Готовый перевод A step into the past / Шаг в прошлое: Глава 7. Растущая репутация

Сян Шаолун был очень тронут и сказал непреклонно:

— Нет! Мы уйдём вместе!

Юань Цзун слегка улыбнулся и ответил:

— Шаолун знает, почему я учил тебя непревзойдённому фехтованию Моистов?

Сян Шаолун помотал головой в недоумении.

Юань Цзун объяснил:

— Я путешествовал по разным странам, изучал людей, пока, наконец, моё мышление не поменялось. Если мы хотим мир во всём мире, единственный путь к этому лежит через уничтожение границ царств, чтобы один правитель царствовал над всеми. Это, а также человек, способный объединить мир, поможет осуществить идеалы Моизма и принести великое благо. И этот человек — ты. Вот почему я учил тебя всему, что знаю.

Сян Шаолун незаметно вздохнул, он знал, что будет только один человек, которой объединит мир, и этот человек — Император Цинь. В то время как он, Сян Шаолун, просто тот, кто втирается в доверие к могущественным людям, в надежде отыскать молодого Императора Цинь и сражаться вместе с ним, дабы он мог насладиться славой и богатством. Он ощутил чувство вины от одной этой мысли.

Юань Цзун увидел, как Шаолун молча опустил голову, и решил, что тот глубоко растроган. Он похлопал его по плечу и сказал:

— Если ты действительно испытываешь признательность ко мне, то делай так, как я говорю! Все люди, которых привёл Янь Пин, мастера меча, пусть даже если их всего чуть больше сотни, вдвоём нам не справиться. У меня есть приспособление для карабканья по стенам. Я отвлеку их на себя и у тебя появится возможность сбежать. Мужчина не мешкает из-за мелочей, когда хочет сделать что-то великое. Если будешь колебаться, мы оба погибнем напрасно. Если Знак Цзюйцзы окажется в злых руках, я умру в беспокойстве.

Сян Шаолун взял Знак Цзюйцзы и почувствовал холод при прикосновении. Это было сделано явно не из обычной латуни. Не удивительно, что Янь Пин не смог изготовить подделку. Он вздохнул и сказал:

— Я в самом деле не знаю, что сказать.

Юань Цзун засмеялся.

— Нет нужды быть таким пессимистом, им не так просто убить меня. Мы ещё можем встретиться в будущем! В храме есть пара обуви. Так как ты не часть нашего клана, тебе нет необходимости ходить босиком. Будет ужасно неприятно, если ты вляпаешься в собачье дерьмо, ну, или в что-нибудь похожее.

Сян Шаолун рассмеялся, слезы неудержимо катились по его щекам.

Вдруг пугающая мысль закралась в его голову.

Что если властолюбивый Император Цинь, Ин Чжэн, был бы убит, как бы изменилась история?

Этой ночью Сян Шаолун перебрался через стены города, чувствуя скорбь и негодование, так как он покинул У Ань, зная, что никогда снова больше не увидит Юань Цзуна.

Этот интеллигентный человек, великолепно владеющий мечом, с благородными устремлениями, стал свидетелем распада его собственной секты, когда моисты превратились в жадных до власти людей, его мотивация по спасению мира умерла. Он решил пожертвовать собой в надежде, что благодаря его смерти кровь Сян Шаолуна взбурлит и он сможет найти другой способ исполнения его желания и принести в итоге величайшее благо миру.

Но как Сян Шаолун может изменить историю Китая? Он не Император Цинь. Сможет ли он повлиять на Инь Чжэна так, как Юань Цзун повлиял на него?

Благо или беду принесут изменения Китаю?

Закат солнца, восход луны и звёзды. Не зная, сколько дней прошло, он, наконец, добрался до тщательно охраняемых стен Ханьданя.

В течение этого путешествия он полностью погрузился в фехтование, которому научил его Юань Цзун, и которое восходило к лучшему мастеру этой эпохи Мо Чжаю. Он также включил в тренировки с мечом самые жуткие нападающие тактики из соматической психологии и механику современности.

С такой тренировкой он забывал о времени. Иногда он более 12-ти дней проводил в дикой местности, где при помощи самодельных лука и стрел охотился на зверей, чтобы утолить голод.

