КПОБ самая влиятельная организация в Японии. Директора, которые занимали свои места, получали самую ценную информацию. Можно сказать, что самым информированным человеком в Японии и в мире был не император или премьер-министр, а директор КПОБ.
— Вы хотите сказать, что неизвестный убил наших агентов и героев, забрал Наган и скрылся, не оставив следов?
Прочитав отчет, директор взглянула на своих подчиненных. Ей это очень и очень не нравилось. Это не то, чего ты ожидаешь услышать.
Как могла убийца прошлого директора КПОБ исчезнуть, а все нанятые и обученные агенты и герои пасть от рук неизвестного? Экспертиза подтвердила, что их убили одним ударом ножом в затылок или шею, что те даже не успели осознать.
— Так и есть, Госпожа Президент!
Бросив взгляд на потеющего подчиненного, пронзая его ледяным взглядом, от чего он был готов описаться прямо на месте. Крупные капли пота стекали по его лицу, сколько себя помнил: кого попало на это место не ставят. И госпожа Президент именно такой человек, до жути пугающий, когда что-то идет не так, как нужно.
— Этот директор UA вставляет мне палки в колеса, то теперь появился кто-то столь могущественный, что никто не может найти ни одного следа? — бросив вопрос в никуда, она повернулась на стуле, переводя свой взгляд на чистое голубое небо.
Сколько дней потребовалось, чтобы получить этот жалкий отчет? Почти неделя! И все, что известно, это то, как убили людей КПОБ и чем именно. Ни отпечатка, ни волоска, ни следов ног, даже специальные причуды поиска и слежки не мог показать, кто это был! Даже Наган найти не удается, словно сквозь землю провалилась.
— Сообщи Ястребу, чтобы он зашел ко мне. Мне не нравится то, что сейчас происходит, если этот враг собирает силы, то нам надо идти на опережение и нанести удар первыми. Понял?
— Да, мэм! Я все передам!
Выбежав из кабинета, покрытый потом, от чего одежда неприятно липла к спине, он пообещал самому себе найти того, кто довел их босса до гнева! Ее стальной напряженный голос говорил об одном, она зла и хочет мести! Если не предоставить улик или хотя бы зацепку, можно поплатиться головой.
— Чего встали! Быстро за работу! Если не хотите потерять свои места, нам надо работать в поте лица 24 на 7!
Пока муравейник КПОБ приходил в движение, медленно и верно поднимая свое громадное тело, Тойя наслаждался единением с Миной. Ему было плевать, кто и что там от него хочет. Если КПОБ захочет войны с ним, то кровью умоются точно не он.
Тойи было плевать какие пласты начали двигаться по отношению к нему и какие личности привлек к своей персоне. Все, что его беспокоило, это кого еще найти и с кем поиграть. В этом мире полно красивых девушек и дам, которые не познали мужских ласк и теплой любви!
На все приходиться отдуваться Гирану, которому поступило слишком много запросов со всех сторон и блоков: злодеи, герои и всякого рода организации.
Невольно, Тойя запустил механизм, который будет привлекать к нему еще больше внимания всякого отребья. За силу надо платить и плата – внимание и интерес. Хех, пускай приходят, только пусть потом не жалуются!
Возвращаясь обратно домой поздно ночью, я остановился, когда услышал крик мольбы. Ах, какого хрена именно сейчас?
Меняю направление, двигаясь туда, где был слышан крик. Не особо хочу тратить время, но мимо пройти также не могу. Потом совесть, которая еще не сдохла, будет мучать меня временами.
Прибыв на место, определив по шуму и тяжелому дыханию. Оказываюсь позади насильника, встречаясь с испуганным и молящим о помощи взглядом жертвы.
— Эй.
— А?
Бах!
Повернувшись ко мне, тут же наношу удар по нужной точке, наблюдая за тем, как обмякшие тело падает в кучу грязи. Девушка вздрагивает, с ужасом наблюдая за всем. Чего она тупит?
— Уходи, я со всем разберусь.
Она вновь вздрогнула, но смогла встать на свои трясущиеся ноги. Хоть ее белье было порвано, насильник еще не успел приступить к делу. Никогда не любил насильников и насильниц, я, конечно, и сам не душка, но если девушка не высказывает ко мне ни капли желания, то и мучать себя и ее не буду.
— Ч-что вы с ним с-сделаете? — ее голос дрожал, она хотела сбежать отсюда и вернуться домой, забыв обо всем, как о страшном сне, но невероятно привлекательный молодой человек спас ее, вырубив насильника.
— Что сделаю? — поднимаю руку, привлекая внимание к ней, где мои пальцы превращаются в шприцы, наблюдая за шоком девушки с веселой улыбкой. — Он считал себя хищником, который охотиться на жертв, как думаешь, каково будет ему стать жертвой?
— Ж-жертвой?!
Прежде, чем сделать что-то, стоит узнать у насильника. Хоть пытки не были любимым делом Тойи, но знать он их знать, как применять. И этот хер точно не был кем-то, кто мог выдержать их, как натренированный шиноби или агент.
— Аааа! Я все расскажу! Все!
Не успел он толком прийти в себя, как незнакомец принялся пытать его. Он молчал, тишина была куда более пугающей, чем боль, не знание – страх. Именно этим пользовался Тойя, использую осколок стекла, чтобы пытать свою цель, прокалывая и вспарывая верхний слой кожи. Не смертельно, но больно точно. И насильник долго не выдержал, решив искупить свои грехи, чтобы его перестали пытать!
— Выкладывай все о том, что делал за последние пару лет, — холодный безэмоциональный голос разрезал тьму, вонзая тонкими иглами в душу злодея, вздрагивая и моля о том, чтобы прекратили его резать стеклом!
— Все р-расскажу! Все! М-месяц назад, я…
Слушая нескончаемый бессвязный поток информации, сердце Тойи холодело с каждой жертвой этого зверя. Девушке повезло, что он проходил мимо, иначе все могло закончиться куда хуже. Устав слушать раскаяние этого ублюдка, Тойя сложил печать, направив чакру в пальцы.
Увидев, как пальцы палача засветились голубоватой дымкой, он вздрогнул, закричав во все горло:
— С-стой! Не убивай! Я р-расскажу все!
Но его мольбы были проигнорированы, он не успел понять, как что-то холодное коснулось его лба и мир вокруг погрузился во тьму.
Когда злодей вырубился, Тойя убрал пальцы, его пугающий взгляд сиял во тьме переулка, направленный на обмякшее тело перед ним.
— Твои грехи кровью не смыть. Пора побыть в шкуре жертвы и узнать, каково это.
Тойя не считал себя ангелом, который несет свет и добродетель. Нет, он был сам дьявол, если не хуже. Со своими принципами и взглядом на этот мир. И верху списка тех, кого он презирает и готов спустить в ад, стоят насильники. Эти твари напоминают ему об одном человека из его прошлой жизни. Человеке, который был дорог и важен ему. Тойя не простит никому, кто решил пойти по пути насилия на поводу собственной похоти.
Приходя в себя после пыток и допросов, он увидел размывающиеся образы зданий и деревьев. Голова трещала и кружилась, попытавшись двинуть рукой, как веревки впились ему в кожу. Что-то было не так, странная тяжесть в груди и непривычная свобода внизу, это были неправильные ощущения.
— Очнулся? Выносливый, это тебе поможет.
Что поможет? Кто это? Куда его несут? Он попытался вырваться, но все было тщетно. Как вдруг, мир остановился, они оказались в довольно разрушенном месте, где могли скрываться всякие маргиналы. Что он задумал?!
— Выходите! Если не выйдите, я похороню всех вас прямо здесь!
Не видя реакции, Тойя поднял и опустил свою ногу, вызвав волну мощной вибрации на земле, от чего несчастное здание громко застонало, заходив ходуном. Он видел их своим бьякуганом, скрывающихся во тьме.
— Чего ты хочешь?
Из тени здания вышел мужчина, покрытый шрамами, он был неформальным лидером этого места, здесь они прятались от полиции и героев. Они готовы сражаться с неизвестным опасным молодым человеком, даже убить, если надо. Святых среди них нет, это точно.
— Как давно у вас не было женщины?
Странный вопрос прозвучал из уст парня, ввергая в шок злодеев и насильника. К чему он это? Не нравилось ему этот вопрос!
— Ты издеваешься?!
Он чуть не разрушил здание лишь бы спросить столь провокационный вопрос, стоя напротив них с какой-то бабой на руках?
Остальные, кто скрывался, также стали выходить, сверкая своим убийственным взглядом, готовые убить его. Тойя лишь усмехнулся их решимости, они ему не ровня, это точно.
— Мы убьем тебя и заберем бабу на твоем плече, ку-ку-ку…
Бабу? О ком они? На плече? Насильник дернулся, чувствуя, как холодок липкого ужаса охватывает его сердце и душу. Он был на плече! Он! Но, он же мужик?!
— Не рыпайся! — звонкий шлепок охватил всю округу, когда парень шлепнул связанную деваху.
— Ммм…
Странный и довольно звонкий стон вырвался из, запечатанного тряпкой, рта насильника. Холодный пот струился по его спине! Он, кто некогда являлся хищником, поймав и изнасиловав десятки женщин, оказался добычей! Это осознание стало приходить, когда его взгляд заметил шикарные женские груди, которых никогда не было на его теле.
Забившись пуще прежнего, он пытался сбежать, спастись из лап чудовища, которое превратило его в это!
Бах!
— Ах!
Сбросив тело под ноги опешившим злодеям, Тойя взглянул в полном ужасе и осознания глаза насильника, не проявляя ни капли сочувствия и сострадания.
Леденящая волна жажда крови обрушилась на всех стоящих здесь. Кто-то хотел высказаться, но его слова застряли, с кряхтением, в глотке. Словно гора свалилась им на плечи, готовая раздавить, ужасные образы того, как их разрывают на части, предстали перед ними.
Когда давление спало, все, без исключения, сделали шаг назад, подрагивая в желание сбежать. Этот парень…, он опасен. Чертовски опасен.
— Успокоились? — спросил он их, после чего указал на связанную зрелую женщину, довольно симпатичную, которая билась в своих путах и мычала, смотря на парня в диком первобытном страхе. — Я отдаю ее вам на месяц. Можете делать с ней все, что захотите. Сломать конечности? Пожалуйста!
— Проколоть соски, пах или еще что для пирсинга? Делайте с удовольствием.
— Нанести непотребные татушки или печати? Разрешаю.
— Эта сука в полном вашем распоряжении, сделайте из нее мясной туалет, готовой принимать любые хуи. Это ваш собственный спермоприемник на целый месяц!
Вздрогнув, когда ее схватили за волосы, оторвав голову от земли, взгляд невольно упал на оскалившие лицо парня и на стоявших злодеев, чьи штаны в области паха, где незаметный взглядом были видны выпиравшие шишки. Эти слова возбудили их, даровав им шанс снять напряжение и наиграться вдоволь с сучкой перед ними!
Нет! Нет! Не такого конца он желал! Только не это!
— Все?
— Все ваши дикие фантазии. Эту сучку никто не будет искать, потому что до недавнего времени она была, ммм…, — задумчиво постучав пальцем по подбородку. — Насильником! Ха-ха-ха….
От его заливистого смеха, многие вздрогнули, но их взгляды так и не измелись, полные похоти и желания. Они давно не видели женщин, живя в уединение, скрываясь от властей.
— Но, если я приду через месяц, и эта сука будет мертва или не будет умолять о том, чтобы ее трахали, как скот, превращу вас в сучек и отдам другим бандам, ясно? — подняв руку и превратив их в пальцы шприцы, давая понять, вздрогнув от подобной участи, представшей перед ними, закивав, как болванчики.
Переводя взгляд с парня на рыдающую женщину, никакого сочувствия в их взгляд не было, им было плевать, кем была эта сука, теперь она станет их мясным туалетом. Они сделают ее персональной давалкой, ради того, чтобы не оказаться на ее месте.
Отпустив суку, которая умоляюще смотрела на него, тихо рыдая в своих путах не в силах вымолвить ни слова, мыча, как скот на скотобойне. Ее судьба была предрешена в тот момент, когда она встретила Тойю, который всей душой ненавидит насильников.
— Приятно вам провести время ребята.
Парень встал и театрально поклонился, погружаясь под землю и исчезая на их глазах в земляных волнах.
Они поняли все. Этот ненормальный псих владел кучей причуд, а значит мог быть связан с тем, кого не называли в своих кругах. И раз он отдает им ту, кто недавно была парнем, то значит эта сука была таким же отбросом, как они все.
