Только вечером они разрешили ему вернуться в Резиденцию Ву.
Лу Бувэй лично проводил его домой.
Сян Шаолун смотрел в окно экипажа. Под прекрасными уличными фонарями он потерялся в ночном пейзаже Сяньяна.
Сидящий рядом Лу Бувэй заметил:
— Шаолун, не вини меня в том, что тебе приходиться носиться туда-сюда. Хорошая лошадь не должна останавливаться. Кроме того, я упорно работаю на тем, чтобы сделать тебя моей правой рукой. У меня есть друзья во всех шести царствах. Даже если ты всем заправляешь, я пошлю людей для полевой работы, и твои путешествия станут легче.
Сян Шаолун мог лишь лицемерно ответить:
— Я почтён вашим доверием и сделаю всё, чтобы отплатить за ваши добрые намерения.
Удовлетворённый, Лу Бувэй кивнул:
— По моему мнению, время — самый решающий фактор. Сперва мы разберёмся с внутренними конфликтами, а затем сфокусируемся на внешних врагах. Как только мы утвердим своё влияние, мы сможем расширить его по всему миру. Это задание чрезвычайной важности. Мы не должны позволить шести царствам увеличить предубеждения и в конце концов работать против Цинь. Все под небом без исключения жадны. Пока мы будем щедры, и дадим многочисленные взятки лидерам из вражеских царств, мы сможем предотвратить заговор против нас. Понимает ли Шаолун то, что я пытаюсь сказать?
Сян Шаолун признавал, что Семья Ву тоже присягнула ему на верность через взяточничество, доказывая его эффективность. Не удивительно, что Лу Бувэй полностью уверен в этой стратегии. С другой стороны, Сян Шаолун презирает под ковёрные игры, предпочитает сражаться открыто и выигрывать битву с помощью настоящих способностей.
После недолгого размышления Лу Бувэй добавил:
— Хотя с разными царствами можно справиться по-разному, коротко говоря, можно окружить три царства (Чжао, Хань и Вэй) и вступить в заговор с Ци и Чу. Янь пока можно пренебречь. Когда три царства будут покорены, остальные три наши. Мы сможем объединить всю страну и разрушить вековой застой нации без руководства.
После того, как этот торговец, выросший в политика, закончил говорить, он откинулся назад, его глаза были наполнены восторгом. Он представлял себе светлое будущее, которое он создаёт.
Сян Шаолун подумал про себя — Твои оценки недалеки от истины, но человеком, который объединит Китай, будет Сяо Пань, а не Лу Бувэй.
Стратегия Лу Бувэя — это продолжение стратегии Фань Яо “Дружи с теми, кто далеко и воюй с теми, кто близко.” В этом суть расширения территории захватом соседских земель. Первой потерей будет Лорд Восточного Чжоу.
История докажет гениальность этой тактики.
Экипажи достигли Резиденции Ву. Лу Бувэй хлопнул Сян Шаолуна по плечу и кратко сказал:
— Я не пойду с тобой. Хорошо отдохни и приходи завтра вечером. Мы должны отпраздновать твоё победное возвращение.
Под защитой телохранителей Лу Бувэй ушёл.
Прежде чем он смог войти в резиденцию, плачущие У Тинфан и Чжао Цянь выбежали из дома и бросились ему в объятия. Позади были У Инюань, Тао Фан, Тэн И и остальные. У всех был серьёзный вид на лицах, они принуждённо улыбались ему.
Обнимая своих двух жён, озадаченный Сян Шаолун спросил:
— Где Тин Фанши?
Две девушки заплакали ещё сильнее.
Сян Шаолун похолодел, он почувствовал, что случилось нечто неприятное. Он посмотрел на тестя.
У Инюань вздохнул:
— Шаолун должен научиться отпускать. Тин Фанши умерла от болезни три дня назад! Эх! Она даже не увиделась с тобой в последний раз.
Изумлённый Сян Шаолун стоял рядом с телом Тин Фанши. Она была одета в погребальное одеяние. За исключением более худого лица, она выглядела так, будто спала. Сердце Сян Шаолуна наполнилось глубокой печалью.
У Инюань продолжил вздыхать:
— После твоего ухода она стала очень беспокойной и томилась по твоему возвращению. Кроме того, её здоровье было не очень хорошим. За месяц она почувствовала себя плохо, и её здоровье пошатнулось.
Горькие слёзы потекли из глаз Сян Шаолуна, и его взгляд затуманился.
