Готовый перевод A step into the past / Шаг в прошлое: Глава 4. Имперский Поединок

Тысячи людей собрались на огромной площади возле зала во Дворце Сяньяна. Площадь больше напоминала базар, все с нетерпением ждали великого поединка, который скоро должен начаться.

С одной стороны выступал самый знаменитый воин Цинь, непобедимый и неистовый. С другой — восходящая звезда с великими военными заслугами, мечник из Чжао.

Каждый хотел стать свидетелем того, как эти двое будут сражаться ради победы.

Солнце ярко сияло. Возле главного зала были сооружены три высоких платформы с сидячими местами. На средней платформе находились места для Правителя Чжуансяна, Наследного Принца и Императрицы.

Платформу слева заполонили важные государственные служащие и боевые генералы, то есть сторонники Лорда Янцюаня и Ван Лина.

На платформе справа уже сидели Мэн Ао и крупные чиновники, сторонники Премьера Лу. Ли Си был одним из них. На самом деле он не имел права здесь быть, но благодаря своей заинтересованности в Сян Шаолуне ему удалось настоять на своём и выбить себе место.

Остальные зрители с более низким статусом наблюдать за поединком могли только с края площади.

Воины Цинь в сверкающих доспехах, выше и крупнее, чем люди из других царств, стояли на страже вокруг трёх обзорных платформ, а также на длинной лестнице, ведущую в главный зал. Лучи солнца играли на лезвиях их длинных алебард, что придавало солдатам серьёзный и величественный вид.

В это время Лу Бувэй и Сян Шаолун как раз прибыли. Выйдя из кареты, они направились к правой платформе. Увидев Сян Шаолуна, толпа тотчас же взволновалась, люди вскрикивали и указывали на него пальцем.

Лу Бувэй прошептал Сян Шаолуну на ухо:

— Цинь любят хорошую драку и относятся к героям с большим уважением. В этом поединке ты можешь только победить, но никак не проиграть.

Этим утром Сян Шаолун уже провёл сеанс медитации согласно инструкциям из свитка моистов и теперь ощущал мощный прилив сил.

— Премьер Лу, не беспокоитесь! — сказал он.

— Тот человек на левой платформе, одетый в чёрную военную экипировку, Цю Жишэн. Не забывай этого лица, — сказал Лу Бувэй, в голосе которого чувствовалась сильная ненависть.

Сян Шаолун посмотрел в том направлении и увидел почти сотню людей, чьи взгляды были устремлены на него. Он поспешил улыбнуться и кивнуть головой. Он мельком посмотрел на этого Цю Жишэна и быстро отвёл взгляд.

Лу Бувэй поднялся с Шаолуном на платформу, представил его присутствующим людям и занял своё место. Он спросил стоящего позади Ту Сяня:

— Ван Цзянь уже здесь?

— Должен быть здесь! Только непонятно где он? — ответил Ту Сянь.

Раздался звук горна.

В сопровождении императорских стражников Правитель Чжуансян, облачённый в свои одежды дракона, за ним Сяо Пань, Чжу Цзи, Леди Сюйли и Принц Ци Чунцяо, а также стайка наложниц, шествовали из главного зала в сторону средней платформы.

Все солдаты стояли по стойке смирно, в то время как остальные люди на платформах по бокам преклонили колени, чтобы приветствовать правящую семью. На мгновение на всей площади воцарилась торжественная тишина.

Сян Шаолун, наблюдая за происходящим, мысленно отдал должное дворянству. Было заметно, насколько большое значение для Цинь имеют дисциплина и соответствие требованиям.

Только когда Правитель Чжуансян, Принцы и Наложницы уселись, а глашатай возвестил, что все могут встать и занять свои места, вновь вернулась предыдущая атмосфера. Тем не менее, люди прекратили разговоры и терпеливо ждали выступления Правителя Чжуансяна.

— Где Сян Шаолун?! — прокричал глашатай.

Сян Шаолун встал и снял верхнюю одежду, демонстрируя идеальную физическую форму. Он сошёл со своей платформы, подошёл к средней платформе и склонился перед Правителем.

Правитель Чжуансян радостно посмотрел на Сян Шаолуна и одобрительно кивнул головой.

Он многие годы жил за границей и, по сути, его можно рассматривать как чужеземца. По этой причине он испытывал эмоциональную близость с этим молодых мечником из Чжао, который к тому же спас его жену.

— Где Ван Цзянь? — снова прокричал глашатай.

Едва он закончил произносить последнее слово, как раздался стук копыт. От дворцовых ворот, словно порыв ветра, скакал конь.

Толпа разразилась громоподобными аплодисментами и криками ликования, уступая ему дорогу.

Сян Шаолун сильно проигрывает в том случае, когда дело доходит до щегольства.

Мастерство верховой езды Ван Цзяна поражало. На такой короткой дистанции он уже успел выполнить несколько сложных позиций. А перед тем, как остановиться, он удивительнейшим образом сполз под брюхо скакуна, а затем снова вернулся в седло с другой бока. Выполнив этот трюк, он спрыгнул с коня и преклонил колено.

— Ваш солдат Ван Цзянь! Выражает своё почтение Его Величеству! — громко возвестил он.

И снова толпа разразилась оглушительными овациями, ещё сильнее накаляя атмосферу.

У Инъюань и Тао Фан, которые были вполне уверены на счёт Сян Шаолуна, начали испытывать лёгкое сомнение, увидев изумительное искусство верховой езды Ван Цзяна. Уверенность же Лу Бувэя и остальных людей на платформе, не видевших своими глазами, на что способен Сян Шаолун, пошатнулась ещё сильнее.

На лице Правителя Чжуансяна появилось выражение удивления. Он одобрительно кивнул головой.

Так как Чжу Цзи имела особые виды на Сян Шаолуна, она в тревоге схватила за руку Сяо Паня, только чтобы осознать, что его ладонь тоже вспотела.

Люди на платформе Лорда Янцюаня пребывали в восторге, как будто поражение Сян Шаолуна было вещью несомненной. Ван Цзянь поднялся и посмотрел на Сян Шаолуна.

В этот же момент Сян Шаолун с улыбкой на лице взглянул на него. Их взгляды встретились.

И у обоих во взгляде стояло удивление. Оба были шокированы физической формой и шармом друг друга.

Ван Цзянь, как и описывал его У Инъюань, имел ясный и утончённый внешний вид. Однако этого было недостаточно для полноценной картины.

Ростом он был всего на полдюйма ниже Сян Шаолуна. В красно-чёрных воинских одеждах и в бронежилете. Плечи его были широкие, а телосложение крепкое. От него исходила мощная героическая аура.

Прямой нос, глубоко посаженные бездонные глаза. Чёрные волосы были собраны на макушке в пучок и крепко связаны красной верёвкой, чьи два конца свисали позади шеи. Это придавало его внешности ещё большее могущество.

Сян Шаолун втайне восхитился этим человеком и улыбнулся ему в ответ. Неудивительно, что в будущем он поможет Сяо Паню завоевать мир и объединить шесть царств.

Ван Цзянь отметил дружественный вид Сян Шаолуна и выражение его лица расслабилось. Он также вежливо поприветствовал Шаолуна, однако в глазах всё равно читалась вражда.

В это время глашатай на главной платформе огласил цель поединка, вместе с тем подбодрил соперников, сделав акцент на поддержании хорошего спортивного мастерства.

Под конец глашатай громко возвестил:

— Сегодняшний поединок будет разделён на две части: верховая езда и стрельба из лука, а затем состязание на мечах.

Сян Шаолун, конечно, в последнее время значительно повысил свой навык верховой езды, однако ему не догнать и не перегнать в этом деле Ван Цзяна, даже если он будет практиковаться ещё несколько лет.

Ван Цзянь громко согласился с правилами, так что Сян Шаолуну оставалось только согласиться вслед.

*Вжух*

Ван Цзянь со свистом изящно запрыгнул на коня и поскакал. Когда уже казалось, что он вот-вот врежется в зрителей на краю площади, он дёрнул поводья; конь грациозно развернулся и встал как вкопанный.

Естественно, последовали очередные бурные овации.

Двое солдат притащили мишень и установили её посередине площади.

В этот момент Лу Бувэй приказал своему человеку вывести Цзифэна. Сян Шаолун со спокойной улыбкой на лице запрыгнул на коня сзади и крепко сжал ногами его брюхо. Цзифэн галопом поскакал через площадь с умопомрачительной скоростью и, когда он достиг другого угла, толпа также разразилась многочисленными криками ликования.

Ван Цзянь достал стальной лук, который крепился сбоку на седле, и вскинул его над головой, что вызвало очередную бурю восхищения.

Сян Шаолун понимал, что соперник уверен в своих силах и хорошо подготовился к демонстрации навыков стрельбы из лука. Он собрался с мыслями и прокричал Ван Цзяню издалека:

— Как можно сравнивать неподвижную мишень с живой целью? Почему бы Брату Вану не пустит три стрелы в меня? Гарантирую, что не буду закрываться щитом.

На площади тотчас же воцарилось молчание. В глазах зрителей явно читался скептицизм, словно думая: «Неужели этот человек ищет смерти?»

Однако только Сян Шаолун понимал сложность ситуации, в которой оказался. Вместо того, чтобы ждать поражения, он может рискнуть и хитростью продемонстрировать свою гибкость и навыки фехтования, отбивая стрелы противника. Если всё получится, то он успешно минует эту стадию.

Ван Цзянь был не из тех, кто любит злоупотреблять преимуществом, и прокричал в ответ:

— У стрел нет чувств. Хороши ли Брат Сян это обдумал?

Сян Шаолун поклонился издалека Правителю Чжуансяну и прокричал:

— Пожалуйста, не могли бы Ваше Величество дать добро?!

Правитель Чжуансян помялся секунду, затем махнул рукой, дав знать, что одобряет.

Почти 2000 людей на площади затаили дыхание, ожидая наступления напряжённого зрелища.

Ван Цзянь одной рукой вскинул лук, в то время как другой рукой выдернул из-за спины сразу четыре стрелы, держа их между пальцами. Привычность и чёткость этих движений заставила присутствующих подумать, что для него выпустить эти четыре стрелы такое же простое дело, как дыхание.

Сян Шаолун мысленно посетовал. Похоже, этот человек заставил других думать, что способен выпустить только три стрелы за раз. Однако теперь он раскрыл свои истинные возможности.

Тишина.

Ван Цзянь громко рассмеялся.

— Мой стальной лук и стрелы пробьют любой щит, так что Брату Сяну он не поможет. Будь осторожен!

Он сдавил бока своего скакуна и тот устремился вперёд.

Сян Шаолун запрокинул голову и рассмеялся, затем стегнул коня и тоже поскакал, но в направлении Правителя Чжуансяна, пытаясь запугать противника и усыпить его бдительность, так как тот не осмелится выпустить стрелы в сторону своего Правителя.

Два скакуна то сближались, то отдалялись, их позиции постоянно менялись.

Ван Цзянь дёрнул поводья и немедленно развернулся.

Разум Сян Шаолуна вошёл в состояние спокойствия согласно технике моистов. Казалось, в это мгновение небо и земля погрузились в полную тишину, во всём мире не осталось ничего, кроме Ван Цзяна.

В этот момент он направил своего скакуна в сторону противника.

Пока он может держаться поближе к Ван Цзяню и избегать стрел, то эти скачки и стрельбу из лука можно считать делом решённым.

Два скакуна сближались всё ближе и ближе, с более чем 1000 шагов до 700 шагов.

*Памм!*

Ван Цзянь натянул тетиву, а одна из стрел, непонятно как, уже была на ней.

В следующее мгновение стрела уже была в полёте.

Сян Шаолун никогда ещё не видел такой стремительной стрелы. Только что была на тетиве, а в следующий миг она уже возле его лица.

К счастью, он был в 10 раз ловчее обычного человека. С криком он достал Кровавую Волну со спины и косым ударом отбил стрелу.

Толпа, как друзья, так и противники, возликовала.

Сян Шаолун обуздал своего коня, вытянул меч и произвёл несколько стремительных выпадов, которые слились в одно плавное движение, словно текучая вода. Идеальные угол и время выполнения, а также великолепное положение тела и сила. Все, кто видел эти движения, одобрительно приветствовали Шаолуна.

Такая реакция ясно говорила о том, что жители Цинь были прямолинейными и искренними людьми.

С металлическим звоном стрела упала на землю.

— Хорошо! — вырвалось у Ван Цзяна.

И в следующее мгновение он пропал, скользнув под брюхо лошади.

Сян Шаолун удивился про себя. Прошлая стрела была наполнена силой, а от удара его рука онемела до такой степени, что он чуть не выронил меч. Теперь же он не видит Ван Цзяна, а это значит, он не знает как и когда тот пустит следующую стрелу. Как же ему тут не удивляться?

На площади наступила такая тишина, что можно была услышать, как пролетит муха. Такое чувство, что зрители даже дышать перестали.

Только громоподобный стук копыт боевых коней разносился над площадью.

Оба соперника сблизились с 700 шагов до 500.

Сян Шаолун даже не услышал звука тетивы, а только увидел, как в него летят две стрелы, пущенные из-под брюха коня и под нужным углом. Одна летела в сердце, вторая — в бедро, их полёт был рассчитан с потрясающей точностью и именно в ту точку, где Сян Шаолун должен был оказаться. От такого уровня мастерства зрители замерли в восхищении.

Сян Шаолун знал, что они теперь ближе друг к другу на 200 шагов, а его рука ещё не восстановилась от онемения, поэтому он не мог воспользоваться силой своей руки, чтобы отбить мощные стрелы противника. Таким образом, он решил рискнуть. Первую летящую в сердце стрелу он отразил рукоятью меча, в то время как его нога, благодаря превосходным врождённым рефлексам, молниеносно отбила вторую стрелу.

Не успела толпа побеспокоиться за него, как он уже сбил стрелу с цели рукоятью меча, и вместе с тем ощутил острую боль в ноге в районе носка, когда отбил другую стрелу. От удара стрела пролетела по касательной вверх перед лицом Шаолуна, достигла высшей точки и затем упала вниз.

К этому моменту расстояние между всадниками сократилось до 300 шагов.

Сян Шаолун вдруг почувствовал, что что-то не так. Оказалось, последняя стрела незаметно вылетела от шеи коня под очень сложным углом. Кроме как уйти под брюхо коня, другого способа увернуться от этой стрелы у Сян Шаолуна не было. Однако теперь уже было слишком поздно.

Рука Сян Шаолуна ныла так сильно, что он даже не мог поднять или опустить её. Чистая удача, что он всё ещё способен держать Кровавую Волну. Шаолун взревел и левой рукой достал деревянный меч, который был закреплён сбоку на седле. Деревянный клинок устремился навстречу последней стреле противника.

*Фьюх!*

Стальную стрелу смело в сторону.

Толпа взорвалась овациями и криками ликования. Даже у Ван Цзяна вырвалось: «Превосходно!»

Ван Цзянь прикрепил лук обратно к седлу и достал меч, чтобы атаковать Сян Шаолуна.

Сян Шаолун ни на секунду не терял бдительности. Он вернул Кровавую Волну обратно за спину, взмахнул деревянным мечом в левой руке и направил коня вперёд.

Они сошлись на мгновение и затем снова разошлись. Продолжительный звук столкновения деревянного меча с металлическим разнёсся над площадью.

Сян Шаолун осознал, что сила руки его противника такая же, если даже не лучше, чем у него самого, и мысленно вздрогнул. Он намеренно доскакал до самого края площади, прежде чем развернул коня. Таким образом он хотел выиграть себе немного времени на восстановление правой руки.

Сердце каждого зрителя подскочило к горлу.

Ван Цзянь поднял свой меч вверх и поскакал вперёд.

Сян Шаолун переложил деревянный меч в правую руку, сделал глубокий вдох и поскакал навстречу противнику.

Всадники стремительно сближались. Когда расстояние между ними сократилось до 50 шагов, Сян Шаолун внезапно увеличил скорость. Как будто верхом на облаке, он, сидя в седле превосходного коня, которого ему подарила его закадычная наперсница Цзи Яньжань, мчался во весь опор навстречу Ван Цзяню.

Сян Шаолун выполнил один из трёх убийственных ударов, «Стиль Вихря», используя оборону для атаки согласно фехтованию моистов. Деревянный меч взмыл в воздух и превратился в сплошной круг, сносящий всё на своём пути.

Из-за внезапного увеличения скорости скакуна противника, расчёт Ван Цзяна не оправдался. Его план, одержать победу за счёт своего мастерства верховой езды, превратился в ничто. К тому же он был совершенно сбит с толку последующими странными движениями противника. Только когда угроза оказалась почти перед его лицом, он едва успел заблокировать удар своим мечом.

Сян Шаолун сделал ставку на такой странный план именно потому, что опасался своего навыка верховой езды. Если бы соперник разгадал его план со скоростью Цзифэна и собственным стилем меча, он непременно бы проиграл, особенно если бы поединок затянулся. Ван Цзянь гораздо проворнее на коне, чем без него.

Раздался громкий звон и Ван Цянь чуть было не свалился с коня вместе со своим мечом, так как удар Сян Шаолуна был усилен силой гравитации в добавок к его собственной силе. Деревянный меч тяжёл сам по себе, именно поэтому он смог достичь такого дополнительного превосходства.

Ван Цзянь прижался к спине своего коня, пытаясь защититься от атаки Сян Шаолуна.

Деревянный меч Сян Шаолуна превратился в стремительный вихрь. Вдобавок, когда оба всадника сошлись, он воспользовался преимуществом и ткнул ногой Ван Цзяна в бедро в двух местах. Однако всё внимание зрителей было сосредоточено на деревянном мече, а большую часть обзора блокировали лошадиные туши. Таким образом, только они двое знали, что произошло, и никто более.

Естественно, Ван Цзянь понял, что его пожалели.

Сян Шаолун также понял, что время пришло и взмахнул особым образом деревянным мечом, давая сигнал Лу Бувэю на платформе.

К текущему моменту оба всадника разошлись и смотрели друг на друга издалека.

Ван Цзянь выглядел совершенно удручённым. Он доблестный герой, а поражение есть поражение. Он не намеревался возражать. Только он собирался бросить меч и признать своё поражение, как Лу Бувэй резко встал и прокричал:

— Прекратите!

Все взглянули на него с удивлением.

Лу Бувэй подошёл к краю помоста, преклонил колено перед Правителем Чжуансяном и произнёс:

— Вне зависимости от искусства владения мечом или мастерства верховой езды и стрельбы из лука, оба — и Сян Шаолун, и Ван Цянь — находятся на одном уровне друг с другом. Вашему подчинённому не хотелось бы смотреть на их раны. Молю Ваше Величество объявить, что в этом поединке нет ни победителя, ни проигравшего. Они оба достойны звания Великого Учителя Наследного Принца и будут с честью нести бремя ответственности по наставлению Наследного Принца.

Половина людей, сидящих на стороне Лорда Янцюаня, выглядели изумлёнными, словно не ожидали, что Лу Бувэй может быть таким великодушным. Хоть они и не заметили, как Сян Шаолун два раз легонько пнул Ван Цзяна, однако все видели, как Ван Цзянь чуть было не свалился с коня от его удара мечом. Они поняли, что Ван Цзянь лишился своего преимущества.

Правитель Чжуансян едва заметно кивнул и спросил Сян Шаолуна:

— Что на счёт этого думает мой любимый подданный Сян? Ты готов прекратить это?!

Он так сказал, потому что понимал, что Сян Шаолун имеет очень высокие шансы на победу.

Любой, при виде выражения лица Ван Цзяна, не ощутил бы оптимизма за него.

Сян Шаолун вернул меч в ножны и ответил почтительно:

— Мастерство верховой езды Генерала[?] Вана и искусство стрельбы из лука изумительны, а его владение мечом поразительно. Я очень впечатлён. Предложение Премьера Лу подобно свежей воде после долгой засухи и я с удовольствием готов согласиться с ним.

Правитель Чжуансян усмехнулся, затем поднялся и объявил:

— Отныне Сян Шаолун и Ван Цзянь будут Великими Учителями Наследного Принца и будут служить принцу на равных.

Толпа взорвалась громоподобным восторженным ликованием.

Больше всех признателен был Ван Цзянь. Пост Великого Учителя Наследного Принца очень важен для него, так как в противном случае он бы не нашёл применения своим способностям, пусть сам он и полон стремлений.

Однако самым счастливым человеком был Лу Бувэй. Эта идея, которую подал Сян Шаолун, была самой прекрасной из всех. Победа под практически всеобщее ликование, это сладкое чувство, нечто, чего в Цинь никто и никогда не испытывал.

Чжу Цзи от сильного волнения крепко вцепилась в руку Сяо Паня и прошептала ему на ухо:

— Свежая вода после долгой засухи. Кто ещё в этом мире, кроме твоего Великого Учителя, способен говорить такие прекрасные слова?

Сяо Пань кивнул. Его глаза мерцали, когда он смотрел на свою единственную семью.

Под продолжительные бурные овации Сян Шаолун и Ван Цзянь прискакали к главной платформе и спешились, чтобы выразить свою благодарность.

Так как всё внимание было приковано к Правителю Чжуансяну, Ван Цзянь произнёс тихо:

— Спасибо!

Сян Шаолун ответил тихим голосом:

— Это наш секрет, Брат Ван. Можешь просто пригласить меня выпить!

Ван Цзянь пребывал в сильном волнении, думая, что Шаолун начнёт хвастаться. Но теперь он был так благодарен, что немедленно согласился.

К этому времени члены правящей семьи и чиновники спускались с платформы, чтобы поздравить их обоих.

Сян Шаолун улучил момент, подошёл к Ван Цзяню и искренне поблагодарил его за предоставленную удобную возможность. Ван Цзянь тотчас же испытал чувство гордости и удовлетворения, словно он на самом деле позволил Сян Шаолуну пнуть его в ногу.

Лу Бувэй и Сян Шаолун уже договорились на счёт всего этого, так что, естественно, он не станет его порицать за то, что так приятно Ван Лину. Вместо этого он подошёл, чтобы поздравить Ван Цзяна и втереться к нему в доверие.

Видя такое превосходное завершение мероприятия, Правитель Чжуансян тоже весь светился.

Все радовались и находились в приподнятом настроении, так как стали свидетелями такого потрясающего поединка. Только Лорд Янцюань и несколько его последователей выглядели мрачнее тучи, так как провалился их план победить Сян Шаолуна.

В этот раз им удалось безопасно миновать бурю.

http://erolate.org/book/5440/551456