— Мамочка? — наконец повторила вампирша, и это слово прозвучало с ее стороны как-то слишком спокойно. — Я знаю, что твой разум работает ненормально даже по меркам екаев, но... у тебя, кажется, есть патологическая тяга к смерти, не так ли?
— Но, — продолжила она, склонив голову набок, словно изучая любопытный экземпляр, — если я прикончу тебя прямо сейчас, я лишусь своего драгоценного банка крови. Так что на этот раз я оставлю твою... специфическую фантазию без последствий.
Вампирша сделала легкий, пренебрежительный жест рукой, но ее взгляд по-прежнему был прикован ко мне.
'Хорошо, я не смутилась и мой ответ не прозвучал жалко. Тс, этот идиот со своими странными заскоками... Мне всего шестнадцать, а он видит во мне зрелую женщину. Хм, не то чтобы мне было до этого дело. Но... я была бы не прочь подразнить его этой его 'фантазией'. Наблюдать за тем, как он будет играть нашкодившего школьника было бы забавно'.
Девушка выпрямилась, вновь окутывая себя царственным хладнокровием, следя за тем, чтобы ни один жест не выдал ее внутреннего смятения.
Казалось, будто она подозревала, что я могу почуять эту слабость — словно я какой-то экстрасенс.
'Все верно, крошка. Я понятия не имею, что творится в твоей прелестной головке, но, черт возьми, как бы я хотел уметь читать твои мысли'.
Затем, совершенно внезапно, вампирша пришла в движение. Ее скорость возросла еще на порядок. Она возникла прямо передо мной, нанося сокрушительный удар ногой. Никаких лишних замахов, никаких предупреждений, лишь смазанное пятно перед глазами. Все произошло настолько быстро, что я едва успел осознать боль. Удар пришелся точно под колено. Следующим движениям вампирша рубящий удар ладонью в шею.
Я рухнул на спину с такой силой, что из легких вышибло весь воздух.
'Ну давай, продолжай, закончи свое Фаталити. Нет? Жаль. Мне даже было любопытно, что там дальше по списку'.
Прежде чем пыль успела осесть, Мока уже была надо мной, и колено девушки придавило мою грудь. К слову, в этом жесте не было и сотой доли ее безумной мощи; скорее, это было похоже на игру. Она явно получала удовольствие, доминируя надо мной. Вампирша смотрела на меня сверху вниз, и ее алые глаза мерцали в тени рассыпавшихся волос, пока она склонялась к самому моему лицу. То, что в них горело, больше не было гордостью — там плескался коктейль из эмоций, которые я не мог разобрать. Кроме одной. Она явно была голодна.
— Цукунэ, с тем, как странно работают твои мозги, ты мог бы стать директором цирка, — произнесла она. Ее губы почти касались моего уха, а голос превратился в низкое вибрирующее гудение.
Затем, быстрым движением лизнув большой палец, Мока мягко прикоснулась им к моим разбитым костяшкам. В том месте, где кожа была содрана до мяса, а кровь все еще смешивалась с тлеющей багровой энергией, произошло чудо. Рана начала затягиваться благодаря каким-то неизвестным мне свойствам вампирской слюны.
— Ты расточителен. Истекаешь кровью, как заколотый поросенок. Более того, тебе повезло, что ты не раздробил себе руку.
'Черт, в голову лезет всякая чушь. Интересно, а ее слюна работает при внутренних повреждениях?'
Девушка наклонилась еще ближе, и ее дыхание отозвалось прохладой на моей разгоряченной коже.
— Но… это неоспоримо. Твой 'клык' мог бы стать смертельным. Думаю, ты единственный человек, способный использовать технику вампиров с таким мастерством. Впрочем, — продолжила она, и знакомое высокомерие вернулось, словно щит, — ты все такой же безрассудный идиот.
Мока вскинула свободную руку и влепила мне по лбу звонкий щелбан!
— Мой безрассудный идиот.
— Может… не надо? — проворчал я, безуспешно пытаясь собрать остатки достоинства, пока она прижимала меня к земле.
— Что 'не надо'?
— Называть меня идиотом. Вообще-то я умнее среднестатистического человека. Я проходил тест на IQ. Результат довольно высокий.
Протест прозвучал жалко даже для моих собственных ушей. Губы Моки изогнулись в медленной, убийственно саркастичной улыбке. Она снова придвинулась вплотную, переходя на заговорщический шепот: — Цукунэ, а ты никогда не задумывался… Что, если тест был ошибочным? Включили ли люди в этот тест 'Инстинкт выживания при провокации вампира'? Потому что здесь твой балл — абсолютный ноль.
Я попытался придумать колкий ответ, изобразить ухмылку — хоть что-то, чтобы дать отпор ее поддразниваниям, но был полностью обезоружен. Максимум, на что меня хватило — это пробормотать тихое: 'Я еще отыграюсь'.
Само собой, Мока это услышала, результатом чего стал очередной щелчок по лбу, от которого у меня даже заслезились глаза.
'Черт возьми, это так унизительно'.
От истощения и абсолютной внезапности ее жеста я немного покраснел. Мока это заметила, и на ее лице расцвела искренняя, торжествующая улыбка. Было видно, что она испытывает почти осязаемую гордость от того, что заставила меня смущаться. Затем, словно опомнившись, девушка вернулась к своим нравоучениям.
— Не вздумай возомнить о себе невесть что только потому, что тебе удалось меня потеснить, — заявила она.
'Боже, ну сколько высокомерия может быть в этой 'Госпоже'? Будь я хотя бы немного сильнее, ситуация была бы совершенно другой. Наверху был бы я!'
К счастью, мысли Мока читать не умела. Наконец она убрала колено с моей груди и посмотрела на меня с нескрываемым интересом.
— Я использовала одну руку. Лишь малую долю своей скорости, но ты вложил все, что у тебя было, в один-единственный удар. Настоящий противник прикончил бы тебя еще тогда, когда ты только начинал концентрировать свою ману.
— Эй, у моей тупости тоже есть пределы. Ты прекрасно знаешь, что я не настолько безрассуден, чтобы ввязываться в драку с толпой смертоносных монстров.
Когда девушка начала подниматься, мной овладел последний, безумно дерзкий порыв. Я шевельнул своей здоровой рукой — не для того, чтобы оттолкнуть ее, а чтобы слабо обхватить запястье Моки и потянуть обратно вниз. Этот поступок ошеломил вампиршу. Сама наглость этого жеста заставила ее поддаться, и она позволила увлечь себя назад, широко распахнув глаза от изумления.
— Что?.. — выдохнула она, и ее самообладание дало трещину во второй раз за это утро.
Я слегка отклонил голову, подставляя ей шею — ту самую линию плоти, к которой так часто припадала ее 'вторая половина'. Этот жест был воплощением абсолютной уязвимости и неприкрытого приглашения.
— Что не так? — выдавил я хриплым шепотом. — Разве урок заканчивается без... оплаты услуг репетитора? Я сегодня щедр. Считай это бонусом за то, что ты не слишком сильно унизила мое 'жалкое эго'.
— Идиот, — это оскорбление прозвучало почти нежно. — Я начинаю подозревать, что тебе это нравится. Сначала та слабачка, теперь я... Кто ты вообще такой? Тайный мазохист?
http://erolate.org/book/5437/550940
Сказали спасибо 0 читателей