Ли Юань был повержен, Сян Шаолун одержал над ним верх. Ли Юань с волнением пытался поговорить с сидящей рядом Цзи Яньжань, надеясь вернуть её расположение. К сожалению, Цзи Яньжань узнала о его подлости, ведь он отправил людей, чтобы те устроили засаду на Сян Шаолуна, и теперь ей хотелось убить его. Таким образом, она дала ему несколько вежливых, но ледяных ответов.
Хань Чуан, сидящий рядом с Сян Шаолуном, хлопнул его пару раз под столом, выражая таким образом своё восхищение. Чжао Му одарил Шаолуна взглядом, говорившим, что он доволен его выступлением.
Го Кай погрузился в размышления. Очевидно, он понял, что Дун Куан не так прост, как казался раньше, поэтому он теперь заново оценивал его.
Чжао Я хранила молчание. Она тоже не ожидала, что Ли Юань испытывает настолько сильную неприязнь к Дун Куану, что даже решился подослать убийц. Она умная женщина, поэтому догадалась, что причиной послужила ревность. Скорее всего, он приходил к ней, чтобы отомстить Дун Куану. Хотя до настоящего момента у неё ничего не было с Дун Куаном, Ли Юань всё равно использовал её. Как только она пришла к этой мысли, то испытала чувство сожаления.
Она увидела, как Дун Куан встал и посмотрела на него с удивлением.
Сян Шаолун учтиво поклонился и сказал:
— Благодарю Леди за этот уникальный банкет с фонариками, но я привык рано ложиться спать, поэтому мне нужно уйти первым.
Все тотчас же начали уговаривать его остаться, естественно, кроме Цзи Чжуна и Ли Юаня.
Сян Шаолун снова поклонился и отошёл от своего места.
Чжао Ба поднялся и сказал:
— Дискуссия на мечах завтра. Брат Дун, пожалуйста, не забудьте прийти вовремя.
Сян Шаолун взглянул на Цзи Яньжань, которая смотрела на него с жарким выражением, и спросил:
— Украсит ли Мисс дискуссию на мечах своим присутствием?
— Поскольку Господин Дун будет присутствовать там, то Яньжань обязана быть там, — нежно ответила она.
Едва она произнесла это, Ли Юань потемнел от злости, тогда как остальные мужчины крайне удивились.
Сян Шаолун прощался с ними один за другим и, когда очередь дошла до Го Сю’эр, эта изящная леди воскликнула:
— Сю’эр тоже хочет присутствовать на завтрашнем мероприятии, чтобы узнать больше.
Сян Шаолун и Го Чжун нахмурились одновременно, услышав эти слова.
Что до Чжао Чжи, то он намеренно пытался не смотрел прямо на неё, а просто быстро поклонился и повернулся к двери.
Позади раздался шелест одежды и звон украшений. Чжао Я догнала его и сказал:
— Позвольте мне проводить вас!
Сян Шаолун знал, что не сможет ей отказать, поэтому сказал любезно:
— Это так вежливо с ваше стороны!
Чжао Я молча шла рядом с ним по длинному коридору резиденции. Так как она ничего не говорила, то, естественно, Сян Шаолун тоже не пытался завести разговор.
Чжао Я вдруг взяла его за рукав и встала.
Сян Шаолун остановился в удивлении, опустил голову и посмотрел на неё.
Чжао Я выглядела крайне растерянной. Она подняла своё прелестное личико, чтобы внимательно рассмотреть его лицо. Её красивые глаза были соблазнительно печальными.
Сян Шаолун ощутил, как по коже побежали мурашки от такого испытующего взгляда.
— Леди, что такое?! — озадаченно спросил он.
Чжао Я помотала головой и сказала удручённо:
— Ничего не могу с собой поделать, я постоянно принимаю вас за другого человека. Только вблизи я понимаю, что ошибаюсь.
Сян Шаолун мысленно вздрогнул и быстро сменил тему, сказав холодно:
— Сомневаюсь, что сильно похож на Ли Юаня! Но, к счастью, это так.
Чжао Я всё ещё держала его за рукав, когда грустная она опустила голову и сказала:
— Господин Дун, пожалуйста, не смейтесь надо мной, Чжао Я просто несчастная девушка, которая постоянно ищет ту самую каплю мёда! Почему Господин всегда так жестоко обращается со мной?
Сян Шаолун пришёл в ярость. Он подумал, что раз она нашла его, ту самую каплю мёда, то почему была настолько жестокосердной, что предала его. Он ответил со смехом:
— Ваши две капли мёда в главном зале, пожалуйста, простите меня за то, что не могу остаться.
Он стряхнул её руку, продолжавшую держать его за рукав, и ушёл.
Чжао Я смотрела, как он уходит, и чувствовала себя так, словно мир вдруг лишился всех красок. В этот момент она осознала, что после Сян Шаолуна она впервые влюбилась в другого мужчину. Однако сразу же возроптала мысленно:
«Кого волнует, кто ты такой? Меня, Чжао Я, будет не так просто отвергнуть!»
Она топнула ногой и вернулась в зал.
Сян Шаолун вышел из резиденции. Лёгкой ночной ветер подул ему в лицо и он тотчас же ощутил прилив сил.
Он действительно разозлился на банкете. Те идиоты из шести царств только и знают, как грызться меж собой, однако понятия не имеют, насколько большая беда нависла над ними.
В то же время перед ним стояла дилемма. Став врагом шести царств, у него всё ещё остались чувства к Ханьданю, что заставляло его беспокоиться о судьбе этого древнего города.
Затем он подумал о своей собственной проблеме. То, что изначально казалось простым, не стало чрезвычайно сложным. В текущей ситуации схватить Чжао Му живым и вернуться с ним в Сяньян было невозможно. А ещё он должен убить Лэ Чэна, этого генерала, заведующего военной силой Ханьданя. Провернуть такое даже сложнее, чем взойти на небеса. Та непоколебимая уверенность, которая у него была поначалу, теперь пошатнулась.
Лишний день в Ханьдане означает лишний день в опасности. Наибольшая проблема заключалась в том, что здесь собрались важные люди и знаменитые генералы. Охрана и бдительность в Ханьдане возросли неимоверно. Схватить Чжао Му несложно, а вот его транспортировка сопряжена с трудностями.
Сян Шаолун тяжело вздохнул, размышляя над всем этим.
Послышался стук копыт, замедляющийся по мере приближения.
Сян Шаолун уже догадался, кто прискакал к нему, поэтому сказал, не оборачиваясь:
— Как дела, Мисс Чжи?
— Как вы узнали, что это я? — раздался удивлённый голос Чжао Чжи.
Сян Шаолун повернул голову вбок, посмотрел на галантную, восседающую на своём коне Чжао Чжи и сказал с улыбкой:
— Кто ещё, кроме Чжао Чжи, мог осмелиться догнать несдержанного и раздражённого меня.
Чжао Чжи сначала смотрела на него сверху вниз, но, когда она услышала, что он сказал, то сразу подняла лицо вверх, уставившись на ночное небо над улицами Ханьданя.
— Неверное предположение! — сказала она, надувшись. — У Чжао Чжи нет времени на таких людей, как вы.
Сян Шаолун знал, что её сердце уже наполовину сдалось ему, однако она просто не может принять это. В его же сердце сейчас поселилась Цзи Яньжань. Кроме того, Чжао Чжи — возлюбленная Цзин Цзюня, а он не может отнять чью-то любовь. Он попросту не мог поступить так со своим собственным братом. Какая большая неловкость тогда возникнет между ним и Цзин Цзюнем? К тому же то, как он заставил уйти Чжао Чжи прошлой ночью, тоже не прибавило ему настроения.
Сейчас Чжао Чжи была особенно привлекательной.
Он усмехнулся и спросил:
— Тогда откуда у вас появилось время составить мне компанию в моей прогулке по ночному Ханьданю?
Прямо в этот момент по тихой улице проскакала группа солдат, напомнив им о войне, которая длится сотни лет и которая может начаться в любое время. Солдатский патруль заметил Чжао Чжи и почтительно поздоровался.
Чжао Чжи подтолкнула лошадь вперёд и пошла рядом с Сян Шаолуном.
— Разве вы не считаете, что сегодня оскорбили всех? — сказала она невозмутимо.
— Какая разница, разве не ваш Мэн Кэ сказал: «Противостоять мне могут тысячи людей, но я всю равно пойду вперёд».
— Почему это Мэн Кэ наш? — удивлённо посмотрела вниз Чжао Чжи.
Сян Шаолуну захотелось ударить себя. К текущему моменту он всё ещё считал себя посторонним, поэтому сказал смущённо:
— Да ничего такого, просто с языка сорвалось!
Чжао Чжи уставилась на него с неуверенным подозрением и удивлением во взгляде. Через какое-то время она тихо сказала:
— Забирайтесь на мою лошадь.
— Куда? — удивлённо спросил Сян Шаолун.
— Боитесь? — холодно спросила Чжао Чжи.
— Разделить седло коня с мужчиной. Это Мисс Чжи следует бояться.
— Вы не были столь тактичны той ночью, — зло ответила Чжао Чжи. — Вы мужчина или нет? Забирайтесь на лошадь!
Сян Шаолун понял, что её сарказм относится к той ночи, когда он запрыгнул в её седло и начал приставать к ней. Он помотал головой и сказал, усмехнувшись:
— А вы остры на язык. Но вы уже испытывали это раньше и знаете, что я не джентльмен, который держит руки при себе. А находясь возле такой тёплой и нежной Мисс Чжи, мои непослушные руки начнут наслаждаться её соблазнительным телом!
Прелестное лицо Чжао Чжи напряглось, а её красивые длинные глаза с яростью уставились на него:
— Кого заботит, что вы хотите делать, взбирайтесь на лошадь! Быстро!
— Мой Бог! — воскликнул Сян Шаолун.
Когда женщина знает, что вы намереваетесь приставать к ней, и при этом всё равно упорно даёт вам такой шанс, неважно, какой бы разозлённой она не выглядела снаружи, означает только, что она втайне влюблена. Это действительно очень заманчиво и в то же время этого достаточно, чтобы добавить ему головной боли.
Как если бы он скакал на тигре, не имея возможности продвинуться вперёд или отступить. Он вздохнул и сказал:
— Уже так поздно! Можем мы поговорить об этом завтра? Я бы хотел пойти домой и лечь спать!
Чжао Чжи побледнела от злости. Она подстегнула коня и перегородила ему дорогу. Держа руки на бёдрах, она сердито проговорила:
— Не ожидала, что вы окажетесь таким слизняком. Если вы не сядете на коня, я буду всю ночь изводить вас и не давать спать!
Когда женщина злится, то становится безрассудной. Сян Шаолун остановился и сказал со вздохом:
— Разве у Мисс уже нет кого-то, кто ей нравится? Вы таким вот образом предлагаете мне такую сделку, боюсь, это немного... Хех! Немного «того»!
Чжао Чжи затрясло от услышанного, а миловидное личико вдруг потемнело. Потребовалось какое-то время, прежде чем она, стиснув зубы, выдавила из себя:
— Я не принадлежу никому. Дун Куан! Вы подниметесь или нет?
Сян Шаолун мысленно посетовал на свою невезучесть. Похоже, Чжао Чжи отобрала своё сердце у «того Сян Шаолуна» и отдала «этому Сян Шаолуну». Удивительно, но он обменялся ролями с «тем Сян Шаолуном». Он поднял руки вверх, показывая, что сдаётся, и, скрепя сердце, сказал:
— Сами просили!
Едва договорив, он уже запрыгнул на лошадь и сел позади неё.
Чжао Чжи негромко вскрикнула. Она сжала своими длинными ногами бока лошади и статный скакун побежал. Руки Сян Шаолуна сомкнулись на её плоском животе без грамма лишнего жира. Телом он прижимался к её спине и плечу. Волнительные ощущения пробудили в Сян Шаолуне вожделение.
Однако Чжао Чжи вела себя так, словно ничего не ощущала. С каменным лицом она сосредоточилась на скакуне, направляя его то влево, то вправо. Таким образом, они скакали по тихим улицам древнего города, продвигаясь к неизвестному пункту назначения.
Сян Шаолун склонил голову к её шее и втянул носом воздух, затем наклонился к её лицу и сказал:
— Мисс так приятно пахнет!
Выражение лица Чжао Чжи оставалось каменным. Однако она не выказала ни единого признака отказа. Конечно, это не значит, что таким образом она поощряла его. Она просто сжала губы, словно решила не разговаривать.
Сян Шаолун перешёл к более смелым действиям. Он приблизил свои губы к её гладкому лицу и сказал твёрдо:
— Если вы не будете говорить, я продолжу свои приставания.
— Разве вы уже не делаете этого? — холодно сказала Чжао Чжи.
Даже у святых есть предел терпения. И Сян Шаолун подошёл к своему пределу, когда одна его рука поглаживала её живот, тогда как другая начала своё движения к двум холмам, медленно и неотвратимо.
Мышцы у неё были сильными и упругими, что только увеличивало удовольствие.
На лице Чжао Чжи проступил румянец, её изящное тело слегка дрожало, однако она продолжала стискивать зубы, никак не возражая против его действий.
Однако образ Цзин Цзюня, словно призрак, встал на пути похоти Сян Шаолуна. Он грустно вздохнул и отказался от великого плана по завоеванию её груди, вернув руки на живот. Он даже отвёл от неё своё лицо и сел прямо. Впереди появилась бамбуковая роща. Получается, Чжао Чжи везёт его к себе домой.
Чжао Чжи натянула поводья, когда увидела бамбуковую рощу. Глядя на тусклый мерцающий свет её дома вдали, она решила его высмеять, сказав:
— Так, значит, Господин Дун всё же джентльмен?
Сян Шаолун рассердился и резко прижал её к себе. Чжао Чжи негромко вскрикнула, оказавшись в его объятиях.
В темноте бамбукового леса они не видели друг друга, но могли ощущать запах. Волнение их соприкасающихся тел только усилилось благодаря окружающей темноте.
Чжао Чжи лениво склонила голову к его широкой груди. От волнения она часто дышала, будто после быстрого бега. Сян Шаолуну нужно всего лишь слегка опустить голову вниз и он сможет насладиться её ароматными губами. И он был уверен, что она не станет сопротивляться.
Такая мысль действительно очень заманчива. Сян Шаолун колебался, балансируя на лезвии бритвы. Затем он вздохнул и сказал:
— Разве вы не маленькая возлюбленная Сян Шаолуна? Чтобы вы и я... Хех...
Ответ Чжао Чжи был всё таким же холодным:
— Я не влюблена в вас, так что какая разница?
— Мисс Чжи, похоже, не осознаёт, что находится в моих объятиях, раз говорит такие слова! — хрипло воскликнул Сян Шаолун.
— Я не такая сильная, как вы, — парировала Чжао Чжи. — Вы силой заключили меня в свои объятия. Что же я могла сделать?
— Тогда зачем вы остановили своего коня здесь? — посмеялся Сян Шаолун. — Я не заставлял вас делать это!
Чжао Чжи была поистине упрямой, так как ответила невозмутимо:
— Я останавливаюсь там, где хочу, и делаю то, что хочу, это не ваше дело.
От злости Сян Шаолун чуть не упал с лошади. Он протянул руку и погладил её по округлым бёдрам.
— Ноги у Мисс Чжи крепкие и упругие, — похвалил Сян Шаолун.
Чжао Чжи не произнесла ни слова, молча принимая его домогательства.
Сян Шаолун стиснул зубы и подумал, что он уже далеко продвинулся, поэтому стоит продолжить. Он всегда любил заигрывать с женщинами, к тому же красавица уже в его объятиях. Как он может отказаться от такого? Он уже собирался вторгнуться в её верх и низ одновременно, когда впереди послышался лай собак, сопровождаемый звуками шагов.
Сян Шаолун поспешно убрал руки, что ласкали её грудь и бёдра. Чжао Чжи тихонько выдохнула, села прямо и направила лошадь вперёд.
Они не проронили ни слова, однако это чувство душевного разрыва было столь сильно, что могло расплавить и мужчину и женщину.
http://erolate.org/book/5440/551474
Готово:
