В густом, древнем лесу, где кроны деревьев сплетались в непроницаемый полог, а воздух пропитан запахом влажной земли и крови, Намикадзе Минато осторожно продвигался вперед. Он был шиноби из клана Намикадзе, известного своей скоростью и хитростью, но в этом мире разрозненных кланов, где Мадара и Хаширама так и не заключили мира, пути были полны опасностей. Минато просто хотел срезать дорогу через лес, чтобы быстрее вернуться в свой лагерь, избегая патрулей враждебных кланов. Его сердце, полное доброты, не искало битв — он предпочитал мирные решения, даже если его сила позволяла разить врагов молниеносно.
Внезапно шорох и хруст костей заставили его замереть. Минато притаился за толстым стволом дуба, его синие глаза расширились от ужаса. Перед ним, в небольшой поляне, освещенной редкими лучами солнца, пировала она — Древняя кицуне с девятью пушистыми хвостами, что вились вокруг нее, как живые змеи. Ее огненно-рыжие волосы развевались на ветру, а глаза горели золотым пламенем. Кушина была легендой и проклятием этого мира: ее боялись дети, шепотом рассказывая страшилки у костров, и почитали старцы, принося дары в надежде умилостивить. Мужчины ненавидели ее за кровожадность, но желали с первобытной страстью, видя в ней воплощение запретного соблазна. Охотники шли за ее шкурой, а поклонники — за милостью.
Кушина рвала плоть незадачливого шиноби, чье тело уже почти неузнаваемо. Этот глупец из клана Учиха пришел ее убить, вооруженный железками и своими "глазами" с тремя томоэ, но теперь его кровь стекала по ее подбородку, а кости хрустели под острыми зубами. Она ела с первобытной жадностью, ее хвосты подрагивали от удовольствия, а когтистые пальцы вонзались в мясо, отрывая куски. Воздух наполнился металлическим привкусом смерти.
Минато не смог удержаться — его нога хрустнула на сухой ветке. Кушина замерла, ее уши навострились, и она медленно повернула голову. Золотые глаза впились в него, как кинжалы. Она отшвырнула останки своей жертвы в сторону, вытерла рот тыльной стороной ладони и поднялась, ее фигура, облеченная в потрепанное кимоно, излучала первозданную мощь. Девять хвостов распушились, готовые к удару.
— Кто ты такой, смертный? — прорычала она низким, вибрирующим голосом, в котором сквозила древняя ярость. Ее губы все еще блестели от крови. — Еще один охотник, пришедший за моей головой? Или просто идиот, забредший не в то место?
Минато вышел из укрытия, его руки были подняты в мирном жесте, но тело напряжено, готово к молниеносному бегству или удару. Он не чувствовал в себе злобы или жадности — только искреннее удивление и... жалост? Нет, не к ней, а к ситуации. Его сердце колотилось, но голос остался ровным, полным той доброты, что делала его уникальным среди шиноби.
— Я... я не охотник, — ответил он спокойно, встречаясь с ее взглядом. — Меня зовут Намикадзе Минато. Я просто шел через лес, чтобы сэкономить время. Не хотел мешать... твоей трапезе. Если позволишь, я уйду своим путем.
Кушина прищурилась, ее ноздри раздулись, улавливая его эмоции. Как древняя кицуне, она чувствовала ложь за версту, но в этом человеке не было ни страха, маскирующего злобу, ни похоти, ни жажды убийства. Только чистая искренность, как у ребенка, и легкая грусть по погибшему. Это сбило ее с толку — она привыкла к ненависти или вожделению, но не к такой... невинности. Ее хвосты слегка поникли, а в глазах мелькнуло что-то новое, почти любопытство.
— Искренность? — прошептала она себе под нос, подходя ближе. Ее шаги были бесшумны, как у призрака. — Ты не боишься меня? После того, что видел?
Минато покачал головой, не отводя глаз. В его взгляде не было осуждения — только понимание.
— Боюсь, конечно. Ты... явно действовала из соображения самообороны. — Минато увидел на одежде мертвеца герб Учих. — Учихи всегда славились своей... вспыльчивостью, поэтому я сразу понял, кто спровоцировал здесь конфликт. Но я не причиню тебе вреда. И не ищу твоей смерти.
Кушина рассмеялась — хриплый, гортанный звук, эхом разнесшийся по поляне. Она обошла его кругом, ее хвосты коснулись его плеча, но не ударили.
— Наивный или храбрый? Ладно, иди своей дорогой, смертный. Но запомни: лес полон опасностей.
Минато кивнул, его губы тронула теплая улыбка. Он склонил голову в поклоне.
— Благодарю тебя. За жизнь и за... предоставленный шанс.
С этими словами он повернулся и пошел вперед, не оглядываясь. Кушина смотрела ему вслед, ее сердце — если у кицуне оно было — дрогнуло впервые за века. Лес сомкнулся за ним, а она осталась на поляне, размышляя о странном человеке с добрым сердцем.
http://erolate.org/book/5512/562069
Готово:
