех сторон. Джанин хихикнула, поняв, что я, по сути, вовсю ласкаю её саму, пусть и через ткань.

Джанин было уютно в объятиях друга. Как он и говорил раньше, с ним она чувствовала себя в безопасности. Она обняла его в ответ, улыбаясь, пока в голове не всплыл другой образ.

Она вспомнила, что вчера вечером Аполлон выглядел на редкость женственно, и это её привлекло. Внезапно она остро ощутила странное чувство внизу живота, словно ночью там что-то касалось её. Глаза расширились от шока, когда в памяти всплыло воспоминание: она сидит, а прямо перед её лицом — длинный, твёрдый член.

Она осторожно отстранилась от Аполлона и нервно спросила:

— Аполлон… Я что, вчера тебе отсосала?

http://erolate.org/book/5388/536217