Его тело стало только сильнее от таких суровых условий.

Он хотел прокрасться в Ханьдань, но как только увидел серьёзную охрану, то другого выхода не осталось, кроме как идти напрямую и говорить стражникам великое имя босса Тао Фаня — Господина У «Короля Животноводства».

Стража тут же насторожилась и позвала офицера. Поглазев на него какое-то время, молодой офицер спросил:

— Как твоё имя?

— Я Сян Шаолун, — честно ответил Сян Шаолун.

Офицер изменился в лице так, как будто на него напали 10 окружавших его солдат Чжао.

Офицер рявкнул:

— Негодяй, как ты смеешь выдавать себя за героя. Он героически погиб полгода назад, когда спасал соратников в бою с конокрадами. У меня есть друг, который видел своими собственными глазами, как тот остановил преследователей ценой собственной жизни.

Сян Шаолун был ошарашен, он не ожидал, что стал таким знаменитым. Без сопротивления он позволил солдатам Чжао арестовать его и спросил со смехом:

— Как зовут твоего друга?

Офицер сказал имя и Сян Шаолун быстро дал описание внешности и телосложения этого человека.

К этому времени кто-то достал из его одежды кинжал, который ему подарил Тао Фан. У офицера пропали все сомнения, как только он увидел кинжал, и его отношение резко изменилось. Расспросив, что случилось в тот день, он незамедлительно отправил гонца с вестью к Тао Фаню, который находился в Ханьдане, и затем лично сопроводил Шаолуна в столицу Чжао.

Офицера звали Нин Синь, и он скакал рядом с ним:

— Господин У один из самых уважаемых людей в Ханьдане. Если бы он не скупал вокруг боевых коней, и не жертвовал в казну страны время от времени, я боюсь, наше Царство Чжао давно было бы разрушено. Теперь Янь пришли, чтобы напасть на нас, и, к счастью, оба наших великих генерала Лянь По и Лэ Чэн уничтожили их всех и затем атаковали Янь. С ума сойти!

Сян Шаолун очень хотел спросить, почему с тех пор как в Чжао стало больше женщин, чем мужчин, они до сих пор повсюду ищут красавиц. Однако он боялся, что тот смутится и удержался от вопроса.

Под разговор и смех впереди показался Ханьдань.

В сравнении с У Анем, Ханьдань был раза в 3-4 больше, высокие и толстые городские стены вкупе с глубокой и широкой рекой, защищающей город, он мог сдержать десятитысячную армию с одним человеком в гарнизоне. Снаружи города расположились 2 солдатских лагеря, простирающиеся на порядочное расстояние море знамён, такая картина могла испугать кого угодно. Снаружи крепости находилось полно часовых с обнажёнными мечами, атмосфера была напряжённой.

Прежде чем они вошли в город, к ним приблизился отряд всадников во главе с Тао Фанем, которого он так долго не видел. Все остальные были его соратники, которые прошли с ним сквозь огонь и воду, Ли Шань также был здесь.

Когда они встретились, естественно, все были очень удивлены, и Тао Фан и воины радостно сопровождали его в город.

Сян Шаолун не удержался и спросил:

— С Тин Фанши всё в порядке?

Тао Фан помрачнел и ответил сконфуженно:

— Я извиняюсь! Я думал, что Шаолун умер от рук тех бандитов, поэтому, выждав 3 месяца, я, следуя приказу господина, отдал её кое-кому в куртизанки-танцовщицы, — он продолжил с улыбкой, — но не беспокойтесь, я специально отберу двух других красавиц, ещё более привлекательных, чем она, для служения вам.

Сян Шаолуна как будто ударили в грудь, он побледнел. Только спустя какое-то время он смог спросить:

— Кому она была отдана?

Тао Фан напрягся, он и представить не мог, что такой статный и шаловливый мужчина, как Шаолун, будет испытывать чувства к купленной женщине. Он вздохнул:

— Извини меня, я не могу сказать тебе, Шаолун...

— Замолчи, если не было доказательств моей смерти, тебе следовало отпустить её, — ответил Сян Шаолун в ярости.

Тао Фан умело скрывал свои эмоции, без намёка на грусть он сказал:

— Шаолун, отдохни и прими ванну, я помогу тебе расслабиться с дороги. Господин лично прибудет завтра, чтобы посмотреть на тебя. Это величайшая честь для воина в нашем доме, так что не упусти возможность.

Сян Шаолун совершенно обмяк и просто двигался сквозь улицы словно живой труп, не обращая внимания на грандиозные постройки вокруг. Его настроение упало ниже плинтуса.

Без его защиты несчастная женщина вынуждена переходить из рук в руки?

Её прямо сейчас лишают чести другие мужчины?

Когда он совсем приуныл, Тао Фан пихнул его, сказав держаться рядом с ними.

Сян Шаолун встрепенулся и немного пришёл в себя. Посмотрев на улицу, он увидел пешеходов и лошадиные повозки, которые двигались по одной стороне, чтобы дать дорогу богато выглядящей карете под защитой 20 всадников.

Тао Фан сказал ему на ухо:

— Это экипаж сестры правителя Сяочэна, Леди Я. Она известная красавицы в Ханьдане, и была замужем за Чжао Гуа, который, к сожалению, погиб в битве при Чанпине.

Карета внезапно остановилась перед ними.

Все были поражены, солдаты приблизились и пригласили Тао Фаня. Удивлённый Тао Фан торопливо слез с лошади и подошёл к занавеске кареты. Поговорив о чём-то с Леди Я, карета уехала. Тао Фан поклонился, провожая карету взглядом, и затем вернулся к своим людям. Он загадочно улыбнулся Сян Шаолуну, но не раскрыл содержание их разговора.

Сян Шаолун добрался до гостевого дома, который был полностью в его распоряжении. Тао Фан специально прислал четырёх симпатичных служанок, помочь принять ванну и переодеться. Этой ночью он устроил пир в большом холле главного здания гостевого дома, накрыв 21 стол. Помимо воинов, которые сражались с ним в тот день, здесь также были другие помощники Господина У. Царила праздничная атмосфера с танцами и увеселительными мероприятия для гостей.

Но Сян Шаолун думал о Тин Фанши и Мэй Цаньнян, которых он уже долгое время не видел, а также вспоминал друзей и семью из его собственной эпохи, с которыми он вряд ли когда-нибудь сможет встретиться снова. Он мог только заливать своё горе выпивкой. К концу праздника он был вдрызг пьян. Находясь в опьянённом состоянии, ему показалось, что Тин Фанши вернулась к нему и они вместе парили под облаками.

Когда он проснулся, то понял, что лежит в постели, из окна падал солнечный свет.

Рядом с ним лежала обнажённая девушка, но она не была одной из тех четырёх служанок.

Изящное лицо без единого изъяна с необычными чертами, невероятно очаровательная. Она было явно моложе 18-ти, её блестящие раскинутые по одеялу чёрные волосы выделялись на фоне её бледной кожи, рубиновых губ и белоснежных рук, от чего ещё сильнее захватывало дух.

Красавица выглядела как спящий весенний цветок, кажется, на её милом лице были следы от слёз, однако она также была умиротворена и удовлетворена после неистовой бури, испуская захватывающее дух великолепие.

«О Боже», — подумал про себя Сян Шаолун, что он сделал с этой молодой девушкой, которая была ещё прелестнее, чем Тин Фанши и Мэй Цаньнян?

Он осторожно подоткнул ей одеяло.

Слабо светящиеся волосы, тело с совершенными пропорциями, прекрасная картина вздымающейся от дыхания груди стояло перед его глазами. Кажется, кровавый след тянулся вдоль её нежных и гладких длинных ног с красивыми круглыми ягодицами.

Потрясённый Сян Шаолун положил одеяло на место.

Вероятно, с этим связаны слезы на её щеках. У него полгода не было женщины, поэтому, когда он напился прошлой ночью, по ошибке принял её за Тин Фанши и повёл себя с ней крайне безрассудно. Как может неопытная и нежная молодая девушка принять это, неудивительно, что она кричала от боли. Ему было очень жаль, но теперь уже слишком поздно.

Сян Шаолун встал и подошёл к окну. Он увидел двух прелестных служанок, поливающих растения в саду. Когда они увидели Сян Шаолуна, то застенчиво сделали книксен, не в силах оторвать взгляд от его внушительного тела.

Одна из служанок сказала:

— Господин проснулся, я сейчас же принесу таз для умывания и помогу одеться.

За его спиной раздался тихий стон проснувшейся потрясающей красавицы.

Сян Шаолун торопливо крикнул служанкам:

— Подождите!

Симпатичная служанка понимающе улыбнулась и сказала:

— Если господин пожелает, чтобы я прислужила вам, пожалуйста, зовите в любое время. Хи-хи. Меня зовут Чунь Ин, её зовут Сян Ин, а двух остальных Цюн Ин и Дун Ин. Легко запомнить, надеюсь, господин не забудет!

Сян Шаолун был обеспокоен красавицей за спиной, поэтому он улыбнулся и сказал:

— Я не забуду вас до конца жизни, едва увидел вас, — после чего он обернулся.

Красавица, чья невинность была им отнята, сидела на кровати, одеяло сползало к талии, обнажая её верхнюю часть тела. Она застенчиво опустила голову, не осмеливаясь взглянуть ему в лицо, и мелодичным очаровательным голосом сказала:

— Шу’эр свидетельствует своё почтение господину!

Сян Шаолун, полный сожаления, присел рядом с ней. Он нежно приподнял её милое лицо за подбородок.

Её большие и выразительные глаза немедленно опустились как только она встретилась с ним взглядом, её сердце билось как у загнанного оленя. Она выглядела скромной, но счастливой, чрезвычайно обаятельными, несомненно, были её прекрасные глаза, которые кружили голову.

Сян Шаолун пребывал в полной уверенности, что она самая соблазнительная женщина, которую он когда-либо встречал. И про себя подумал, что Тао Фан в самом деле внушал уважение, предоставив такую прелестную девушку ему в услужение. Он спросил мягко:

— Всё ещё болит?

Шу’эр замотала головой, затем робко кивнула, её лицо мгновенно залилось краской, даже уши и шея покраснели.

Сян Шаолуном тотчас же овладела самая примитивная реакция, Шу’эр заметила это и задрожала от сильного впечатления, она прошептала:

— Господин...

Сян Шаолун знал, что прямо сейчас она, безусловно, не выдержит вторую бурю, поэтому он нежно поцеловал её в маленькие губки, слегка покусывая кончик её языка, затем поцеловал её глаза и лицо, опускаясь на шею и грудь. Только когда её тело затрепетало, он отпустил её и сказал с улыбкой:

— Не пугайся, я был не в себе от выпитого, но я не буду таким жестоким в будущем. А теперь спокойной ночи!

Шу’эр посмотрела на него маняще и сказала с придыханием:

— Нет! Шу’эр желает служить господину.

Сян Шаолун спросил с беспокойством:

— Можешь встать?

Пытаясь сначала встать на колени, тонкая рука Шу’эр опёрлась на его крепкое широкое плечо в качестве опоры, однако, приподняв свои изящные бровки, она плюхнулась обратно, её щёки горели.

Сян Шаолун, наблюдая за её соблазнительными движениями, не удержался и поласкал её груди, затем уложил её на спину и накрыл одеялом. Когда он хотел уходить, Шу’эр неожиданно потянула его за руку.

Сян Шаолун посмотрел на неё в удивлении.

— Господин всё ещё хочет Шу’эр?

Сян Шаолун нежно погладил её лицо, сказав с улыбкой:

— Я просто хочу дать тебе хороший отдых. Сегодня ночью я сделаю тебя самой счастливой и удачливой женщиной в мире.

Он внезапно вспомнил Тин Фанши и грудь его сдавило тисками.

Шу’эр их последних сил сжала его руку, она отважно посмотрела в его глаза, и сказала с чувством:

— Прошлой ночью Шу’эр уже стала самой счастливой и удачливой женщиной в мире. Я никогда не забуду эту блаженную боль.

Сян Шаолун крепко поцеловал её снова и даже залез к ней под одеяло, нежно поглаживая низ живота и стройные ноги, и довёл её до исступления, прежде чем покинул помещение.

Четверо служанок подошли и услужливо помогли ему. Самая высокая из них, Чунь ин, сказала:

— Господин Тао здесь и он сейчас ожидает господина в холле.

http://erolate.org/book/5440/551404