Готовый перевод Eroninja: The Limelight and other / Эрониндзя: дополнение сюжета и побочные истории: TLL Глава 12.5 18+ (арт)

Глава 12.5

----->

Женщина, которая должна будет возглавить реформированное Акацуки, сосредоточилась на Фуу и сказала: — Как и большинство движений, Сопротивление Саламандр стало объединяющим пунктом для всех, кто противостоит мне. Поначалу, худшее, как мы могли называть их, это озорники. В основном они устраивали митинги, опротестовывая мою должность лидера Аме или оставляя заявляющие об этом граффити. Из-за ряда противодействующих шагов, которые я сделала в отношении Альянса, позиция групп поддерживающих правление Ханзо, привлекла много новых членов.

— Фуу не думает, что эта Суйрен присоединилась к ним, потому что хочет создать мир, в котором Аме получит превосходство через завоевания.

На лицо Конан опустилась маска вины, и она заявила: — Нет. Вероятнее всего, она присоединилась из-за своей личной ненависти ко мне.

— И в чём причина? — обеспокоенно спросил Наруто.

— Фую и Суйрен были частью одной команды, — начала объяснять Конан. — Третьим членом была молодая женщина, по имени Аджисай. (п.п.: Пэйн использовал её тело как Путь Зверя и именно из её тела была создана Сейдж). Как и многие другие, все трое со временем пришли к вере в видение Пэйна о том, что мир в мир шиноби можно принести лишь через боль. Они были всецело преданы нам, и мы послали их шпионить за экзаменами на чунина, проходившими в Суне. Они держались в тени, но принесли очень ценную информацию, в первую очередь касающуюся твоих друзей, Наруто.

Глаза блондина расширились от удивления, но, поняв причину, он сказал: — Чтобы лучше понимать пределы возможностей моих союзников, перед тем, как попытаться захватить меня.

— Да, — сказала Конан, прежде чем продолжить, — поэтому я сочла нужным продвинуть их в чунины, прежде чем немедленно отправить обратно, но на этот раз уже с целью проверить себя именно в бою с джинчурики. Его звали Утаката, и он был джинчурики Шестихвостого. К несчастью, поскольку за ним часто охотились, он был настороже и столкнулся с ними лицом к лицу. Аджисай была убита во время последовавшей битвы, а её товарищи по команде едва спаслись. Позже выяснилось, что её тело было забрано группой, намеревавшейся продать его Траве. Мы послали команду, чтобы забрать его, и вероятно, именно тогда Суйрен повернулась против нас.

Фуу не поняла причины, поскольку до этого момента всё звучало довольно обыденно. В конце концов, даже если бы у той женщины, Аджисай, не было Кеккей Генкая, её тело могло иметь ценность для конкурирующей деревни. Таким образом, отправка команды для его возвращения или уничтожения, была довольно стандартной процедурой. Тем не менее, казалось, что Наруто всё понял гораздо лучше, поскольку он сказал: — Вы вернули его не из-за желания вернуть своего погибшего шиноби и не для того, чтобы оно не досталось Траве. Вы сделали это из-за способности Пэйна использовать тела в качестве марионеток.

— Да, используя тот же метод, что и при опознании сестры Югито, мы смогли определить, что Аджисай станет прекрасным телом марионетки, — призналась синеволосая женщина. — Более того, что она позже смогла стать Сейдж.

Глаза Фуу расширились от шока, когда наконец поняла, почему Суйрен взбунтовалась. Она решила, что видеть, что попытка вернуть останки её товарища по команде была осуществлена только для того, чтобы Пэйн мог использовать её как новую марионетку должно было ранить женщину. Тем не менее, она полагала, что женщина, знающая о его силе, глубоко спрятала своё негодование, по крайней мере до тех пор, пока Наруто не избавился от угрозы в его лице. На самом деле, она была практически уверена, что именно тогда Сопротивление Саламандр стало действовать намного агрессивнее. Она очень сомневалась, что Суйрен стала бы открыто поддерживать их, вместо того, чтобы тихо предоставлять информацию, но, видя что их кампания по созданию помех и распространению информации не получила желаемой поддержки, она всё-таки сделала следующий шаг. Этим решительным шагом вперёд в кампании по изменению общественного мнения в отношении Конан, и стали взрывы.

Беспокойство Наруто было явно сосредоточено на Конан, когда он спросил: — Если эта Суйрен повернулась против тебя, то можешь ли ты доверять её товарищу по команде?

— Я не сомневаюсь в преданности Фую, — уверенно заявила Конан. — Суйрен считала, что тело её подруги должно было быть погребено с честью, поскольку она принесла себя в жертву, ради общего блага. Из того, что мы узнали при обыске её квартиры – она чувствовала, что наше использование её останков ясно продемонстрировало, что мы совершенно не заботимся о шиноби Аме. Фую же по прежнему верит, что Аджисай была бы горда продолжать служить в продвижении амбиций Пэйна вперёд. — Дойдя до входа в здание, она грустно добавила: — В каком-то извращённом смысле, они обе были правы. Мы забыли за что действительно боролись, а Аджисай, скорее всего, было бы всё равно, поскольку она абсолютно верила в то, чего добивался Пэйн.

Лидер Аме открыла им дверь, но прежде чем выйти, Наруто спросил: — Могу ли я чем-нибудь помочь?

Конан посмотрела на своего возлюбленного с мягкой улыбкой и когда они остались втроём, ответила: — Нет. Но если это изменится, ты узнаешь об этом первым. А пока, почему бы вам не продолжить своё свидание?

Фуу улыбнулась этой идее и схватила Наруто за руку, прежде чем увести его, а Конан помахала им рукой, после чего вернулась внутрь. Зеленоволосая куноичи чувствовала исходившее от её возлюбленного беспокойство, и решила, что настала её очередь заставить его забыть о своих проблемах.

*****

Именно поэтому они оказались в маленькой отдельной комнате в караоке-баре.

— Твой брат – хикикомори. На нём нет ничего, кроме майки. Он хикикомори, — радостно пропела Фуу, повторяя танцевальные движения артистки, популярной певицы-кумира из страны Меда, по имени Теракадо Тсу, (п.п.: Аниме Гинтама (п.м. Вспоминаем 7 главу The Limelight. Именно её Таюя и спасла от шантажиста)) которая переживала возрождение в своей родной стране. Следуя тексту на видео, она пела: — Он достаточно взрослый, чтобы понимать... я заставлю тебя выйти как следует одеться. — В традиционной манере Тсу песня подошла к концу со словами Фуу: — Хватит быть обузой – иди работать волонтером или что-то в этом роде! (п.п.: сами понимаете – зачастую песня, хорошо звучащая на одном языке – полный бред на другом, а адаптировать её... не умею я стихи писать)

Когда экран погас, Фуу рассмеялась и стала делать следующий выбор. Наруто весело захлопал в ладоши, одарив её широкой улыбкой, но она исчезла, когда Фуу начала сосредотачиваться на следующей песне. Прекрасно понимая, как себя чувствует Наруто, куноичи просматривала песни, пытаясь найти что-то, что сможет поднять его настроение, но она понимала, что это трудновыполнимая задача, учитывая его беспокойство по поводу произошедшего немногим ранее.

Они знали о Сопротивлении Саламандр, но главным образом потому, что они начали проявлять свою активность как раз в то время, когда Райкаге отказал Югито в присоединении к Акацуки. Фуу предположила, что часть беспокойства Наруто могла быть связана с тем, что из-за действий, которые он предпринял для Югито, Райкаге может начать оказывать помощь противостоящей Конан группе. Это была возможная причина, почему они вдруг почувствовали себя достаточно уверенными, чтобы использовать насилие для достижения своих целей.

Как бы то ни было, девушка хотела, чтобы её возлюбленный развеселился. Она чувствовала, как он реагирует на вставшие перед Аме проблемы, что дало ей понять, насколько тяжёлую ношу он на себя взвалил. Взять хотя бы тот факт, что деревня или даже город, были слишком ограничены в масштабах. На самом деле, просто не существовало такой модели управления деревней, которая могла бы подойти ему, потому что он не хотел строить мир по таким образам и подобиям. Вместо этого, именно женщины, которых он привязал к себе и с которыми накрепко связал свою жизнь, помогли расширить его мировоззрение, и именно из-за этого он беспокоился о том, какие неприятности ждут Аме, так же сильно, как если бы это касалось Конохи. Это помогло Фуу понять, что его цель для мира среди шиноби не состояла в том, чтобы заставить всех принять ценности и правила, которым следовала Коноха. Он хотел создать разнообразный мир, в котором, несмотря на различия между людьми, они смогут сосуществовать, ведь именно эти различия и делают мир намного интереснее.

Это также дало ей понять, что состоя в Акацуки, она сможет сделать гораздо больше, чтобы помочь создать такое место. И даже, если бы люди Аме отвергли её, потому что считали, что она всё ещё является джинчурики, из-за чего ей пришлось бы доказывать, что им нечего бояться её, она всё равно могла бы внести свой вклад в то, чтобы позволить амбициям своей семьи увидеть жизнь. Продолжая обдумывать это, она выбрала следующую песню, но вместо того, выйти в центр комнаты, чтобы петь перед экраном, она плюхнулась на диван, на котором сидел Наруто, между его ног. Он выглядел немного смущённым её действиями, пока куноичи не схватила его за руки и не сунула одну из них под свою рубашку, а вторую спрятала в свои чёрные шорты.

Оглянувшись через плечо, она сказала: — Пришло время заставить Фуу петь!

Наруто сразу понял, что она имеет в виду и прижался губами к её губам. Их языки встретились, когда он начал ласкать её грудь и тереть её киску. Фуу застонала ему в рот и её соски затвердели, после чего он начал перекатывать пику груди, которую ласкал. Она почувствовала, как его член начал твердеть, и замяукала, когда он перестал тереть её киску, чтобы просунуть внутрь средний палец.

Фуу прервала их поцелуй после того, как он начал двигать внутри неё своим пальцем, чтобы пошире раздвинуть ноги и посильнее прижаться к нему. Получив больше пространства для работы, Наруто добавил ещё один палец и начал быстро теребить её всё более влажную киску. Фуу прикусила губу, когда рука, сжимавшая её грудь, начала двигаться в том же темпе, что и пальцы, работавшие с её киской.

Услышав доносящиеся из её шорт хлюпающие звуки, и понимая, что они говорят о том, насколько мокрой она стала, она отстранилась от Наруто. Опустившись на колени, куноичи стянула шорты достаточно, чтобы обнажить свою блестящую промежность, после чего положила руки на маленький столик перед диваном. Наруто быстро расстегнул штаны, чтобы освободить свой член, и опустился на колени позади неё, одним махом до краев наполняя Фуу своим мясом Узумаки.

Наруто, слыша её музыкальный голос, вскрикивающий от удовольствия, делал всё возможное, чтобы заставить её петь, продолжая снова и снова врезаться в неё. Каждый раз, когда он достигал дна, крики Фуу достигали своего пика, после чего смягчались, когда он выходил из неё, пока не оставался только кончик. Фуу начала отступать навстречу его толчкам, пытаясь заглушить свои крики, поскольку опасалась, что даже звукоизоляция кабинок не спасет от информирования других посетителей о том, что они делают.

Казалось, будто её возлюбленный воспринял это как вызов и развернул её так, что она оказалась на спине. Затем он стянул с её ног шорты и положил их себе на плечи, а после, поднявшись на ноги, наклонился вперёд, сгибая её пополам, и начал погружать в неё свой член. Фуу пыталась заглушить свои крики, кусая костяшки пальцев, но каждый раз, когда Наруто погружался в неё, казалось, что его член таранил её лоно, посылая через её тело волну удовольствия. Волну, которая становилась всё больше каждый раз, когда он выходил из неё.

Всё больше беспокоясь о шуме, она сказала: — Фуу сходит с ума! Если ты не прекратишь, она будет кричать!

Наруто улыбнулся ей и сказал: — Я думал, что ты хочешь именно это. Давай посмотрим, насколько громкой ты можешь стать.

Затем он встал и поднял её, сбросив штаны с ног. Затем, повернувшись, блондин посадил её на диван, где, снимая рубашку, полностью вышел из неё. Несмотря на некоторое разочарование, Фуу была рада передышке, так как боялась, что станет слишком громкой. Но перерыв оказался слишком коротким, так как Наруто схватил её сзади за колени, упер их ей в грудь и начал поедать её киску. Она простонала, когда удовольствие от того, что он стал лакать её соки, стали приглушёнными. Затем он схватил её за лодыжки и широко раздвинул ноги, прежде чем снова засунуть в неё свой член.

Фуу вцепилась в спинку дивана, поскольку мощные толчки Наруто вдавили её в подушки. Волны удовольствия вернулись в полную силу, и прежде чем, они стали слишком сильными для неё, закричала: — Фуу кончает!!! — Наруто продолжал взбивать её внутренности и когда она наконец упала в изнеможении, белый свет, который она видела позади своих глаз, превратился в приглушенный жёлтый, который мигнул и она услышала, как Наруто пробормотал проклятие, после чего вышел из неё.

Сидя рядом с ней на диване, он наклонился вперёд, чтобы нажать мигающую кнопку внутренней связи, расположенную на столе. Женщина, работающая на стойке регистрации, сказала: — Сэр, ваше время истекло. Не хотите ли продлить свой визит?

Наруто уже собирался ответить, когда Фуу соскользнула на пол и нажала кнопку, чтобы ответить: — Фуу считает, что нам понадобится ещё четыре часа.

— Очень хорошо, — сказала женщина. — Хотите, мы принесём вам что-нибудь перекусить?

Сжимая всё ещё твёрдый член Наруто, она ответила: — Нет, у Фуу есть всё, что ей нужно.

— Хорошо, пожалуйста, дайте нам знать, если вам понадобится что-нибудь ещё.

Фуу не потрудилась ответить, так как её рот уже был занят агрегатом её любовника, благодаря чему она попробовала свой собственный вкус. Куноичи потёрла свою киску, желая снова почувствовать его внутри себя, но также, когда это произойдёт, хотела быть с ним на равных. Чтобы достичь этой цели, она начала сосать кончик его члена, в то же время используя обе свои руки, чтобы гладить остальную часть его вала. Когда она начала обводить языком головку его члена, то блондин застонал и зарылся руками в её волосы. Она продолжала своё служение, пока он не начал качать бёдрами и ещё больше не увеличился в размерах. Мгновение спустя она получила свою награду, так как его сперма выстрелила в заднюю часть её горла и застонала, едва не кончив от вкуса попавшего на её язык семени. Дождавшись, пока потоп прекратится, куноичи позволила ему оторваться от своих губ, а затем открыла рот, чтобы показать своему любовнику всё, что он ей дал. Затем она сделала глотательное движение и снова открыла рот, показывая, что он абсолютно пуст.

После куноичи отвернулась и выбрала одну из длинных песен, которые ей предложила машина. Когда начала играть музыка, она забралась к Наруто на колени и, направив его член к своему входу, застонала, начав опускаться вниз по его стержню. Когда он полностью погрузился в неё, Фуу сказала: — На этот раз, Фу хочет спеть дуэтом.

Наруто одарил её улыбкой, которая показывала, что он, хотя бы ненадолго забыл о проблемах внешнего мира, и ответил: — Я позволю тебе взять на себя инициативу.

Фуу стянула через голову рубашку и лифчик и сказала: — Фуу думает, что ты не знаешь, что такое дуэт, но у неё достаточно времени, чтобы научить тебя.

Начиная подниматься с него, после чего снова опуститься, куноичи наклонилась, чтобы поцеловать его, так как планировала, что к концу следующей песни, они оба достигнут своей кульминации.

http://erolate.org/book/5500/560077