Эта несчастная красавица всю жизнь страдала от жестокого обращения, и её жизнь прервалась, прежде чем она смогла насладиться долгими счастливыми деньками с ним.
Боль и сожаление начали захлёстывать его.
В чём смысл жизни?
Три дня назад она была жива и здорова. Теперь она всего лишь безжизненный труп.
Тэн И подошёл, и обнял его за плечо. Он посоветовал:
— Не грусти так сильно. Это может сказаться на твоём здоровье.
Сян Шаолун изо всех сил пытался сохранить самообладание и медленно сказал:
— Я бы хотел похоронить её рядом с двором Тайного Жилища Дракона. Это было её любимое место. Кроме того, я хочу воздвигнуть надгробные камни для Чжао Ни, Шунь'ке и Су Ну…
Прежде чем он смог закончить, он зарыдал.
Похороны прошли три дня спустя. Лу Бувэй и Генерал Мэн Ао пришли лично, в то время как Король Чжуансян послал своего представителя.
Сян Шаолун не пролил больше ни слезы. Каждый день он утром первым делом посещал могилы и молился в тишине.
Спустя десять дней он восстановил свой обычный настрой.
Этим утром Цзи Яньжань, У Тинфан и Чжао Цинь как обычно сопровождали его, чтобы возложить цветы на могилы.
После того, как они отдали почести усопшим, Сян Шаолун повёл трёх девушек на прогулку в окрестностях резиденции. Всё ещё переполненный эмоциями, он был явно расстроен.
Цзи Яньжань мягко посоветовала:
— Шаолун! Пожалуйста, не расстраивайся!
После коротких объятий Сян Шаолун отпустил её и вздохнул:
— Всё меньше людей, с которыми можно поговорить, остаётся после каждой смерти. Все рождённые когда-нибудь умрут. Почему моя жизнь полна бедствий? Не потому ли, что я отнял слишком много жизней?
С другой стороны, У Тинфан была потрясена:
— Муженёк! Не говори больше такого! Ты меня пугаешь!
Вспомнив, что скоро им придётся расстаться, он вздохнул:
— Лу Бувэй хочет, чтобы я вновь отправился в путь и исполнил его внешнеполитические планы.
Три девушки одновременно встревожились.
Сян Шаолун ещё больше разволновался, увидев их реакцию. Он решительно поклялся:
— Не волнуйтесь. Что бы я ни делал, я обязательно возьму вас с собой. Мы будем неразлучны.
Три девушки успокоились и снова стали радостными.
Цзи Яньжань подразнила:
— Есть новости из Ханьданя. Шаолуну интересно?
Сян Шаолун повёл девушек в ближайшую долину. Сидя рядом с ручьём, он заставил себя сконцентрироваться.
Цзи Яньжань рассказала:
— После нашего отъезда в Ханьдане наступил хаос. Тянь Дань и Ли Юань знали, что они не справились, и сбежали назад в Ци и Чу. Король Сяочэн думал, что нас всех принесли в жертву, и был очень расстроен. Когда он увидел твой труп, он тут же упал в обморок. Сейчас он болен и прикован к постели. Императрица Цзин и Го Кай взяли бразды правления Чжао в его отсутствие.
Сян Шаолун взглянул на Чжао Цянь. Третья Принцесса Чжао была очень тихой, её голова опустилась. Похоже, она скрывала чувства к своему отцу Сяочэну, и её лицо приобрело обеспокоенное выражение.
Сян Шаолун глубоко вздохнул. Посмотрев вверх, он увидел, что склоны долины были усеяны тысячелетними деревьями. У всех были очень толстые стволы, и они прямо стояли против ветра. Казалось, что своими густыми листьями и ветками они покрывают половину неба. Даже в холодную зиму они не потеряли ни капли своего волшебного внешнего вида.
Позади зелёных деревьев и их теней торчала горная вершина. Эта самая высокая гора в округе была известна под названием Пик Лунной Молитвы. Выглядела она впечатляюще и сразу приковывала к себе глаза.
Сян Шаолун почувствовал волнение в своём сердце и предложил:
— Я хочу взобраться на Пик Лунной Молитвы. Цянь'ка может это устроить?
Ему нужно избавиться от чувства неопределённости и обрести свежую цель, а также стряхнуть с себя оковы горя.
Сперва три девушки отреагировали удивлением. Затем Чжао Цянь кивнула:
— Цянь'ка каждый день практикуется с Тинфан в верховой езде и стрельбе из лука. Сейчас я в очень хорошей форме! Не вижу никаких проблем в том, чтобы взобраться на Пик Лунной Молитвы.
Впервые с его возвращения Сян Шаолун захотел сделать нечто необычное. У Тинфан была в восторге от этой перемены и прыгала от радости, восклицая:
— Фань’ка возьмёт лошадей, чтобы сохранить наши силы.
Затем она ушла ко входу в долину.
Они взобрались на Пик Лунной Молитвы, когда солнце светило прямо над головой. В километре от наивысшей точки гора стала слишком крутой для восхождения, и они остановились.
С их места они видели всю ферму Семьи Ву. Ландшафт состоял по большей части из лугов с бегущими по территории ручейками. Лошади, коровы и козы были рассеяны по всей ферме. Некоторые животные были одни, другие паслись вместе группами.
Виднелись разные постройки Семьи Ву. Какие-то было видно полностью, какие-то частично, как на пейзаже. Глядя на столь зачаровывающую картину, они чувствовали себя на вершине мира.
Дул зимний ветер, холмы громоздились на разных высотах, а в низинах тут и там виднелись фермы. Какой запоминающийся опыт!
Сян Шаолун крикнул что есть мочи, избавляясь от накопившегося в сердце уныния. Почувствовав себя лучше, он спросил:
— Дань Чу мертв?
Опьянённая Цзи Яньжань уставилась на него. Она рассмеялась:
— Он не был тем, кто вёл армию через туннели, ему удалось сохранить свою никчёмную жизнь. Ещё я слышала, что сердце Императрицы Цинь было разбито, когда она узнала о твоей смерти. Она была так взволнована, что отказывалась от еды три дня.
Сян Шаолун был немного тронут. Он подумал несколько секунд и продолжил:
— Есть новости от Я и Чжи Чжи?
Цзи Яньжань ответила:
— Пока нет. Второй Брат Тэн послал кого-то, чтобы связаться с ними в Далян. Если в первую очередь мы остановимся в Вэй, мы сможем очень скоро с ними повидаться!
Сян Шаолун покачал головой и горько рассмеялся. Он вспомнил времена, когда ему пришлось бежать из Даляна. Если бы кто-то сказал ему, что он сможет ввалиться в Далян без малейшего беспокойства, он бы ни за что не поверил.
Цзи Яньжань добавила:
— Премьер Лу официально пригласил крёстного и меня остаться у него на несколько дней. Я хочу сопровождать тебя и отказала ему. Крёстный поехал вперёд в одиночку.
Чжао Цянь заметила:
— Малыш Цзюнь очень активен. Спустя несколько дней после возвращения он повёл Лю Чао и Пу Бу повеселиться в городе. Я боюсь, что он может влипнуть в неприятности.
Сян Шаолун горько усмехнулся:
— Даже если мы не будем искать неприятности, неприятности будут искать нас. Этого нельзя избежать.
У Тинфан радостно заметила:
— Четвёртый Брат (Ван Цзянь) послал тебе травы высшего сорта с севера и хочет, чтобы ты насладился ими с вином. От Отца я слышала, что недавно он победил Сюн Ну. Его военные достижения поразительны!
Сян Шаолун утешил себя тем, что наконец-то появились хорошие новости.
Он был полностью уверен в Ван Цзяне. В период воюющих царств было четыре известных генерала: Ци, Цзянь, По и Му. Это Бай Ци, Ван Цзянь, Лянь По и Ли Му. У Чжао и Цинь было по двое из этих генералов.
Если бы Король Сяочэн не ошибся во время битвы за Чанпин, использовав вместо Лянь По Чжао Ко, который хорош лишь в военной теории, было бы сложно сказать, кто выиграет битву за Чанпин.
Сейчас возраст подкрадывается к Лянь По. Хотя для защиты форта рядом есть очень одарённый Ли Му, у него есть две основные помехи. Во-первых, в Чжао едва ли хватит солдат на приличную армию. Во-сторых, политика Чжао попала в руки коварного и узколобого интригана Го Кая. Учитывая эти ограничения, он не может полностью продемонстрировать свою доблесть. Какая надежда есть у Чжао в этих обстоятельствах?
Бай Ци уже скончался. Теперь мир принадлежит Ван Цзяню.
Перевёл: Josef_K
Отредактировал: volk77
http://erolate.org/book/5440/551385
Готово:
