Сян Шаолун внезапно проснулся, тело ныло от сильной боли. Он вдруг осознал, что падает с большой высоты.
Грохот! Черепица разлетелась во все стороны и он понял, что проломил крышу дома и приземлился на какого-то человека. Раздались стоны и звук ломающихся костей.
Затем последовал женский крик и в изумлении он, кажется, увидел спину убегающей обнажённой женщины, после чего потерял сознание.
В промежутках между приходами в сознание, он не мог определить сколько времени прошло, однако понял, что за ним тщательно ухаживала женщина. Помыла его тело и переодела, обработала раны, напоила козьим молоком. Наконец, в одну из ночей он очнулся. От увиденного он стал ловить ртом холодный воздух.
Царствие небесное! Что это за место?
Он лежал на мягкой и толстой подстилке, на стене висела масляная лампа. Тусклый свет слабо освещал грубый дом размером примерно в 10 квадратных метров со стенами из грязи и соломы, и крышей из черепицы. На стене напротив висели плащи и соломенные шляпы, в углу дома была яма для костра, но без огня. На его стороне были котлы, плита, тарелки, миски и т.д., примитивная кухонная утварь, которую можно увидеть только в музеях. На другом конце стояло несколько сундуков разных размеров, и на одном из сундуков стояло медное зеркало.
Холодок пробежал по спине Сян Шаолуна.
Тот сумасшедший директор сказал, что он пробудет здесь только 10 секунд, так почему же он всё ещё в этом кошмарном месте. Он в самом деле вернулся в родной город Императора Цинь?
Послышался звук шагов.
Сян Шаолун уставился на деревянную дверь, сердце стучало как бешеное. Он молился, чтобы это оказалось всего лишь частью эксперимента, розыгрышем, который устроил Безумный Ма, чтобы провести его и заставить поверить, что он действительно вернулся в прошлое в той проклятой печи.
Деревянная дверь распахнулась.
Показалась прекрасная леди в старинной одежде из пеньки, которую можно увидеть лишь в фильмах. Красный платок на голове, зачесанные за уши длинные волосы с пробором по центру головы были заплетены в две косы. На ногах её были соломенные сандалии; она вошла, неся бутылку.
Она выглядела милой, изящная и стройная фигура, и когда её выразительные глаза увидели Сян Шаолуна, пристально смотрящего на неё в изумлении, она так испугалась, что чуть не выронила бутылку. Она поспешно поставила бутылку, встала перед ним на колени и коснулась лба. Она очень быстро что-то сказала мелодичным голосом, её лицо сияло от радости.
Сян Шаолун подумал: «Это конец» — и снова потерял сознание.
Солнечный свет бил по глазам, он проснулся. В доме стояла тишина, никого не было.
Сейчас ему намного лучше, чем в прошлый раз. Кроме того, он всегда старался быть оптимистом, поэтому он прекратил думать и попытался встать. Он вылез из-под одеяла и понял, что одет в чудную старинную одежду, к тому же как минимум на два размера меньше. Воротник внахлёст шёл от задней части шеи наперёд и доходил до земли. Снизу на нём был надет фартук, похожий на кожаные шорты, и выглядел он совершенно уродливо.
Сян Шаолун подавил сильное желание спрятаться под одеялом и посмотрел вверх. Он увидел недавно отремонтированную крышу и вспомнил, что когда свалился с неба, то приземлился на человека.
Тот человек умер или выжил? Если он кого-то травмировал, тогда почему эта прелестная древняя юная женщина так любезно с ним обращается!
Озадаченный всеми этими вопросами он поднялся.
На него накатило головокружение, и через секунду он понял, что склонился перед окном, схватившись руками за подоконник, чтобы не упасть. Солнечный свет, светивший в лицо, принёс ему небольшое облегчение.
Что произошло на самом деле? Что-то пошло не так с этим проклятым экспериментом? Почему он ещё не вернулся обратно? Он вообще сможет когда-нибудь вернуться? Будут ли его семья и друзья в действительности беспокоиться? И теперь он не сможет воплотить свою великую постельную месть Чжэн Цуйчжи.
Сян Шаолун был настолько несчастен, что ему хотелось плакать.
Погода стояла жаркая, эх, если бы только у него была баночка безалкогольного напитка.
Он выглянул в окно и увидел сочную зеленую траву, ненормально синее небо и облака, которые были белее и чище хлопка.
Сердце Сян Шаолуна ёкнуло, и он понял, что действительно вернулся назад в прошлое. Иначе как ещё объяснить такое незагрязнённое чистое небо.
На его руках и ногах были шрамы от ожогов, но, к счастью, он здоров, а кожа обновится, так что ничего серьёзного.
После минутки жалости к себе, Сян Шаолун ощутил прилив энергии, а также проснувшееся любопытство.
Что за мир там снаружи? Сможет ли он найти деспотичного Императора Цинь, каким его изображали в фильмах?
Он распахнул дверь и вышел наружу. Оказалось, он в тихой маленькой долине, позади дома из долины тёк ручей. Справа от ручья он, кажется, слышит девичье пение. По левую сторону раскинулся тутовый лес, место для выращивания шелкопряда. [прим. пер.: тутовое дерево, или шелковица, см википедию]
Рассмотрев эту древнюю красоту, настроения Сян Шаолуна поднялось и он пошёл на звук пения.
Девушка в белом, юбка задёрнута вверх и заправлена в талии, обнажая тонкую сорочку и пару круглых стройных ног. Она сидела на корточках на берегу реки, стирала одежду и мыла столовые приборы. С вялым выражением лица она напевала под нос неизвестную народную песню.
Она вполне симпатичная, его наполнило желание, и он, обнаружив себя, зашагал в её сторону. Однако он до конца не пришёл в себя, всё ещё нетвердо стоял на ногах и ступал по рыхлой земле. Вскрикнув в смятении, он упал в реку.
Красотка вздрогнула и бросилась в воду, чтобы помочь ему.
Сян Шаолун стоял по грудь в реке, а оказавшаяся рядом девушка схватила его за руки и положила на свои плечи.
Сян Шаолун воодушевился и, пользуясь ситуацией, прислонился к её ароматному телу.
Леди что-то сказала ему с беспокойством.
В это время мозг Сян Шаолуна был более живым, и после некоторой концентрации он понял большую часть ею сказанного. Её речь походила на сложный диалект региона Хэбэй или Шаньси. Он смутно понял, что она делала ему выговор за беготню вокруг дома, когда он ещё полностью не восстановился, и его настолько переполнила благодарность, что он выпалил:
— Спасибо, Мисс!
Леди на секунду остолбенела. Она уставилась на него и спросила:
— Откуда ты пришёл?
Эту фразу было трудно понять, однако Сян Шаолун наконец угадал смысл и его ошарашило. Что он может сказать? Рассказать ей, что он прибыл из 21-го века на машине времени?
Они оба до сих пор стояли в воде, полностью промокшие. Сян Шаолуна это не волновало, разве что тонкая и намокшая одежда красотки облепила тело, выставляя напоказ её изгибы, всё равно что голая.
Леди увидела пылкий взгляд Сян Шаолуна, уставившегося на её грудь. Она покраснела от смущения, немедленно забыла про свой вопрос и поспешно помогла ему добраться до берега.
Сян Шаолун ничем не мог помочь, так как, пользуясь возможностью, легонько тыкался ей в грудь, при этом лицо леди становилось ещё краснее, однако она не жаловалась и не делала ему выговор.
Сян Шаолун был в экстазе. Похоже, красавицы этой эры более доступны и открыты, чем в 21-ом веке. Все те разговоры, не подходи к дому ближе, чем на три шага, или выходи замуж, если он хочет видеть тебя голой, все были надуманными, или те ненавистные лекции о морали.
Так что, похоже, даже если он пока не может вернуться в 21-ый век, жизнь тут не будет слишком скучной.
Сян Шаолун снял мокрую одежду и, сидя напротив красавицы, уплетал рис, который она приготовила, с овощами, бараниной и маринованным в пяти специях тушёным мясом.
Может быть из-за голода, но Сян Шаолун наслаждался едой, вся пища на вкус была чрезвычайно восхитительной, даже лучше, чем утка по-пекински или гамбургеры.
Красавица ела и смотрела на него с интересом.
Сян Шаолун думал про себя, что это уединённое место, не деревня, и других домов поблизости не видно, и всё же, кажется, она живёт полной жизнью. Может быть это прошлое намного лучше настоящего?
Красотка тихо спросила что-то.
Сян Шаолун переспросил с удивлением:
— Что?
Красавица повторила, и на этот раз он понял. Она сказала, что он очень высокий, и она никогда не видела кого-то настолько высокого.
Он усмехнулся тайком, все люди этой эпохи должны быть низкорослыми, и затем спросил:
— Как тебя зовут?
Красавица помахала головой, показывая, что не понимает его вопроса, и ему пришлось повторить вопрос три раза, прежде чем она ответила:
— Люди деревни Тутовый Лес зовут меня Мэй Цаньнян. (Прелестная Шелкопрядница)
Теперь настал черёд Сян Шаолуна не понимать сказанного. К тому времени, когда он прояснил, они оба уже радостно смеялись. Сян Шаолун тоже сказал ей своё имя. Так и текла беседа, в попытках, удачных и не очень, понять друг друга, и ни один из них не хотел её заканчивать. Когда Сян Шаолун стал уверенно понимать 80% её диалекта, он спросил о том, что случилось в день, когда он упал сквозь крышу.
Мэй Цаньнян слегка покраснела и сказала:
— Человек, которого ты в тот день зашиб до смерти, был бандитом из соседней деревни по имени Цзяо Ду. Он шёл за мной весь путь от рынка до дома, и уже собирался изнасиловать меня. К счастью, молодой господин упал с неба и задавил его до смерти. Я похоронила его в тутовом лесу.
Она на секунду замолчала, её лицо покраснело до ушей, и, опустив голову, она сказала застенчиво:
— Я была замужем за двумя братьями, но их насильно забрали в армию плохие люди, и затем они были убиты в Чанпине.
Битва при Чанпине, это же вроде знаменитое сражение между Цинь и Чжао, где армия Цинь полностью уничтожила 400 000 армию Чжао. Сян Шаолун торопливо спросил:
— Как давно это случилось?
Мэй Цаньнян ответила:
— Это случилось 9 лет назад.
Битва при Чанпине произошла в 260 году до н.э., тогда сейчас 251 год до н.э. Безумный Директор Ма хотел отправить меня назад в 246г. до н.э., когда Император Цинь взошёл на трон, и хотя он промахнулся на 5 лет, однако, учитывая факты, он все же был достаточно точным.
Он спросил:
— Что это за место?
— Разве я не говорила тебе, это Тутовая деревня! — ответила Мэй Цаньнян.
— Это часть царства Чжао? — спросил Сян Шаолун.
Мэй Цаньнян помахала головой и ответила:
— Я не понимаю, о чём ты говоришь. Я знаю только то, что происходит в Тутовой деревне, новость о смерти моих мужей была передана мне людьми на рынке.
— У тебя действительно было одновременно два мужа? — воскликнул Сян Шаолун в удивлении.
— Конечно! — ответила Мэй Цаньнян.
Сян Шаолун незаметно вздохнул. Несмотря на то, что он прочитал несколько книг о Сражающихся Царствах, он не имел никакого представления об обычаях этой эпохи, поэтому он отложил этот вопрос и спросил:
— Ты не рожала детей от них?
— Двое отцов оставили детей, жизнь была очень сложной и все дети умерли от болезней. Позже я научилась содержать шелкопрядов, и жизнь наконец наладилась, — тихо ответила Мэй Цаньнян.
Сян Шаолуну стало её жалко, эта красавица испытала столько много страданий.
Мэй Цаньнян тихо произнесла:
— Я каждый день молила Небеса, чтобы они послали мне мужа. И когда я была в сильнейшей печали, Небеса открыли глаза и сбросили мне тебя. Я так счастлива, отныне ты будешь мужем Цаньнян.
Сян Шаолун был ошарашен. Однако всё не так уж и плохо, теперь ему не нужно прикладывать усилия и объяснять, откуда он пришёл.
Эй! Похоже, он будет зависеть от неё. Внезапно его озарило и он подумал, что 251г. до н.э. Император Цинь всё ещё испытывал лишения в Ханьдане, столице Чжао. Если он сможет отыскать его и подружиться, то когда тот станет в будущем императором, не повернётся ли удача к нему передом, и тогда он получит всё, что захочет, включая красавиц? Как только он подумал об этом, то загорелся энтузиазмом и спросил:
— Ты знаешь дорогу в Ханьдань?
Мэй Цаньнян покачала головой в растерянности, затем она побледнела и, прикусив нижнюю губу, спросила заикаясь:
— Ты хочешь покинуть это место?
Сян Шаолун обошёл сзади, прижался к её ароматной спине, его руки устремились к её маленькому животику, и затем он нежно сказал:
— Не бойся! Неважно, куда я иду, я возьму тебя с собой.
Тело Мэй Цаньнян расслабилось от его прикосновений и она радостно воскликнула:
— В самом деле!
Покусывая её за мочку уха, он ответил:
— Конечно!
Двое мужей Мэй Цаньнян были вульгарными и неотесанными мужланами, поэтому она никогда не сталкивалась с такими дразнящими заигрываниями, её стройное тело задрожало, и она сказала:
— Я собираюсь завтра на рынок, я спрошу кого-нибудь! Кто-нибудь обязательно знает, где Ханьдань.
Сян Шаолун проник своей огромной рукой ей под одежду и начал массировать её роскошную грудь:
— Этот бандит Цзяо Ду, он... э... с тобой?
Мэй Цаньнян тяжело дышала:
— Он только сорвал с меня одежду, и не... Ай! — её губы сомкнулись.
Сян Шаолун никогда не встречал такой нежной и уступчивой красавицы, поэтому он поспешил показать ей свои лучшие приёмы. Комната разогрелась, стоны и кальсоны соединились в причудливой композиции, чтобы принять форму оркестра. Мэй Цаньнян, которая долгие годы была одна, наконец, впервые в жизни отведала счастья от равноправного с мужчиной акта совокупления.
Сян Шаолун ощутил зуд в носу и чихнул. Он проснулся и увидел, как Мэй Цаньнян щекочет его тутовым листком.
Солнце ещё не взошло.
Он крепко обнял Мэй Цаньнян и потянул её вниз, надавливая своим телом на её чувствительные зоны, он подтолкнул ей ягодицы так, чтобы она не могла увернуться от него, пока он жадно целовал её влажные губы. Мэй Цаньнян была застигнута врасплох и почти потеряла разум от домогательств. Она продолжала кричать, и кто знает, выражала ли она этим свою радость или неодобрение.
Сян Шаолун откинул юбку, оголяя её круглые и всё ещё крепкие бёдра, и собирался продолжить, когда раскрасневшаяся Мэй Цаньнян простонала:
— Шаолун! Мы должны немедленно идти на рынок!
Сян Шаолун тотчас же пришёл в себя и остановил натиск. Он предупредил её:
— Ты всё ещё осмеливаешься быть непослушной?
Мэй Цаньнян закрыла ему рот и засмеялась:
— Да! Но не сейчас, если мы сейчас не пойдём на рынок, у нас даже еды сегодня не будет.
Сян Шаолун был возбуждён её разгоряченным телом, он заколебался:
— Это не займёт много времени, если сделать это один раз, верно?
Мэй Цаньнян внезапно обняла его и нежно произнесла:
— Мой великолепный мужчина! Кроме вчерашнего раза после еды, ты делал это со мной, пока я не уснула. Ты намного более умелый, чем оба моих мужа вместе взятых, и даже сейчас ты хочешь продолжить. Ты пытаешься убить меня! Вставай, быстро!
Сян Шаолун думал об её сильном желании и очаровании этой ночью и снова ощутил вожделение, но как только он вспомнил, что хотел разыскать Императора Цинь, то подавил свою похоть и поднялся.
Мэй Цаньнян вынула комплект одежды и сказала:
— Я подготовила это для тебя, когда ты был без сознания, и ты определённо будешь хорошо выглядеть в этом.
С её помощью Сян Шаолун оделся. Одежда сидела прекрасно. Вероятно она была сшита из грубого материала и пеньки, но глаза Мэй Цаньнян сияли, когда она смотрела на него. Она отвесила ему комплимент:
— Мэй Цаньнян никогда во всём мире не видела настолько красивого мужчину, как ты.
И при помощи куска ткани связала его отросшие волосы перед выходом.
Сян Шаолун тащил целую сумку шёлка, в соломенной обуви и с топориком за поясом, он шел следом за Мэй Цаньнян прочь из деревни навстречу древней цивилизации, существовавшей 2000 лет назад.
http://erolate.org/book/5440/551399
Готово:
