Готовый перевод Vampires x Devils: Annihilation Master / Вампиры x Демоны: Мастер уничтожения: Глава 3.4: Грубая сила

Девушка перевела пылающий взор на Сайзо. Тот невольно отшатнулся, а его звериная морда застыла в маске ужаса он колоссального прилива демонической энергии.

— Ты... ты посмел поднять руку на то, что принадлежит мне? Знай свое место, мусор.

Вся бравада Сайзо испарилась, сменившись нутряным инстинктом жертвы, узнавшей высшего хищника.

— Ч-что это? Что ты сделала, ты, мелкая...

Орк не успел закончить. Мока вспышкой возникла прямо перед ним. В одно мгновение она была в трех метрах, а в следующее — уже стояла вплотную к его рылу. Движения девушки оставляли за собой призрачные блики розового света. Ее изящная и бледная рука метнулась вперед и сомкнулась на его толстой шее.

Угрожающее бульканье оборвалось на полуслове, когда Мока без малейших усилий подняла этого монстра в воздух.

— Ты, — начала она, — ты даже помыслил о том, чтобы осквернить меня? Мусор вроде тебя не достоин даже мечтать о том, чтобы лизать мои сапоги. Знай. Свое. Место. Отброс.

Презрительным взмахом запястья девушка подбросила Орка. Не в сторону, а вертикально вверх. Сайзо взлетел в небо, словно живая ракета, и в то же мгновение Мока прыгнула следом. Вампирша нанесла сокрушительный удар ногой, который вышиб почти всю жизнь из его массивного тела, отправив его в затяжной полет. Проломив собой каскад веток деревьев, юноша с грохотом рухнул обратно на землю.

Я наблюдал за этим, прислонившись к дереву. Боль на мгновение забылась, как и недавние 'нравоучения', которые устроила мне вампирша.

[Имя: Акасия Мока]

[Уровень угрозы: S (Вампир Шинсо)]

'Святые угодники. Кажется... эта ее сторона заводит меня еще больше. Это плохо. Очень, очень плохо для моего здоровья'.

'Внутренняя' Мока уже стояла над кратером, в центре которого стонал Сайзо. Она поставила свою изящную ножку ему на грудь, придавливая его к земле с небрежной грацией победителя.

— Оставь нас в покое, — начала вампирша ледяным тоном. Игнорируя его стоны, она лишь сильнее надавила ногой на грудную клетку парня. — Ты больше никогда не посмотришь в мою сторону и даже не посмеешь произнести мое имя. Если сделаешь это — я убью тебя по-настоящему.

Под ее весом отчетливо хрустнуло ребро. Сайзо хрипло задышал, его глаза закатились от боли, но он все же сумел судорожно кивнуть.

— Вот и славно.

Бросив на него напоследок презрительный взгляд, девушка сошла с его тела и отвернулась, будто он был лишь кучей мусора. Ее алый взор остановился на мне.

— Эй, детка, — прохрипел я, с трудом выталкивая слова сквозь пелену боли. — Помоги мне… кха… подняться. Подведи меня к нему.

— Хм. Зачем, невыносимый глупец? Ты не в том состоянии, чтобы вершить вендетту.

Острота в ее голосе смягчилась, уступив место нити искреннего любопытства.

— Тебе… ни к чему знать. Просто помоги… другу в беде.

Я встретил ее багровый взгляд, и искра моего упрямства видимо пробилась через браваду Моки.

— Если только ты не планируешь… превратить меня в вампира прямо сейчас… это единственная помощь, которая мне нужна.

Мока вздохнула, но не отказала. В мгновение ока вампирша оказалась рядом — ее движения были настолько стремительны, будто она игнорировала само пространство. Осторожно, гораздо нежнее, чем позволял предположить ее холодный образ, девушка подхватила меня под плечи и подняла, словно я ничего не весил. Мои чувства наполнил аромат роз, исходивший от ее струящихся серебряных волос.

Мока донесла меня до края кратера, где все еще лежал Сайзо.

Я тяжело навалился на нее, ища опоры — ноги совсем не слушались. Действуя уцелевшей левой рукой, я потянулся вниз; пальцы неуклюже шарили в пустоте, пока не сомкнулись на рукояти ножа, все еще торчавшего в бедре орка.

Когда я вырвал лезвие, налитые кровью глаза Сайзо метнулись ко мне. В них читался зарождающийся ужас.

— П-по… пожалуйста…

— Я… я ошибался… — выдавил он. Каждый слог давался ему с мучительной болью. — Глупец… каким же я был глупцом! Ты… ты сильный! Сильнее всех! Она твоя! Вся твоя!

Отчаянная, хриплая попытка заискивающе улыбнуться превратила его изуродованное лицо в гротескную маску.

— П-просто… дай мне уползти. Я исчезну. Ты меня больше никогда не увидишь. Клянусь именем своего клана!

Взгляд юноши лихорадочно метался между моим лицом и бесстрастным лицом Моки в поисках хотя бы тени милосердия.

— У меня… у меня есть деньги! Женщины! Машины! Вещи! В мире людей! Я достану тебе что угодно! Только… прошу…

Я встретил его панический, покрасневший взор. Вся боль в моем теле, все разочарование от собственной слабости — все это вылилось в этот финальный акт.

— Знаешь что, свинья? — к этому моменту мой голос окончательно охрип от крови, которая наполнила мой рот. — Я знаю только один вид 'хороших' Орков. Я посмотрел ему прямо в глаза, вложив в этот взгляд всю свою боль, все неистовство и ту долю безумия, что возникла во мне в тот момент, как я попрощался с жизнью.

— Мертвый Орк.

С этими словами я вогнал лезвие ему под челюсть и резким движением перерезал глотку. Потеряв равновесие, я соскользнул с рук Моки и жалко рухнул на землю, окончательно перепачкавшись в пыли и крови.

'Эх, вся эта драма… не могу сказать, что я в восторге, но и ненависти не чувствую. Быть слабым — это просто полнейший отстой. Тот же привкус безнадежности, что и у беспросветной нищеты'.

Скажи кто-нибудь Моке, что я собираюсь это сделать — она бы ни за что не поверила. Ранее девушка проявила к Орку крупицу милосердия лишь потому, что не желала пачкать руки о зазнавшуюся свинью. Она нанесла достаточно ему ран, чтобы сломить Сайзо изнутри. Таков был путь гордой и благородной вампирши.

'Но я? Я — человек. Хрупкий манекен, который сегодня едва не был раздавлен'.

_______

Это шло вразрез со всем, что Мока знала о людях. Они были слабыми, трусливыми, жадными. Их сердца были мелкими, способными на безграничную мелочность и захватывающую дух жестокость. Этот парень… он казался воплощением этой самой заурядности. Обычный. Ничем не примечательный.

До этого самого момента.

Пока она не почувствовала, как оборвалась последняя нить жизни Сайзо, и тот испустил дух. В этот миг Мока увидела, как тело Цукунэ внезапно начало восстанавливаться. Мощный поток демонической энергии и маны захлестнул его с головой.

Все раны, включая переломы, начали затягиваться прямо на глазах, со скоростью, совершенно неестественной для простого смертного, каким был Цукунэ.

Девушка наблюдала за происходящим молча, не осуждая эту темную сторону доброго человека, который только что проливал кровь ради ее безопасности. Но уже второй раз за день она пребывала в оцепенении. Первым потрясением стало то, что Цукунэ сумел снять ее Розарий — вещь, которую даже она не могла сорвать силой. Второе же потрясение разворачивалось прямо у нее на глазах.

Цукунэ поднялся с окровавленной земли, двигаясь с плавной легкостью, которая принадлежала будто совсем другому человеку. Он расправил плечи, размял кисти рук и издал долгий, удовлетворенный выдох.

http://erolate.org/book/5437/550911