— Ку-ку-ку, цыпочка, я сделаю тебе прекрасный пирсинг, какой я видел в одной хетай манге.
— Заберите ее, не будем больше ждать, у меня давно не было бабы.
— Да босс, как закончишь, отдашь ее нам? Все же он сказал, чтобы мы сделали из нее первоклассный мясной туалет.
Босс кивнул головой, он хорошо осознавал свое место в иерархии. Жадность завладеть этой сукой и пользоваться ей одному, когда ясно сказали сделать из нее шлюху тот, кто вогнал в тихий ужас всех одной лишь аурой, даже его самого, показав несколько причуд. Он не был идиотом и занимать место этой неудачницы не желал. Но он имел полное право воспользоваться ей первым, повеселившись от души.
Хе-хе, я сам дьявол. От одной мысли, что они сделают с этой сукой, мой хер дымиться. Отдохну и завтра посмотрю, как там Инко, а то уже несколько дней с ней не виделся. И надо что-то делать с заданием Изуки, мне нужна эта причуда, чтобы использовать их одновременно, а не переключаться между ними.
День сегодня для Изуки был совершенно обычным. Обычные школьные уроки без геройского мастерства, такое бывает пару раз в неделю. Все же физическое истощение вредно для организма, поэтому школа дает время на отдых, с возможностью побыть простым школьником.
Только вот Мина пришла вся потрепанная и хромая, что слегка их взволновало, все же Ашидо всегда выходила в лучшем свете. На все их вопросы, она только давила улыбку, говоря, что переборщила с тренировкой в скольжении. Что уже было странно, ведь Мина не безрассудная девушку. Энергичная? Да. Но не глупая.
Но Изуки решила хранить молчание, не желая лезть в чужую душу, чтобы не отпугнуть подругу. Если она захочет, то расскажет все сама.
Только вот, войдя в дом, Изуки замерла, когда до ее ушей дошел приглушенный визг и следом невероятно громкие стоны, пробирающие до мурашек.
Испугавшись, что ее мать могла пострадать, Изуки сорвалась в бег, но замерла, когда, через небольшую щель в двери, увидела лицо своей матери. Искаженное в невероятном счастье и наслаждении. Ее язык мотался из стороны в сторону, стоны лились рекой, возбуждающие хлопки двух тел эхом отзывались в груди.
— Хаа… с-сильнееее! Ааммхх! З-засовывааай… ааахх… г-глубжееее!
Изуки прикрыла рот, не веря в то, что видела. Ее одинокая, благочестивая и добрейшая на свете мать, просила о нечто столь вульгарном человека, который с улыбкой на устах и блестящим от пота, на своем рельефном теле, двигался сзади нее.
— Ах?!
Он поднял свой взгляд, увидев стоящую Изуки, и его улыбка стала еще шире. Но Тойя, которого она встретила несколько дней назад, не прервался, а стал делать поступательные толчки чаще и жестче. Гортанные стоны наслаждения ее матери подтверждали это. Ее груди стали раскачиваться все сильнее, шлепая по телу со смачным звуком.
— Кьаааа!
Ноги Изуки окаменели, будто вросли в пол. Она не могла оторвать своего взгляда, наблюдая за тем, как собственная мать корчиться в нескончаемом удовольствии и экстазе. Внизу живота становилось все тяжелее, дышать все труднее и запах страстного грубого секса проникал прямо в нос, возбуждая все сильнее.
Руки Инко подогнулись из-за тяжести и слабости, рухнув лицом вниз, продолжая неистово и извращенно стонать под влажные смачные хлопки двух тел. Ее вагина пылала, сжимаясь вокруг крепкого ствола Тойи, не желая отпускать его. Как же она скучала по столь грубому и жесткому траху!
— Чего разлеглась!
Шлепок!
— Кьаааххх!
— АХ?!
Изуки ахнула в глубоком шоке, Тойя так резко и быстро шлепнул ее мать по ягодицам, от чего безобразное лицо Инко стало еще безобразнее, исказившись в оргазме!
«Н-неужели мама наслаждается этим? Я…, я тоже могу насладиться, если…», — свободная рука легла на пах, ощущая жар и стоило только коснуться, как слабый, но приятный, электрический разряд пронесся снизу-верх, вздрогнув и ахнув от столь неожиданного всплеска возбуждения.
— Кончаешь?
Громкий голос Тойи прозвучал набатом в ее сердце. Отдернув руку, Изуки уставилась на столь непристойное искаженное лицо матери. Инко визжала, как свинья, ее глаза заволокла дымка, затекая верх. Слезы счастья текли по лицу вместе со слюнями по подбородку вниз, смешиваясь и пачкая простыни. Трусики резко стали неприятно тереться о вагину, ерзая бедрами на месте.
— Д-дааааххх!
Прохладная волна возбуждения пронеслась вдоль позвоночника, усиливая и разжигая пыл, который она никогда не ощущала в этой жизни! Это было странно, но приятно, нечто столь невероятное таилось от нее? Некогда наивный подростковый взгляд на мир начал рушиться прямо в момент наблюдения за жарким сексом между ее матерью и ее ровесником.
Инко хваталась за простыни, задыхаясь в собственных стонах. Тойя не давал ей никакой передышки даже тогда, когда она кончала раз за разом! Голова пухла, готовая взорваться в любой момент. Экстаз наслаждения проносился с гулким эхом с каждым движением члена внутри. Бедра, живот и таз уже давно онемели под тяжестью нескончаемых электрических импульсов.
— Ааааннххх… ннннммм…
Инко еще даже не подозревала, что ее любимая дочурка стоит прямо напротив двери и подглядывает за ней, меняясь внутренне, пробуждая в себе нечто новое.
«Всего чуть-чуть…, я просто коснусь и…», — но стоило только двинуть пальцами, касаясь самых чувствительных мест, как…. — Ахх!!!
Была всего одна рука, после чего их стало две. Касаться себя и двигать пальцами под стоны матери было куда приятнее и возбуждающе! Изуки невольно представляла себя на ее месте и то, как Тойя долбит в это самое место, которое доставляет столько счастливых эмоций.
Улыбаясь от уха до уха, загоняя свой ствол в ненасытную дырку матери, чья дочь стоит за дверью и мастурбирует, наблюдая, как самый дорогой человек корчиться в невероятном экстазе. Ах! Это настолько хорошо и приятно, что хочется двигаться быстрее и яростнее! Пенис раскалывался, тая прямо в тугой горячей киске, головка покалывала в удовольствии, ударяясь и целуя шейку матки.
— Инко! Я…, хааа! Залью в тебя прямо сейчас! Кончай! Кончай вместе со мной!
— Гьааааа! К-кончаааююююю!!!
— Аааххх!!!
Завизжав, кончая от хлынувшего бурного потока густого и горячего семени, распалявшего матку и киску, Инко была на грани, готовая рухнуть во тьму блаженства и оргазма! Ах, какая свобода! Эта буря экстаза настолько невероятна и приятна, что поглотит ее в любую секунду!
Удерживая себя с помощью стены, бедра Изуки дрожали, мокрые трусики стали еще более влажными, когда она кончила под счастливые стоны матери! Прозрачная струйка текла по внутренней части бедра, щекоча кожу, возбуждая ее вновь. О, нет, ей пора уходить! Иначе ее мать может заметить!
— Хааа… ааахх!
Вынимая свой грязный ствол из тугих и горячих объятий жгучей милфы, Тойи наблюдал за поспешным уходом Изуки, покачивая головой, ведь она пропустит самое интересное. То, как ее любимая мама будет чистить и убирать за собой, жадно посасывая его хер, причмокивая в наслаждении.
— Эй, Инко, — шлепая ее по заднице, наблюдая, как брезжит ее пизда, еще больше пачкая несчастные простыни. — Ты не забыла, что нужно убираться за собой?
Собрав глаза в кучу, тяжело дыша, подрагивая от остаточно оргазма, Инко впилась любовным взглядом в пенис, который подарил ей столько счастья за последние пару часов. Если бы не слабость, она бы впилась своим верхним ртом, смакуя на вкус жилистый хер, который совсем недавно долбил и кончал прямо в ее ненасытную нижнюю дырку.
— Уммм… и-иди к м-мамочке дорогой…
http://erolate.org/book/655/70026
Готово:
